Возможность русской философии

Доклад профессора А.Г. Дугина "Возможность русской философии"

http://paideuma.tv/video/ceminar-dekonstrukciya-ii-vozmozhnost-russkoy-filosofii#/?playlistId=0&videoId=11

Тезисы доклада профессора А.Г. Дугина «Возможность русской философии: хаос, имажинэр, лицо Земли (к русской философии глубин)»: http://arthania.ru/content/vozmozhnost-russkogo#comment-49943

Часть 1. Природа философии и режим диурна
1. Философия, в топике Дюрана, есть предельное проявление диурна. Диурнический комплекс создает предпосылки для философии и саму философию. Всегда создает предпосылки, но не всегда философию. Чтобы из предпосылок появилась философия, оппозиция к имажинеру (ноктюрну) должна достичь максимума.
2. Русское общество ноктюрнично. При этом исторически есть тренд от древне-славянского драматического ноктюрна к великорусскому мистическому ноктюрну. То есть от андрогината к Великой Матери.
3. Русское обещство было ближе к философии 500 лет назад, чем сейчас, а тысячу лет назад еще ближе, чем 500. Тогда под «философией» выступала диурническая в целом православная теология и догматика. Проникая в народ, Православие становилось боле ноктюрническим. Это не хорошо, не плохо – режимы имажинэра не поддаются моральной оценке.
Часть 2. Первый заход на русскую философию. Философия вниз.
1. Если принять предыдущие положения, имеем занятную картину: момент появления русской религиозной философии (вторая половина XIX века – начало XX века) приходится на эпоху сгущения ноктюрна. Поэтому русская религиозная философия должна была бы быть рациональностью, обслуживающей колебания земного тела Великой Матери.
2. Строго это мы и видели в двух версиях: софиология и марксистский материализм. Это два пути чисто ноктюрнического режима мысли. Главное в обоих случаях: деятельная работа эвфемизма – эвфемизации мира (через Софию), с одной стороны, диалектика (ноктюрническое толкование Гегеля) и мать-Материя, с другой.
3. То есть начав мыслить «философски» тогда, когда мы начали так мыслить, мы стали мыслить «вниз». Это была философия вниз. В этом ее резкий контраст с философией просто, которая строится вокруг диурна – то есть вертикали.
4. Как тогда мыслили философы Запада в конце XIX – начале XX века? По инерции они мыслили вертикально, но то же стали задумываться о реверсивности режимов. Эта реверсивность шла вниз с начала Нового времени – горизонтальная топика субъект/объект, имманентизм, феноменология, экзистенциализм и т.д. Н это «вниз» было совершенно из иной позиции – с очень большого верха. Западный логос падал. Русский, только что проявившийся, закапывался в нору.
5. Куда рыла нору русская религиозная философия? Я предполагаю, что она ползла в сердце Ночи. В ноктюрне сознание (как след диурна) рассеивается по «объектам» и встает на их стороны. Это своего рода трансгрессия духа в сторону материальных колыханий пренатального состояния. Пренатальность есть опыт, подхваченный советской философией: она постепенно распылилсь в ничто. К концу СССР советский философский корпус достиг небывалого: он мыслил только темными материальными парами. Мысль диалектически превратилсь в не-мысль. Если наша гипотеза верна, то превращение позднесоветских философов в послушных зверьков есть результат целенаправленной стратегии русской философии в ее ориентации на трансгрессию вниз и достижение ноктюрнического надира – точки совершенной полночи.
Часть 3. Осознание полночи. Смерть сладка.
1. Продолжаем цепь умозаключений. Кульминационный идиотизм позднесоветской философии, териоморфность поздних советских философов и окончательная энтропия философского дискурса в ликвидационном «либерализме» постсовестского периода не катастрофа, аберрация или недоразумение неизлечимо «глупого» общества, но конечная станция строго организованного философского процесса. Представим себе, что кто-то хочет заболеть, сойти с ума или умереть. Всерьез хочет. И когда он заболевает, сходит с ума или умирает – это что досадная случайность? Нет, пункт назначения большого пути. Если русско-советская философия выродилась в современный (а да этого позднесоветский) кромешный идиотизм – это и была цель. Нам лишь надо осознать ценность и величие этого идиотизма. То есть сделать шаг вперед.
2. Все строго по Хайдеггеру. Философия Запада встает на путь технэ, затем тэхнэ вбирает в себя философию и замещает её собой, потом гений Хайдеггера это открывает (обнаруживает – выводит наружу – in das Offene) и через осознание технэ как Gestell, а Gestell как Geschick, а Geschick как Geschichte des Seyns расчищает путь для Нового Начала. Хайдеггер предлагает шаг вперед – «там, где риск, там коренится спасение». (Гельдерлин – как и Ницше, поставил себе цель сойти с ума, и сошел).
3. Но в нашем случае – всё чуть иначе. Мы стартовали рыть нору с иной позиции. Не высоты, сверху, а с нулевой линии. Начало русской религиозной философии уникально – мы двинулись из ноктюрна в ноктюрн (например, Н.Ф.Федоров), из земного (хтонического) безумия в еще более полное земное (хтоническое) безумие. И вот это важно: мы не падали, а спускались, зарывались, погружались, растлевались в живоносных соках внутренностей земли. Это была очень сладкая смерть.
4. Еще одно отличие: нижний горизонт у нас был другой, другим был его онтологический рельеф. Для низвергающегося с гигантской высоты диурнического западного философского логоса внизу зияло ничто (у Гегеля, у Кожева, Батайя негатив, собственно ничто у самого Хайдеггера, Сартра, Делеза – с его «волей к ничто» и т.д.). Само падение конституировало ничто – европейский нигилизм (Ницше); в этом и состоит диурн и его философскость. А что конституировало скольжение/сползание/закапывание? Вот точно, что не ничто. Русские не знают ничто. Вернее иначе: то, чем кажется извне русский нигилизм, таковым не является. Хотя бы по той причине, что для ничто нужно всё как высоко дифференциированный (по отношению к ничто) Логический (травматический, философский) концепт. Если не ничто, то что?
5. Это мы узнаем, если сделаем шаг вперед.
Часть 4. Русские, мысль и лицо Земли.
1.Тут самое интересное. Для нас ноктюрн, до чьей сердцевины мы благополучно доползли (почти! доползли), инаков, нежели для философии Запада их ничто. Наш ноктюрн на своем пределе подходит к тайне того, что находится за этим пределом. Как за пределом логоса – в самом верху, также есть тайна – что стоит выше логоса?
2. Моя гипотеза: русские хотят откопать Лицо Земли. Все знают только её спину. И поэтому она кажется безвидной и пустой, и тьмой над бездною. И ничто. Но она не такова. Земля, наша мать Нюкс, не такова. У нее есть Лицо. И это Лицо никто никогда не видел. Русские хотят увидеть это Лицо.
3. Триумф философского идиотизма в современной России должен быть кем-то замечен. Самими философами он не замечается и замечен быть не может. Они и есть носители этого блистательного в своей темноте идиотизма. Они есть искупительная жертва. Также как на Западе техники (у Хайдеггера) не способны понять, что они носители метафизики Machenschaft. Следовательно, распад сознания философского сообщества современной России должен быть схвачен как достижение точки самой темной глубины кем-то еще. Кем?
4. Тем, кто осознает ночную судьбу русской мысли. Для этого помимо судьбы, необходимо осознание. Откуда его взять? Явно что не у людей Запада, которые все еще падают. И хотя до (режущей) плоскотсти ничто им осталось крохи, ветер на последних миллиметрах свистит у них в ушах – значит, они по прежнему заняты собой и своим технэ.
6. Давайте зайдем с другого конца. Кто может познать то, что выше логоса? Выше нуса по терминологии неоплатоников? Кто может познать то, что выше познания? Взглянуть на спину Небес? Не сам нус. Не логос. Не Небеса. Они окружены своим ликом – все есть Лицо Небес. Следовательно, в этом крайнем рывке диурн должен обратиться к другому – нежели он сам. Он обращается к ничто – к области апофатического. Это тьма превысшая света. Это проекция Непроявленного выше высшего.
7. Чтобы проделать тоже самое с ноктюрном/землей, надо обратиться к другому, чем Мать. И тут мы должны привлечь на помощь диурн. Но свой собственный. Имажинэр выпрастывает из себя все режимы. Эвокация имажинэра как русского имажинера – с учетом его философских, подчас омерзительных эстетически хтонических трансгрессий, -- вот что нам нужно. Чтобы сделать еще один шаг в глубину (к Лицу зЗемли), мы должны заклясть хаос. Заклясть так, чтобы в нем забила русская молния, вспыхнул черный русский огонь. Иначе всё движение к центру Земли нашей «философии» будет напрасно.
Часть 5. Грядущие русские
1. Я думаю, что мы стоим на пороге явления русских другой формации. Они должны быть экспертами хаоса, превооткрывателями хтонических лабиринтов родного безумия, но… вместе с тем, они должны в предельном нагнетении идиотии, в пустыне, разросшейся дальше всяких пределов, из самих себя извлечь черный огонь хаотического логоса. Не огонь от огня, но огонь из льда.
2. Для русской философии следующей формации необходим новейший антропологический тип. Этот тип должен осуществить охват имижинера как целого, во всех его режимах, но не синтетически, а в губинных корнях – там, где режимы еще не разделены. Имажинер как таковой – это момент, где ночь и день еще не различны. Небо и Земля еще не разделены. Хаос это зияния и зевание. Когда зевание происходит – Небо открывает свою пасть – отныне это верхняя челюсть мира-монстра. Вторая нижняя челюсть – Земля. Зияние пространства между ними – хаос как предок Эроса, вторичный хаос. Нужный нам хаос – до разделения Земли и Неба, до космического первозевка.
3. Русская философия прорыла для нас дыру вниз. Это философская шахта, ведущая глубоко-глубоко, где гаснут последние искры сознания. Мы должны пойти туда без света. И извлечь свет из сердца самой под-донной тьмы.
4. Это могут сделать только совершенно новые люди. Русские из глубины глубин и в глубину глубин. Поверхностные русские, валяющиеся или ползающие на четвереньках, и даже закапавшиеся попояс – никому не интересны. Только убежденные геонавты, землеплаватили хтонических океанов пригодятся в этом важном деле – последнем рывке русской философии. К ее возможности сбыться.

Комментарии участника: Борис Дубов (2)

Всего: 2 комментариявсе комментарии ( 9 )
#2 | Борис Дубов | 30.03.2016 18:04
  
0
1. Творчество А.Г.Дугина имеет ярко выраженный антихристианский характер. В своих многочисленных работах он последовательно и целенаправленно осуществляет деконструкцию христианских оснований русской государственности и культуры, на основании философии индуизма, древнегреческой мифологии и неоплатонизма.
2. Философия Дугина - образец деградации её предмета, как по форме, так и по содержанию. С точки зрения формы, деградация состоит в том, что понятийное логическое мышление - подменяется чувственным, метафорическим, а философия - превращается в мифологию. Метафорические понятия и отдельные мифы Дугин синтезирует на основании герметических диалектических принципов. Основные характеристики герметического мышления Дугина: механицизм, схематизм, гностический редукционизм. В целом, его способ философствования можно определить как герметическая мифология. Классический предмет западной философии – мышление и бытие, русский философ подменяет изучением хаоса (материя), психологией и социологией.
3. Дугин варварски отождествляет христианство и языческие учения. Не видит принципиальных, несовместимых различий между трансцендентной природой христианской Пресвятой Троицы и тварными языческими богами (бесами), между Личностью Творца и безличностным принципом восточных нехристианских религий, между сущностью нетварной благодати и тварными (демоническими) энергиями, между Таинствами и инициациями в языческих мистериях (и посвящениях).
4. Дугин не понимает природы мышления и его отличия от чувственных форм познания. Не видит различия между понятием и чувственным образом (метафорой). Не понимает необходимости логической операции определения понятий и их классификации. Не может эти логические операции корректно провести.
5. Дугин не понимает сущности классического аристотелевского и диалектического способов мышления, в чём их принципиальные отличия. Некритическое отношение к диалектической форме является источником совершенно абсурдных и фантастических положений.
6. Философскую форму познания Дугин полагает более развитой и превосходящей, чем религиозную. Религиозную форму неправомерно отождествляет с логической, а философскую - с формой чувственного познания (метафора).
7. Понятие парадигмы Дугин не в состоянии определить непротиворечиво и строго. Его трактовка совершенно не соответствует исторической традиции его применения, и тождественна понятию хаоса.
8. Дугин пересматривает содержание категории хаоса, который традиционно, в античности, противопоставлялся форме и идее, и рассматривался как синоним материи и бесформенности. С этой целью, используя диалектический метод, в понятие хаоса как материи он вносит содержание формы и идеи (логоса). В результате, было получено центральное понятие «новой философии» - парадигмы-хаоса. Согласно заявлениям Дугина, его философия хаоса – это принципиально новое, русское направление развития философии М.Хайдеггера, альтернативное традиционной исторической философии. Но так ли нова предложенная Дугиным идея и философия? Понятие «нового хаоса», согласно дугинским представлениям, объединяет в себе « остатки» содержания традиционного понятия хаоса как материи и понятия логоса. В «новом хаосе» Дугина мы находим два старых понятия материи и мышления (логоса, сознания), - только в «одном флаконе». И, что же здесь принципиально нового мы можем обнаружить? Да ничего! Под видом новой философии и нового подхода к предмету философии, Дугин предлагает нам ортодоксальный диалектический материализм! Только более дурного «разлива» – не марксистский (основанный на гегелевской логике), а дугинский, варварский и примитивный (основанный на мифологическом мышлении досократиков и герметистов). В диалектическом материализме-марксизме, материя - это единственная субстанция и первоначало, тогда как сознание – продукт её саморазвития. Или, как показал Е.С.Линьков (самая респектабельная версия марксизма), мышление (логос, сознание) – это атрибут материи, т.е. её необходимый момент саморазвития, без которого материя не материя. Мышление, логос, сознание – это высший этап развития материи. Следовательно, различия между ними мнимые, и собственно материя и сознание (мышление) это суть моменты одной и той же единственной сущности – материи. В философии хаоса Дугина, мы видим старые действующие «лица» (материя и сознание) и «старые песни о главном» - диалектику и материализм, только в новой философской аранжировке. Для того, чтобы вновь «упереться рогом» в свой любимый диамат, Дугину пришлось «перелопатить» уже всеми забытые залежи философии Гераклита, традиционализма, экзистенционализма. Мы уверены, что и при другом исходном наборе философских первоисточников для своей философии, Дугин, в любом случае, получит «на выходе» диалектический материализм. Только называться он будет, возможно, ещё более многозначительно и загадочно. Например, философия мысленного присутствия. И так же, как и в философии хаоса (несмотря на упоминание в названии мышления), там будет отсутствовать главное, то, что делает философию философией – мышление и его формы. Дугинская философия мысленного присутствия, наверняка, будет настоящим шедевром постфилософского безмыслия.
9. Мы отмечали, что слова А.Камю, адресованные философии экзистенциализма, оказались пророческими. Дальнейшее развитие философии только подтвердило, что борьба философов против мышления (рационализма), как собственной формы философского знания, приведёт их к философскому самоубийству, к убийству предмета философии. В исторической цепи философских самоубийств фамилия Дугина будет вписана золотыми буквами. Потому, что только наш, только русский философ, мог так тотально надругаться над формой мышления и предметом философии. И в этой области, помимо революции, балета и космоса, благодаря философии Дугина, мы также можем «стать впереди планеты всей».
10. Философию диалектического материализма, в форме философии хаоса, Дугин полагает в основание своего варианта евразийской концепции и четвёртой политической теории, которая является очередной комбинацией абсурдных идей диамата, традиционализма и политического хайдеггерианства. Дугин пока до конца четвёртую политическую теорию ещё не придумал, - и это очень хорошо! В ней, согласно его планам, отрицанию будут подвергнуты все предыдущие теории: первая (либерализма), вторая (коммунизма) и третья (консервативная). Через год Дугин сможет построить и пятую теорию. Для этого необходимо будет «по-взрослому», нон-конформистски сказать «абсолютное нет» четвёртой теории и т.д. Четвёртая теория будет надстройкой над евразийством, которое, похоже, философу уже не так интересно как раньше. Дугин сам толком не может объяснить, о чём будет четвёртая теория. Но, чего там не будет, по
его заявлениям, так это «субъектов». Там не будет государства, народов, наций, религий и т.д. Там не будет консерватизма, поскольку это расизм, не буде либерализма, поскольку это гомосексуализм, не будет коммунизма, поскольку это атеизм. Ничего там не будет! Только будет мысленное присутствие тумманости радикального субъекта. В пятой политической теории не будет даже её автора, который будет вынужден прятаться в «парадигмальных складках» парадигмы модерна от преследований радикального субъекта четвёртой политической теории.
11. Возникает естественный вопрос, какое отношение христианского учения к рационализму, с которым боролся Дугин, традиционалисты и постклассическая философия? Причина объективации и натурализации мышления не в самом разуме и логической форме. Отвергать и отрицать форму мышления - безумие. Наряду с созерцанием и духом, мышление есть всеобщая (лучше сказать истинно-априорная) форма нашего познания. Она «априорна» нашей душе и сознанию. Мы слова не можем сказать без мышления, оно сопровождает созерцание и духовную деятельность нашей души. Причина объективизации мышления в ложной направленности его деятельности, связанной с грехопадением первого человека. Чтобы преодолеть объективацию мышления, его необходимо воцерковить.
12. Дугин, по сути, выводит модерн из христианства. Поскольку « во внутренней сакральности, - пишет он, - по природе ему отказали еще раньше – при переходе от манифестационизма к монотеизму. Так были разработаны предпосылки онтологии модерна.» [Дугин А.Г. Постфилософия 1. Три парадигмы http://www.platonizm.ru/content/dugin-ag-postfilosofiya-1-tri-paradigmy]. Это означает, что всю вину за кризис европейской культуры, философии и науки постфилософ постсоветского пространства возлагает на христианство.

КРИТИКА ПАДШЕГО РАЗУМА
( богословско-метафизический трактат)
#5 | Борис Дубов | 30.03.2016 23:18
  
0
«Философия, будучи исчадием падения человеческого, льстит этому падению, маскирует его, хранит и питает. Она страшится учения Христа, как смертоносного приговора для себя. Состояние, в которое приводится дух наш, есть состояние самообольщения, душепогибели, что вполне явствует из вышеприведенных слов апостола, который повелевает всем желающим стяжать истинное познание от Бога, отвергнуть знание, доставляемое любомудрием падшего человечества. «Никто же себе да прельщает! - говорит он, - аще же кто мнит, премудр бытии в веце сем, буй да бывает, яко да премудр будет». [Кор. 3, 18] Истинная философия (любомудрие) совмещается в едином учении Христовом. Христос - Божия Премудрость. [1 Кор. 1, 30] Кто ищет премудрости вне Христа, тот отрицается от Христа, отвергает премудрость, обретает и усваивает себе лжеименный разум, достояние духов отверженных».

«...Мудрость этого мира, в который почетное место занимают многие язычники и безбожники, прямо противоположна, по самым началам своим, мудрости духовной, божественной. Нельзя быть последователем той и другой вместе: ОДНОЙ НЕПРЕМЕННО ДОЛЖНО ОТРЕЧЬСЯ. Падший человек - «ложь», и из умствований его составился «лжеименный разум», т. е. образ мыслей, собрание понятий и познаний ложных, имеющих только наружность разума, а в сущности своей - шатание, бред, беснование ума, порожденного смертною язвою греха и падения. Этот недуг ума особенно открывается в полноте в науках философских».

[Собр. соч. епископа Игнатия Брянчанинова. Т. 4. Аскетические опыты. СПб., 1905. Т. 1-3. C. 4.]
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2021, создание портала - Vinchi Group & MySites