Философия начинается с удивления.

Гостеприимство Авраама.

Один из отцов-основателей античной философии, а вместе с ней и всей европейской цивилизации древнегреческий философ Аристотель сказал: «Философия начинается с удивления»

То же можно сказать и о христианской догматике – она не может не вызвать удивления

Миры Толкиена, Энде и Льюиса со всеми их сказочными загадками не тянут даже на тень таинственного и парадоксального мира Христианского Богословия

Христианство начинается с великой тайны Пресвятой Троицы – тайны Божией Любви, явленной в одном этом непостижимом единстве.

В. Лосский писал, что в Троице мы видим то Единство, в котором пребывает Церковь.

Подобно тому, как Лица Троицы пребывают неслиянно, но составляют Единое, все мы собраны в единое Тело Христово — и это не метафора, не символ, а такая же реальность, как реальность Тела и Крови Христа в Евхаристии.

Как изобразить тайну? Только через другую тайну.
Радостная тайна Боговоплощения позволила изображать Неизобразимое.

Икона — символический текст о Боге и святости, явленной во времени и пространстве и пребывающей в вечности, подобно тому, как сказочный лес из «Бесконечной истории» Михаэля Энде, созданный в воображении главного героя, начинает существовать без конца и начала.

Постичь эту вечность мы можем благодаря еще одной, далеко не последней в мире Христианского Богословия тайне: Сам Бог просвещает каждого христианина вслед за Апостолами, даруя Самого Себя — Святого Духа.
Дары Святого Духа мы получаем в Таинстве Миропомазания, Он же пронизывает весь мир, Благодаря чему и существует этот мир.

Итак, Святой Дух приоткрывает нам тайну Троицы.
И потому день Пятидесятницы — Сошествия Святого Духа на апостолов — мы называем «День Святой Троицы»

/Мария Сеньчукова. 30 мая, 2015/

Язык иконы. Диакон Андрей Кураев. Часть 1.

Язык иконы. Диакон Андрей Кураев. Часть 2.

Язык иконы. Диакон Андрей Кураев. Часть 3.

Комментарии (132)

Всего: 132 комментария
#91 | Инна Ш. »» | 22.03.2020 15:35 | ответ на: #90 ( Архип Сидоров ) »»
  
0
Архип, какое это имеет значение, если одной жизни все равно не хватит, а святые говорят о вечном покое ? Разбираться и разбираться теперь... в этом новом ракурсе...
#92 | Архип Сидоров »» | 22.03.2020 16:06 | ответ на: #91 ( Инна Ш. ) »»
  
0
....если одной жизни все равно не хватит....


Не огорчайтесь - это не так. Вернее - это как подойти к делу. )

Да и святые говорят разное. )

И. второе:
...Не хватит... (жизни) -- не хватит для чего? Важный вопрос!!!


Думаю так: если Вы ответите (для себя) на вопрос верно - то времени хватит. Ведь это Бог создал Ваше личное время.

Вы же так не думаете, что Бог что-то не до дал Вам. )
#93 | Инна Ш. »» | 22.03.2020 17:38 | ответ на: #92 ( Архип Сидоров ) »»
  
0
"Делание же умное, которым приближаемся и совершенно присоединиться к Господу, таково: прежде всего познать всю тварь, видимую и понимаемую..., затем познать себя..., а затем Бога и все Его благодеяния..."

Вот слово "всю" тут как будто бы лишнее )
#94 | Архип Сидоров »» | 22.03.2020 18:22 | ответ на: #93 ( Инна Ш. ) »»
  
0
А мне странно как раз другое, вот это:

Если цитату преобразовать в метод познания, то значит смысл такой: не дудуктивный, но индуктивный метод познания.

Чудеса, однако.

Интрига от св. отца. ))

Нет, не то что бы для меня это была новость.
Как раз нет: Библия говорит: «Пойди к муравью, ленивец, посмотри на действия его и. будь мудрым» Притчи 6:6

Но церковь учит по-другому - как философы. )
#95 | Инна Ш. »» | 22.03.2020 19:05 | ответ на: #94 ( Архип Сидоров ) »»
  
1
Чудеса , конечно)) Но я о другом подумала. А что если бы новый короновирус был бы последним творением, что надлежит познать Человеку как человечеству ? Тогда следующим этапом стало бы познание Себя на каком-то другом уровне...Или это в какой-то степени параллельные процессы. Тоже ведь может быть ? Но я вообще-то больше верю, что и в раю придется познавать и трудиться.
#96 | Архип Сидоров »» | 22.03.2020 20:43 | ответ на: #95 ( Инна Ш. ) »»
  
0
С короновирусом это Вы остроумно заметили. ))

Думаю, что новым тварным формам не может быть конца. Но тогда парадокс - "конец" никогда не наступит, а это противоречит учению Церкви.

Но может "конец" будет таким как учили некоторые отцы: (?)

-- Верных Господь заберет в пред уготованный новый дом. А здесь на земле, как ни в чем ни бывало, будут твориться все новые и новые формы уже совсем бес благодатной монстровидной (адской) жизни?
#97 | Инна Ш. »» | 22.03.2020 21:33 | ответ на: #96 ( Архип Сидоров ) »»
  
1
Это вряд ли . Апокалипсис положит конец злу. Я думаю, что вирус до грехопадения вполне мог быть какой-нибудь полезной штукой, а в результате грехопадения человека и дьявола превратился в оружие поражения.
  
#98 | Невеселый Роман »» | 23.03.2020 04:18 | ответ на: #84 ( Инна Ш. ) »»
  
0
Уважаемая, Инна Ш., очень хорошо, что вы подняли эту тему коммента #29 Феориева Х.Р., и подняли вы так его, что я теперь могу весьма содержательно высказаться, а именно ( вы, Инна Ш. пишите совершенно непротиворечиво изложенному по Глоссарию свт. Димитрия Ростовского, на Понятие - Познание Бога[/B]), Итак, Инна Ш., ваши цитаты:

> "Но никто не может познать Бога, пока прежде не познает себя, не познает же и себя как должно, если не придёт прежде в познание твари и в рассмотрение всех вещей, зримых и разумеваемых в мире... Итак, прежде всего подобает учиться не только внешнему труду, но и умному деланию, разуму и познанию; ибо жизнь вечная — это значит познать Господа, а смерть — не знать о Нем..." (Инна Ш.)

> "Делание же умное, которым приближаемся и совершенно присоединиться к Господу, таково: прежде всего познать всю тварь, видимую и понимаемую..., затем познать себя..., а затем Бога и все Его благодеяния..." (Инна Ш.) (2 гл)

Инна Ш., а теперь давайте посмотрим на смысл того, что пишет свт. Димитрий Ростовский про то, что говорите так же и вы. В данном случае Симфония по творениям святителя Димитрия Ростовского, в частности пояснение на слово - Познание Бога, и в пояснении этого понятия (порой в точь как и пишите вы) приводится следующее (2-й абзац пояснения):
[Познание Бога] - Существуют два способа познания Бога… Это вера и любовь. Верою Бог познается по апостолу: «Верою познаем, что веки устроены Словом Божиим» (Евр. 11:3), а Златоуст, толкуя это, говорит: «Дело веры – познание. Вера состоит в познании Бога, в познании того, что Его всемогущей силой и веки сотворены». Познаётся Бог ещё и любовью, как об этом говорит в Евангелии Сам Господь: «кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам» (Ин. 14:21). «Кто, – говорит Он здесь, – любит Меня, тому Я Сам покажу Себя, чтобы он хорошо знал Меня: явлюсь ему Сам». Оба эти способа познания Бога и достижения вечной жизни очень хороши, но в то время, как первый способ, то есть вера, является то совершенным, то несовершенным, второй способ, то есть любовь, – всецело совершенен. Вера есть истинный способ, ибо «без веры угодить Богу невозможно» (Евр. 11:6) и спастись: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет» (Мк. 16:16). «Человек оправдается верою» (Рим. 3:28); [не истинным] же способом она является потому, что и бесы веруют, но по-прежнему остаются бесами, хотя «веруют и трепещут» (Иак. 2:19) (1).

Истинно познавший себя познал Бога, и познавший Бога познал себя: с Богом соединен, и, почив от всех своих дел и трудов, вошел в святилище Божие, и всегда приносит Богу умную службу духа. Однако никто не может познать Бога, пока прежде не познает себя, не познает же и себя как должно, если не придёт прежде в познание твари и в рассмотрение всех вещей, зримых и разумеваемых в мире. Когда же кто приходит в познание этих вещей, тогда сможет прийти в познание себя, а также и Бога, и так приходит в совершенное единение любовью с Богом. Итак, если [кто истинно хочет познать Господа], познать себя и соединиться с Ним любовью, [пусть прежде познает всю видимую и понимаемую тварь], пусть узнает рассмотрение всех вещей и всей твари: от кого и для чего они существуют, чтобы ни единой вещи не было от него утаенной и непонятной, – также и себя, и все таинство о себе; также и Бога, и все Его неизреченные благодеяния; и так придет в совершенное познание всего. Ибо [прежде подобает понять дольнее], а потом уже горнее. Мы должны восходить не от вышнего к низшему, но от низшего к вышнему. Ибо потому Бог всю тварь и все мирское устроение, как некое училище или зерцало, положил перед нашими очами, чтобы мы, учась, от дольнего восходили к вышнему. Если же дольнего не познаем, то как горнее разуметь сможем?

Инна Ш., вот смотрите..., тут ясно Святитель говорит, что познание Мира---это именно дело Веры, как верное Веры применение и я считаю это особо умным откровением и Философской истиной, ибо, да, так действует именно Вера. Тоже самое говорит и современная Философия: Ричард БрэйтуэйтРамсея Тезис - Предсказательная сила теорий определяется и количеством, и качеством её теоретических понятий, и эта предсказательная сила уменьшается по мере построения явных определений этих понятий (как достоверная необходимость самых общих идей, как Доктрины Веры, а с ними и большая возможность Сознанием проникать в Будущее, становиться внутренней организующей Силой в Мире и Космосе, интерпретированных здесь свт. Димитрием Ростовским, как дело Веры). Это точно соответствует спасительному учению в Духе от Апостола: Рим.1:20. Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы, так что они безответны (неви́димая бо его́, от созда́нiя мíра творе́ньми помышля́ема, ви́дима су́ть, и присносу́щная си́ла его́ и Божество́, во е́же бы́ти и́мъ безотвѣ́тнымъ).

Инна Ш., тока не пойму, а что вам непонятно, ведь сразу всю Библию не прочитаешь и сразу всё там не поймёшь, потому, хошь-не-хошь, а познавательная жизнь Христианина по Вере его, в познании окружающего мира---Промыслом Божиим усиливает и веру и богопознание именно в параллельном жизни изучении Слова Божия, молитвам и пр., что положено христианину. А вы вместо должных выводов о месте и роли Веры, как формы познания всего сущего---тут же впадаете в мыслительный коматоз и пишите следующее:

> Теперь не знаешь, за что хвататься... А вы как поняли выделенное ? Науки форевер ? Для христиан ? Понятно, что прежде христианином надо стать, изучить Библию.. (Инна Ш.)

Инна Ш., а ПОЧЕМУ вы не задались вопросом: [а что есть ваша Вера?], ЕСЛИ ВЫ НЕ В СОСТОЯНИИ НАЙТИ ПРОСТОЕ РАЗРЕШЕНИЕ совершенно наглядного, краткого и ясного ПОУЧЕНИЯ СВЯТИТЕЛЯ (Димитрия Ростовского)? Причём этот вопрос можно задать и относительно Феориева Х.Р., Андрея Рыбак, Троицкого Рувима и пр., пр., кто смотрит на поучения, и по бездействия мыследеятельности, просто [не в состоянии понять], что это означает, и как этим поучением пользоваться. Я лично почти мгновенно всё понял, но чтоб изложить в текст, то тут надо ещё во много раз сильней подумать, но и это я сделал. Но вот вы все (Феориев Х.Р., Андрей Рыбак, Троицкий Рувим, Любочка Борисовна, вы сами и пр.) слепы совершенно, причём, не то, что бы даже чуть понять отписанное, но даже понять что я вас мудро просвещаю, чтоб хоть чуть в верном направлении напрячь мысль. А вместо этого вы все от меня отмахиваетесь, приписываете мне невесть какую ересь, а Андрей Рыбак ещё будет меня нечестивцем считать и держать в НОВИЧКАХ, оскорбляя в себе всякое моё старание, а тем более и моё мыслительное достоинство, только чтоб не стать хоть чуть верно верующим. Ну и вы все вслед за ним. А ведь и ранее «ни один авторитет не считался непогрешимым, ни одно разумное рассуждение не считалось неопровержимым; но когда Беренгарий [Турский] заявил, что авторитетность всякого отдельно взятого авторитета должна опираться на разум, ибо {{“Традиция не служит гарантией против заблуждений, ибо не на авторитете покоится истина, а на разуме, присущем человеческой природе”}}, его тезис [proposition] был отвергнут как чрезмерно самоуверенный, неблагочестивый и абсурдный. Таким образом, убедительность авторитета традиционно рассматривалась людьми того времени как попросту исходная посылка…». Пирс Ч.С. Вопросы относительно некоторых способностей, приписываемых человеку // Ч.С.Пирс Избранные философские произведения. – М.: Логос, 2000. – C. 21. И позиция Беренгаря [Турски] вполне приемлема, ибо только действие разума позволяет свободно двигаться к Истине, но Бог не познаваем, но Познание Божества всегда исполнено смысла, что и есть Вечный удел всех умных Сил Небесных, никогда не завершимый, но всегда всецело исполненный смыслом. Тоже самое (что я, Пирс, Беренгарь, Апостол (Рим.1:20) и пр., пр.) говорит точно точь-в-точь и Свт. Дмитрий Ростовский в своём поучении.

Инна Ш., а теперь давайте возвратимся к комменту #29 Феориева Х.Р., Н

> Выдержка из " Лествицы Духовной" Святителя Исаии Копинского: "Ибо иное дело разум мира сего, а иное — разум духовный. Все святые от Пресвятого Духа научились разуму духовному и воссияли, как солнце, в мире, а ныне не от Духа Святого учатся разуму, но от Аристотеля, Цицерона, Платона и прочих языческих философов. Поэтому до конца ослеплены ложью, и ум их прельстился от пути правды. Святые учились заповедям Христовым и умному деланию, а эти только слова говорить учатся, а внутри души мрак и тьма, только на языке вся их премудрость.." (Феориев Х.Р.)

Но давйте рассмотрим его в контексте, как вашей цитаты (и вообще этого поучения свт. Дмитрия Ростовского), так и в свете другого понятия из того же Глоссария Симфонии по творениям святителя Димитрия Ростовского, но уже пояснения понятия - Философия, в пояснении которого говорится следующее:
[Философия] - Не попытавшийся добровольно пройти тесный евангельский путь и пренебрегший очищением ума, хотя бы и всю внешнюю мудрость изучил, но слеп душой: только буквы умерщвляющей держится, духа же, оживляющего не принимает; и не только других, но и себя не может совершенно исправить. Ибо иной есть разум мира сего, иной же духовный. Духовному разуму от Пресвятого Духа учились все святые и воссияли, как солнце в мире. Ныне же разуму учатся не от Духа Святого, но от Аристотеля, Цицерона, Платона и прочих языческих философов. Поэтому до конца ослеплены ложью и ум их прельстился от пути правды. Святые учились заповедям Христовым и умному деланию, а эти только слова говорить учат, а внутри души мрак и тьма, только на языке вся их премудрость (3).

Но ведь ясно, что если Философ, называя своё учение Любовью к Истине (Философия переводится, как Любовь к Истине), и встречая примеры истинного по истине: подвижничества, мудрости святых и верующих, Премудрости Свщ.Писания---отвергает их, как недостойное ему, как философу, то такой Лжёт, что он Философ, Лжёт и в том, что называет своё учение Любовью к Истине (Философия переводится, как Любовь к Истине), и не творит дел Веры в Познании, ибо остаётся слеп и к Мудрости, и к Премудрости, и к верному Познанию, при всём том, что кредо Веры дало ему пройти любой его дорогой, видеть всё, что он зрит, чтоб получить ожидаемое (“Дорогу осилит Идущий”, “Зри и узришь”, «Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр. 11:1)), то его вера мертва, сам он лжец и невежда, и конец его адовый.

А вот, если же Философ усиливает своё знание Верой и тем мудро познаёт Мир, мудро познаёт Свщ. Писание, и верою усиливает эту мудрость, то он истинно философ и истинно его философия есть Любовью к Истине. Но если он отвергнет свою интеллектуальную наследственность и философскую онтологию от Сократа, Платона, Аристотеля и пр., то он отвергнет своё участи в спасении этих умников, ибо они жили в Ветхие Времена, и отвергнет Мудрость Древних, которая в философии язычников, была как Закон Моисеев для Евреев (Мч. Иустин Философ). Тогда он отвергнет и то, что Ветхий человек ждал Христа и имеет интеллектуальную наследственность от Адама, а значит и от Бога, и станет тупым, как тупой фанатик.

Инна Ш., а ведь обратившийся в старости своей (~60 лет) из язычества в Православие, великий философ Гай Марий Викторин, был первым, кто философски изобличил все еретизмы нечестивого Ария и тем самым всем дал против него интеллектуальное оружие. Т.е. Марий Викторин спас Православие, именно тем, что был философ и своей Любви к Мудрости не оставил, но умножил её верою.

Инна Ш., отсюда ясно, что как в цитируемом комменте #29 Феориева Х.Р., так и в поучении свт. Дмитрия Ростовского в пояснении Понятия - Философия---[просто убрана та часть их поучения], которая проясняла именно тот вариант, когда философ истинно верующий мыслитель, как пример жизни умом по вере. Ведь добавь в их поучение то, что я сказал 2-мя абзацами как раз сверху этого коммента, то сразу станет ясно и то, как выглядит образец истинно верующего мыслителя, каким был и Сам Христос наш, по Образу Подобию Кого и тот умник есть истинный философ.

Инна Ш., слово философия невозможно заменить на другое, ибо это Понятие Древнее и имеет онтологическое достоинство, ибо и первые уверовавшие во Христа---это были философы. Ибо философами были и те Волхвы, которые принесли дары в только что Новорожденному Христу, и в детстве Христа были первые уверовавшие в Него именно филосфы, причём языческие философы, т.е. Христос именно через философов получил основание непосредственно прийти к язычникам как Он пришёл к Израилю. Вот что гласит история:
-51 Присутствовал там и философ, в астрономии искушенный, и спросил он Господа Иисуса, не изучал ли астрономию Он. Назвал ему Господь Иисус число сфер и тел небесных, объяснил природу и свойства их, оппозицию, вид и площадь, трикветр и секстиль, апогей их и перигей, скрупулы, и скрупулов шестидесятые доли, и другое многое, чего не постичь рассудком.

52 Был среди них и философ, в предметах естественных умудренный, и спросил он Господа Иисуса, знает ли медицину Тот? Изложил, отвечая ему, Господь Иисус физику и метафизику, гиперфизику и гипофизику, об энергиях тела поведал, о телесных жидкостях и функциях их; назвал число костей и членов, вен, артерий и нервов; рассказал, как сухое тепло действует, и как влажный холод, и что применение их дает; как воздействует душа на тело, об ощущениях его и силах; как на него гнев и похоть влияют; а под конец - о соединении и распаде и о многом другом, что для тварного разума непостигаемо.

Встал тут философ этот и Господу Иисусу поклонился.

- О Господи, - говорит, - с сего часа учеником и рабом твоим буду.

Инна Ш., слишком слабы вы все умом, чтоб причисляться к истинно верующим, ибо учитесь у недостойных служить Богу.
#99 | Инна Ш. »» | 23.03.2020 08:42 | ответ на: #98 ( Невеселый Роман ) »»
  
1
Роман, вы уже так много всего прочитали из христианской литературы , что вполне можете стать популяризатором христианской философии, а не языческой . Чего я вам искренне и от всей души желаю.

протоиерей Василий Зеньковский
Основы христианской философии https://azbyka.ru/otechnik/Vasilij_Zenkovskij/osnovy-hristianskoj-filosofii/1

Читается довольно сложно, сама я точно все не осилю, а у вас получится !

Спасибо, что дали ссылку на Арабское Евангелие детства Спасителя! Раскрыли глаза в своем роде. Я, конечно, догадывалась , что все полезные знания ученым приходят от Спасителя , но последние двадцать лет отказалась от чтения научно-популярных журналов в пользу христианской литературы. Теперь мой компьютер окружен двенадцатью иконами, а картина в духе a`la Scarlett O`Hara пылится на шкафу.
Решила чуток гармонизировать свое пространство и поставила в закладки на компе журнал Наука и Жизнь .

Но... из вашей ссылки на Арабское Евангелие я все же сделала другой вывод - прямо противоположный вашему по отношению к Аристотелю:

"Не вливают также вина молодого в мехи ветхие; а иначе прорываются мехи, и вино вытекает, и мехи пропадают, но вино молодое вливают в новые мехи, и сберегается то и другое"Мф. 9:17

Кстати, в начале Первого тома Основ Христианской философии есть объяснение тому, почему от Аристотеля следует отказаться.

Еще хотела вам ответить по поводу упоминания свиньи в Акафисте. Если в двух словах - уподобляться в каких-то позорных случаях не означает Быть этим животным. Хорошо об этом сказал Блаж. Феофилакт Болгарский :

"Однако должно знать, что Священное Писание, когда порицает то, что находится в людях по естеству, то есть что присуще животным, уподобляет их бессловесным. Оно говорит, например: человек, который в чести и неразумен, подобен животным, которые погибают (Пс. 48:13); а также: не будьте, как конь и лошак (Пс. 31:9); еще: это - откормленные кони (Иер. 5:8); и еще: будьте мудры, как змии, и просты, как голуби (Мф. 10:16). Писание говорит это, не переменяя природы, а только убеждая удерживаться от природных наклонностей. Когда возвещает оно что-нибудь спасительное, то подобие заимствует от высшего, например: будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд (Лк. 6:36). И здесь не претворяет природу, а только повелевает делать это, насколько станет силы. "

Поэтому -читаем покаянный Акафист ))
#100 | Архип Сидоров »» | 23.03.2020 10:19 | ответ на: #99 ( Инна Ш. ) »»
  
0
Инна пишет: Кстати, в начале Первого тома Основ Христианской философии есть объяснение тому, почему от Аристотеля следует отказаться.



Какой ужос!

Вы пишите, Инна неверно. Вот фраза самого Зеньковского, которая подразумевает не "отказ", но правильное прочтение, уяснение и углубление учения Аристотеля:


Христианская философия возможна...
Особой задачей (христианской) философии является уяснение диалектики идей, уяснение внутренней структурности в основных наших (христианских) понятиях.



Инна, Аристотель отвечает за то что он написал, но он не отвечает за то, как его поняли.


Аристотель - философ Логоса Сына!


Вам следует потрудиться (после Великого поста, конечно) - обновиться свежими знаниями по этой теме. Рекомендую:

"Аристотель непонятый: опыт феноменологического прочтения." - А.Дугин философ (православный единоверец)

(отрывок)
Первым, кто поставил классическое прочтение Аристотеля под сомнение и попытался перечитать его заново, стараясь понять максимально близко то, что мыслил сам Аристотель, а не то, как он был интерпретирован позднейшими (подчас противоречивыми) традициями, был Мартин Хайдеггер...
Поэтому Хайдеггер может служить нам прекрасным ориентиром и учителем – его попытка понять Аристотеля является примером того, что мы называем феноменологией философии, то есть прохождением и проживанием вместе с мыслителем его пути, стараясь держаться как можно ближе к его собственным координатам


http://paideuma.tv/video/besedy-o-noomahii-4-logos-dionisa-fenomenologiya-centra#/?playlistId=0&videoId=0
#101 | Инна Ш. »» | 23.03.2020 10:38 | ответ на: #100 ( Архип Сидоров ) »»
  
1
Архип, я считаю важным благословение Церкви на эту работу по христианской философии. . Зеньковский -протоиерей, а Дугин - единоверец. Ну не знаю, брал ли Дугин благословение на этот труд. Но разберусь, надеюсь. Только времени потребуется немало..
#102 | Архип Сидоров »» | 23.03.2020 10:48 | ответ на: #101 ( Инна Ш. ) »»
  
0
Так Вы-то, Инна, в отличии от Дугина - и Зеньковского неправильно поняли. )
#103 | Инна Ш. »» | 23.03.2020 10:50 | ответ на: #102 ( Архип Сидоров ) »»
  
0
Этот гносеологический дуализм (знания и веры) начал принимать столь острые формы, что его нельзя было уже затушевать. С одной стороны, знания, которые западные мыслители находили у Аристотеля, так импонировали им, что отвергнуть их по одному тому, что все они стояли вне учений христианства, было невозможно. Но невозможно было, с другой стороны, и простое, безоговорочное приятие системы Аристотеля – и отныне вопрос о соотношении христианского и античного (Аристотелевского) мировоззрения стал уже на очереди как неотвратимый и основной вопрос церковного сознания на Западе2.

Не надо забывать, что такой, например, кардинальный вопрос, как вопрос об индивидуальном бессмертии не имел у Аристотеля ясного и категорического решения и допускал решение, отвергающее индивидуальное бессмертие (ср. толкования Аверроэса, Сигера Брабантского).

Не менее тревожным было учение Аристотеля о вечности или безначальности мира. Отсюда возникла грандиозная задача нового построения, в котором учения «естественного разума», совершенно неотразимые, как казалось тогда, нашли бы свое место рядом с христианской системой. Так родилась идея, что единственный путь для этого может состоять лишь в том, чтобы отделить чисто философские концепции от богословия, подчиненного основоположениям христианской веры. На этот путь и встал со всей определенностью уже Альберт Великий, но окончательно задача эта была решена только Фомой Аквинатом, построения которого удовлетворяли требованиям времени, но зато оказались столь роковыми для всей христианской культуры Запада. Войдем в некоторые подробности.

3. Фома Аквинат установил то «равновесие» между верой и знанием, которого требовала и ждала его эпоха, – он просто уступил знанию (философии) всю территорию того, что может быть познаваемо «естественным разумом». Этот lumen naturale rationis3 признается здесь достаточным для понимания мира – и нечего удивляться, что Аквинат видел именно в Аристотеле вершину «естественного разума». Как известно, он никогда не называет Аристотеля по имени в своей «Summa Theologie», а просто именует его «Philosophus». Откровение только дополняет то, что открывается нам через lumen naturale rationis («Gratio non tollit naturam, – гласит известное изречение, – sed perficit»4). Это учение о самодостаточности «естественного разума» в познании мира и человека есть, в сущности, новое, чуждое основным течениям даже античной мысли понятие: возвышая Откровение над «естественным разумом», Аквинат в то же время рассекает единую целостность познавательного процесса5. Она была таковой у греков, т. е., конечно, у самых значительных мыслителей Греции; она была таковой и у христианских богословов ранних и поздних – до XIII века. Аквинат же своим решением вышел уже на новый путь и тем надолго разрешил для Запада трудную тему о соотношении внерелигиозного знания и веры, ибо создал возможность мирного их соотношения наподобие соотношения двух этажей здания – есть этаж «естественного» (внерелигиозного) познания, но есть и следующий этаж – религиозного познания.


.....но он ошибался все ж как увиди дальше..

8. В отличие от позиции, занятой обеими ветвями западного христианства, мы защищаем идею христианской философии, так как решительно отвергаем то раздвижение веры и знания, которое и на Западе явилось довольно поздно как свидетельство бессилия христианского сознания, а на Востоке никогда не имело места. Христианство изначала было религией Логоса, и не случайно в тропаре на Рождество Христово поется: «Рождество Твое, Христе Боже наш, возсия мирови свет разума». Вера апостолов и непосредственных учеников Спасителя ни в какой степени не принимала разграничения или противопоставления ее разуму – она была «знанием», которое было в живом согласии с обычным знанием. А у ап. Павла очень развито учение о том «обновлении ума» (Рим. 12:2), которое освобождает от следования «веку сему» и есть начало нашего «преобразования». Христианам надлежит, по ап. Павлу, «иметь Бога в разуме» (Рим. 1:28), и мы должны бояться того «ослепления ума», которое идет от «бога века сего» (II Кор. 4, 4). Через «покаяние» открывается нам «познание истины» (II Тим. 2, 25); во Христе мы «обогащаемся всем – всяким словом и всяким познанием» (I Кор. 1, 5). Заметим, что ап. Павел принадлежал к числу образованнейших людей своего времени, т. е. как раз был насыщен теми истинами «естественного разума», которые так соблазнили Аквината, – и тот же ап. Павел звал к «обновлению ума». Раннее христианство именно в силу этого, т. е. опираясь на то расширение познавательных сил, которое возвещено в этих словах об «обновлении ума», с самого начала ступило на путь рецепции из язычества того, что было приемлемо для христианского сознания. Это относилось к христианской терминологии (таковы термины logos, pneuma14), к некоторым литургическим материалам15 и даже к догматическим вопросам (имею в виду использование у Великих Отцов некоторых принципов платонизма). Путь рецепции и есть путь христианской мысли, которая, опираясь сама на Откровение, на церковный разум, принимает все, что родилось вне христианства, если это согласуется с началами христианства.

Единство разума и веры нам, однако, не дано, но оно задано. Обе стихии духа свободны и могут иногда расходиться – и часто нужны духовные усилия, чтобы восстановить это единство. Поэтому природа разума как познавательной силы не заключает в себе никаких трудностей для единства веры и знания.

Трудности эти вытекают только из рационализма, который утверждает автономию разума и подчиняет себе все движения духа, в том числе и то знание, какое заключается в вере. Но эти притязания рационализма не могут быть оправданы – они являются следствием общего направления в духовной жизни западного христианства, которое именуется секуляризмом, т. е. отрывом от Церкви всех видов человеческого творчества (наука, философия, этика и т. д.).
#104 | Архип Сидоров »» | 23.03.2020 10:54 | ответ на: #103 ( Инна Ш. ) »»
  
0
Инна - замрите. ) Подумайте. Поработайте в глубине и молчании с мыслью.

Это тема достаточно серьезная, что бы вступать бездумно в перепалку.

Повторяю:

Вы, Инна, в отличии от Дугина - Зеньковского неправильно поняли.
....................................


     
0
Здравствуйте.

Вот Вы Инне рекомендацию даёте: " Поработайте в глубине и молчании с мыслью."
А мне так и не ответили на вопрос: глубину и молчание как тестируете?

Ответьте, если Вам не сложно.
#106 | Инна Ш. »» | 23.03.2020 11:06 | ответ на: #104 ( Архип Сидоров ) »»
  
1
Ок не буду спешить.
     
0
Главное наше лекарство – тишина.
Это она помогает оглядываться назад, осмыслить случившееся, признавать ошибки. Она заставляет нас думать, сомневаться. Она наш поводырь, она помогает справляться со страхами, избавляет от терзаний. Она же примеряет нас с самими собой, облегчает груз времени, стирает то, что мы хотели бы забыть.
  
#108 | Андрей Рыбак »» | 23.03.2020 11:18 | ответ на: #107 ( Леночка Борисовна ) »»
  
2
Священнобезмолвие это тишина ума.
  
0
Мне не сложно.

Сложно будет Вам понять по причине Вашей неподготовленности.
Надеюсь, что Вы понимаете, что ничего унизительного я не написал: мы все чего-то недопонимаем до поры, но ведь это проблема поправимая ))


Отвечаю на вопрос.

Глубина и Молчание - самые сокровенные божественные и следовательно человеческие силы.

Поэтому мне невозможно ни в какой форме ответить на Ваш вопрос, потому что этому предваряет большая предварительная работа с другими т.с. - более доступними(?) божественными инстанциями.

Все Силы - это разные божественные личностные миры. Всегда требуется несколько иной подход - в смысле моего обращения, поиска умственной топики (географии умного пространства)

В этом сложность.

С другой стороны это не невозможно по причине сходных природ: человеческой и богочеловеческой.
  
0
Леночка пишет: Главное наше лекарство – тишина.
Это она помогает оглядываться назад, осмыслить случившееся, признавать ошибки. Она заставляет нас думать, сомневаться. Она наш поводырь, она помогает справляться со страхами, избавляет от терзаний. Она же примеряет нас с самими собой, облегчает груз времени, стирает то, что мы хотели бы забыть.


Леночка, вот видите - вы же все знаете!

Зачем же спрашиваете? )

Шучу.

Леночка, не усложняйте себе жизнь. У Вас же по большему счету, с внутренним миром - все хорошо.
Жизнь коротка.

Главное, как я думаю, прожить свою - не чужую жизнь.
     
0
А как Вы относитесь к словам митрополита Антония Сурожского о том, что в собственной глубине нас ждут "чудища морские"?
Или Вы до них пока не дошли?
     
0
Как это - проживать чужую жизнь? Это ведь не из Православия. Кто Вам такую мысль о чужих жизнях подсказал?
Заранее благодарю за ответ.
  
0
"Чужая жизнь" - это жизнь Вашей "тени" (помните у Андерсена)

В онтологии у каждой вещи есть своя тень (и не одна).

По тому же Аристотелю: каждая вещь стремиться стать самой собой, то есть стремиться к своему истинному "месту" - от своей "тени" - к своей сущности.

На своем "месте" только Бог.

Вот, например, есть Елена и есть ее тень - анти-Елена, точно так же есть тень у Архипа... - тень есть у всего что есть.

Такая же "тень" (не теневое пятно) есть у Христа, в онтологии она называется Антихрист.


Извините. Более обсуждать эту тему не буду.
...............................................................

Елена спрашивает: А как Вы относитесь к словам митрополита Антония Сурожского о том, что в собственной глубине нас ждут "чудища морские"?

Все правильно.

...А еще ниже-нижнего и ниже всякой глубины-глубокой - живет Тот, Кого и именовать-то некому, кроме Сына.

А "чудища морские" (и не только морские) стоят на страже - оберегают Его божественный покой от нас любопытных. ))
     
0
О! Про тень - это Вы хорошо напомнили. Ща картинку загружу.

Двое: я и моя тень.


А помните, как от Питера Пэна тень бегала? Почему она его не слушалась?

___

А еще ниже-нижнего и ниже всякой глубины-глубокой - живет Тот, Кого и именовать-то некому, кроме Сына.

А вот это Вы так мудро сказали. Надо запомнить. Или записать. Как главный герой "В круге первом" Александра Исаевича Солженицына делал - народную мудрость записывал.
Помните: "Волкодав прав, людоед - нет!"?
  
0
Почему она, Тень, его не слушалась?


А вот такая она - непослушная. )

Наверное живая потапушта. )
.......................................

Про замечательную картинку:

...Бабочка - не плохо.
Но правильнее было бы Солнышко в груди девочки.

А в груди живой Тени все правильно - Луна!

ЧЕЛОВЕК
     
0
Немного не согласна с Вами.

"У человека в душе дыра размером с Бога, и каждый заполняет её как может". /Жан Поль Сартр/
Наверное потому многие тени не слушаются хозяев, что заполняют эту "дыру" чем попало, а Богу мало места оставляют. Иногда и вообще без Него (как? - уж не знаю).

А про крылья - они ж не из под лопаток растут, а из солнечного сплетения.
Говорят, что, когда растут, то чешутся.
У Вас нет такого ощущения в центре?
  
0
Леночка, я так вижу, что началась поэзия. Тут я Вам не собеседник. Извините. ))
     
0
И на том спасибо.

Напоследок немного поэзии.
~~~
Слово.

В оный день, когда над миром новым
Бог склонял Лицо Свое, тогда
Солнце останавливали словом,
Словом разрушали города.

И орёл не взмахивал крылами,
Звёзды жались в ужасе к луне,
Если, точно розовое пламя,
Слово проплывало в вышине.

А для низкой жизни были числа,
Как домашний, подъяремный скот,
Потому что все оттенки смысла
Умное число передает.

Патриарх седой, себе под руку
Покоривший и Добро и зло,
Не решаясь обратиться к звуку,
Тростью на песке чертил число.

Но забыли мы, что осиянно
Только Слово средь земных тревог,
И в Евангелии от Иоанна
Сказано, что Слово это - Бог.

Мы Ему поставили пределом
Скудные пределы естества.
И, как пчёлы в улье опустелом,
Дурно пахнут мертвые слова.

/Автор: Н. С. Гумилев/
~~~
Засим извольте откланяться.
#119 | Инна Ш. »» | 23.03.2020 22:07 | ответ на: #113 ( Архип Сидоров ) »»
  
0
Какое все же коварное язычество ! Вроде как порадовались, повеселилсь, а незаметно заблудились .И это мягко говоря )) И даже если принять, что Аристотель имел ввиду только вещь в буквальном смысле, а не человека как сына,и вроде как бы он прав, то вы все равно заблудились... Увы..

Ваши слова, Архип:
"По тому же Аристотелю: каждая вещь стремиться стать самой собой, то есть стремиться к своему истинному "месту" - от своей "тени" - к своей сущности.

На своем "месте" только Бог.

Вот, например, есть Елена и есть ее тень - анти-Елена, точно так же есть тень у Архипа... - тень есть у всего что есть.

Такая же "тень" (не теневое пятно) есть у Христа, в онтологии она называется Антихрист."


"Бог есть Свет и нет в нем никакой тьмы." 1Ин 1:5 И у Христа не может быть никакой "тени".

"Бог, будучи истинно по сущности Светом, становится подлинно светом в тех, кто ходит в Нем путем добродетелей. Как все святые - это «свет по причастию» - через боголюбие оказываются в Свете по сущности, так и Свет по сущности становится через человеколюбие [Свое] светом «в свете по причастию». И если мы по добродетели и ведению находимся в Боге, как в Свете, то и Сам Бог пребывает в нас, как Свет во свете. Ибо Бог, будучи Светом по естеству, проявляется в свете по подражанию, как Первообраз в образе. Или лучше: Свет есть Бог и Отец, [пребывающий] в Свете, то есть в Сыне и Святом Духе, существуя не как иной, иной и иной Свет, но как Единый и Тот же самый по сущности, а по образу бытия – Трисиянный. ." прп Максим Исповедник.

Возможно, антихрист- тень врага божьего.. Если в этом плане искать смысл... Но - не вижу смысла )
  
#120 | Невеселый Роман »» | 24.03.2020 05:05 | ответ на: #99 ( Инна Ш. ) »»
  
2
Инна Ш., во-первых, все сильные философы были верующими людьми, что есть исполнение слов пророка Давида, как Свидетельство Истины, ибо Пс.13:1. Рече́ безу́менъ въ се́рдцы сво­е́мъ: нѣ́сть Бо́гъ.. во-вторых, великий физик Вернер Гейзенберг всегда говорил: "Если вы мыслите достаточно сильно---вы непременно придёте к Богу... Первый глоток из сосуда знания делает нас атеистами, но на дне нас ждёт Бог." Этой же мудрости вторит и Ч.С.Пирс логически выводя следующую вершинную философскую мудрость: "Спокойное размышление и внимание вряд-ли были бы полезны для мышления вне его результативности, ибо предусмотрительность требуется исключительно для того, чтобы мы приняли в расчёт все факты, и притом, сделали эти факты (принятые нами во внимание) отчётливыми; и спокойствие уже позволяет нам быть осмотрительными и (при осуществлении выводов) не поддаваться воздействию того рода страсти, ввиду которой истинным оказывается желаемое нами↑---быть ему истинным (ПРОТИВОРЕЧИВОСТЬ ПО Карри), или же в том, чего мы опасаемся как истинного,---как вообще воздержания от следования некоторым другим ошибочным правилам вывода. Однако опыт показывает, что длительное и внимательное рассмотрение тех же самых отчётливо постигнутых посылок (включая предрассудки) будет гарантировать вынесение одного и того же суждения всеми людьми. Это указывает и доказывает тот факт, что мыследеятельность Истинно есть Спасительный дар Божий ко спасению, ибо если спокойное размышление и предусмотрительность в выводах из взятого к мысли всегда приводит к мысли о Боге и верному разумению Бога, если человек непредвзят к выводам. Вот потому исключительно ценно всякое точное историческое исследолвание, ибо к истинным мыслям приходили и древние, и нахождение подтверждения схожести своих выводов с мылями древних мыслителей--есть безусловный факт истинности усматриваемого направления в мысли. Ведь ещё Апостол (непомню какой) говорил, что Сократ начал понимать, что люди действуют по бесовскому наваждению и решил исследовать этот факт в своей философии. Но демоны воспрепятствовалитому и по их наваждению Сократ был казнён. Ибо демоны возбудили не по богу ревность у главного Жреца Афин Диопифа, и ему показалось, что рассуждения философов о богах, звёздах, земле, вещах, стихиях, воде, животных, растениях и пр., поколеблют его оккультный авторитет в Афинах, и он уговорил сенат и кесаря, ввести закон, запрещающий рассуждения о богах, как развращающий мысль в неуважение к богам. Сократа именно по этому закону и казнили. Сократ возопил к Правде, что Боги покарают афинян за это крючкотворство. Недолго после казни Сократа, Афины были завоёваны римлянами. Изменился и закон, теперь о богах можно было сколь угодно рассуждать, но о политике было запрещено критически высказываться (а до этого в Афинах это было разрешено, и носило название демократия). Исполнил Бог Правду Сократа, да так исполнил, что Апостол в Духе возвестил Суд Божий: Рим.1:18. Ибо открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою. (Открыва́ется бо гнѣ́въ Бо́жiй съ небесе́ на вся́кое нече́стiе и непра́вду человѣ́ковъ, содержа́щихъ и́стину въ непра́вдѣ). По этой формуле пал 2-й Византийский Вавилон, ибо всякий греческий священник всегда искал изъян в службе другого, чтоб отписать на него жалобу и чтоб ему запретили служить или вообще анафемезировали. Это у них до сих пор так, потому и под Гневом Божиим они, потому и скоро турки на Грецию нападут, и немало завоюют её территорий.

Инна Ш., и как ужасно думать, эта адова страсть в проклятиях, прокляла Великого Оригена, причём все его труды былои уничтожены и нам Христианам V Собор вменил в обязанность осуждать Оригена (который в отличии от всей епархии в гонения на Христиан не удалился как попы, но остался в Александрии, и проповедовал Христианское мужество, приходил на казни Христиан и увещевал их не отступать от Христа, совершал службу во Славу Божию и пр.пр, + после гонений его кто-то из захватчиков пленил и пытками заставляли отречься Христа, но Ориген выстоял, хотя его и по 3 дня растягивали по рукам и ногам аж на 3 стадии, недолго после того Ориген умер от последствий пыток, ибо он был уже стар и не мог ходить даже). Истино диамантовая вера была у Оригена и Имя Ориген означает диамант, как самый твёрдый камень во вселенной. Причём V Собор предал анафеме Оригена и указал сжечь его труды, а нам вменил его осуждать по коммуняцкой формуле----"Не читал, не знаю, но осуждаю проклятьем". Оригена мы знаем по высказываниям других и по древним переводам его оппонентов, и почти ничего из подленников не осталось. А Ориген был наверное самым образованным Христианином за всю историю Христианства. Именно Ориген сделал первые философские переводы Свщ. Писания и пр. Предания первохристиан, причём Ориген для этого продал всю свою огромную библиотеку, чтобы ничто языческое не смущало его Мысль об Откровениях Апостолов в Духе Святом и переводе Слова Самого Христа. И до конца дней своих Ориген оставался в высшей степени жаждущим знания и имеющим самое тонкое чутьё учёного и философа. Мы все христиане говорим о Христе на том языке, который впервые для этой именно цели ввёл для толкования учения Христа---именно Ориген, и никто другой. Вот такое оно проклятое дело осуждать, и ещё безмерно более проклята адова страсть к осуждению, и проклята ещё от Сократа.

Инна Ш., просто не в состоянии такого рода убеждённый и проверенный многократно даже с юности на верность умнейший Христианин---быть еретиком и учить о Христе неверно. Но его труды сожжены и правда о учении Оригена---недоступна для оценки его учения. Зато анафематизм Оригена V Собором живее всех живых и действует.

А в-третьих, все труды по философии обнаруживают уже после воцарения Царя Соломона. А ведь послушать Премудрости Соломоновой---приезжала даже Царица Южная (Ныне ЮАР). Т.е. сама философия родилась именно на примере Соломона, а значит на Примере самого Христа, ибо если Бог сказал Соломону, что даст ему Премудрость какую никто не имел до некго и после него иметь не будет. То и Сам Бог говорил Словами Соломона, как исполнение Слова Божия. И после таких выводов и такой аргументации---нет ни атома сомнения в самом преступном заблуждении в том, чтобы считать философию чем-то еретичным, но моя аргументация показывает, что еретичным будет только само это поповское осуждение философии, как восстание против даже Соломоновой Премудрости. И то, что именно философы первыми пришли ко Христу, то это указывает на то, что истинно говорил мч. Иустин Философ, сто философия у язычников выполняла ту же роль, что и Закон Моисеев у Евреев. А Бог пришёл не отменить Закон, но Исполнить, и скорее земля и небо прейдут, чем хоть одна йота из Закона, пока не исполнится всё.

Инна Ш., подумайте сами, ведь даже математические категории Всеобщности и Необходимости---это ничто иное, как Закон Божий, ибо раз Бог---есть Бог всего, и Закон Божий---есть закон для всего, как именно законная Всеобщность и Необходимость. Ибо даже Закон Божий, что "Не делайте другим, что сами себе не желаете" идеально воспроизводится в Законе сохранения Энергии. А такой Закон, как ”Истина (необходимое) следует из всего”---Закон импликации Строгой - (CI Льюис)---это есть Закон Суда Божия, кто как познан, когда Бог о каждом скажет Суд Свой, как и Апостол говорит: 1Кор.13:11 Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познáю, подобно как я познан.

Инна Ш., это и есть ОСНОВЫ ХРИСТИАНСКОЙ ФИЛОСОФИИ, и это невозможно отрицать, не впав тут же в самую наглядно откровенную ересь. Инна Ш., но ведь [эту философию никак не хотят понимать], ни вы, ни Андрей Рыбак, ни почти никто на Логослово, ни большинство попов и Архонтов Церкви Православной. Чтобы была возможна Православная философия среди свящнослужителей, то необходимо покаяние Церкви в подобного рода злодеяний Иереев и вообще первосвященников Церкви, иначе Православная философия---всегда так и останется уделом несвященствующих верующих, типа как я. Сам Бог этого вне должных плодов покаяния не допустит.

Инна Ш., почитал я бегло вашего этого протоиерея Василия Зеньковского Основы христианской философии. Но я там не обнаружил никаких умозаключений, хотя конечно протоиерей Василий Зеньковский показывает редкую в поповской среде эрудированность, что немного рассуждает о Феноменологии Гуссерля, ибо знание Феноменологии Гуссерля довольно редко и среди тех, кто причисляет себя к философам. Правда и я сам плохо раньше понимал Феноменологию Гуссерля, но ровно до того момента, пока мне не попалась на глаза Феноменология Пирса. Оказывается они идентичны почти во всём, но Феноменологию Гуссерля невозможно точно понять, не поняв Феноменология Пирса. Оказывается, если пытаться понять и исследовать ПЛАГИАТ, то интуиция Плагиата существенно хуже только потому, что не указано настоящее Имя Автора. Для меня это было ново и я это наблюдение исследовал и убедился, что это именно так. Кстати потому в России мало истинных умов, ибо практически всё на 100% плагиат. Оказывается обе эти Феноменологии идентичны почти во всём, но Феноменологию Гуссерля появилась чуть ли не на 50 лет позже Феноменологии Пирса, кстати Пирс много писал Гуссерлю, но тот ни разу ему не ответил, как и Бертран Рассел Пирсу, и оба плагиатили идеи Пирса почти один в один. Потому, кстати, у Гуссерля не было учеников, кто бы от него не отошёл, ибо украденная мудрость---мёртвая мудрость. Хотя я с интересом изучаю обе эти феноменологии, ибо Феноменология Гуссерля весьма удачное антропологическое продолжение Феноменологии Пирса, но отделены друг от друга они быть не могут. Кстати, и Феноменология Гуссерля, и Феноменологии Пирса---идеально совместимы с Православием, ибо если объединить в единство и Феноменология Гуссерля, и Феноменологии Пирса---то будет точно выполнена парадигма (максима) Познания строго по Халкидонскому догмату «Неслитно, Неизменно (непревращенно), Нераздельно (неразделимо), Неразлучно (неразлучимо)», Халкидон (451 г.), причём именно как неокантианство и даже как платонизм.
Платон - «Если, как думают некоторые, [color=navy]здравый смысл ничем не отличается от разума, то мы, — говорит Платон, — были бы вынуждены признать, что всё, что мы замечаем посредством тела, есть первопричинная и достовернейшая истина. Но мы должны считать их за два рода, потому что они произошли отдельно и имеют неодинаковое свойство. В самом деле, [разум] возникает через ученье, [здравый смысл] — через непосредственную уверенность; [разум] всегда опирается на отчетливые основания, [здравый смысл] — безотчетен, по очевидности; [разум] не изменяется от непосредственной уверенности, [здравый смысл]— послушен ей; [здравому смыслу] надобно почитать причастными всех людей, а разуму причастны боги, человеческий же род что-то мало»[/color] («Тимей», 51е). Принадлежащие здравому смыслу «истинные мнения, пока они остаются на месте, суть прекрасное дело, и они производят все доброе; но они не хотят оставаться долгое время на месте, они убегают из человеческой души, и вот почему они имеют немного цены, пока кто-нибудь не свяжет их знанием основания [разумом]… Когда они так бывают связаны, то сперва они обращаются в познания, а потом делаются неизменяемы» {{неизменяемы в смысле Эйдосов Платона, что справедливо, но отчасти, ибо знание основания лишь точно сопрягает интуицию фактов и сами наблюдаемые факты, но это только начало Магистрального пути к Истине, который в Христианстве Вечен и всегда исполнен смысла}} («Менон», 97 е). "Таким образом, хотя здравый смысл и соответствующий ему опыт---возможны, вследствие истины идей, которую душа знает сама по себе, однако Истина, приобретаемая здравым смыслом (как и всякое экзистенциальное утверждение (существования)), непрочна и изменчива, как и чувственные явления, с которыми тот находится в непосредственной связи (ибо требует всегда предметной связи, вне которой обессмысливается): она (эта Истина), вне прочной обоснованности в доказательно-общее утверждение (Закон, Завершённость), не свободна от возможности неверности в самой себе и не защищена доказательной общностью от софистики, мнения которой не любят оставаться долго на месте." (Юркевич П. Д. Разум по учению Платона и опыт по учению Канта - Речь, произнесённая в торжественном собрании Императорского Московского университета 12 января 1866 года, с.26)

Кстати, Пирс был убежден, что его метафизическая система совместима с христианством. Он пытался показать, что эволюция в его понимании согласуется с Евангелием и что мы обладаем эмпирическим знанием о Боге. Пирс – автор этического принципа, гласящего, что [ограниченная длительность существования конечных существ логически требует отождествления наших интересов с интересами неограниченно существующего сообщества личностей и вещей].

Хотя, я допустим вижу и её (Феноменологии Гуссерля) большие ошибки, как я это указал в своём комменте: Мой коммент на АНТРОПОЛОГИИ, Пирс. Могу вам привести ключевые конструкции, которые есть фундаментальными во всей Феноменологии Гуссерля:
Согласно Феноменологии Гуссерля, что хоть и суждения о реальности порождены строго со стороны человека (т.е. антропогенны, антропоморфны и аксиологичны), но собственно суждения человеческие не являются феноменом строго человеческим, потому суждения человеческие не (т.е. антропогенны, антропоморфны и аксиологичны), в строгом смысле этих слов, ибо аксиологичность не возникает антропогенно и антропоморфно, но есть феноменом именно истинной объективности, как колебание между реализмом и идеализмом (как протенция бифуркации холизма захвата в Аттрактор синергетики ретенции Всеединства), и реальная сторона этого вопроса никогда не преодолеет точку зрения Дескриптивной психологии, и всегда обращена ко внутреннему смыслу жизни, как к проблеме синкретической экспликации личности, направленной на феномены логического и идеального, и описываются, как трансцендентальный идеализм.

Для Гуссерля, интенциональное конституирование не означает создание вещи или объекта---субъектом; оно подразумевает фундаментальное конституирование его значения, ибо значение имеется только для сознания, и все фундирующие конституирования значения (равно смысла) делаются возможными только благодаря трансцендентальному сознанию. Говоря об этом трансцендентальном мотиве, Гуссерль пишет: «Мотив вопрошания (аппрезентативно) возвращает к последнему источнику---все достижения знания и рефлексии, в которых познающий осмысливает и себя, и свою познаваемую жизнь, в которых все научные конструкции имеют валидность (адекватное соответствие) по отношению именно к нему, и рефлексирование происходит целенаправленно, и, так как постоянное привнесение материала сохранено, оно становится свободно доступным для духовной мотивации».

Понимаемая таким образом сама Феноменология, не занимает место в ряду наук, но скорее, пытается сделать понятным именно то, что имеет место в различных науках, и, таким образом, тематизирует неподвергаемые сомнению предпосылки (=предельные основания) наук. И Гуссерль пришел к заключению о жизненном мире, что мир, сформированный в пределах непосредственного опыта каждого человека, - подвержен сомнению обращением к тем основаниям наук, которые такой опыт предполагают. В «Кризисе» он анализирует основания, нашедшие свое непосредственное выражение в контрасте между большими успехами наук о природе и неудачами наук о человеке, ввиду того, что в современной эпохе, научное знание стало фрагментарным и в объективистко-физикалистском, и в трансцендентальном--познании, и до Феноменологии, этот разрыв не мог быть преодолен.

Инна Ш., этот протоиерей Василий Зеньковский в этой работе -- Основы христианской философии, называя имена Гуссерля, Франка, Лосского и пр., совсем ничего точного авторского не цитирует к своим высказываниям о их учениях, а значит эта его работа---аннулируется как нечто хоть как критика, хоть как протекционное принятие, ибо нет оснований ни согласиться с ним, ни отвергнуть. Т.е. эта работа почти пуста, как нечто аргументированное, хотя применяемая протоиерей Василий Зеньковский риторика---вне сомнения красива и по настоящему по Христиански тенденциозна. Т.е. для меня его эта работа не более, чем учебник по риторике и христианской этике изложения, ничего другого у него я не могу ни принять, ни отвергнуть, ибо цитат и чётких коститутативных конструкций обсуждаемых учений---он не приводит. Т.е. он полагает, что ему должны поверить на слово. Но такого рода доверие не характерно для сильных мыслителей, вне каких-то личных симпатий или антипатий.

Инна Ш., приведу вам несколько сильных цитат упоминаемых протоиереем Василием Зеньковским философов:
Жизнь, как она есть, бессмысленна и в индивидуальных проявлениях, и как общая жизнь человечества. Нельзя противопоставить её нынешней бессмыслице некое будущее состояние, ожидающее человечество как награда за его страдания и безмерные усилия. Но смысл жизни все же есть. Он обнаруживает себя в том, что мы сознаем бессмысленность нашего исторического, материального бытования. Действительно, признать его бессмысленным – значит знать, что смысл все же есть. Он явлен в Истине Богочеловечества: «Условия смысла жизни самоочевидно осуществлены, несмотря на эмпирическую бессмысленность жизни» [Франк Семен 1992, 195]

Инна Ш., а теперь цитаты самого Гуссерля о Мудрости (как Габитус, кстати, Гуссерль ввёл ещё и термин для характеристики высокого внутреннего языка мысли---ГАБИТУАЛЬНОСТЬ, и по цитатам видно, что этот термин у него охватывает):
Гуссерль Э. “Философия как строгая наука”, 17 - Опыт как его личная Природа (Habitus---Характер), есть, представленный Монадой Иконического сознания, «осадок» совершенных в течение жизни актов естественного опытного к ней отношения. Что-же касается вот этого, конкретного Характера Мудрости, то он обусловлен по существу своему тем, в какой форме личность, как вот эта особая индивидуальность, допускает мотивацию своих действий актами своего собственного испытания, а равным образом и тем, в какой форме допускает оная воздействие на себя со стороны чужих и унаследованного опытов, обнаруживающихся в Волеизъявлениях признания или отклонения их ею. Словом, в жизни мы получаем не только теоретические, но и аксиологические и практические опыты. Анализ показывает, что последние, своим созерцательным фундаментом имеют оценивающее и водящее Переживание Сознания. И на этих опытах строятся опытные познания высшего человеческого, логического достоинства. Согласно этому, всесторонне опытный человек или, как мы тоже можем сказать, "образованный" обладает не только миро-опытом, но и опытом религиозным, эстетическим, этическим, политическим, практико-техническим и т.д., или "образованностью" .Между тем, мы употребляем это, разумеется, чрезвычайно затрепанное слово "образование", поскольку мы имеем противоположное ему слово "необразование", лишь по отношению к релятивно более ценным формам описанного Habitus’а (Природы, Характера данного Феномена). Особенно же высокие ценностные формы обозначаются старомодным словом мудрость…

• • 22 - Мы выяснили себе выше, что ценность миросозерцания особенно жёстко утверждается на своём собственном развитом основании, как на особом фундаменте личности, в сфере мировосприятия и приложения направляющей поступки, воли, и эти особенности таковы, что миросозерцание нужно рассматривать именно как Habitus (Природу, Характер) и создание отдельной уникальной личности, науку же - как создание коллективного труда исследующих поколений, как максимально возможную Истину, в выкристаллизовывании дискутивного соглашения наимудрейших, для Публичности провозглашаемой такой Истины (как и Предания Древних---с напутствием следовать ему). И подобно тому, как и миросозерцание и наука---имеют свои различные источники ценности, так имеют они и свои различные функции и свои различные способы действия и поучения в рамках как самой Личности, так и, вмещающего Личность, Социума. (Гуссерль Э. “Философия как строгая наука”, жур. "Логос". М.,1911, кн.1)

И Гуссерль пришел к заключению о жизненном мире, что мир, сформированный в пределах непосредственного опыта каждого человека, - подвержен сомнению обращением к тем основаниям наук, которые такой опыт предполагают. Истинная характеристика жизненного мира не подразумевает подчинения научной истине, но, скорее истина уже вложена основанием во всём научном исследовании (и вложена конечно в интуиции, как главного основания всех действий предваряющего всё ума, подразумевающего единство a priori в истине). Именно поэтому Гуссерль утверждал, что онтология жизненного мира должна быть развита, как системный анализ конституирующих оснований, результат которых и есть, тот жизненный мир, который в свою очередь является основанием всех научных конституций его значения. Здесь стимул влияния состоит в факте, чтоб решающим являлась не точность определения истины, но, скорее роль, играемая актом обоснования. Именно в этой связи, историчность, также, стала уместна и для Гуссерля, и он начал размышлять о природе появления философии среди греков и над её значением, как нового способа научного знания, ориентируемого на бесконечность; и это интерпретировало философию Рене Декарта как пункт, в котором появляется дух двух несовместимых исследовательских направлений – физикалистского объективизма и трансцендентального субъективизма. Феноменология должна преодолевать этот раскол, и таким образом помочь человечеству жить согласно требованиям разума, и (как реализация того факта, что разум является типичной особенностью человека) человечество должно найти себя снова, но уже через Феноменологию, именно как через самую совершенную теорию о природе всего извлекаемого к сознанию (физикалистского объективизма), и природе Познающего разума, вообще (трансцендентального Субъективизма).

Инна Ш., я конечно немного украсил первичный текст своими вставками и краткими пояснениями, но зато видно --- о чём идёт речь, иначе это цитируемое---не будет ясно. Зато вам будет видно---ЧТО ЕСТЬ ВЫСОКО АРГУМЕНТИРОВАННАЯ РЕЧЬ. Кстати, мои тексты тайно читает дьякон Андрей Кураев, ибо он дружит с одним человеком, на сайте которого я завседатай и пишу там всё, что я пожелаю. Несколько раз мне цитировали там Кураева, но я один раз вдребезги разбил все 100% его утверждений, а последний раз воздержался просто от критики, просто не хотелось критиковать красиво написанное, но я всё равно бы смог разрушить все 100% его утверждений. Это точное исполнение

Инна Ш., Видите, насколько мощнее и убедительнее моя речь, чем всё, что вы слышали до меня, ибо вас может более сильно убеждать авторитет, а мне не нужна фанатичная убеждённость, но мои утверждения отрицать здравомыслящий человек и не может и не сможет наверное, ибо это точно доказанные Истины. Добавлю вам чисто Христианской философии, и вы ничего такого не прочитаете у вашего протоиерея Василия Зеньковского. Просто действует великое поучение святых, а именно: Слово [Преподобного Подвижника Марка - Слово второе. О тех, которые думают оправдаться делами] 212. «Всякий случай подобен торговле: умеющий производить оную, приобретает многое, а неумеющий---терпит убыток», и понятие опыта, именно подобное умение и определяет. Вот я тружусь умом в самых вершинных доказательствах и умозаключениях, не упуская случая и по мелочи это применять, вот мне и даётся эта дорога, ибо Кредо: “Дорогу осилит Идущий”, “Зри и узришь”, «Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр. 11:1). А вами хвалёные авторитеты так не трудятся, вот и не видят ничего, и мне в споре они всегда проиграют, тем более у меня сильная личная харизма сильного воздействия на людей авторитарных, даже почти без слов. Я серьёзно ненавижу поработителей и фанатичных рабов, они меня тоже, но у них нет такой харизмы. Инна Ш., напоследок вам выдержки из чисто православной философии:

Бибихин---Язык философии --- > [ 38 ] Современная тоска по догмам, которые куда-то делись, недовольна философией: неужели философия не говорит ничего мировоззренчески определенного, неужели действительно мир, человек, даже язык---ускользают от дефиниций? Спасением кажется христианское вероучение, где вроде бы снова можно найти якорь для мысли. Почему у вас всё так получается, спросили меня однажды: с привычными понятиями что-то делается, они плывут и превращаются в другие, язык-средство превращается в язык-среду; в таком случае [нельзя ли хотя бы это (что всё плывет) считать установленным?], неверно разве открытие, что всё течет и изменяется? Я ответил, что, если это положение верно, оно тоже должно изменяться. Но тогда разве неверно, продолжали испытывать меня, что вообще существует абсолютный всеобщий закон? Я сказал, что если бы он был, я ничего не мог бы о нем знать, потому что всякое знание, в том числе и о нем, мне диктовал бы сам тот закон, а говоря под его диктовку то, что он велит, я никогда не встану в свободное отношение к нему, т.е. никогда не увижу его суть. Я говорил эти и другие подобные вещи, и мне делалось всё более неловко. Я ускользал и разрушал всякую определенность. Такой нигилист явно не заслуживал места в человеческом общежитии. Ни одной устойчивой надёжной истины не оставалось. Наконец меня поставили к стенке: но Бог, Бог ведь согласно христианскому вероучению неизменен, вечен, постоянен! Я не устоял и сознался: да, конечно. Бог неизменен, постоянен, вечен. Произнес я это заикаясь, но успокаивал себя: должно же быть хоть что-то одно определенное, надежное. Непонятно только тогда, конечно, к чему философия с ее вопросами и нерешенностями. Если есть одно постоянное, вечное, неизменное, то и держись его, а всё остальное отбрось. От переусложненностей, измышлений отойди. Есть Бог, и исходи из этого. С философией расстанься. Вдруг я почувствовал, что оказался нигде, и вера, ради которой я решил бросить философию, меня не принимает. Я набрался смелости и взял свои слова обратно, как берут подследственные, давшие показания под давлением. Под давлением, от стыда, что же это за философия такая, что же это за мысль такая, что не может иметь и сказать ничего определенного, я сдался и согласился: да. Бог вечен, неизменен, постоянен. Но это неверно. Из-за непостижимости Бога все утверждения о Нём подлежат также и отрицанию. Он неизменен не так, что в Нём не окажется изменчивости, когда Он того захочет. Он не изменчив, но и не мертв. Если изменчивость — черта жизни, то Бог сверхизменчив, и только если изменчивость понимать, как порок, её в Боге не будет. Больше того---Бога нельзя даже привязать к этому Его обозначению: «Бог»; Он Сверхбог (ὑπέρθεος), и о Нём «как о Причине всего сущего следовало бы, с одной стороны, высказывать и утверждать все без изъятия положительные суждения, какие могут относиться к сущему, а с другой стороны, одновременно с еще большим основанием как о Превосходящем всё сущее отрицать все эти суждения, причем не думать, будто отрицания о Нём противоположны утверждениям, но, гораздо скорее, считать Его, поднявшегося как над любым отрицанием, так и над любым полаганием, не причастным никакому лишению». По Дионисию, Он ни изменчив, ни неизменен, ни изменчив и неизменен вместе. Вот конец последнего трактата Дионисия (О Таинственном Богословии священномученик Дионисий Ареопагит):

«Мы утверждаем, что Виновник всего мира, превосходящий всё сущее в мире, не будучи лишен ни бытия, ни жизни, ни смысла, ни ума, не есть тело и не имеет ни образа, ни облика, ни качества, ни количества, ни объема […] Он не есть ни душа, ни ум, и Ему нельзя приписать ни воображения, ни мнения, ни рассуждения, ни помышления. Он и не разум, и не мысль, и ни уразуметь, ни выразить Его словом невозможно; Он ни число, ни порядок, ни величина, ни малость, ни равенство, ни неравенство, ни подобие, ни неподобие; Он ни бездвижен, ни подвижен, ни предается покою; Он ни обладатель силы, ни Сам не есть сила; не есть Он и свет; нельзя сказать, что Он живет или что Он есть жизнь; не есть Он ни сущность, ни вечность, ни время; прикоснуться к Нему мыслью невозможно. Он не есть ни знание, ни истина, ни царство, ни премудрость; ни единое, ни единство, ни божественность, ни благость, ни дух в том смысле, в каком мы всё это понимаем; Он ни сыновняя, ни отцовская природа, ни вообще что-либо из ведомого нам или кому другому; Он не принадлежит ни к несуществующему, ни к существующему, и ничто существующее не познает Его таким, каков Он есть, равно как и Он знает сущее не в его существовании. О Нем нет ни понятия, ни именования, ни знания; Он ни тьма, ни свет, ни заблуждение; ни истина; и вообще по отношению к Нему безусловно невозможны ни полагание, ни отрицание, но, совершая свои полагания или отрицания в отношении вещей, следующих за Ним, Его Самого мы ни полагаем, ни отрицаем. Ибо выше всякого полагания всесовершенная и единственная Причина всего в мире, и над любым отрицанием возвышается всепревосходство Того, Кто запределен всему сущему и совершенно отделен от всех вещей» (О Таинственном Богословии священномученик Дионисий Ареопагит).

Но ведь о неизменности Бога говорит не философия и даже не богословие, а само Откровение, обязательное для веры: «Всяко даяние благо, и всяк дар совершен свыше есть, сходяй от Отца светов, у негоже несть пременение, или преложения стень» (Иак I, 18)? Стало быть, верен по крайней мере этот тезис — «Бог неизменен»? Нет. Апостолу здесь словно приоткрылся уголок завесы, и стало можно видеть тело Божества. Апостол ведет себя не как исследователь, направленный ученым обществом выяснить, как устроен интересный объект по названию «Божество», и констатирующий: объект устроен так, что он никогда не меняется, всегда точно такой, как был прежде, и в нём нет даже отдаленных признаков перемены. Апостол говорит иначе: как взволнованный и ослепленный сиянием приоткрывшегося Божества. Его испугало бы, что может существовать исследовательский коллектив, способный принять его за информанта, а его слова — за дескрипцию; что его проповедь слушают как описание важного объекта, он принял бы за свой провал и, возможно, в отчаянии вспомнил 76 псалом царя Давида:
Размышляю о днях древних, о летах веков минувших;
Припоминаю песни мои в ночи, беседую с сердцем моим, и дух мой испытывает:
Неужели навсегда отринул Господь, и не будет более благоволить?
Неужели навсегда престала милость Его, и пресеклось слово Его в род и род?
Неужели Бог забыл миловать?
Неужели во гневе затворил щедроты Свои?
И сказал я: «Вот мое горе — изменение десницы Всевышнего».

В Священном писании есть и «у Негоже несть пременение», и «изменение десницы Всевышнего». Этим исключается возможность сделать его первоисточником нового для всех обязательного мировоззрения. Божество не машина для обслуживания идеологических потребностей. Перед Богом Дионисия Ареопагита, апостолов, псалмопевца необеспеченность человека по части идеологии дорастает до неба, до «страха и трепета».


Л.М. Лопатин (послесмертная публикация незаконченной работы философа слявянофила А.С.Хомякова)---По поводу отрывков найденных в бумагах И.В. Киреевского---Следует признать, что и мифу присуща вся та объективность или кафоличность, какая свой[c.728]ственна вообще откровению: он и выражает собственно, содержание откровения, т.е. откровение трансцендентного высшего мира совершается непосредственно в мифе, он есть письмена, которыми этот мир начертывается в имманентном сознании, как его представление. Можно сказать, что миф есть синтетическое религиозное выражение a priori, из которого уже аналитически, на предметной основе и априорных возможностях, возникают и выводятся апостериорные утверждения. Миф содержит в себе нечто новое, дотоле неизвестное, причем утверждает свое содержание, как самоочевидную истину. Эта самоочевидность порождается опытно-интуитивным характером ея происхождения. Мифу присуща своя особая достоверность, которая опирается не на доказательствах, но на силе и убедительности непосредственного переживания. В мифе констатируется встреча мира имманентного — человеческого сознания (как бы мы его ни расширяли и ни углубляли) и мира трансцендентного, божественного, при чём трансцендентное, сохраняя свою собственную природу, в то же время, благодаря мифу, сопрягается с имманентным, а само имманентное модифицируется, давая в себе место трансцендентному. ... Не человек действует или „полагает", как это имеет место в субъективно-идеалистических построениях, но в человеке происходит, в нём полагается и в нём говорят высшие сущности и силы. Таинственный характер, согласно сказанному, принадлежит, строго говоря, всему богослужению, однако эта таинственность сгущается и, так сказать,[с.739] кристаллизуется в отдельных Актантах, составляющих собою таинства в собственном смысле. Таинство отнюдь не означает собою сообщения каких-либо тайн или секретов и не имеет никакого отношения к „сокровенному знанию“, оккультизму и магии. Таинство представляет собой столь же необходимый и даже, т.ск. гносеологически неизбежный атрибут религии, как молитва; поэтому, помимо их религиозного постижения, следует понять и этот гносеологический их смысл. Религия вытекает из чувства разрыва между имманентным и трансцендентным и, в то же время, напряженного к нему влечения: человек в религии неустанно ищет Бога (в осмысленной молитве, тропосом своего Имени от Бога), и небо ответным лобзанием приникает к земле, давая себя ощутить (как экзистенциальная объективность). Чтобы вообще была возможна религия не только как жажда и вопрос, но и как утоление и ответ, необходимо, чтобы эта полярность, эта напряженность иногда уступала место насыщенности, чтобы трансцендентное делалось ощутимым, а не только искомым, приобщало собой имманентную действительность. Таинственный элемент в самом таинстве, собственно и заключается в жизненном общении с тем миром, который всё же остается для нас закрытым, причем здешний мир ощущается как вместилище того, другого мира; говоря короче, таинство есть переживание трансцендентного в имманентном, сообщение „благодати“ творению в определенных таинственных актах веры.
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2020, создание портала - Vinchi Group & MySites