Наказание

Петр Степанович сидел и ел щи. Ему было уже 93 года. По его сутулой от тяжелого крестьянского труда и прожи-тых лет фигуре угадывалось, что в своё время он был одним из самых сильных мужиков в казачьей станице. Не смотря на столь почтенный возраст, старик сохранил ясность ума. Напротив него сидела его жена – Елена Петровна – малень-кая, юркая старушка и с любовью глядела на мужа.

Вдруг дверь в хату с треском отворилась, и в комнату ввалился пьяный Гришка – командир отряда красных, кото-рый бесчинствовал в станице уже вторые сутки.

– Дед, где твои внуки? – заорал он.

Пётр Степанович даже глазом не повёл. Он доел последнюю ложку щей, промокнул хлебом тарелку и отдал её же-не. Елена Петровна отошла к печи.

– Я с кем, старый, разговариваю?! – заорал снова Гришка, покачиваясь.

Старик медленно повернул голову и исподлобья посмотрел на него. Суровый взгляд старика несколько привёл в чувство красного командира, но осознание собственного величия, подкреплённое болтающимися на поясе саблей и ре-вольвером, взяло верх.

– Где внуки, я тебя спрашиваю?
– Знамо где, голодранцев вроде тебя по степи гоняют, – спокойно ответил Пётр Степанович.
– Что?! – Гришка аж поперхнулся и схватился за саблю, но сдержался.
– Что желваками играешь и зубами скрепишь? – спросил старик, глядя из-под лобья.
– Рубануть бы тебя, да так помрёшь, – сквозь зубы проговорил Гришка. – Жаль саблю о тебя марать.
– А ты замарай, чтоб глаза мои таво срама, что ты учинил в родной станице, не видали! – ответил дед. – Я уже давно к смерти готов, вон гроб заготовил. Или твои воины его тоже стащили?

Слово «воины» Пётр Степанович выговорил с такой интонацией, что Гришка снова от ярости заскрипел зубами.

– Я сегодня в церкви был, исповедовался и причащался. Я старик уже. А тебя и твою банду товарищей я не боюсь, – продолжил он.

– У-у-у, мироеды проклятые! Против советской власти! Против власти народа! – заорал Гришка.

– Какого народа? Паразитов вроде тебя? Да, против. Я же твою семью, Гришка, как облупленную знаю. Дед твой первым пьяницей в станице был, напившись, в реке утонул. Отец пьяный зимой под забором замёрз, а мать удавилась. От худого дерева и плод худой.

– Что ты сказал, гнида? – глаза Гришки налились кровью, а рука сама собой потянулась к сабле.

Вдруг он осклабился:
– Да-а-а, мало мы твою фамилию под корень изводили! Троих твоих сынков я лично к стенке ставил…

Петр Степанович склонил голову, потом медленно поднял и грозно посмотрел на глумливо улыбающегося Гришку.

– Тебя Бог за твои дела накажет, если не покаешься…. А внуки придут, я их благословлю бить красную сволочь до тех пор, пока духу вашего в степи не останется…

Гришка не выдержал, выхватил саблю и рубанул. Старик повалился на пол.
– Петруша-а-а-а! – закричала Елена Петровна и ринулась к мужу.

Гришка, не придя в себя от гнева, взмахнул саблей ещё раз. Старушка упала к нему под ноги. Гнев неожиданно сменился полной апатией. Он постоял некоторое время, тупо глядя пьяными глазами на содеянное. Потом, равнодушно переступив через тело старушки, подошёл к красному углу и обратился к лику Спасителя:

– Ну и? Где Твоё наказание?! Где гром среди ясного неба? Вот он я, живой да здоровый….

Гришка ткнул саблей в лик Спасителя. Заметив, что сабля в крови, сорвал рушник и вытер её. Оглядев пьяным взглядом комнату ещё раз, он вышел из дома…

Через час казаки ворвались в станицу и разбили отряд красных. Сразу после боя младший из внуков Пётр пошёл в хату деда. На пороге его встретила заплаканная мать и обо всём рассказала – она видела Гришку, выходящим из хаты своих родителей. Увиденное потрясло Пётра и он ринулся на поиски. Командира красных нигде не было: ни в его хате, ни среди раненных и убитых. Пётр вспомнил, что в рощице неподалёку от станицы был схрон, в котором Гришка всегда, когда в детстве паскудничал, скрывался от сверстников. Пётр рванул туда. Шёл, не таясь, отрыто, держа в руках саблю. Вдруг раздался выстрел. Пуля срезала ветку дерева справа. Впереди раздался треск сучьев. «Ага, паскуда, побёг! Видно, патроны кончились!» – зло подумал Пётр. Он быстро шёл по свежему следу. Через некоторое время роща кон-чилась, и Пётр оказался у реки. Вдалеке он увидел бегущего и стал его нагонять. Гришка ковылял, прихрамывая и по-стоянно оглядываясь, падал, поднимался и снова бежал. Вдруг он увидел, что навстречу ему скачет старший брат Петра Степан с саблей на перевес. От страха ноги Гришки подкосились, он упал, штаны стали мокрыми. Однако Степан про-скакал мимо него, спрыгнул на ходу и перехватил брата.

– Пусти, Стёпа! Пусти-и-и, зарублю паскуду! – кричал Пётр.
– Остынь, Петр, остынь, кому говорю! – брат с трудом сдерживал брата.
– Ты знаешь, что он с дедом и бабушкой сделал?!
– Знаю Пётруха, знаю…

Младший вдруг обмяк и уткнулся старшему брату в плечо.
– Не марай саблю об него Петя,… если б в честном бою…, тогда что ж,… а так нельзя, – успокаивал Степан млад-шего брата. – Не мсти,… безоружный он,… его Бог накажет…

Когда Гришка понял, что убивать его не будут, встал на четвереньки и пополз, потом поднялся на ноги и, качаясь из стороны в сторону, тяжело ступая, побежал. Отбежав, по его мнению, на безопасное расстояние, повернулся и зло за-кричал:

– Зря отпустили, зря! Я вас гноил и буду гноить!
Пётр дёрнулся, но Степан его удержал.
– Бог, говорите, накажет?! Так нет Его! Ваш дед перед смертью тоже Его наказанием грозил! Плевал я на вас и Бога вашего!

Гришка плюнул в сторону братьев и сделал неприличный жест, потом то же самое показал небу.

Вдруг высокий берег реки надломился и медленно пополз в реку, увлекая красного командира в мокрых штанах за собой в воду. Гришка ещё барахтался в воде, начал уже было выплывать, но второй отвалившийся пласт земли накрыл его с головой. Больше Гришка не выплыл.

– Вот и суд Божий, – прошептал Пётр, заворожено глядя на грязную от глины воду...

Андрей Леонидович Карчевский

Комментарии участника: Сергей И. (1)

Всего: 1 комментарий
  
#1 | Сергей И. | 14.10.2011 12:25
  
0
Вот еще один случай на ту же тяжелую тему. Во время военных действий в Чечне боевики отправили в расположение наших войск посылку с отрезанной головой русского офицера, которого они захватили в плен. Наверное, думали шокировать противника. Но не знали, с кем связались. Друг казненного до Чечни воевал в Афганистане офицером разведки. По оперативным данным он вычислил трех участников казни, затем отловил их и проделал ту же операцию над ними. После чего отправил соответствующие посылки по обратному адресу. На вопрос, трудно ли было это сделать, ответил, что нет, не трудно, когда знаешь, как надо действовать. Но уже после войны, в мирное время, идя в пьяном виде по деревенской улице, попал под колеса грузовика, за рулем которого сидел вовсе не чеченский мститель. Странная смерть в мирное время для боевого офицера, прошедшего две военных компании. Суд Божий? А в первом рассказе я на стороне Петра. Знаю, что не прав, но до степановой высоты духа я не дорос.
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2020, создание портала - Vinchi Group & MySites