Святость, которая пахла псиной и нарушала устав.
Святость, которая пахла псиной и нарушала устав.
Клирос пел «Свете Тихий», выводя гармонию так чисто, что воздух в храме казался натянутой хрустальной струной. Послушник Виталий стоял у подсвечника, выпрямившись в струнку, боясь шелохнуться, чтобы не нарушить это священное равновесие. Он любил устав. Любил строгую геометрию богослужения, где каждое движение, каждый поклон имели своё время и место.
И в этот момент, когда хор брал самую высокую, трепетную ноту, благолепие разрушилось.
Сзади раздался звук, похожий на скрежет железа по стеклу. Шарк-шарк. Шарк-шарк. Потом глухой удар — ...
