Чудеса по молитвам Иоанна Кронштадского.Сбывшееся пророчества.

Чудеса по молитвам Иоанна Кронштадского
Сбывшееся пророчества.



Чудеса по молитвам Иоанна Кронштадского
Беседы Архиепископа Серафима Богучарского



День 20 декабря 1931 года в 23-ю годовщину смерти о. Иоанна Кронштадтского, был особенно торжественно отпразднован архиерейским служением панихиды в русской церкви гор. Белграда.
Парастас совершал Архиепископ Серафим Богучарский, заведывавший русскими церквами в Болгарии, нарочито прибывший для чествования памяти великого светильника православия о. Иоанна.
Перед панихидой Высокопреосвященный Серафим сказал слово, в котором поведал присутствующим, что в тот же день - 20 декабря 1846 г. преставился и другой великий светоч Церкви Христовой Архиепископ Антоний Воронежский.
Сей святитель Христов был выдающимся среди иерархов Русской Православной Церкви по своей святости. Он был в самом близком духовном общении с преподобным Серафимом Саровским Чудотворцем.
Преподобный Серафим называл Архиепископа Антония великим Архиереем Божиим. Когда последний, во время совершения литургии, говорил на амвоне перед «Трисвятым» «Призри с небесе, Боже, и виждь», то из его уст исходил огненный пламень. Православный народ русский устремлялся к нему, как к чудотворцу и прозорливцу, находя великое для себя утешение в его любвеобильном и ласковом обращении со всеми, кто приходил к сему святителю.
В 1914 году, перед германской войной, с благословения Св. Синода были вскрыты его мощи. Архиепископ Серафим был тогда ректором Воронежской Духовной Семинарии и Архиепископ Тихон Воронежский, бывший очевидцем этого вскрытия говорил ему, что такого поразительного нетления он никогда не видел.
По свидетельству Владыки Тихона, в том же году, в числе других чудесных знамений над гробом Архиепископа Антония, произошло одно, особенно поразительной, в присутствии многочисленных богомольцев, бывших в Митрофаниевском соборе.
В Митрофаниевский собор, где почивали мощи свят. Митрофания, принесли уже взрослую девушку, которая с 3-х лет не ходила, т. к. имела ноги, как плети, которыми не владела.
Когда стали служить молебен Святителю Митрофану, девушку поднесли к раке и она приложилась к мощам, то в ногах ее послышался треск, она встала, но тотчас опять упала. Затем ее поднесли к плите, под которой почивали мощи Святого Антония, и когда она приложилась к плите, то встала уже на здоровые ноги и начала ходить без посторонней помощи.
Несказанно обрадованная чудесною милостью Божией, девушка тогда же, в соборе, дала обет быть инокиней.
Затем Высокопреосвященный Серафим сказал, что появление из среды русского народа такого великого угодника Божия и чудотворца, как о. Иоанн Кронштадтский, служит незыблемым доказательством того, что Россия не погибла и не погибнет, а оживет и возродится с новою силою. А почему так? Потому, - сказал Владыка, - что о. Иоанн, Преподобный Серафим, святитель Антоний Воронежский, и все просиявшие в России Божий угодники, канонизированные и неканонизированные, суть ветви великого дерева святой Православной Руси.
Если же ветви могучи и славны, то дерево, произрастившее их, не может быть худо, - оно тоже могуче и славно и переборет все зло, извне на него напавшее, и возродится.
Затем, Архиепископ Серафим напомнил присутствовавшим, что в России всегда существовал обычай служить панихиды по святым, еще не канонизированным; народ считал, что за эти молитвы Божьи угодники молятся за них перед престолом Божиим. И ныне, когда мы будем служить панихиду, о. Иоанн и Святитель Антоний будут предстательствовать за Россию и за нас перед престолом Всевышнего.
На другой день в воскресение 21 декабря (3 января) в 6 час. веч. в зале русской гимназии состоялось собрание, посвященное памяти великого праведника и молитвенника земли Русской о. Иоанна, в котором Владыка Серафим рассказал, как он ежегодно ездил к о. Иоанну еще будучи студентом Петроградской Духовной Академии со своими приятелями, другими студентами.
Очень знаменательна для Владыки Серафима была последняя поездка к о. Иоанну Кронштадтскому весной в 1907 г. Он отправился в Кронштадт со своим другом и однокурсником Виктором Раевым. О. Иоанн служил литургию и в конце ее говорил слово о прекращении Господом бури. Народ не давал ему говорить слово и часто прерывал его восклицаниями: «Батюшка, помолись за нас! Солнышко наше! Радость наша! Батюшка родной, спаси нас!»
Отец Иоанн все просил дать сказать слово, но ему так и не дали договорить проповедь до конца.
Особенно запомнились Владыке Серафиму слова отца Иоанна: «И мы находимся в опасности от потопления в волнах житейского моря. Но Господь всегда с нами. Он всегда готов помочь нам. Нужно только молиться Ему, молиться с воздержанием и тогда Господь непременно пошлет нам помощь Свою в скорбях наших. Впрочем, это испытано было в жизни моей тысячу раз».
О. Иоанн служил литургию в правом приделе Андреевского собора. По окончании литургии батюшка сам разоблачился. В алтаре в этот момент, кроме о. Иоанна и еще двоих, почему-то больше никого не было. Мы подошли к нему. Обратившись к Раеву, о. Иоанн спросил: «Зачем вы приехали сюда?» - Чтобы получить ваше благословение, - ответил тот. «У вас в Петербурге - митрополит и три викарных епископа, - сказал батюшка, - архиерейское благословение больше имеет силы, чем благословение священника». Затем о. Иоанн, имея в виду опять моего друга, стал расспрашивать откуда он родом, из какой семинарии и прочее.
Окончив беседу с Раевым, о. Иоанн обратился с таким же вопросом ко мне. Сознавая, что передо мною стоит великий праведник, я оробел и не мог ему ничего отвечать. Тогда за меня стал говорить мой друг. Но отец Иоанн остановил его рукой и сказал: «пусть сам о себе скажет». Собравшись с силами я стал говорить. Наконец, прощаясь с нами, о. Иоанн вперед благословил Раева, а потом меня. Получив благословение, друг мой вышел из алтаря. Таким образом, он обошел престол и через узкий боковой проход вошел в главный, центральный алтарь собора. Я последовал его примеру, простившись с о. Иоанном. Не сразу мне пришлось выйти из придельного алтаря. Как только я оказался на горнем месте за престолом, о. Иоанн быстро, в одно мгновенье, подбежал ко мне. Я остановился. Он возложил на мою голову крестообразно свои руки, поднял очи к небу и трогательным голосом произнес: «да почиет над вами благословение Божие». Затем он отпустил меня. Я тут же почувствовал, как великая благодатная радость наполнила мою душу. Когда я вошел в главный алтарь, то Раев спросил меня: «что делал с тобою отец Иоанн?» Я, не желая возбуждать в нем чувство зависти, ответил: «ничего». Но весь тот день эта радость не оставляла моего сердца и я чувствовал себя окрыленным.
Однажды, когда мы приехали к о. Иоанну, его не оказалось в Кронштадте. Он был в Петербурге и мы долго беседовали со старичком - дьяконом и псаломщиком Андреевского собора Бабенко. Они рассказывали нам много интересного об о. Иоанне. О. Иоанн нередко, говорили они, возвращаясь из Петербурга около 12 ч. ночи, долго, часов до 2-х утра ходил по двору скрестив руки на груди и вперив взор свой в небо; по лицу его текут слезы, потом он идет домой, читает газеты и пишет проповедь, а уже в 5 ч. утра он в соборе и служит утреню. Спрашивается, когда же он спал?
Затем, те же лица рассказывали нам, что однажды, когда о. Иоанн быстро подъехал на пролетке к своему дому, какая-то старушка бросилась под лошадей, лошади перескочили через нее, а пролетка переехала ее. О. Иоанн очень испугался, соскочил с пролетки и подбежал к старушке, а та встала, как ни в чем не бывало, и сказала ему: «я теперь буду здорова, ты меня переехал и теперь ревматизм, который меня мучил, оставит меня». Старушка действительно не потерпела никакого вреда.
Другой раз о. Иоанн вернулся, когда его не ожидали, и бросился в калитку своего дома, в которой был чугунный, очень тяжелый засов, чтобы калитка захлопывалась и никто не мог бы проникнуть не будучи впущен.
Засов этот дворник, не узнав о. Иоанна, опустил на его голову, и о. Иоанн упал, по быстро встав, перекрестился и сказал: «слава Богу остался цел».
О. Иоанн, однажды, не пошел из Собора через двери алтаря, а пошел через церковь, сквозь толпу к выходу. Народ бросился к нему за благословением, свалил его с ног и многие свалились на него, так что образовалась огромная куча. Когда толпа поняла в чем дело и расступилась, то о. Иоанн встал, перекрестился и возблагодарил Бога, что остался жив. Одежда на нем была вся изорвана.
Другой раз к о. Иоанну в собор во время службы 8 человек привели бесноватого, который был так силен, что отметал от себя нескольких здоровых мужиков и разрывал цепи, которыми его связывали, точь-в-точь, как бесноватый в земле Гадаринской. О. Иоанн в облачении направился прямо к нему, бесноватый вырвался и бросился к батюшке; минуту казалось, что бесноватый убьет о. Иоанна, но о. Иоанн спокойно возложил ему руки на голову и стал читать разрешительную молитву. Бесноватый совершенно успокоился, нечистая сила оставила его и он причастился Святых Тайн из рук о. Иоанна и сделался совершенно здоровым.
Я был на 2-м курсе Академии. Нам была задана очень трудная тема по основному Богословию. Один из друзей моих, написавши сочинение, сошел с ума. Я возил его к доктору-психиатру. Последний сказал, что друг мой заболел неизлечимою формою тихого помешательства. Тогда я повез больного студента к о. Иоанну. О. Иоанн помолился за него и сказал, что болезнь эта пройдет совершенно бесследно, но для этого нужно больному пожить дома и почаще причащаться Св. Тайн.
Я передал все это приехавшей матери моего друга, которая исполнила приказание о. Иоанна, часто его причащала, и болезнь скоро прошла.
О. Иоанн был весьма кроток и смирен сердцем. Так, однажды, когда к нему приехал один студент Петербургской Духовной Академии, чтобы посоветоваться, то о. Иоанн посадил его с собой в пролетку и, катаясь с ним, беседовал и наставлял его. Кто-то из служащих Андреевского собора, коего о. Иоанн был настоятелем, сказал о. Иоанну, что один из псаломщиков Андреевского собора - их было несколько - зарабатывает, как и другие, огромные деньги от посетителей о. Иоанна, платит за образование дочери и за уроки музыки 800 р. и т. п., а между тем, получает 20 рублей в месяц добавочного жалованья, как занимающий вторую должность псаломщика при церкви в Доме Трудолюбия, что лучше бы эти 20 руб. дать нуждающемуся. Эта мысль понравилась о. Иоанну и он сделал распоряжение, чтобы упомянутые 20 р. получал другой. Тогда псаломщик, лишенный этих 20 р., пришел к отцу Иоанну и начал в грубой форме кричать на него, требуя возвращения этих денег. О. Иоанн тихо уговаривал его, называя своим другом.
Случайно вошел псаломщик Киселев, человек образованный (который это и сообщил нам) и сказал буянившему: «Как ты смеешь так оскорблять своего настоятеля!». Тогда только вспомнил о. Иоанн, что он настоятель и повторил слова доброго псаломщика: «Да, в самом деле, как ты смеешь оскорблять своего настоятеля?!» Кончилось все это тем, что о. Иоанн распорядился оставить обиженному псаломщику добавочное жалованье.
Владыка Серафим, будучи еще семинаристом Рязанской духовной семинарии, спросил однажды 2-х знакомых крестьян села Шатравина Рязанского уезда, слыхали ли они об о. Иоанне Кронштадтском. Мужички ответили: «как не слыхать, - слыхали, да мы и портрет его держим с образами во всех хатах и молимся ему».
Отсюда видно, что в крестьянстве о. Иоанна давно почитали святым.
Крестьянская семья Ивановых в 1905 г. рассказала Владыке, что близкий родственник их долго болел глазами, лечился, но все-таки ослеп. Один доктор посоветовал ему носить повязку на глазах. Больной стал носить повязку, но никакого улучшения не получил. Наконец, вспомнили про о. Иоанна Кронштадтского и решили везти слепого к нему. Послали телеграмму в Кронштадт с запросом, там ли о. Иоанн и можно ли приехать? Получили ответ, что о. Иоанн в Киеве. Тогда они телеграфировали в Киев с тем же вопросом. Ответ из Киева получили, чтобы ехали на станцию Голутвино, близ Москвы, где поезд с о. Иоанном будет иметь остановку.
Получив такую телеграмму, семейство повезло слепого на указанную станцию. Но каков был их ужас, когда подъезжая к этой станции, они увидели густую, многотысячную толпу народа и поняли полную невозможность добраться до о. Иоанна. Между тем, какой-то железнодорожный служащий, проходивший мимо, увидев слепого и узнав в чем дело, сказал им по секрету, что вагон отца Иоанна остановится на одну версту не доезжая станции, чтобы они отправлялись туда. Ивановы с радостью отправились, и действительно, поезд подошел и остановился.
Вышел псаломщик о. Иоанна и спросил: «где тут Ивановы, о. Иоанн зовет их».
О. Иоанн только что кончил свою утреннюю молитву и выйдя к слепому спросил: «что это у тебя за повязка на глазах?» Слепой объяснил. Отец Иоанн сказал: «все это ни к чему, брось ее, она тебе пользы не принесет». Больной исполнил приказание о. Иоанна. Тогда о. Иоанн стал служить водосвятный молебен и когда освятил воду, взял полотенце, сложил его, обмакнул в святую воду и промыл глаза слепому, сделав это трижды. После третьего раза слепой вдруг закричал: «вижу, вижу». Слепой прозрел совершенно, бросился в ноги к о. Иоанну и стал целовать их. То же делали и обезумевшие от радости другие члены семьи Ивановых. Все они так крепко вцепились в ноги о. Иоанна и не хотели оторваться от своего исцелителя, что пришлось оттащить их при помощи жандармов.
Поведал Владыка Серафим и о следующем чудесном исцелении, которое произошло с Владыкой Митрополитом Антонием от о. Иоанна, когда Митрополит был ещё Архимандритом и ректором Московской духовной Семинарии в Троице-Сергиевой Лавре *.
*Тоже публично рассказывал сам Владыка Митрополит в беседе своей в Белграде.
О. Иоанн приехал в Московскую духовную Семинарию вечером, после всенощной, накануне храмового праздника и весьма обрадовал всех. Очень усердно просил о. Архимандрит Антоний о. Иоанна служить литургию за главного. Но по своему великому смирению о. Иоанн не мог исполнить этой просьбы и стал за литургией сбоку, около престола. В конце литургии была получена телеграмма о смерти Московского Митрополита.
О. Ректор Антоний вместе с о. Иоанном решили после обеда ехать в Москву для служения панихиды по скончавшемся Митрополите.
Но после обеда случилась с о. Ректором великая беда. Время было холерное. Он внезапно, очень тяжело заболел страшными болями желудка.
О. Иоанн не знал об этом. Собравшись в дорогу, он спросил: «Где же ректор о. Архимандрит Антоний?» Ему сообщили, что он тяжко заболел и лежит в постели в своей спальне. О. Иоанн немедленно вошел к тяжело больному и спросил: «что с вами? Вы очень страдаете?»
- Я умираю, - сказал Архимандрит Антоний о. Иоанну.
«Пустяки, - ответил о. Иоанн, возложив руку свою на голову Архимандрита Антония, - вставайте и поедемте».
Последний почувствовал, что болезнь его мгновенно оставила. Он немедленно встал и совершенно здоровым отправился вместе со своим дивным целителем в Москву, где прошел пешком за гробом Митрополита более 10 верст.
_________



Через благословение о. Иоанна подавалась благодать Святого Духа

Илья Васильевич Гумилевский, протоиерей Храма Христа Спасителя в Москве и профессор Московской Академии, в бытность свою семинаристом Духовной Семинарии в Москве, в год выпуска из последней, получил приказание от инспектора классов подготовиться к произнесению проповеди на предложенную тему.
Место, где семинарист Гумилевский должен был произносить проповедь, не было указано, что его немало волновало, помимо присущих волнений, связанных с произнесением первой проповеди.
Он был в числе лучших выпускаемых из семинарий учеников, из которых только двое могли быть отправлены в Духовную Академию казеннокошными.
Под один из Богородичных праздников семинарист Гумилевский получил приказание явиться к настоятелю Успенского собора, и когда явился, то от последнего узнал, что пробная проповедь должна быть произнесена в середине всенощного бдения, во время полиелея.
Смутившийся от такой неожиданности семинарист Гумилевский был еще более взволнован, когда в алтаре собора появился о. Иоанн Кронштадтский и стал готовиться к начатию всенощной.
Пишущий эти строки его родной брат, с которым он впоследствии поделился пережитым им своим настроением, вернее, состоянием духа, по тому моменту. Необъяснимый страх, а вместе с ним и какой-то благоговейный трепет стрелой пронизали его. И чем ближе становился момент появления в стихаре на амвоне, тем сильнее росло желание уйти совсем или как-нибудь отложить выступление хотя бы путем симуляции болезни. В борьбе с самим собою незаметно подкралось и время, когда от брата потребовали приготовиться к выходу из алтаря. Раздумывать уже было поздно. И брат, перекрестясь троекратно на Святой Престол, решительно подошел к о. Иоанну за благословением. - «Чувствую и знаю твои переживания, юноша, - сказал батюшка о. Иоанн. - Да укрепит тебя Бог Святым Духом Своим и да не смущаешься ты впредь никогда в своих дерзаниях служить Ему».
С необыкновенным подъемом и неподражаемой дикцией произнес тогда брат свою первую в его жизни проповедь, и что удивительнее всего, так это то, что даже не воспользовался своим рукописным материалом. Не отступая от темы, как от стержня, он далеко отступил в вариантах одухотворенной мысли, образно, нравоучительно и убедительно излагая молящимся воспоминаемое Святой Церковью событие из Нового Завета.
Слова о. Иоанна оправдались на дальнейшей жизни и деятельности семинариста Гумилевского.
По окончании Духовной Академии он был оставлен при ней для защиты диссертации в звании профессорского стипендиата. Затем, по принятии сана священника, был назначен в Храм Христа Спасителя с оставлением при Академии профессором. Часто назначался говорить проповеди в присутствии лиц Императорской фамилии. Был короткое время придворным протоиереем в Царском Селе, куда был переведен настоянием профессуры и В. Кн. Елизаветы Феодоровны. Позже - настоятелем Храма Христа Спасителя. Во время большевизма громил сатанинскую власт большевиков с амвон Храма Христа Спасителя. Власть долгое время не могла ликвидировать этого, из-за добровольной охраны молящимися. И только, когда заточен был Птриарх Тихон, протоиерей Илья Гумилевский был арестован и сослан в Вологду, где и ослеплен. Все его проповеди с преподанем, как к ним нужно готовиться и как произносить, собраны в книгу под названием «Семя веры». В «преподании» summа summarum говорится о том, что предварительно произнесения проповеди необходимо три дня усиленного поста и молитвы, творимой тайно, мысленно, дабы освободить дух от тела, окрылить его.
Из этого повествования ясно, что о. Иоанн, благословляя юношу, подал ему благодать Святого Духа, сделавшего его великим проповедником, непреоборимым воином Христовым в борьбе с антихристом и наконец мучеником зa веру Христову.
___________

Привожу рассказ друга моего протоиерея, имевшего твердую и непоколебимую веру во Христа и отказавшегося присоединиться к так называемой «Живой церкви», т. е. к красному духовенству, перешедшему на службу антихриста, за что он и был посажен в тюрьму.
Но окончании семинарии, рассказывает Протоиерей, он любил танцевать, петь светские песни и веселиться и отнюдь не помышлял о духовном сане.

Неожиданно «меня требует Тверской Архиерей и говорит мне: «Тогда-то поедешь в Осташковский монастырь и там тебя посвятят во священника и будет присутствовать на твоем посвящении о. Иоанн Кронштадтский».
Уйдя от Архиерея и пораздумавшись, я решил идти к нему отказываться, главным образом меня пугало присутствие о. Иоанна: - еще что-нибудь скажет мне, по своей прозорливости, неприятное.
Придя к Архиерею с целью отказаться, я просил келейника доложить обо мне. Келейник спросил, но какому делу я пришел, я ответил ему, что хочу отказаться от посвящения. На это келейник сказал: «не ходи, осерчает владыка». Я испугался гнева владыки и не пошел.
Меня утешала мысль, что обводить меня вокруг престола при посвящении будет не о. Иоанн, а одни из 3-x Архимандритов монастыря, которые при службе считаются выше митрофорного протоирея.
Приезжаю в монастырь и спрашиваю: «здесь ли Архимаидрит такой-то?» - Нет, говорят, уехал в Новгород. «А такой-то здесь?» - Нет, говорят, уехал и Петербург. «Ну, а такой-то?» Отвечают, - болен.
В день посвящения пришел я в алтарь рано. Вскоре в соборном храме послышались голоса. Оказалось, что вошел о. Иоанн Кронштадтский. Войдя в алтарь, он подошел ко мне с ангельской улыбкой на лице и сказал: «священного сана желаешь - доброго дела желаешь» и благословил меня.
У духовенства существует поверье, что все, что будет просить у Бога вновь посвящаемый во время троекратного хождения вокруг престола, исполнится.
Когда о. Иоанн стал водить меня вокруг престола, я совершенно неожиданно для самого себя, стал молиться Богу, чтобы Господь дал мне сделаться достойным пастырем стада Христова и вести праведную жизнь.
Сделавшись священником, я немедленно усердно занялся изучением толкований Св. Иоанна Златоустого на послания Апостольские и творений других Святых отцов.
Усовершенствовавшись в знаниях, я сделался миссионером. Теперь я состою настоятелем церкви и уже приготовил сухари на случай, если меня посадят в тюрьму.
К счастью, в то время глава Английского правительства лорд Керзон написал советскому правительству грозную ноту, требуя немедленного освобождения Патриарха и духовенства. И все были выпущены. Дальнейшая судьба этого благочестивого, крепко верующего и непоколебимого Протоиерея мне неизвестна.
Очевидно благодать Божья, которая снизошла на него через благословение о. Иоанна и через участие его в посвящении, совершенно переродила в нравственном отношении легкомысленного молодого человек и сделала из него истинного пастыря стада Христова и непоколебимого подвижника.
_________



Рассказы Епископа Иоанна Печерского об о. Иоанне в торжественных собраниях в г. Белграде

Известный профессор Казанского Университета, Александр Иванович Александров, проживавший в Казани, получил от знакомой семьи письмо с приглашением придти на молебен, который будет отслужен отцом Иоанном Кронштадтским, совершенно неожиданно приехавшим в Казань. Это приглашение профессору не понравилось. Ему даже казалось как-то обидно придти смотреть на какого-то священника и он решил не идти. Когда же настал назначенный час, мысли его приняли другой оборот и его потянуло туда. Дойдя до дома своих знакомых, он нашел парадные двери наглухо затворенными и ему пришлось идти на черный ход. Там двери были настежь отворены и никого в комнатах не было. Он понял, что служба уже началась и пошел вперед. Дойдя до той комнаты, где собралась вся семья и многие знакомые, он не вошел, а остановился у полуоткрытой двери, никем не замеченный.
О. Иоанн уже служил молебен и все были углублены в молитву. Скоро кончилась служба и о. Иоанн стал давать всем целовать крест. Все подходили по очереди и прикладывались ко кресту. Когда все приложились, о. Иоанн обратившись лицом в ту сторону, где за дверью стоял профессор, которого не было видно, громко сказал: «Ну, а профессор, что же профессор не идет?»
Хозяева бросились в ту сторону, куда смотрел отец Иоанн и увидели профессора который, покраснев, вышел.
О. Иоанн ему сказал: «Что же вы, профессор, боитесь креста? Ведь вам самому скоро придется давать всем крест целовать». Сконфуженный ученый под всеми направленными в его сторону взглядами приложился ко кресту. О. Иоанн Духом Святым прозрел, что за дверью стоит человек, что человек этот профессор и относится к нему отрицательно. Кроме того о. Иоанн оказался провидцем будущего. Через некоторое время этот профессор развелся с женою, бросившей его, с горя принял пострижение. После был ректором Казанской духовной Академии и Епископом. С тех пор он крепко уверовал в о. Иоанна и когда, будучи епископом, сильно и опасно заболел, написал о. Иоанну письмо, прося его помолиться о выздоровлении.
Через несколько дней он получил ответ, что его просьба исполнена. И с этого дня началось выздоровление. Он остался жив и совсем излечился от своей тяжкой и безнадежной болезни.
_________

Отец мой Александр Максимович Булин был каменщиком в имении Рапин Верросского уезда Лифляндской губернии, где была писчебумажная фабрика, основанная еще при Екатерине II, а при фабрике была и церковь.
Александр Максимович очень заботился о воспитании своих сыновей. Старший его сын Николай, ныне Епископ Иоанн, учился на казенный счет в Рижском Духовном Училище. Туда же он определил и младшего сына. По уставу школы не полагалось двум братьям учиться в том же училище на казенный счет, а потому начальство потребовало за второго сына плату в размере 110 руб. в год. Огорченный этим требованием отец поделился своим горем с местным учителем школы, который исполнял при церкви должность псаломщика. Тот, зная, что Булин зарабатывает поденно только по 80 копеек в день, решился ему помочь, и написал от себя открытку о. Иоанну Кронштадтскому, прося его помочь бедному отцу. Через три недели получился ответ в виде 10 рублей, присланных о. Иоанном на имя старшего сына Николая, о чем ему и сообщило начальство. Мальчик был крайне удивлен и ровно ничего не понимал, пока псаломщик не объяснил этого школьному начальству, на которое этот случай произвел сильное впечатление. И это решило судьбу второго брата. Вопреки всяким правилам, благодаря вмешательсту отца Иоанна Кронштадтского мальчик был принят, как и старший, на казенный счет. Вот каково было обаяние на всех великого чудотворца. Случай, описанный мною, имел место в 1907 году.
_________

Покойный Ректор Рижской Духовной Семинарии протоиерей Алексей Константинович Лебедев, родившийся в селе Плоское, Вологодской губернии, рассказал Епископу приблизительно в 1910 или 1912 году о своем знакомстве с о. Иоанном Кронштадтским следующий случай:
Окончив Вологодскую Семинарию и Духовную Академию, он однажды проезжал по железной дороге какую-то большую станцию, на которой ему пришлось долго ждать пересадки в другой поезд. Там случайно он узнал, что в этом поезде едет о. Иоанн Кронштадтский. Ему страшно захотелось с ним познакомиться и получить от него благословение. Вошел он в указанный ему салон-вагон и остановился, пораженный роскошным убранством салона, разукрашенного пальмами, лавровыми деревьями и множеством цветов. Стол ломился от самых редких закусок и гастрономических яств и уставлен был самыми дорогими винами. Пораженный всем этим он подумал: какой же это служитель церкви и праведник? Его представление об о. Иоанне Кронштадтском совсем не вязались с тем, что он видел, и мысленно он осудил его. Но о. Иоанн, прозрев его мысль, сказал: «Не соблазняйся, все это дар почитателей служителю престола Божьего. Мне же этого ничего не надо».
После произнесенных слов он дал ему свое благословение и повелел принять священный сан, чем сразу выяснил ему его призвание. Алексей Константинович в точности исполнил приказание о. Иоанна и был до смерти Ректором Духовной Семинарии и скончался в сане протоиерея в 1913 году.
Провидение о. Иоанном будущего и чудесная помощь его уже после смерти.

14 апреля 1935 г. Епископ Иоанн Печерский рассказал об удивительном провиденнии отцом Иоанном будущего, о чудесной помощи его уже после смерти и о правильной оценке значения его личности Рижским епархиальным начальством.
В эстляндской губернии в одном источнике была найдена икона Божией Матери (Успения).
Благочестивые люди, при щедрой материальной помощи о. Иоанна, образовали женскую обитель в честь Успения Божией Матери, названную «Пюхтицкой», что по-эстонски означает указанное событие.
Эстляндский Губернатор князь Шаховской купил участок земли с недостроенной лютеранской кирхой, подведенной под крышу, и подарил монастырю.
Иждивением сестер обители кирха была покрыта крышею и в ней устроен православный храм для монастыря.
Вслед за этим в обитель приехал о. Иоанн, который постоянно и щедро помогал монастырю.
Увидев кирху, обращенную в православный храм, о. Иоанн сказал игумений крайне решительно: «Снести немедленно до основания и бут вынуть», т. с. камни фундамента.
Игумения пробовала возражать, объясняя, что переделка кирхи в православный храм стоила больших денег, что обитель останется без церкви, ибо на постройку новой негде взять денег.
Но о. Иоанн стоял на своем и решительно сказал, что «если вы меня не послушаете, и не снесете кирху до основания, то я перестану вам помогать и прекращу всякое общение с вами».
Игумения, однако, не решилась сама исполнить волю о. Иоанна и написала запрос епархиальному начальству, - как ей поступить.
Оттуда ответили совершенно определенно и решительно, что «надо исполнить в точности приказание о. Иоанна».
Очевидно Рижский Архиерей ясно понимал, что отец Иоанн есть посланник Божий на грешную землю, ибо отец Иоанн учил народ со властью и Бог подкреплял пророческое слово его последующими знамениями.
Получив такое распоряжение Епархиального Архиерея, игумения исполнила волю о. Иоанна полностью.
В это время одна из сестер обители ходила по Москве со сбором на построение Успенского храма и встретила горничную, которая сказала ей: «Зайди к нашему барину, он тебе что-нибудь даст».
Барин оказался Генерал Терещенко, который дал сборщице 3 рубля, подробно ее расспросил о монастыре и храме, на который собираются деньги и, узнав, что храм в честь Успения Божией Матери, сказал, что он сам думал о постройке Успенского храма и что он напишет игумении.
Приблизительно через неделю после этого игумения получила бумагу от Епархиального начальства с приказанием немедленно организовать строительную комиссию для постройки в Пюхтицкой обители Успенского собора ввиду того, что г. Терещенко уже перевел по телеграфу на имя епархиального Начальства для этой постройки 90 тысяч руб.
Таким образом Господь, по молитвам, о. Иоанна, чудесным образом послал монастырю сумму на постройку православного собора в обители.
Очевидно также и то, что о. Иоанн пророческим взором своим провидел, что обитель окажется в протестантской Эстонии и что местные власти неминуемо отобрали бы от обители кирху, переделанную в православную церковь, и обитель осталась бы без храма.
_________

Преосвященный Виктор, Епископ Пекинский и Китайский поведал для напечатания в книге:
«Когда мне было всего полтора года от роду, я заболел круппом горла и рожистым воспалением. Болезнь была настолько серьезна, что врачи отчаялись в моем выздоровлении и определили мое положение безнадежным. Оставалась одна надежда на помощь Божию. Тогда мой отец, по просьбе своей матери, послал телеграмму о. Иоанну Кронштадтскому с просьбой помолиться о моем исцелении. Вскоре была получена от о. Иоанна ответная телеграмма: «Помолился, сын ваш будет здоров» - и я действительно, к изумлению врачей, стал быстро поправляться и скоро почувствовал себя совершенно здоровым. Замечательно то, что выздоровление мое началось с момента подачи телеграммы отца Иоанна Кронштадтского, а также и то, что великий угодник Божий был настолько близок к Богу, что Господь Дух Святой открыл ему о принятии его молитвы».
_________

19-го октября 1933 г. Архиепископ Нестор Петропавловский и Камчатский, прибывший с Дальнего Востока, рассказывал свои воспоминания об о. Иоанне на торжественном собрании, устроенном «Православным Братством о. Иоанна Кронштадтского», в день Ангела великого чудотворца, в большом зале Белградского Университета. Владыка рассказал, что будучи еще мальчиком и слыша от благочестивых родителей рассказы о великих чудесах Божиих, являемых в наши дни через о. Иоанна, он в простоте детской души молился Господу, чтобы ему сподобиться когда-нибудь увидать великого чудотворца. Лет 30 тому назад мать его была тяжко больна, лежала в бессознательном состоянии и была приговорена врачами к неминуемой смерти. Случайно в это время в родной город Владыки Вятку приехал отец Иоанн. Мальчик Коля (так звали Владыку), тотчас выпросил у полицеймейстера пропуск в тот дом, где остановился о. Иоанн, и пробравшись к нему, рассказал ему о своем безысходном горе - о безнадежной болезни матери и просил помолиться о ее выздоровлении. О. Иоанн обещал и Коля всюду следовал за о. Иоанном, пользуясь пропуском полицеймейстера. На другой день Коля видит, что по их улице движется целая вереница экипажей и, поравнявшись с их домом, первый экипаж, а за ним и остальные, остановились. Сидевший в первом из них о. Иоанн спросил: «где тут живет мальчик Коля, у которого мать больна?» О. Иоанн, войдя в дом, служил молебен об исцелении болящей, затем прошел к ее постели, положил ей руки на голову и сказал: «будет здорова». После отъезда о. Иоанна больная села и сказала домашним, чтобы все удалились и оставили ее одну. После этого она совершенно выздоровела и живет вот уже 30 лет после исцеления. В другом доме мальчик Коля видел, как после молебна об исцелении больного мальчика, который не мог ходить, о. Иоанн подошел к нему, взял его за руки и сказал: «ну, пойдем». Мальчик встал и пошел с о. Иоанном, приложился к кресту и Евангелию и стал ходить. Чудо это произвело потрясающее впечатление на присутствовавших, а отец мальчика плакал от радости.
_________



Письмо Настоятеля Русской церкви в Женеве протопресвитера о. Сергия Орлова

от 12 октября 1932 г. на имя автора книги
Очень сочувствую Вашему святому намерению написать книгу к прославлению Господа Бога в лице блаженной памяти незабвенного о. Протоиерея Иоанна Ильича (Сергиева) Кронштадтского и о. Иоанна, в Боге. Я лично два раза видел о. Иоанна и благоговейную память о нем сохраняю ежедневною молитвою к нему, ибо в моем представлении и глубоком духовном чувствовании он - святой.
О. Иоанн Кронштадтский был типичным русским священником-пастырем, а потому он воистину является живым свидетельством благодатной силы и спасительности нашей православной русской веры.
Христос Господь да будет Вам в помощь!
С любовью прилагаю рассказы о достоверных явлениях милости Божией молитвами о. Иоанна и притом в случаях далекого разделения о. Иоанна от тех, о ком он возносил молитвы.
В 1892 г. в Зарайском уезде Рязанской губ. заболела «тихим умопомешательством» старшая сестра моя, жена священника, Евдокия И. Купрессова. Обследованием и решением врачей болезнь признавалась неизлечимой и сестра была помещена в колонию умалишенных под гор. Рязанью (в Голенщино). Отец мой, священник г. Зарайска, в скорби своей обратился с письмом к о. Иоанну Кронштадтскому, у которого просил спасительной молитвы за свою больную дочь. О. Иоанн ответил трогательным собственноручным письмом, в котором писал: «ныне совершу молитву теплую к Богу об исцелении болящей и верую в милость Божью». Накануне получения этого благодатного письма у родителя моего был зять, возвращавшийся от больной жены и со слезами передавший, что врачи говорят о безнадежности положения сестры... А на другой день по получении письма от о. Иоанна я, уже будучи священником, прибыл к отцу, которого нашел в совершенно спокойном состоянии, уверенно ожидавшего, по слову батюшки о. Иоанна, «явления милости Божией». И что же? - На следующее утро родитель мой получает письмо Главного Врача колонии умалишенных с приглашением приехать неотложно, без всякого объяснения причин приглашения. Мой родитель в тот же день едет, - едет не удрученный, а в радостном предчувствии чудесного. Действительно, на следующий день он возвращается домой вместе с моею сестрой - совершенно здоровой. Вызывавший отца доктор почти дословно говорил отцу так: «ваша дочь с такого-то дня утверждает, что она осознала освобождение свое от недуга, чувствует себя совершенно здоровой и просит о возвращении в свою семью, - ведет себя совершенно спокойно. Я боюсь отпускать ее в семью, - нет ли с ее стороны хитрости, - но также тяжело мне и оставлять ее в настоящей обстановке. Не можете ли взять ее к себе и продержать под тщательным наблюдением дней десять, прежде чем отпустить ее в свою семью»...
Веруя в совершившееся чудо, отец привозит сестру домой, передает нам - детям сказанное доктором; мы - дети несколько суток старались быть днем и ночью неотлучными от сестры, ясно сознававшей наше особое наблюдение и тем печалившейся, и, наконец, дня через три-четыре, воспев в семье со слезами хвалебное пение Господу, отец благословил и отпустил сестру в ее семью. Сестра моя больше не болела, - она и поныне живет в г. Зарайске, - прославляя Господа и в Господе - св. Батюшку-чудотворца о. Иоанна Кронштадтского.
_________

В бытность мою священником г. Рязани Николодворянской церкви, в 1894 г., однажды приходит ко мне под вечер благочестивейший прихожанин Нил Федорович Юревич очень расстроенным, чтобы сообщить мне: у его жены нестерпимые боли в ухе; доктора определили нарыв во внутреннем ухе и боялись решиться на операцию, однако, положили наутро непременно сделать операцию.
Г. Юревич просил меня помолиться о больной и пошел на телеграф - дать срочную телеграмму о. Иоанну Кронштадтскому с просьбой о молитве за жену. На другой день приходит г. Юревич неузнаваемый от радости и сообщает: «по отправлении телеграммы я соображал, - в какое время она могла быть получена? Жена отчаянно стонала, - все, что делали к облегчению болей, не помогало... но вдруг, приблизительно в то время, когда телеграмма должна была быть получена о. Иоанном, она смолкла и через две-три минуты заснула... Спала всю ночь не просыпаясь, а проснувшись, заявила совершенно спокойно, что никаких болей у нее нет и просила дать ей чаю. Приехавший врач, осмотрев ее ухо, был поражен и воскликнул: «Дивное дело, - нарыв засох!»
Жена моя встала и совершенно здорова».
«Дивен Бог во святых своих!»
_________

«Блаженной памяти о. Иоанн Кронштадтский чудодействует и по кончине. В 1910 г., когда я уже был в Женеве, сильно заболела моя 8-летняя дочь. Долго не могли установить болезни, а когда установили, что у девочки внутренний нарыв в нижней области живота, то уже опасались оперировать ее. Страдания дочери были невероятные, она должна была неподвижно лежать на спине, не могла принимать никакой пищи, в сильном жару не смыкала глаз несколько дней и ночей. В таком положении я должен был оставить свою девочку, отъезжая для церковных служений в церковь города Веве, приписанную к Женевской церкви. Дорогою я читал «Церковные Ведомости» и там нашел сообщение одного священника о том, как его дочь чудесно исцелилась молитвою его к покойному Батюшке о. Иоанну Кронштадтскому. Рассказ вызвал у меня невольные слезы, и мое сердце молитвенно обратилось к душе почившего Батюшки о. Иоанна, умоляя об облегчении страданий моей дочери. В таком молитвенном в душе обращении к о. Иоанну я оставался за всеми совершавшимися служениями в Вевеском храме и в продолжение всего обратного пути. Прибыв к квартире, тихо, с замиранием сердца звоню у парадной двери. Отворяет матушка и шепотом говорит, что дочь часа полтора, как заснула, спит спокойно. Прошло еще около двух часов до того, как девочка проснулась. Проснулась она в обильнейшем поту и облегченно возвестила, что ей хорошо. И действительно, температура пала с 40° на 37°, нарыв оказался прорвавшимся с выходом в мочевой проход.
Доктор радостно объявил положение девочки безопасным... Слава Богу, благодеющему нам во веки веков! Аминь.
Смиренный и недостойный Протопресвитер Сергий Орлов».
Рассказ жены Полковника Ивана Игнатьевича Тюльпанова, - Варвары Ивановны Тюльпановой, проживающей в г. Белграде в Югославии, по Неготинской ул., д. № 14.
В июле 1935 г. доктор медицины В. А. Воронецкий лечил ее от сахарной болезни, т. к. у нее было 4% сахара.
Неожиданно у нее начала подниматься температура, на правой ноге между пальцами появилось воспаление, которое через несколько дней превратилось в настоящий абсцесс, увеличивающийся с такой быстротой, что опухоль захватила 2 пальца и часть ступни, стала темно-багровой и вообще вся нога опухла, причем образовалась рана, из которой стал сочиться зловонный гной. Д-р В. А. Воронецкий нашел гангрену и сказал, чтобы пригласили хирурга. Хирурги Колесников и Пельцер подтвердили, что у больной гангрена и сказали, что нужно отрезать ногу, но сделать этого нельзя по двум причинам: что больной 70 лет и что у нее сахарная болезнь. Температура держалась 39,1°.
Узнавши, что у о. Протоиерея Иоанна Сокаля есть часть кашнэ о. Иоанна Кронштадтского, сестра милосердия Любовь Михайловна Твердохлебова принесла это кашпэ в конверте В. И. Тюльпановой. Больная и муж с глубокой верой, утром приложили к больному месту ноги кашнэ, не вынимая из конверта, а лишь раскрыв конверт.
К вечеру температура упала до 36,5, абсцесс вскрылся и гной стал вытекать густой массой, больная почувствовала возможность двигать пальцами ноги. Через 4 дня прекратился зловонный запах и в продолжение недели рана стала затягиваться и опухоль заметно опадать.
Встретив меня, автора настоящей книги, доктор В. А. Воронецкий сказал: «вы знаете, какое чудо совершил о. Иоанн Кронштадтский - гангрена прошла!»
_________

Дочь моя Нина на Фоминой неделе заболела сильным нервным расстройством, что было повторением ее заболевания в мае 1935 г.
Доктора назвали ее болезнь титанией, т. е. заболевание нервов в мышцах и опять стали ее лечить, как и в прошлом году, разными впрыскиваниями. Так продолжалось до 15-го мая.
Смотреть на ее мучения и слышать ее несвязный и вздорный бред было невыносимо тяжело.
Доктор, лечивший ее, посоветовал позвать профессора, специалиста по нервным болезням, что и было исполнено.
Профессор нашел, что у нее никакой титании нет, а депрессивная меланхолия и что ее надо поместить в санаторий для нервных больных, т. к. дома держать ее опасно: - она могла во время припадка выброситься в окно.
17 мая ее муж отвез ее в санаторий, где ей опять делали впрыскивания и она спала в течение целого месяца. Ее будили, вливали в рот чай, молоко и она опять засыпала и страшно исхудала.
Муж навещал ее через день, а я приходила раз в неделю. Иногда я брала с собой ее детей, но она нас не узнавала и с нами почти не разговаривала.
В одно из таких свиданий меня озарила мысль обратиться за помощью к Господу Богу и я решила просить протоиерея о. Иоанна Сокаля съездить со мною в санаторий и помолиться о рабе Божией Нине.
29 июня 1936 г. в 10 ч, утра мы были у дочери, которую застали совершенно невменяемой. Она нам все твердила, что уже ножи наточены и что ее должны зарезать для изготовления консервов и умоляла батюшку взять ее домой к нему на один день для испытания. О детях говорила, что они умерли и вообще говорила всякий вздор.
Наконец батюшке удалось уговорить ее стать на колени помолиться и мы трое вошли в больничную комнату и стали молиться.
Батюшка возложил на ее голову воздушек с мощей Святителя Иоасафа Белгородского Чудотворца и шейный платочек о. Иоанна Кронштадтского и стал читать молитвы, а она повторяла за ним все слова молитвы очень истово.
После моления мы простились с нею и ушли домой, а она нам вслед крикнула: «вот глупые ушли, оставив меня, а завтра получат мой труп».
30-го июня дочь рассказала, что после нашего ухода она все металась, а вечером, когда легла спать, то молилась и все хотела сбросить с себя каменную доску, лежавшую, как ей казалось, на ее груди. Вдруг она почувствовала, что кто-то снял эту доску: голова просветлела и она почувствовала, что здорова. Утром вышла из палаты в сад без разрешения. Заметив это, служащие больницы надели на нее смирительную рубашку, которую она дала надеть на себя, не сопротивляясь. Когда утром вошел профессор и взглянул на нее, то сказал: «да ведь вы здоровы» и тут же приказал снять с нее смирительную рубашку.
1-го июля к ней пришел ее муж и был поражен ее спокойным видом и вполне разумным разговором.
2-го июля я была у нее рано утром и обрадовалась происшедшей перемене в ее здоровье к лучшему и сейчас же отправилась к батюшке и сообщила ему обо всем случившемся.
10-го июля утром, с разрешения профессора, мы взяли дочь домой.
11-го июля она пробыла всю обедню в церкви и причастилась Святых Христовых Тайн.
После обедни батюшка отслужил молебен перед иконою Иверской Божией Матери и вся наша семья молилась и благодарила Господа Бога за оказанное нам милосердие - ниспослание моей дочери исцеления через молитвенное предстательство угодников Божиих: Святителя Иоасафа Белгородского Чудотворца и о. Иоанна Кронштадтского.
_________

Жена г-на Смирнова, имеющего торговлю на Старом Джераме в г. Белграде в Югославии, рассказала, что у нее были страшные боли в руке, не дававшие возможности спать и она целые ночи ходила по комнате, не давая спать и мужу.
Лечил доктор Трегубов, мази которого не помогали.
Ей принесли платок-шарф о. Иоанна и приложили на больную руку, привязав, чтобы платок держался.
В следующую же ночь она впервые заснула и каждый день могла спать, постепенно стала поправляться до полного выздоровления.
_________

Выписка из письма князя Петра Димитриевича Голицына от 5 апреля 1937 года из Будапешта.
У меня есть фотография о. Иоанна с надписью-благословением. Эту карточку я давал несколько лет назад, т. е. в 1925 г., девочке Андрея Николаевича Щмемана, которая была тяжело больна, лежала в клинике с каким-то внутренним нарывом. Я не оставлял ее там навсегда, а давал на время. Раз ночью А. Н. Шмеман разбудил нас, прося дать ему карточку, так как его дочери делалось хуже, когда я карточку уносил. Девочка поправилась. Когда карточка была у нее, нарыв неожиданно прорвался и очистился от гноя. Родители убеждены, что девочка спаслась благодаря заступничеству о. Иоанна.
_________



Повествования священнослужителей об исцелениях о. Иоанном

Две записи Шуина, присланные из Шанхая Епископом Иоанном Шанхайским, с его собственноручной подписью: «Писало лицо, мне лично известное. Епископ Иоанн».
В 1889 году мой знакомый Николай Иванович Краснов имел в г. Туле склад московского пива. Получая таковое в бочках, он сам разливал в бутылки. Пиво находилось на льду в погребе. Разливая пиво в летний жаркий день, Краснов простудился. Но так как он был человек крупного сложения и обладал крепким здоровьем, то конечно сначала думал, что это пустяки, пройдет, но оказалось не так, у него сначала было воспаление легких, а потом перешло в скоротечную чахотку. Несмотря на средства, которые были у Краснова, обращение к лучшим врачам, помощи ему не дало и Н. И. Краснов сгорал на глазах всех. Так прошло несколько месяцев. Жена не знала что делать, почти приготовляя своего мужа к смерти. Но в последние дни его жизни кто-то посоветовал жене Н. И. Краснова послать письмо батюшке о. Иоанну с искренней просьбой помолиться за болящего. И вот совершается то, что Бог не оставляет просящего без помощи. В час получения о. Иоанном письма больной начал чувствовать себя лучше и понемногу поправился так, что стал еще сильнее прежнего, благодаря милости Божией и молитвам о. Иоанна.
_________

В г. Туле в 1890 г. проживал с женою и двумя детьми мясоторговец Илья Васильевич Попов, человек молодой лет 28-30. Обладал хорошим здоровьем и трезвой жизнью, никогда не хворал. Вдруг он заболел и ослеп. Обращался ко многим врачам, но бесполезно - помощи никакой. Одна была надежда на Бога. В поездках на юг через Тулу часто проезжал о. Иоанн Кронштадтский. И вот попросили его заехать к больному в Тулу. О. Иоанн ответил, что заехать не может, а указал день и час прибытия поезда в Тулу, чтобы его могли встретить. Больной и все его родные обрадовались, что добрый пастырь не отказал помолиться и прибыли на вокзал к приходу поезда. Подошел поезд и о. Иоанн пригласил войти в вагон и молился со слепым. Родственники больного тоже сели в поезд и просили о. Иоанна молитвами к Богу помочь исцелиться болящему. Господь не оставил молитвы о. Иоанна и больной слава Богу прозрел. Я знал его лично, знал хорошо, будучи соседом.
Шанхай, 20 декабря 1936 г.
Василий Шуин.
_________

Рассказ Протоиерея о. Павла Виноградова, сослуживца о. Иоанна по Кронштадтскому Андреевскому собору.
Жена моя была беременна и у нее появилась болезнь почек. Такие случаи обыкновенно кончаются смертью. Я обратился к о. Иоанну с просьбою помолиться за болящую. Просьбу эту о. Иоанн охотно исполнил, т. к. хорошо знал мою супругу.
После молитвы о. Иоанна болезнь почек прошла и матушка благополучно разрешилась от бремени.
_________

Рассказ Протоиерея о. Иоанна Сокаля, проживающего в гор. Белграде в Югославии, по ул. Князя Данила, 35.
В родном селе моем Холмской Епархии был священник, болевший 7 лет падучею болезнью, - человек глубоко веровавший и уважаемый населением. Этот священник написал письмо о. Иоанну Кронштадтскому с просьбой помолиться об его исцелении.
Отец Иоанн Кронштадтский ответил ему, что помолился и обнадежил его, что болезнь больше не повторится. И действительно, болезнь его больше никогда но проявлялась.
Событие это стало известно всем жителям села.
_________

Иеромонах Андреевского Скита Мартиниан рассказал следующий случай.
Я был в то время Иеродиаконом и около года страдал катаром желудка. Петербургский профессор Никитин прописал мне есть только одну уху из ершей и налимов. После церковных служб от утомления у меня делались страшные боли в желудке, так что от боли я ложился на кровать.
Тогда я поехал в Кронштадт к о. Иоанну, вошел в Андреевский собор и стал в алтаре, прислонившись к шкафу от боли. О. Иоанн подошел ко мне, похлопал по плечу и спросил: «ты Иеродиакон?» Я ответил утвердительно и сказал о. Иоанну: «желал бы с вами послужить». О. Иоанн ответил, повторив трижды: «очень рад буду, очень рад буду, очень рад буду».
Во второй раз я опять пришел послужить с отцом Иоанном обедню и сказал ему, что вот уже год, как страдаю катаром желудка. О. Иоанн ответил: «я сам болею, ну, ничего, Бог исцелит».
После этого я поправился и впоследствии Бог привел меня уже Иеромонахом провожать тело о. Иоанна от Балтийского вокзала до Иоанновского монастыря-усыпальницы.
О. Иеромонаха Мартиниана я видел в 1929 или 1930 г. в Белграде в Югославии и он собирался отправиться в один из монастырей на Фрушку гору.
_________

Рассказ Отца Игумена Луки.
В бытность мою в Болгарии в монастыре Св. Благоверного кн. Александра Невского, находящемся близ гор. Ямбола Сливенской епархии, мне пришлось слышать от одного из жителей гор. Ямбола, что при жизни о. Иоанна Кронштадтского один из членов их семьи был тяжело болен и они телеграммой обратились к батюшке о. Иоанну Кронштадтскому с просьбой ПОМОЛИТЬСЯ О его выздоровлении. Больной был при смерти и неожиданно, вопреки предсказаниям врачей, через день-два совершенно оправился и болезнь прошла бесследно. Память об этом чудесном событии живет до сих пор среди жителей этого города.
Верность всего мною сообщенного подтверждаю своею подписью. Смиренный Лука, игумен монастыря Туман.
_________

Сообщение священника Виктора Ильенко.
Во славу имени Божия и для прославления Его угодника о. Иоанна Кронштадтского сообщаю рассказанное мне княгиней 3. Н. Юсуповой.
В 1884 году, когда мне было 23 года, я была второй год замужем и матерью любимого ребенка, передо мной открывалась самая счастливая жизнь. Около этого же времени я услышала впервые об о. Иоанне Кронштадтском, что он удивительный молитвенник, что молитва его творит исцеления.
Рассказы об этом произвели на меня большое впечатление, и я искала случая с ним встретиться. Мы думали пригласить его отслужить литургию в нашей домовой церкви, но почему-то не успели этого выполнить, так как я тяжко заболела и три недели была между жизнью и смертью.
Я знала, что меня считают безнадежно больной, но сама этого не чувствовала; наоборот, ощущала себя довольно бодро. Болезнь была сложная: флебит в левой ноге, атрофия печени, приливы к мозгу - почти до слепоты, потрясающие ознобы, температура до 42° (пульс даже перестали считать!) и, наконец, лиловые пятна на теле. Доктора не могли точно определить болезнь и назвали ее тифом особой формы. Только впоследствии стало ясно, что это было заражение крови в тяжелой форме, вызванное преждевременными родами.
Лечил меня, как родную дочь, проф. С. П. Боткин, доброты и внимания которого я некогда не забуду.
Я чувствовала, что меня считают безнадежной; с течением болезни я и сама стала понимать всю серьезность моего положения. По целым суткам я не смыкала глаз и много думала о смерти. Но желание жить так было во мне сильно, что я, не зная откуда мне придет спасение, не отчаивалась и надеялась, что не умру. Странно только, что в течение этих трех недель, полных самых сильных душевных переживаний, я ни разу не вспомнила об отце Иоанне, и только вдруг в одну из бессонных ночей образ о. Иоанна, которого я никогда не видела, но который был близок моей душе, предстал в моем сознании и не покидал меня всю ночь. Ранним утром я высказала моему мужу желание видеть о. Иоанна. Я не столько думала о возможности исцеления, сколько боялась умереть, не повидав о. Иоанна. Мой муж тотчас же пошел вниз к моему отцу, чтобы сказать ему о моем желании. Отец встретил его со словами: «Я всю ночь видел о. Иоанна во сне и хочу его попросить приехать помолиться с нами».
В то же утро было получено анонимное письмо, в котором умоляли вызвать о. Иоанна к моей постели.
Послали в Кронштадт старого служащего. О. Иоанн был очередным, но узнав о моем положении, он заменился и сейчас же приехал к нам. Когда о. Иоанн, войдя ко мне, положил руку мне на голову, я сейчас же почувствовала необыкновенное успокоение. Тут же он стал с моим мужем на колени пред образами и начал молиться.
Молитва его была поразительна, и трудно передать впечатление, которое она производила. Он просил у Господа моего исцеления, не только просил, но даже как будто требовал. И так горячо молился, что и мой дух возносился со словами его молитвы к Богу. Все земное в это время для меня не существовало, исчезло...
После молитвы о. Иоанн снова подошел ко мне, поговорил и, уходя, сказал: «она не умрет». Это страшно поразило моего мужа, так как все доктора объявили меня совершенно безнадежной.
При входе о. Иоанн встретился с проф. Боткиным, который, увидев о. Иоанна, с волнением сказал ему: - «помогите нам!» Это обращение крайне всех удивило, так как проф. Боткин слыл за человека свободомыслящего.
После этого посещения в ходе моей болезни не произошло особой перемены, но душой я совершенно успокоилась. Через несколько дней решили снова пригласить отца Иоанна. Он пришел, сел ко мне на кровать и долго-долго горячо и убедительно говорил, что, жива ли я останусь или нет, но мне необходимо приготовиться к новой жизни (здесь ли на земле, или у Господа - это в руках Божиих!) причащением св. Тайн. Я ответила, что собиралась говеть перед Пасхой; тогда о. Иоанн начал еще горячее меня убеждать, что откладывать не следует, хотя Пасха и близко, и что он сейчас поедет за св. Дарами. О. Иоанн ушел и был в отсутствии около двух часов, которые показались мне бесконечными.
Когда он вернулся, я была глубоко счастлива, исповедывалась в полной памяти и приняла св. Тайны со светлым чувством на душе. Мне казалось, что все земное для меня умерло, что я иду в рай; всю меня наполнило чувство глубокого успокоения, мира, отрады И ВООБЩЕ всего того, что душа может испытать, как верх счастья, но что трудно и даже невозможно выразить человеческим словом.
Тут я заснула и впервые за три недели моей болезни проспала спокойным сном шесть часов. Когда проснулась, я почувствовала себя совершенно здоровой; термометр показывал 37,1. Проф. Боткин, увидав такую поразительную перемену, долго молча смотрел на меня. Две слезы скатились из его глаз. «Уж это не мы сделали!», - проговорил он.
Через неделю я встала и пошла без посторонней помощи.
С тех пор прошло ровно полвека, но все пережитое свежо в моей памяти, как в первый день, и оставило на всю жизнь глубокий след в моей душе.
19 окт. ст. ст. 1934 г.
Париж.
Перепечатано из № 1 газ. «Правосл. Русь» за 1935 г.
_________



Покаяние священника

Не откажите поместить в печатаемой вами книге об о. Иоанне И. Сергиеве Кронштадтском милость Божию, оказанную мне по молитвам его.
Служа диаконо-учителем в С. епархии, я дал обет Богу перед посвящением меня в сан священника побывать на могиле, уже в Бозе почившего, великого Праведника и Чудотворца. Но вскоре я был рукоположен во священника. Об обете своем я забыл. Прошло несколько лет, и пошли неудачи одна за другой и, наконец, умер у меня первенец-сын на 4-м месяце жизни. Пошли скорби и беды.
Тут вспомнил я о неисполненном обещании. Взмолился батюшке о. Иоанну простить и помочь мне исполнить лежавшее на душе обещание. Обстоятельства так сложились, что я быстро справился с делами и побывал на Карповке, в С.-Петербурге, где я со слезами отслужил панихиду по дорогом о. Иоанне и получил великое утешение. Бывая часто в Петербурге, я всегда отправлялся в Иоанновский женский монастырь на Карповку, служил панихиды, благодаря о. Иоанна и прося его о помощи в дальнейшей жизни. Так я научился благоговейно почитать память дорогого батюшки о. Иоанна и с тех пор, несмотря на все ужасы пережитого и переживаемого, я и мои близкие остаемся во благополучии по молитвам великого угодника Божия отца Иоанна.
Бывший военный, ныне приходский сербский священник.
Николай Базбай
_________



Кара Божия, исправление и исцеление

Рассказ со слов Симеона Феодоровича Судоргина, проживающего в г. Белграде в Югославии.
У фельдфебеля Лейб-Гвардии Преображенского полка 11-й роты, Григория Логиновича Чернухина и жены его Анны, живших в Петербурге на Кирочной улице, была единственная дочь Варвара З 1/2 лет, которая была больна с очень высокой температурой, уже около месяца. Три врача ходили каждый день, но не могли определить болезни и сказали родителям, что нужно прекратить давать лекарства и во всем положиться на волю Божью. Слова эти как громом поразили Чернухиных: «как это мы до сих пор не догадались обратиться с молитвою к Богу». Неожиданно Чернухины получили известие, что в Варваринском подворье через день будет служить о. Иоанн Кронштадтский. Чернухины возгорелись пламенным желанием попросить отца Иоанна помолиться за их девочку. Но как выполнить это намерение? Мать ребенка ослабела и слегла в постель, а отец от бессонных ночей едва держался на ногах. Надо кого-то попросить сходить в церковь и передать о. Иоанну просьбу помолиться. Однако вблизи не было ни родственников, ни друзей, но тут же жил благочестивый сослуживец Чернухина Симеон Феодорович Судоргин, который мог бы исполнить эту просьбу, но они были во враждебных отношениях и даже не разговаривали друг с другом. Тут благодать Божья вразумила Чернухина. Он пришел к Судоргину и со слезами говорит: «вы человек религиозный, поймете мою скорбь, помогите мне. Одному вам только верю, что вы исполните мою просьбу, пойдете в церковь и все там устроите».
С. Ф. Судоргин растрогался и тоже заплакал и обещал все сделать и искренно помолиться. Враги стали сердечными друзьями и благочестивый С. Ф. Судоргин благодарил Господа за это чудесное примирение.
Дело было 4 декабря 1901 года. Придя в церковь в 5 час. утра, С. Ф. Судоргин обратился к священнику с просьбой предоставить ему лично просить о. Иоанна помолиться об исцелении безнадежно больной девочки. Но настоятель храма все записал и сказал, что он в точности передаст просьбу о. Иоанну, что о. Иоанн и все духовенство будут молиться об исцелении болящей Варвары, молитесь и вы.
И действительно, С. Ф. Судоргин слышал, как отец Иоанн неоднократно молился об исцелении болящей Варвары.
Придя из церкви к Чернухиным, С. Ф. Судоргин заметил радость на лицах их и они рассказали ему, что с 9 час. утра девочке стало легче, учащенное дыхание стало стихать, жар уменьшился, через час дыхание было уже нормальное, страдания стихли, глаза оживились и девочка крепко заснула. Проспав долго и спокойно, девочка стала кушать, через день оставила постель, а через 3- 4 дня уже весело бегала по комнате и играла. Об этом чуде о. Иоанна много тогда говорили в Петербурге.
_________

Анастасия Марковна Наседкина, проживающая в Югославии, в г. Белграде, по Доситеевой улице, 15, поведала мне следующее:
В 1894 или 1895 г. в Сибири, в г. Красноярске, сестра моя Павла Марковна Ивановская, 28 лет, была больна печенью. Против ее кровати висел портрет о. Иоанна.
Вдруг в 10 час. утра больная сестра говорит мне: «я молилась о. Иоанну о выздоровлении, но он сказал мне: «приготовься, голубушка, за твоей душенькой скоро придет ангел». Рассказав это, сестра попросила ее обмыть и причесать, что мы и исполнили. В 11 ч. она скончалась.
_________



Поразительная прозорливость о. Иоанна и исцеления

Рассказ студента Никодима Васильевича Ефимова, сына Василия Павловича Ефимова, полковника Кронштадтской Крепостной Артиллерии и преподавателя в школе при Доме Трудолюбия.
Один купец из центральной России приехал к отцу Иоанну в Кронштадт и после обедни в Андреевском соборе подходил ко кресту. Рядом с о. Иоанном держали блюдо, куда клали деньги на бедных. Неожиданно о. Иоанн сгреб с этого блюда деньги и дает купцу. Купец отнекивается, говоря, что он сам человек состоятельный и может положить для бедных на блюдо. Но о. Иоанн настаивает, говоря: «возьми, тебе пригодятся». Тот не посмел ослушаться и взял. Когда же он вернулся домой, то узнал, что его склады с товарами сгорели, и если бы у него не было тех денег, которые дал ему о. Иоанн, то он оказался бы нищим.
Рассказ как будто простой. Но Вы вникните в него и Вам станет страшно от величия и силы Божией. Подумайте: священник служит в Кронштадте, к нему подходит совершенно ему неизвестный человек среди многотысячной толпы (Андреевский собор вмещал 7 тысяч человек) и Бог дает этому священнику видеть то, что происходит за тысячи верст и дает ему знать, что это происшествие - пожар относится именно к этому человеку, который подходит к кресту.
Воистину, значит, в этом священнике обитала Всесвятая Троица.
_________

В 1899 году хорунжий Владимир Степанович Евлампиев на вокзале крепости Брест-Литовск был свидетелем следующего случая:
У его знакомых 6-летний сын был болен дифтеритом и местные врачи признали положение мальчика безнадежным.
В это время родители умирающего мальчика узнали, что о. Иоанн Кронштадтский, едущий с таким-то поездом, прибудет на Брест-Литовский вокзал в таком-то часу.
Тогда мать сказала мужу, что пойдет на вокзал и попросит о. Иоанна помолиться о спасении жизни умирающего. Муж возражал: «куда ты пойдешь, да тебя затолкают, не пустят, я пойду». Жена стала его упрашивать: «возьми меня с собою». Но муж не соглашался, говоря: «да вообще, чего там ходить, все равно бесполезно». Жена продолжала его упрашивать взять ее с собой, но муж так и не согласился, а пошел один.
Когда подошел поезд, то хорунжий В. С. Евлампиев видел и слышал следующее: о. Иоанн, выйдя из вагона, направился прямо к отцу умирающего ребенка и сказал ему: «что же ты жену не взял с собою, ведь она тебя так просила?!» Отец умирающего растерялся настолько, что не знал, что ответить. О. Иоанн, пожурив его немного, сказал: «ну, ничего, иди, сын твой здоров».
И действительно, сын его выздоровел.
Что же сказать про этот случай?
О. Иоанн Духом Святым узнал, что в г. Брест-Литовске умирает мальчик от дифтерита, Духом Святым услышал разговор, происходивший между матерью и отцом умирающего, Духом Святым узнал, что отец пришел на вокзал и Духом Святым сразу заметил его в толпе, хотя до того никогда его не видел, и исцелил силою Божией умирающего мальчика от такой опасной болезни, как дифтерит, единым словом, так, как и Христос исцелил сына Капернаумского царедворца, который уверовал сам и весь дом его (Еванг. от Иоанна, глава 4, ст. 46-54).
_________

Рассказ полковника генерального штаба Павла Николаевича Богдановича
Матушка моя благополучно разрешилась от бремени. У нее после родов начались осложнения, перешедшие в заражение крови. Спешно вызванный из Москвы известный профессор Рейн, осмотревши больную, заявил отцу: «только чудо может спасти вашу жену - наука в этом случае бессильна».
Мы были с братом в спальне, но теперь все там по-другому, даже почему-то окна занавешены так, что дневной свет не может проникнуть. Мы подходим к кровати, на которой порывисто и сухо дышит громко матушка, с широко раскрытыми, но ничего не видящими глазами. Нас ставят на колени, пригибают головы к кровати и на них кладут руку матушки. Потом нас выводят. В доме много знакомых и родственников, мы с братом слышим Незнакомое слово - соборовали. В углу, где находится тетя Варя, громким шепотом все чаще и чаще повторяется другое незнакомое слово - Кронштадт...
К вечеру, на консультации, было постановлено, что спасения нет, больная навряд ли переживет эту ночь. После этого пошла экстренная телеграмма отца в Кронштадт к о. Иоанну с просьбой о помощи. К утру получился ответ: «молюсь за болящую рабу Божию Анну. Иоанн». Поздно утром проснулась матушка; осмотревши ее, врачи констатировали исчезновение всех признаков заражения, одним из доказательств чего были - вполне нормальная температура и хорошее, покойное настроение совершенно здорового человека. Врачи честно заявили, что они ничего не понимают в происшедшем, - больная находится вне всякой опасности.
Последующие события дали факты порядка сверхъестественного вообще и совершенно естественного с точки зрения религиозного человека.
Матушка быстро выздоровела; выздоровление это в нашей глубоко верующей семье объяснялось только помощью о. Иоанна Кронштадтского, о котором, ясно, у нас шли бесконечные разговоры. Когда же стало известным, что через наши места проедет Преподобный, то вся наша семья задолго была на вокзале в ожидании прихода поезда. Необходимо пояснить, что между исцелением матушки моей и проездом о. Иоанна Кронштадтского через наши места прошло около 7-8 месяцев; до этого никто из нашей семьи никогда не видел Преподобного. На вокзале и у вокзала собрались тысячи народу, было это в большом городе - Ростове-на-Дону. Наконец, подошел поезд, кордоны жандармов и полиции были прорваны, с вокзальной площади хлынули толпы и всякое подобие порядка исчезло, началась давка. С трудом удалось сделать узкий проход от вагона к царским покоям вокзала. Отец взял меня и брата на плечи, матушка высоко подняла над головой сестренку. В проходе показался священник в рясе нараспашку, с светлыми лучистыми глазами, быстрыми порывистыми шагами опередивший, сопровождавших его. Поравнявшись с тем местом, где стояли мы, он резким высоким голосом попросил толпу расступиться и подошел в упор к нам, и обратился к матушке тоном, которым говорят с давно и хорошо знакомыми любьми: «я рад, Анна, что ты выздоровела». Поцеловал матушку в голову, благословил нас и тем же порывистым шагом прошел в царские покои. Нас окружили знакомые и незнакомые, спрашивая, когда и где мы видели ранее батюшку Иоанна.
Еще раз подчеркиваю все обстоятельства. Никто из нашей семьи никогда до этого момента не видел Преподобного. Мы стояли в гуще толпы. Преподобный опередил всех сопровождающих его, и, следовательно, никто не мог ему указать матушку. За 7-8 месяцев Преподобный получил тысячи телеграмм, подобных нашей, и вне всякого сомнения, за этот срок времени, из того же Ростова-на-Дону к нему была отправлена не только одна наша телеграмма, принимая во внимание популярность Иоанна Кронштадского, численность населения города и большую религиозность русского народа того времени. Преподобный через густую толпу, прямо и уверенно подошел к моей матушке, назвал её по имени, т.е. сделал то, что мы делаем с людьми, которых знаем очень хорошо лично и которых можем заметить в многолюдной толпе. Разница только в том, что наверное, Преподобный в толпе не мог видеть даже лица моей матушки, которая была невысокого роста, как невысокого роста был и сам Преподобный.
В прославление памяти Преподобного, в укрепление веры верующих, в память моих усопших родителей и для размышления равнодушных в вере сообщаю об этом, чему был свидетелем.
Павел Николаевич Богданов, полковник генерального штаба.
Париж 15/28 марта 1936 г.
Перепечатано из №7-8 газ. «Православная Русь», 1936 г.
_________



О. Иоанн исцеляет иноверцев

В 1891 или 1892 г. в г. Варшаве в крепости (цитадели) в двух соседних домах жили и были дружны два полковника Лб.-Гв. Кексгольмского полка: русский - Николай Григорьевич Калинин и католик Юнчис. Жены их Александра Ивановна Калинина и Мария Карловна Юнчис были в самой сердечной дружбе и бывали друг у друга каждый день. Юнчисы и Калинины были очень богаты.
Случилось, что Мария Карловна Юнчис серьезно заболела. У нее перебывало 7 врачей, в том числе профессора Варшавского Университета и между ними особенно известный Александр Эдуардович Францке. Однако все усилия лучших врачей не помогали. Мария Карловна болела уже около 2-х недель и положение ее, постепенно ухудшаясь, дошло к концу второй недели до безнадежного. У нее образовались воспаление брюшины и гангрена ног, на которых появились сначала темные пятна, а потом ноги сплошь почернели. Уже 4 дня больная лежала без сознания.
Уходя в последний раз профессор Францке сказал, что больная на утро умрет, чтобы ее оставили спокойно умереть.
Александра Ивановна Калинина, которая была вообще женщина верующая и детям своим рассказывала про чудеса о. Иоанна Кронштадтского, услышав такой приговор врачей и видя полную невозможность что-либо сделать, для спасения своей подруги, - впала в какое-то тупое отчаяние, сидела за столом, держа голову обеими руками.
В это время сын ее Алеша 14 лет подошел к матери и говорит: «мама, ты ведь нам рассказывала, как о. Иоанн Кронштадтский творит чудеса и исцеляет больных, так напиши ему». На это мать с раздражением сказала гувернантке и бонне, чтобы убрали детей и уложили их спать, чтобы они не мешали.
Однако муж ее полковник Калинин, слышавший слова сына и ответ матери, сказал жене, что сын говорит дело и что нужно послать телеграмму о. Иоанну с просьбой помолиться о спасении жизни умирающей.
Полковник составил телеграмму, а сын Алеша, всегда послушный, на этот раз дерзко сказал матери, что он никому ее даст отнести телеграмму, а сам ее отправит. Отец вручил телеграмму сыну и отправил его с бонной на телеграф. Телеграмма о. Иоанну была сдана на телеграф в Варшаве в 10 час. вечера срочною, с оплаченным ответом. Под утро пришел ответ: «молись Богу, все будет благополучно».
Александра Ивановна не спала всю ночь и в 4 часа ночи пошла к больной, но войти не решилась. Полковник Юнчис тоже не спал. Александра Ивановна требовала приглашения доктора. Муж больной вошел к ней и увидел, что жена сидит на постели свесивши ноги; вошла и Александра Ивановна и увидела, что ноги больной совершенно белые. Больная плача стала упрекать их в безжалостности, т. к. она вот уже полчаса зовет и просит дать ей стакан воды и никто не идет.
Мария Карловна совершенно выздоровела. Александра Ивановна от радости стала обнимать и целовать подругу. Прибывший профессор Францке, немец, воскликнул: «чудо»!
«Да, чудо, - сказала Александра Ивановна, - ведь это наш о. Иоанн тебя исцелил». При этом она рассказала, как была послана телеграмма и получен ответ.
Тогда гордая католичка рассердилась и сказала: «как, православный священник? Это вздор!»
После этого подруги рассорились. Но вся семья Юнчис мало-помалу погибла от разных несчастных случаев.
_________



Поразительные исцеления о. Иоанном

О. Иоанн единым словом заочно исцеляет.
Рассказ автора

Дочь моя Елена, будучи воспитанницей Смольного Института, заболела воспалением легких. Диагноз был поставлен опытным институтским доктором Вейертом.
Неожиданно зашел к нам мой друг священник Гронский и говорит: «приходите, завтра батюшка служит». Это значило, что о. Иоанн Кронштадтский будет служить литургию в церкви Леушинского монастыря.
Я пошел на литургию и стоял в алтаре. Не знаю почему я не решился попросить о. Иоанна помолиться об исцелении больной дочери за проскомидией. Служение отцом Иоанном литургии производило на меня такое впечатление, как если бы служил Николай Чудотворец, поэтому я не осмелился потревожить его во время служения.
О. Иоанн быстро разоблачился и, пройдя мимо меня, спустился по винтовой лестнице в игуменскую.
Я опять простоял в нерешительности и не попросил о. Иоанна.
Я тоже спустился в игуменскую, где покоем был накрыт огромный стол для праздничной трапезы, я был приглашен к трапезе, но у меня кошки скребли на душе и мне было не до трапезы. Тогда я придумал поступить так: взял свою визитную карточку и написал на ней: «Почтительнейше прошу помолиться об исцелении дочери моей Елены больной воспалением легких».
Все уже сели за трапезу. Я подошел с левой стороны к креслу о. Иоанна и подал ему карточку. О. Иоанн откинулся на кресле назад, протянул руку с моей карточкой вперед, чтобы прочесть написанное (очевидно, был дальнозорким) и, обратясь ко мне лицом, крикнул на всю залу: «по вере вашей да будет вам».
Я поцеловал руку о. Иоанна и ушел домой.
Через некоторое время вернулась из Смольного Института жена моя, которая навещала дочь, и с радостью рассказала мне, что доктор Вейерт только что смотрел Лелю и сказал, что он вчера ошибся: у нее нет никакого воспаления легких, а лишь маленький ларингит, т. е. горловой кашель и что он через 3 дня выпустит ее гулять.
Я понял, что такой опытный врач не мог так грубо ошибиться: легкие внизу, а горло вверху. Очевидно вчера было воспаление легких, а сейчас его уже нет.
_________

Письмо двух дочерей князя Владимира Анатольевича Барятинского.
Летом 1893 г. наша сестра, ныне покойная, княжна Ирина Владимировна Барятинская (в супружестве впоследствии за Сергеем Ивановичем Мальцовым) тяжело заболела в возрасте 13 лет. Началом болезни была простуда. Как болезнь развивалась - сказать теперь невозможно, но мы хорошо помним, как страдала сестра от сильнейших болей в спине и постепенно лишилась возможности ходить. Со всякими предосторожностями ее перевезли из имения (в 100 верстах от Воронежа) в Ялту, на берег моря, в надежде, что морской воздух, вместе с серьезным лечением, помогут одолеть болезнь. Лечил сестру известный тогда в Ялте доктор Борис Петрович Ножников, но облегчения не было и больная временами очень страдала. Тогда решили перевезти ее в Петербург, чтобы показать лучшим специалистам (профессорам Раухфусу, Рыбалкину и Мержеевскому).
Родители наши делали все возможное для больной дочери. Профессора решили прибегнуть к новому способу лечения. Но раньше, чем его начать, наши родители обратились за помощью к молитве о. Иоанна Кронштадтского.
Ясно помнится приезд батюшки (23 ноября), волнение в доме, молебен в комнате родителей перед большим киотом со многими иконами. Кто хоть раз слышал молитву о. Иоанна - ее никогда не забудет! После молебна батюшка пошел окропить комнаты святой водой и все молящиеся пошли за ним, кроме меня - старшей сестры - и нашей больной, сидевшей в кресле-коляске. «Мне кажется, что я могу встать», вдруг сказала она мне и, с моей помощью, встала с кресла и пошла быстрыми неуверенными шагами навстречу о. Иоанну и родителям. Батюшка ее радостно приветствовал, а как счастливы были наши родители и мы все - трудно выразить словами. Вспоминаются слова нашей бабушки (графини Надежды Алексеевны Стенбок-Фермор): «вот что может молитва праведника!»
С этого дня наша сестра стала здоровой.
С благоговейной любовью и благодарностью храним мы намять об этом чудесном исцелении по молитве незабвенного отца Иоанна.
Княгиня Анна Владимировна Щербатова,
Графиня Елисавета Владимировна Апраксина.
Рассказ графа Георгия Павловича Сюзора, бывшего секретаря Принца Александра Петровича Ольденбургско-го, проживающего 62, rue Champ-Lagarde Versatile (S. et О.) France.
У Принца А. П. Ольденбургского, на почве зубной боли сделалась гангрена и положение его, по мнению врачей, было безнадежно. Тогда Принц обратился к о. Иоанну, прося его молитв об исцелении. По молитве о. Иоанна гангрена прошла и Принц совершенно выздоровел. После этого Принц всегда имел при себе портрет о. Иоанна и возил его с собою во всех своих путешествиях и поездках.

Рассказы автора.

В Москве был известный оперный певец Хохлов.
Вот что рассказывал мне его сын, который в 1924 году служил в Москве в банке, будучи одновременно и диаконом Неопалимовской церкви на Неопалимовском переулке в Москве. Диаконом он сделался при следующих обстоятельствах.
Священника этой церкви посадили в тюрьму, диакона посвятили во священника, а усердного и богомольного Хохлова прихожане просили принять сан диакона, на что он и согласился, отказавшись от участия в церковных доходах. Кстати сказать, из всех диаконов, которых я когда-либо видел в моей жизни, лучше всех служил Хохлов, он воистину молился с народом, произнося эктении, он весь был в молитве и лицо его сияло неземными верою, надеждой и любовью к Богу.
Хохлов рассказал мне, что отец его был болен воспалением легких; его лечили известные Московские профессора и в конце концов сказали его матери так: «Мы сделали все, что было в наших силах, но мы не боги и должны вас предупредить, что ваш муж умрет и все, что мы можем еще сделать, это протянуть его жизнь на 3-4 дня».
Когда профессора разъехались, то больной, который уже не мог говорить, прошептал: «Отец Иоанн». Из этого домашние его поняли, что он желает, чтобы попросили о. Иоанна помолиться за него. Сейчас же стали наводить справки и оказалось, что о. Иоанн случайно находился в Москве. Его разыскали на вокзале. Отец Иоанн согласился приехать. Когда он приехал, то бывшие в квартире артисты, сослуживцы Хохлова, хихикали.
Когда же о. Иоанн стал молиться, то настроение сделалось совсем иное, у многих были слезы. А молился о. Иоанн приблизительно так: «Господи, Ты сказал, что о чем бы мы ни попросили во Имя Твое, Ты нам Сам то сделаешь и Ты сказал, что небо и земля прейдут, но слова Твои не прейдут и ни одна черта и ни одна йота из закона не прейдут. Поэтому я и умоляю Тебя во Имя Самого Господа Иисуса Христа прости рабу Твоему (имя рек) все его прегрешения вольные и невольные и исцели его».
В голосе о. Иоанна звучала необычайная сила веры и надежды на Бога. Помолившись, о. Иоанн осенил больного крестным знамением и сказал ему: «ну, теперь засни» и уехал.
После этого больной спал непрерывно l,5 суток так, что профессора, его навещавшие, думали, что у него летаргический сон. Когда же больной проснулся и профессора его осмотрели, то сказали, что Хохлов совершенно здоров.
Этот случай так поразил сына Хохлова, который мне это рассказывал, что с тех пор он сам приобрел непоколебимые веру, надежду и любовь к Богу.
_________

О. Иоанн служил в церкви Леушинского подворья. Я стоял в алтаре. Вдруг в церкви поднялся шум; о. Иоанн вышел на солею; я пошел туда же. Через решетку перетащили женщину, дико кричавшую и отбивавшуюся. Когда о. Иоанн подошел к ней, она ударила его. Он громко и властно сказал: «выйди вон». На это послышался ответ: «не выйду». Тогда о. Иоанн повелительно сказал: «нет выйдешь». И положив ей епитрахиль и руки на голову, повелительно произнес: «перекрестись». Больная с видимыми усилиями перекрестилась. «Перекрестись еще». Больная опять перекрестилась, но все же не совсем свободно. «Перекрестись еще», - повторил о. Иоанн. Больная свободно перекрестилась. После этого о. Иоанн дал ей поцеловать крест и сказал: «ну, теперь молись и причастись Святых Тайн». Больная спокойно отстояла службу и причастилась. Благоговейный ужас объял меня и присутствовавших.
_________

Однажды, когда я пришел в Редакцию газеты «Новое Время» в Белграде с тем, чтобы поместить статью о чествовании памяти о. Иоанна Кронштадтского, я застал, там Михаила Алексеевича Суворина.
Он сказал мне: «Чего вам было беспокоиться приходить самому, прислали бы мне по почте, я помещу об о. Иоанне все, т. к. он исцелил безнадежно больного дифтеритом моего сына».
Я попросил Михаила Алексеевича рассказать мне этот случай и он рассказал мне следующее:
«Когда у сына моего сильно заболело горло, я пригласил известного в Петербурге детского доктора Русова, который, осмотрев больного, сказал мне: «ну, батенька, у сына вашего дифтерит и уже началось почернение, нет никакого спасения!» Тогда я послал телеграмму о. Иоанну, прося его приехать. О. Иоанн приехал, помолился об исцелении и стал гладить и ласкать дифтеритного ребенка и сказал: «ничего, ничего, не беспокойтесь, будет здоров». И действительно, ребенок совершенно выздоровел.
После такого чуда, равносильного воскрешению из мертвых, я, конечно, всегда все помещу про о. Иоанна».
_________



Явления о. Иоанна при жизни на расстоянии

О. Иоанн получил от Бога ту же власть, которую имел Святитель Николай Чудотворец - власть при жизни являться на расстоянии.
Архиепископ Сергий Черноморский и Новороссийский рассказал на собрании в день памяти о. Иоанна в зале Второй Белградской Мужской Гимназии следующее:
В бытность Митрополита Московского Макария Епископом Томским, Архиепископ Сергий был миссионером среди алтайских язычников.
Одна женщина на Алтае тяжко была больна. Родные ее послали в Кронштадт о. Иоанну телеграмму с просьбой помолиться об исцелении болящей. После этого больная рассказала, что у нее был священник в митре и ее благословил, после чего она совершенно выздоровела.
_________

Вдова Корпусного Командира Попова, умершего смертью храбрых в бою с красными, рассказала, что муж ее, будучи поручиком, сошел с ума и помещен был в окружной Владикавказской психиатрической больнице, а она жила в Новочеркасске. Однажды к ней пришла знакомая монахиня и посоветовала послать письмо о. Иоанну с просьбой помолиться, и сказала, что она сама будет также молиться перед крестом, который о. Иоанн прислал в дар их монастырю. Сказано - сделано. Через несколько дней г. Попова получает письмо от директора больницы с просьбою приехать. Когда она приехала, то оказалось, что муж ее здоров и рассказывает, что, будучи привязан к постели, он увидел, что к нему явился о. Иоанн, который причастил его Святых Тайн, после чего он почувствовал себя совершенно здоровым. Попов опять поступил на службу и дослужился до Генеральского чина, занимая должность Корпусного Командира.
_________

Рассказ Госпожи Каменской.
Дочь госпожи Каменской, будучи в Смольном Институте, болела одновременно двумя тяжкими болезнями.
Врачи признали положение больной очень тяжелым. Тогда мать послала о. Иоанну телеграмму с просьбой помолиться об исцелении дочери. Когда на следующий день пришла мать и спросила о здоровье дочери, то одна особа из лазаретного персонала сказала, что дочери много лучше, а сама больная рассказала матери, что у нее был батюшка в митре и благословил ее. По справке оказалось, что никакого батюшки в лазарете не было. Дочь выздоровела.
_________

Рассказ Надежды Ивановны Дубельштейн, жены полковника, проживающей в г. Белграде, в Югославии, по Святосавской ул., 30.
В г. Вознесенске, Херсонской губернии, в немецкой семье Майш, лютеранского вероисповедания, девочка 8 лет заболела дифтеритом. Положение ее было очень тяжелое. Врачи ничего не помогли. Родители были в отчаянии. Кто-то из православных посоветовал им обратиться к о. Иоанну Кронштадтскому по телеграфу. Вечером послали телеграмму, а утром получили от о. Иоанна ответ телеграммой же, что он «все сделает, что только может». Девочка, проснувшись, говорит своим родным о том, что к ней приходил священник, которого никогда не видала и описывает его наружность.
Еще перед тем знакомые принесли им портрет о. Иоанна.
Когда девочке показали этот портрет, то она воскликнула: «вот этот же самый приходил ко мне, подошел к моей кровати и сказал: «будешь здорова!»
И девочка действительно поправилась совершенно.
Случай этот знали все в городе.
Это явление о. Иоанна из Кронштадта в Херсонской губернии само по себе есть величайшее чудо.
Но в этом случае еще особенно замечательно то, что он в телеграмме предупредил, что «сделает все, что только может».
Значит, он не только имел от Бога великую власть являться на расстоянии, но посылая телеграмму уже решил явиться безнадежно больной девочке в Херсонской губ. и исцелить ее.
Рассказ монахини Лесненского монастыря Ксении, находившейся в монастыре уже лет 20.
У одного отца семейства на Волыни умерли почти одновременно от какой-то болезни трое детей и остался один ребенок, тоже больной.
Начальник по службе этого человека, соболезнуя его ужасному горю и предвидя неминуемую потерю последнего ребенка, посоветовал ему обратиться к о. Иоанну. Несчастный отец написал о. Иоанну и что же?! В следующую же ночь жена его увидела видение, - священник качает ребенка. Ребенок уснул и, к удивлению всех, проснулся здоровым.
_________

Случай исцеления девицы Елизаветы Георгиевны Белявской по молитвам о. Иоанна Кронштадтского. (Записано со слов генерал-майора Семена Николаевича Пономарева, служившего в Харькове).
Брат мой Степан Николаевич Пономарев был женат на Юлии Георгиевне Белявской, дочери Екатеринославского помещика. Свояченица брата Елизавета Георгиевна училась в Харькове. Будучи уже в старших классах, она заболела и лишилась дара слова - онемела. Ни лучшие харьковские профессора, ни заграничные не могли помочь больной и после длительных усилий принуждены были признать свое бессилие. Конечно, Лиза должна была оставить гимназию и жила в имении родителей.
Не трудно представить отчаяние и горе родных. Убедившись в бессилии науки, мать Лизы написала отцу Иоанну Кронштадтскому, умоляя его помолиться за Лизу и исцелить ее небесной помощью. Батюшка ответил, что он помолится, что не надо приходить в отчаяние и что милость Божья неизмерима.
Однажды С. Н. Пономарев, тогда еще молодой офицер, приехал в имение Белявских. Дело было, кажется, перед Пасхой. После ужина все разошлись по своим комнатам. Ушла к себе и Лиза, по-прежнему немая, печальная. Еще не успели заснуть, как раздался громкий и в то же время радостный и испуганный крик Лизы - «мама, мама!»
Это было так неожиданно. Все бросились в комнату Лизы. Вне себя, в каком-то экстазе, Лиза рассказала, что «сейчас в мою комнату вошел батюшка (священник), благословил меня и велел мне громко позвать маму. Я и закричала: мама, мама».
По описанию Лизы вошедший к ней батюшка похож был на о. Иоанна Кронштадтского.
И Лиза и ее родные, потрясенные чудом, горячо возблагодарили Бога и целителя о. Иоанна.
С тех пор Лиза была вполне здоровой, благополучно окончила гимназию и в свое время вышла замуж.
Со слов генерала Пономарева записал этот случай Генерального штаба генерал Борис Александрович Штейфон, о чем свидетельствую своей подписью.
1 мая 1937 г. Югославия.
Б. А. Штейфон.
_________



О. Иоанн воскрешает умерших

О. Иоанн в своих творениях сам скромно упоминает о воскрешении умершего. Он пишет, что был приглашен помолиться об исцелении больного ребенка, а когда приехал, ребенок уже был обмерший, но после его молитвы ребенок ожил.
_________

Жена О-ва, вполне здоровая и видная женщина, уже имевшая троих или четверых детей, была еще раз беременна и готовилась стать матерью следующего ребенка.
И вдруг что-то случилось.
Женщина почувствовала себя скверно, температура поднялась до сорока, полнейшее бессилие и незнакомые ей дотоле боли нестерпимо мучили ее в течение уже многих дней.
Были вызваны, разумеется, лучшие врачи и акушерские светила Москвы, в коих, как известно, никогда не было недостатка в городе пироговских клиник.
«Не дай Бог, что творится у дяди! - сказал мне утром Саша Т., встретившись со мною как всегда в полковом манеже, на офицерской езде. - Лиза при смерти. Вчера был консилиум профессоров... Если сегодня не сделают какого-то кесарева сечения и не вынут из нее труп младенца - Лиза умрет. Дядя в отчаянии, мама сидит неотлучно у них, в доме - ужас и смятение...»
После окончания ежедневных занятий в полку мы с Сашей взяли первого попавшегося лихача и помчались к О.
Уже по тому, как встретил нас в нижней прихожей дворецкий, было видно, что горе и ужас вместе царят в эти минуты в доме.
«Пока все по-старому... - шепотом сообщил нам старый слуга. - Барыня вся в жару и в бесчувствии... Только резать себя сегодня не дозволили... Просят сначала батюшку из Кронштадта. Послали телеграмму.»
Вечером того же дня из Кронштадта пришла краткая депеша:
«Выезжаю курьерским, молюсь Господу. Иоанн Сергиев».
О. Иоанн Кронштадтский уже и раньше хорошо знал семью О. и бывал у них в доме во время своих проездов через Москву. И вызванный телеграммой он уже на другой день около полудня вошел в квартиру О. на Мясницкой, в которой к этому времени собралась целая толпа родственников и знакомых, покорно и благоговейно ждавших в большой гостиной, смежной с комнатой, где лежала больная.
«Где Лиза? - спросил о. Иоанн, обычной торопливой походкой входивший в гостиную. - Проводите меня к ней, а сами все оставайтесь здесь и не шумите.»
О. Иоанн вошел в спальню умирающей и плотно закрыл за собою тяжелые двери.
Потянулись минуты - долгие, тяжкие, сложившиеся под конец в целые полчаса.
В гостиной, где собралась толпа близких, было тихо, как в могильном склепе.
И вдруг двери, ведущие в спальню, с шумом распахнулись настежь.
В дверях стоял седой старик в пастырской рясе, с одетою поверх ее старенькою епитрахилью, с редкою всклокоченною седенькою бородкой, с необычным лицом, красным от пережитого молитвенного напряжения и крупными каплями пота.
И вдруг почти прогремели слова, казавшиеся страшными, грозными, исходившими из другого мира.
«Господу Богу было угодно сотворить чудо! - произнес о. Иоанн. - Было угодно сотворить чудо и воскресить умерший плод! Лиза родит мальчика...»
«Ничего нельзя понять!.. - смущенно сказал кто-то из профессоров, приехавших к больной на предмет операции, спустя 2 часа после отъезда отца Иоанна в Кронштадт. - Плод жив. Ребенок шевелится, температура спала на 36,8. Я ничего, ничего не понимаю... Я утверждал и утверждаю сейчас, что плод был мертв и что уже давно началось заражение крови».
Ничего не могли понять и другие светила науки, кареты которых то и дело подкатывали к подъезду.
Тою же ночью г-жа О. благополучно и быстро разрешилась совершенно здоровым мальчиком, которого я много раз впоследствии встречал у Т. на Каретно-Садовой ул. в форме воспитанника Катковского лицея.
Евгений Вадимов.
Перепечатано из № 2555 газ. «Новое Время» за 1929 г.
_________



Явление о. Иоанна после смерти

Рассказ Анны Емельянвны Таран про жену своего двоюродного брата Надежду Александровну Соломкину.
До Великой войны, в 1911 или 1912 г., Александр Николаевич Соломкин, главный бухгалтер Министерства Путей сообщения, в г. Петербурге, посещая свою родную мать, жившую в провинции, позвоял себе в разговорах с нею неодобрительно, а подчас и унизительно отзываться о личности батюшки о. Иоанна Кронштадтского, скептически относясь к его духовной силе, третируя батюшку, как обыкновенного, ничего собой не представляющего священника. Спор, этот создавался у сына с матерью благодаря тому, что она была религиозной и глубоко почитала о. Иоанна, который и ей, как и всем остальным, соприкасавшимся с ним хотя бы всего один раз, давал душеспасительное направление в жизни.
Когда Александр Николаевич Соломкин женился, то и жена его оказалась того же взгляда на Батюшку, что и ее муж, чего никогда не скрывала в разговорах с другими.
И вот, не прошло много времени, а у Надежды Александровны Соломкиной начала постепенно, без всякой причины, усыхать правая рука. Никакое лечение не помогало, а, напротив, казалось, ухудшало болезнь: больная перестала даже самостоятельно одеваться, все больше и больше нуждаясь в посторонней помощи.
Так продолжалось до тех пор, пока у нее, под влиянием болезни и поисков причин ее, не появилось религиозное настроение. Тогда, во сне явился ей старенький священник и посоветовал ей пойти на могилу батюшки отца Иоанна Кронштадтского, отслужить по нем панихиду и помолиться. Она в точности все исполнила, что было преподано ей, хотя и во сне и даже больше: заказала постоянную лампаду, которая не угасая горела бы на могиле Батюшки. От мужа она скрыла все, приказав даже прислуге своей никому ничего не говорить об этом.
Возвратись домой, Надежда Александровна почувствовала необыкновенную усталость и сонливость и, стараясь никого не беспокоить, она легла спать. Спала 36 часов. В доме это вызвало большой переполох. Прислуга должна была во всем признаться своему барину, который не замедлил вызвать врачей для приведения жены в нормальное состояние. Выслушав о том, что предшествовало такому длительному ее сну, врачи не посоветовали будить спящую, предоставив случай своему естественному ходу.
Проснувшись, Надежда Александровна начала одеваться без посторонней помощи, вскрикнув от радости, что может теперь сама все делать. В тот момент она поняла, что с нею случилось чудо по молитве о. Иоанна, что он испросил прощение ее грехов у Бога, Который, по бесконечному милосердию своему, восстановил ее здоровье.
_________

Письмо жены полковника Генерального Штаба Марии Николаевны Гришиной, проживающей в гор. Смедерево в Югославии, но ул. Войводе Джуше, 6.
В 1933 г. на шестой неделе Великого поста я приехала к своей приятельнице К. Н. Барташевич с целью поговеть в русской Белградской церкви.
В Вербное воскресение я причащалась и в тот же вечер уехала в Смедерево. Была ранняя весна. Будучи слабого здоровья и страдая болезнью легких, я простудилась и во вторник на Страстной неделе слегла в постель с высокой температурой. Помню, как ночью мне все снился какой-то «священник-монах», в черном подряснике, подпоясанный широким кожаным ремнем, с черной бархатной скуфейкой на голове. Он склонялся, порой вытягивал и простирал надо мной свои руки и убедительно что-то говорил. Я металась, просыпалась и терзалась тем, что ни одного его слова не могла запомнить, засыпала опять и опять тот же старец-священник мне снился.
Наконец, я с отчаянием обратилась к нему: «Слов твоих понять и запомнить я не в состоянии, скажи же мне кто ты и как тебя зовут?» И на это получила ответ: «Я Иоанн Кронштадтский, запомни, я Иоанн Кронштадтский!» И я запомнила...
Ночь мне казалась необыкновенно длинной - я засыпала и просыпалась со страхом: как бы не забыть его имя. Под утро забылась крепким сном. Проснулась без температуры, но со страшной слабостью во всем теле.
Вспомнила про сон и сейчас же обратилась к мужу с вопросом, не знает ли он, кто такой был Иоанн Кронштадтский и вообще был ли такой человек?
«Да, это был священник благочестивой жизни» - ответил муж.
Я задумалась над этим и начала искать ответ на мой сон.
Самый лучший ответ дал мне Архиепископ Нестор в своей лекции, посвященной памяти о. Иоанна Кронштадтского, на которую я специально приезжала в Белград и с большим вниманием следила за словами Владыки.
Мне так хотелось с ним поговорить, но не хватало храбрости, была взволнована и буквально задыхалась от переживаемых чувств.
Я стала постепенно замечать, что моя легочная болезнь перестала меня беспокоить и стала забывать врачей, лекарства и санатории.
_________

Леонид Александрович Фрибес, проживавший (1935 г.) в гор. Казабланка, в Марокко, рассказал мне в бытность свою в Белграде, в Югославии, нижеследующее.
В гор. Казабланка живет русский Архимандрит Варсонофий, который в свою очередь рассказывает, что он имел случай быть лично у о. Иоанна и просил великого старца дать ему что-нибудь на память, но о. Иоанн отказал ему в этом и притом в довольно резкой форме.
После кончины о. Иоанна к Архимандриту Варсонофию пришла секретарша о. Иоанна, девушка, посвятившая себя служению великому чудотворцу, вручила о. Варсонофию рукопись о. Иоанна и сказала, что о. Иоанн явился ей и приказал передать эту рукопись о. Варсонофию.
_________



О. Иоанн был причислен к лику святых Самим Богом еще при жизни

Как ни славны были некоторые Государи и великие полководцы, но о них вспоминают только в учебниках истории и военного искусства, святых же Божиих угодников вспоминают все и каждый христианин. В какой церкви не было иконы Св. Николая Чудотворца? В каком православном доме ее не было?
«В память вечную будет праведник!»
Многие молятся о. Иоанну и получают от него чудесную помощь. Так и мне чудесно многократно помогал он, в случаях, когда мы молились у его гробницы.
Мне могут заметить: «как вы молитесь о. Иоанну, когда он еще не канонизирован?»
На это я отвечу двумя рассказами.

Если вы прочтете полное житие Св. Николая Чудотворца, то вы найдете там следующее повествование.
Сразу после кончины Св. Николая Мирликийского Чудотворца знаменитый Константинопольский художник, скажем, вроде нашего Васнецова, написал большую икону Св. Николая и поставил ее в своей мастерской рядом с иконою Царицы Небесной. Этот художник был глубокий почитатель Св. Николая. Однажды к нему приехал Патриарх со свитою с целью заказать ему иконы. Войдя в мастерскую и увидав изображение Св. Николая, Патриарх сказал художнику: «что это ты портрет Епископа Николая Мирликийского поставил рядом с Царицей Небесной?!» Художник тем временем угощал Патриарха и свиту вином, но у него вина недоставало, тогда он взмолился Св. Николаю, чтобы великий чудотворец помог ему, и что же, - Св. Николай совершил чудо, подобное чуду Христову в Кане Галилейской, претворив воду в отличное вино. Обрадованный и пораженный художник с честью угостил посетителей, но о чуде им ничего не поведал.
Патриарх заказал иконы и уехал.
Вслед за этим Патриарх отправился по делам в Малую Азию на корабле. Случилась страшная буря и Патриарха смыло волною с корабля. В это мгновение он взмолился к Св. Николаю Чудотворцу о спасении. И что же: Святитель Николай тотчас явился, изъял его из пучины морской и поставил на корабль. Проникнутый благоговейным ужасом, раскаявшийся Патриарх, тотчас по возвращении в Царьград, устроил торжественное прославление мощей Св. Николая Мирликийского Чудотворца.
Этим случаем Сам Господь Вседержитель показал, что если Он прославил Св. Николая многими чудесами и силами еще при жизни его, то непозволительно людям не признавать этого Божьего прославления.
Точно так же Бог при жизни прославил верного слугу своего Иоанна Кронштадтского множеством чудес и явил через него великие силы Духа Святого.
Вот второй рассказ. Полковник Петроградской Столичной Полиции Густав Аполлинариевич Шебеко, проживающий в Югославии то в гор. Смедерево, то в Белграде, (католик), лично рассказал мне следующее.
У него глубоко в горле сделался нарыв.
Врачи решили, что помочь они не могут и все зависит от того, куда прорвется нарыв: если наружу, то больной спасен, если же внутрь, то смерть неизбежна.
Под этим впечатлением больной лежал на постели и с ужасом ждал, что будет. Это было днем, он задремал и увидел видение: будто в его комнате, перед кроватью, в воздухе стоит икона Иоанна Кронштадтского, который тогда еще был жив. Проснувшись после этой дремоты, полковник увидел, что кровать и пол залиты гноем нарыва, прорвавшегося наружу, и он был спасен.
Кто же мы, мелкие людишки, чтобы спорить с Господом Богом Вседержителем, который этим видением - в воздухе икона еще живого Иоанна Кронштадтского - показал, что Он еще при жизни причислил верного служителя Своего Иоанна к лику Святых.
До большевистской революции в России не было почти избы и дома, где бы не было портрета о. Иоанна.
_________



К вопросу о канонизации о. Иоанна

Церковный староста храма села Верх-Буевского, Осинского уезда, Пермской губернии, Павел Семенович Воронов, праведной и благочестивой жизни, будучи тяжко и неизлечимо болен раком желудка, утратив всякую надежду на медицинскую помощь, в начале февраля 1895 г. по телеграфу обратился к о. Иоанну Кронштадтскому, с просьбою помолиться о его выздоровлении.
Через сутки после отправки телеграммы, вечером следующего дня, когда больной остался один в комнате, в этот момент в его помещении появился незнакомый ему священник с открытой головой, в рясе, с блистающим крестом на груди и, остановившись при входе в комнату, своим светлым и благостным лицом с состраданием и сочувствием взирал на тяжко больного.
Явление это было настолько реально, что Павел Семенович, изнемогая от тяжких страданий, обратился с мольбою к явившемуся ему Иерею о прекращении его болезненных страданий.
Лишь только больной произнес эти слова, как видение исчезло, и он сразу почувствовал себя лучше и начал быстро поправляться. После Пасхи здоровье Воронова настолько укрепилось, что в половине апреля того же года он поехал в Кронштадт, чтобы лично принести свою признательность батюшке отцу Иоанну за исцеление его от тяжелой болезни.
По приезде в Кронштадт Воронов остановился в Доме Трудолюбия в отдельном номере, куда и пригласил к себе о. Иоанна. Когда последний вошел в его номер, то Павел Семенович сразу узнал в нем того благодатного Иерея Божия, который, явившись ему, исцелил его от смертельной болезни.
После исцеления Воронов прожил еще 14 лет, всегда исполненный самой горячей и глубочайшей признательности к о. Иоанну и мирно почил о Господе 27 января 1909 года, накануне празднования сорокового дня по кончине батюшки о. Иоанна Кронштадтского.
В предсмертные минуты, уже утрачивая внешнее сознание и вступая в вечность, Павел Семенович, по-видимому, был зрителем неземной славы о. Иоанна, так как с восторгом и радостию говорил о том великом торжестве Церкви Небесной, каковым сопровождалось вшествие праведной души о. Иоанна в райские обители.

Слово Архиепископа Феофана Полтавского,
В неделю 4-ю по Пятидесятнице, 8/21 июля 1929 года в Варне

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
«Позде же бывшу, приведоша к Нему бесны многи, и изгна духи словом и вся болящия исцели». (Мф. VIII, 16).
Такие слова присоединяет евангелист Матфей к своему повествованию в ныне чтенном Евангелии об исцелении расслабленного слуги Капаумского сотника. При чтении сих слов может кто-нибудь спросить: а существуют ли «бесноватые» в настоящее время и если существуют, то возможно ли их исцеление?
На этот вопрос недоумевающим мы ответим не отвлеченными рассуждениями, а изложением того, что действительно произошло в наши, не столь отдаленные времена и чему современниками и свидетелями мы сами были.
В 1909 г. по всему Петербургу разнесся слух о том, что 16-летний юноша Павел Ильин, одержимый каким-то необъяснимым для науки недугом, привезен был к литургии в Иоанновский монастырь на Карповке. И здесь произошло с ним следующее. Во время Херувимской песни он вырвался из рук пятнадцати сильных мужчин, державших его, и затем по воздуху пронесся над народом к западным вратам храма и у входа в храм упал без чувств. Бесчувственного его взяли и принесли к гробнице Иоанна Кронштадтского. Здесь больной на краткое время очнулся, а затем крепко заснул. Во время сна явился ему о. Иоанн, дал ему наставления, исповедал его и велел ему ехать в Валаамский монастырь. Что именно происходило во сне, больной, проснувшись, не хотел говорить. И если бы не отрывочные фразы, сказанные вслух во время сна: «о. Иоанн, прости, помолись, исполню», то возможно, что все это скрыл бы, но когда он услышал от окружающих эти свои слова и понял, что они знают о происшедшем, то все открыл.
Вот что произошло с ним. Он увидел о. Иоанна сидящим в кресле у своей гробницы. При этом о. Иоанн сказал ему: «ты видишь меня в таком виде, в каком меня никто не видел. Служи по мне панихиды, как то установлено Церковью. Но Великому Богу угодно меня прославить. Придет время и мне служить будут молебны».
После этих слов о. Иоанн дунул на больного, благословил его и добавил: «в свое время я скажу тебе, что нужно будет делать тебе для полного исцеления». И сказавши это, скрылся. Что же слышали в это время окружавшие больного? Они видели, как он грыз зубами мраморную гробницу отца Иоанна и диким голосом кричал; «выхожу, выхожу, о, великий угодник и пророк Иоанн, но не совсем». Конечно, кричал это не он сам, а обитавший в нем демон. После этого Павел уже не так страдал от своей болезни, но еще не совсем выздоровел.
В этом же 1909 г. он из Петербурга переехал в Выборг; с благословения архиепископа Финляндского записался в послушники Валаамского монастыря и поселился в архиерейском доме в г. Сердоболе (имение Хюмпеля). Он исполнял здесь послушание на огороде и прислуживал в качестве чтеца при церкви. Там жил он до октября месяца 1911 г. 19 октября, того года в день памяти преподобного Иоанна Рыльского и дня Ангела о. Иоанна Кронштадтского, Господь благоволил явить новую милость свою болящему Павлу через о. Иоанна, во исполнение обещания, данного ему последним при гробнице.
С ним произошло следующее. Вечером в этот день, после всенощного бдения, брат Павел читал акафист Божией Матери и во время чтения акафиста пришел в состояние восхищения. Его духовному взору открылось дивное видение. Первоначально во славе явился о. Иоанн с Преподобным Иоанном Рыльским, затем Павел Фивейский и Афанасий Афонский и множество других преподобных отцов. Все они приветствовали друг друга радостными возгласами: «радуйся Иоанне, радуйся Павле, радуйся Афанасие!»... Наконец, за ними явилась Сама Богоматерь в неописуемой славе, при появлении Которой хор преподобных отцов торжественно воспел песнь: «Взбранной воеводе победительная...»
После этого о. Иоанн подошел к брату Павлу и сказал: «а теперь выйди из тела и душой последуй за нами». Весьма трудно было исполнить это повеление Павлу, но он исполнил его и последовал за преподобными Павлом Фивейским, Иоанном Рыльским и за Иоанном Кронштадтским. «Они мне показывали, - говорил Павел, - первоначально райские обители и наслаждения, предназначенные для добродетельных, и затем мучения грешников.
Как слава и блаженство праведников, так и мучения грешников не поддаются описанию человеческим языком. Когда было все показано, о. Иоанн стал наставлять меня как жить и для получения окончательного исцеления и повелел мне вновь войти в свое тело и отправиться в Оптину Пустынь к о. Варсонофию, оптинскому Старцу». Такими словами закончил свое повествование о виденном им в состоянии восхищения брат Павел.
В ноябре 1911 г. брат Павел во исполнение повеления о. Иоанна Кронштадтского, ездил в Оптину Пустынь к о. Варсонофию, Оптинскому Старцу, в сопровождении иеродиакона Валаамского монастыря Варсонофия. Старец уже был предупрежден о приезде больного с провожатым, принял больного Павла и докончил все, что было поручено ему исполнить от о. Иоанна Кронштадтского. Он исповедал его и причастил, после чего и последовало окончательное исцеление больного.
До 1912 г. исцеленный Павел, уже совершенно здоровый, жил в Сердоболе, в имении Хюмпеля, а затем призван был к отбыванию воинской повинности. В 1914 г. участвовал в Великой войне. Жив ли он в настоящее время или погиб во время этой войны и последовавшей за нею революции, - остается неизвестным. Но он через иеромонаха Валаамского монастыря Варсонофия, некогда сопровождавшего его в Оптину Пустынь, переслал мне свои записки для обнародования их через десять лет после его исцеления. Из этих, написанных им собственноручно, записок видно как то, какою болел он болезнью, так и то, по какой причине болел он этой болезнью.
Из этих записок видно, что Павел во время пребывания своего в Москве, перед своим отправлением в Петербург, впал в тяжелую нужду. Нигде он не мог найти места для себя и все близкие и знакомые отказались от него. Тяжелая нужда доводила его до уныния и до отчаяния; неоднократно приходила ему мысль о самоубийстве.
В одну из таких минут внезапно явился ему «таинственный старец» и сказал: «я помогу тебе, если ты собственною кровью письменно удостоверишь, что будешь верен мне и здесь на земле, и по смерти твоей!»
«Кто же ты такой, чтобы мне верить в тебя и тебе довериться?» - спросил Павел. - «Я тот самый, которого не любит и ненавидит ваша Церковь», - ответил явившийся. - «Хорошо, я буду верен тебе!» - заявил ослепленный отчаянием Павел и дал требуемую подписку. «Ну, а теперь ты должен сбросить со своей шеи лишнюю обузу» - сказал таинственный старец и указал при этом на крест. Юноша снял и крест и таким образом отрекся от Христа и предал душу свою диаволу. И за это отречение его от Христа вселился в него диавол и с тех пор он стал одержим духом беснования.
От этого-то духа беснования и исцелил его о. Иоанн Кронштадтский, частию непосредственно, а отчасти через посредство Оптинского Старца Варсонофия.
Из всего изложенного с достаточною очевидностью вытекает следующее заключение. Бесноватые или одержимые нечистыми духами существуют и в настоящее время, как некогда они существовали в древнее время. Духу беснования предаются люди за нечестивую жизнь и особенно за грехи Богоотречения и богохульство. Но существуют в настоящее время, как некогда существовали в древнее время, и праведники, угодившие Богу, которые имеют силу и власть изгонять злых духов из одержимых ими.
Величайшим из таких чудотворцев последнего времени является о. Иоанн Кронштадтский, столетие со дня рождения которого будет праздноваться в настоящем году. Он настолько угодил Господу своею святой жизнью, что уже ныне числится в райских обителях в лике преподобных, наряду с Антонием Великим, Павлом Фивейским, Иоанном Рыльским. «Великому Богу», - как он сам сказал. - в скором времени угодно будет прославить его и на земле, как прославил Он его уже на небесах. И таким образом в скором времени мы будем иметь нового молитвенника и ходатая за нас на небесах. А глубокопоучительное повествование об отроке Павле помимо своего непосредственного значения, имеет и глубокий символический смысл. Этот бесноватый отрок преобразует собою нашу несчастную и многострадальную Россию. И она несчастная, как этот отрок Павел, предана духу беснования за свои грехи и за свое нечестие. Предана не по причинам оставления Ее Богом, а по причине особенной любви Его к ней. «Ибо его же любит Господь, наказует и биет всякого сына, его же приемлет» (Евр. XII, 6), «да спасется дух его» (Кор. V, 5) *.
Это Слово получено от княгини Лобановой-Ростовской, списавшей его у самого Архиепископа Феофана Полтавского.
Инженер Д. Ст. Сов. Даниил Горский.
* То, что произошло в Иоанновском монастыре, было тогда же напечатано протоиреем Орнатским в журнале «Кронштадтский Пастырь».
_________

Рассказ Александры Владимировны Базилевской, вдовы Московского Губернского Предводителя Дворянства и сестры при храме Христа Спасителя в Москве.
Между 1920 и 1923 годами я была сестрой при храме Христа Спасителя. Духовником моим был протоиерей Хотовицкий, Ключарь собора.
Однажды о. Хотовицкий предупредил меня, что завтра Патриарх Тихон будет служить в Храме и совершит чин величания о. Иоанна Кронштадтского, предшествующий канонизации его. Я присутствовала при этом служении и помню, что много раз пели величание о. Иоанну. Отец Хотовицкий мне сказал, что Патриарх Тихон решил вслед за величанием совершить канонизацию о. Иоанна, т. е. сопричисление его к лику Святых.
Александра Базилевская.
_________

17 июля 1938 года Епископ Иоанн Шанхайский получил из Ревеля брошюру, в коей напечатана «служба Святому Преподобному отцу нашему Иоанну Кронштадтскому».
В предисловии объяснено, что эта служба составлена одним из епископов исповедников мученической Церкви в советской России ко дню 25-летия со дня кончины отца Иоанна - 20 декабря 1933 г.
Исстрадавшееся население России возлагает все свои упования на помощь великого чудотворца и молится ему о спасении.
Из содержания настоящей моей книги видно, что отец Иоанн был не только преподобным чудотворцем, но и великим пророком. Поэтому справедливость требует, чтобы служба ему была написана не только как преподобному, но и как пророку Божьему.
«Человек умерший есть существо живое» - писал о. Иоанн. И воистину - он жив для нас, и ныне есть подлинный Вождь Русского Православного возрождения, которое должно начинаться с покаяния.
Со своей стороны иеросхимонах келейной обители Вознесения Господня на Афоне Пахомий 23 ноября 1931 г. составил «Опыт акафиста честному и славному иерею Божию Иоанну Кронштадтскому» и прислал его мне с собственноручной надписью.
«Составлен по желанию и усердной просьбе чтителей о. Иоанна, как святого и чудотворца.
Когда же Господу угодно будет прославить своего угодника пред человеки, тогда нужно будет сделать в нем некоторые поправки и изменения».
Этот документ я давал прочесть Почетному и Пожизненному Члену «Братства о. Иоанна Кронштадтского» Епископу Иоанну Печерскому, прося Владыку исправить его, если он найдет нужным. Однако Владыка не нашел ничего требующего исправления. Всего в акафисте 49 страниц.
_________



Целое сцепление чудесного

Жена полковника воспитателя Пажеского Е. И. В. Корпуса Анна Петровна Бертельс-Меньшая, проживающая в городе Земуне, в Югославии, рассказала про своего отца Петра Николаевича Меньшого, старшего Лейтенанта крейсера «Алаф», что в 1888 г., когда крейсер вернулся из дальнего плавания, он стал на Кронштадтском рейде. Семья же Меньшого жила на Ораниенбаумском берегу в виду крейсера. Две недели Меньшой не мог съехать на берег, ибо командир судна, уезжая, оставлял его заменять себя. Наконец Меньшой на катере поехал в Кронштадт, где стал требовать, чтобы ему подали катер «Рыбка» Генерал-Адмирала Великого Князя Алексея Александровича. Когда боцман возразил ему, что ведь этот катер Великого Князя, то Меньшой прикрикнул на него: «а разве ты не видишь, что я Великий Князь!» Тогда поняли, что он сошел с ума. Врачи Кронштадта и приглашенный из Петербурга профессор Чечот признали психическую болезнь неизлечимой и долженствующей неминуемо привести к смерти. Надо сказать, что к тестю Меньшого, Кронштадтскому Городскому Голове Ф. С. Степанову, часто приезжал о. Иоанн, и жившая в том же доме семья Меньших собиралась к Степанову. Один только Лейтенант Меньшой никогда не ходил и говорил: «я не хочу видеть этого шарлатана, он развел кликуш». После заболевания мужа жена Меньшого многократно просила о. Иоанна приехать. Однако отец Иоанн каждый раз отвечал одно и то же: «нет, я не пойду к нему, а когда придет время, он сам ко мне придет». Прошло около года и больному становилось все хуже и хуже и он уже даже не понимал, например, что нужно одеть сапоги. Вдруг, в октябре месяце очень рано утром, когда было еще совсем темно, больной встал, оделся и сказал приставленному к нему матросу-дядьке: «нам нужно сейчас собираться к ранней обедне в Думскую церковь, - там будет служить отец Иоанн Кронштадтский». Дядька успел лишь шепнуть об их уходе кухарке. Когда пришли в церковь, дядька спросил сторожа: «кто сегодня служит?» И получил ответ: «отец Александр». Дядька раньше уговаривал больного не ходить, а теперь - вернуться. Но Меньшой вошел в церковь. В ту же минуту поднялась суматоха, приехал о. Иоанн, который, придя в алтарь, тотчас прислал сторожа за Меньшим; поставил его на колени около престола и заставил его всю обедню так простоять; клал ему на голову то епитрахиль, то Евангелие, то крест, то чашу со Св. Дарами; потом исповедал его и причастил Свят. Тайн. Вернувшись домой, Меньшой лег спать и проснулся в одиннадцать часов и тотчас приехал о. Иоанн и стал служить молебен, во время которого бывший больной рыдал, а о. Иоанн после молебна сказал жене Меньшого: «вот теперь я сам пришел, возвращаю тебе мужа, а детям отца». После этого больной совершенно выздоровел, опять поступил на службу, дослужился до генерал-майора по Адмиралтейству, занимал ответственную должность Помощника Командира Кронштадтского порта и одновременно был Почетным Мировым Судьею. Затем вышел в отставку и по выборам был Товарищем Город. Головы и Председателем Ссудо-Сберегательного Товарищества.
_________

В 1890 г. жили мы в Шуваловском парке - в нескольких верстах от Петербурга по Финляндской ж. д. Мне было в то время 6 лет. В мае месяце как-то, мы возвращались с матерью по ж. д. из города, высунулся я из окна, и горящий уголь из паровоза попал мне в правый глаз.
Получилось ужасное воспаление. Профессора Беллярминов, Тихомиров и д-р Мор тщетно пытались спасти мне зрение. Наступила полная слепота. Я помню и теперь, как меня мучили сильными лампами-прожекторами, исследуя внутренность глаз. Благодаря нервам, соединяющим глаза, я ослеп и на левый глаз. Решили произвести операцию; отделить правый глаз от левого, чтобы спасти левый, неповрежденный.
С повязкою на глазах, покрытых опухолями, возили меня в кресле.
Обыкновенно отец утром перед завтраком возил меня к небольшому озеру перед горкою, называемой «Парнасом». Тут в густой тени он приоткрывал мне повязку, но только мутный зеленый свет видел я перед собою.
В одно из воскресений, накануне операции, отец, по обыкновению, повез меня туда часов около 10 утра. Там пробыли мы около часа. Затем отец двинулся к нашей даче, опустив мне повязку. В это время навстречу шла небольшая толпа народу, человек 15-20 и среди них небольшой худенький священник.
Увидя больного, священник отделился от толпы и подошел ко мне.
Отец мой, лютеранин, не знал, что это был отец Иоанн Кронштадтский.
«Что это, болящий?» - спросил священник.
«Да, батюшка, - сказал отец, - вот видите горе какое, ослеп мальчик, уголь в глаз попал».
«Ничего, будет здоров», - сказал священник и резким движением сорвал мою повязку.
Я увидел перед собою худенького небольшого священника, уходящего с толпой. Зрение мое было совершенно ясно и осталось таким на всю жизнь.
Когда мы вернулись домой, отец взволнованный стал рассказывать матери о происшедшем. Вдруг я посмотрел в окно и увидел в саду соседней дачи (Поповых) выходившую толпу народа и перед ней священника.
«Мама, вот этот батюшка!»
«Да ведь это отец Иоанн Кронштадтский!» - сказала мать. Она была православной и очень религиозной.
Показание мое важно потому, что в нашей семье и в родстве православных очень мало - все родство отца лютеранское и даже близкий родственник отца Беренс был суперинтендант лютеранской церкви.
После моего исцеления вера в отца Иоанна Кронштадтского была у всей нашей семьи безграничной.
Мой отец распорядился в случае смерти, чтобы его похоронили по православному обряду. Он похоронен на Исидоровском кладбище Александро-Невской Лавры.
21 февраля 1937 года. Тунис.
А. Ш н е у р.
Генер. Штаба Полковник.

В заключение помещаю предсмертную беседу Святого Преподобного Серафима Саровского Чудотворца, которая имеет громадное значение для души всякого человека (прислана мне с Валаама).

СТЯЖИ МИРНЫЙ ДУХ!

Батюшка отец Серафим отечески обнял меня и сказал: «радость моя, молю тебя, стяжи мирный дух!».И тут же начал объяснять подвиг стяжания мирного духа. По его словам, это значит привести себя в такое состояние, чтобы дух наш ничем не возмущался. Надо быть мертвому, или совершенно глухому и слепому при всех скорбях, клеветах, поношениях и гонениях, которые неминуемо приходят ко всем желающим идти по спасительным стезям Христовым, ибо многими скорбями подобает нам внити в царство небесное. Так спаслись все праведники и наследовали царство небесное, а перед ним вся слава мира сего, как ничто... И после сего Старец снова сказал мне: «радость моя, молю тебя, стяжи мирный дух, и тогда тысячи душ спасутся около тебя!» Я же, недостойный, всем желанием души моей хотел приобрести тот мирный дух, о котором уже дважды Батюшка напоминал мне. Я упал ему в ноги и, лобызая его стопы, полы одежды и руки, со слезами просил его, как отца и наставника, чтобы он излил свои молитвы перед Господом и Царицей Небесной о спасении грешной души моей. В эти минуты я всего себя поручил Старцу. Он же, видя мою преданность, еще повторил мне, как бы во всегдашнее напоминание: «радость моя, молю тебя, стяжи мирный дух!» И потом уже прямо открыл мне, для чего я пришел к нему, и что именно желаю от него слышать. Когда же ужас и удивление объяли меня, Старец еще раз повторил: «радость моя, молю тебя, стяжи мирный дух!»... И вслед за этим, в необразимой радости, Батюшка Отец Серафим поведал мне о том, как он был восхищен в небесные обители...
Кончив свою беседу, давши мне отеческое благословение, он отпустил меня с миром и утешением несказанными.
В самый новый 1833 год я пришел к ранней обедне в церковь, еще до благовеста. Отец Серафим был уже в церкви и сам ставил свечи ко всем иконам, целуя каждую из них... Я подошел к отцу Серафиму, чтобы получить от него благословение. Старец благословил меня и сказал: «Ну, возлюбленнейший о. Иоанн, прости; жизнь моя уже кратка и я с тобою уж больше не увижусь». При этих словах батюшки я зарыдал и упал к нему в ноги, а он продолжал: «...не смотри на оскорбления и поношения, но стяжи дух мирен, Господа ради прошу тебя. Ты через это себя не потеряешь, твое не уйдет» *.
*Сказание о подвигах и событиях жизни старца Серафима, Иеромонаха, пустынника и затворника Саровской Пустыни Игумена Иоанна, в схиме Серафима. Издание третье, 1877 г. Стр. 50, 51 и 83.
По окончании священной литургии я снова подошел к отцу Серафиму, чтобы еще в последний раз удостоиться его благословения и попросить его святых молитв. Батюшка, увидавши меня, предварил мой поклон своим земным поклоном, и потом облобызал меня священными своими устами. Потом он еще раз обнял мою голову своими преподобными руками и сказал: «Ну, прости же, возлюбленнейший мой о. Иоанн, и помни все слова убогого Серафима, запечатлей их в сердце твоем, с ними и ходи».
Это было накануне его святой кончины, ибо на другой день, второго января 1833 года, Батюшка почил о Господе.
_________




Лет 10 тому назад Господь внушил мне мысль, что мой долг перед Ним и великим Его угодником о. Иоанном Кронштадтским написать книгу о его жизни, поучениях, чудесах, пророчествах и вообще обо всем, что известно мне о нем.
Все свободное время я стал посвящать записыванию всех моих воспоминаний о нем, при этом меня поражала исключительная, до мельчайших подробностей, ясность в памяти моей всех событий и обстоятельств, связанных с о. Иоанном. Отсюда я понял, что Господь дает мне ее именно для того, чтобы я запечатлел для будущих поколений все то, что сотворил Духом Святым этот пророк Божий, посланный к русскому народу перед ГОДИНОЙ ЛИХОЛЕТИЯ.
Я читал творения о. Иоанна и книги о нем написанные и выбирал из них самое важное, т. к. должен очень экономить на печатании.
Я отправлялся к лицам, рассказывавшим мне про о. Иоанна и записывал повествования их.
Однако мне приходилось два раза в день ходить на службу и удавалось писать лишь около одного часа вечерами.
Вследствие этого исследования и воспоминания мои об о. Иоанне я писал более 10 лет.
Осенью 1936 г. я обратился ко всем русским людям с просьбой помочь мне на издание книги: 1) пожертвованиями и 2) предварительной подпиской по 20 динар в Югославии и по '/2 доллара за границу за книгу с пересылкой, т. е., собственно, за книгу по 18 динар. При этом я писал, что в книге будет более 250 стр. с 3-мя портретами отца Иоанна.
Назначая цену книги в 20 дин., я проследовал цель: дать возможность малоимущим почитателям отца Иоанна приобрести его жизнеописание и уповал, что и сам великий чудотворец поможет.
И действительно, со всех концов земного шара я получил письма с выражением самой горячей благодарности за предпринятый труд. Вот например выписка из письма иноков Валаамских:
«Великая Вам благодарность от всех многочисленных почитателей Батюшки о. Иоанна за предпринятый Вами труд его жизнеописания, а также и за то, что стоимость издаваемой Вами книги назначена самая минимальная. За все это сторицею воздаст Вам, по молитвенному предстательству у Престола Всевышнего, сам Дорогой Батюшка отец Иоанн. Спаси Вас Господь за все это».
Многие лица, сверх денег за книгу, прислали и пожертвования на издание книги.
Вместе с подписною платою я получил значительное число весьма ценных сведений об о. Иоанне, вследствие чего вынужден был переработать книгу. Кроме того, современная церковная жизнь выдвинула животрепещущие религиозные вопросы, исчерпывающие ответы на которые имеются в творениях о. Иоанна. Поэтому я счел долгом пополнить мою книгу поучениями великого Светильника Русской Церкви.
В результате собранный для печатания материал превысил обещанный размер книги более чем вдвое.
Чтобы выйти из положения, я принялся сокращать книгу, на что потребовалось очень много времени. Однако это сокращение не привело к желательному результату и материала оказалось более чем на 500 страниц.
Призыв мой в июне 1937 года через «Православную Русь» прислать деньги для напечатания красивой книги на лучшей бумаге с 7-ю портретами о. Иоанна и 16-ю картинками из его жизни, изготовленными по способу, дающему хорошие изображения, - успеха не имел.
Тем не менее, однако, я напечатал настоящую книгу в обещанном размере на плотной хорошей бумаге с 3-мя портретами о. Иоанна и видом Андреевского собора на лучшей веленевой бумаге (kunstdruckpapier).
Оставшийся же приготовленный к печати материал составит вторую книгу, которую я тоже с помощью Божьей намерен издать в ближайшее время.
Земно кланяюсь я всем приславшим на издание деньги в виде подписной платы или пожертвований от скудости или от избытка своего, что и дало мне возможность издать эту книгу и назначить ей цену ниже обычной расценки издания в подобном размере.
Помогая мне, вы исполнили первую и наибольшую заповедь Божию о любви - вы любите вашего благодетеля Батюшку о. Иоанна и в нем Самого Господа и книгой этой обратите многих ко Христу.
И скажет вам Господь Бог Слово Вседержитель, когда вы предстанете перед Ним: «придите ко мне благословенные Отца Моего, ибо вы сотворили, научили и обратили к вере в Меня многих из малых сих».
* * *
_________

Считаю своим долгом принести почтительнейшую признательность Преосвященному Иоанну Епископу Шанхайскому, который, прочтя в рукописи моей первоначальную редакцию настоящей книги, дал мне несколько советов и благословил на издание.
Также выражаю горячую благодарность духовнику моему досточтимому протоиерею о. Иоанну Сокалю, который также прочел первоначальную рукопись мою и, имея мудрость Божью, перед которой мудрость человеческая ничто, поддерживал меня в минуты искушения, когда сатана воздвигал на меня гонения и злословия через людей, не знавших ни о. Иоанна, ни моих трудов.
Долгом считаю выразить сердечную благодарность еще двум лицам, много потрудившимся со мной для достижения намеченной цели - издания книги, а именно: бывшему члену таможни Константину Антоновичу Ошмянскому за его бескорыстные труды и помощь мне в организационной работе по изданию и занимающемуся в эмиграции типографским делом Михаилу Григорьевичу Ковалеву, который, приняв на себя печатание книги и лично набирая по рукописям, относился к делу с редко исключительным вниманием, проявляя большой опыт и знание. Я думаю, что М. Г. Ковалев является единственным типографом, который не относился к делу только формально, но вникал в суть написанного и, при основательном знании русского правописания, часто помогал мне своими советами и исправлениями описок моих и лиц, приславших мне свои сообщения и рассказы.
Сбывшееся пророчества Иоанна Кронштадского
И.К. Сурский http://subscribe.ru/group/chudesa-pravoslaviya/5835662/

Комментарии (3)

Всего: 3 комментария
#1 | Серафима »» | 01.01.2014 23:38
  
5
Тропарь праведному Иоанну Кронштадтскому, глас 1

Православныя веры поборниче, / земли Российския печальниче, / пастырем правило и образе верным, / покаяния и жизни во Христе проповедниче, / Божественных Таин благоговейный служителю / и дерзновенный о людех молитвенниче, / отче праведный Иоанне, / целителю и предивный чудотворче, / граду Кронштадту похвало / и Церкве нашея украшение, / моли Всеблагаго Бога // умирити мир и спасти души наша.

Кондак праведному Иоанну Кронштадтскому, глас 3

Днесь пастырь Кронштадтский / предстоит Престолу Божию / и усердно молит о верных / Христа Пастыреначальника, / обетование давшаго: созижду Церковь Мою, // и врата адоване одолеют ей.
#2 | Александра »» | 02.01.2015 11:59
  
3
[Величание:]

Величаем тя, святый праведный отче Иоанне, и чтим святую память твою, ты бо молиши за нас Христа Бога нашего.

[Молитва]:

О великий угодниче Христов, святый праведный отче Иоанне Кронштадтский, пастырю дивный, скорый помощниче и милостивый предстателю! Вознося славословие Триединому Богу, ты молитвенно взывал:

Имя Тебе - Любовь: не отвергни меня, заблуждающагося.

Имя Тебе - Сила: укрепи меня, изнемогающаго и падающаго.

Имя Тебе - Свет: просвети душу мою, омраченную житейскими страстями.

Имя Тебе - Мир: умири мятущуюся душу мою.

Имя Тебе - Милость: не переставай миловать меня.

Ныне благодарная твоему предстательству всероссийская паства молится тебе: христоименитый и праведный угодниче Божий!
Любовию твоею озари нас, грешных и немощных, сподоби нас принести достойныя плоды покаяния и неосужденно причащатися Святых Христовых Тайн. Силою твоею веру в нас укрепи, в молитве поддержи, недуги и болезни исцели, от напастей, врагов видимых и невидимых избави.
Светом лика твоего служителей и предстателей Алтаря Христова на святыя подвиги пастырскаго делания подвигни, младенцем воспитание даруй, юность настави, старость поддержи, святыни храмов и святыя обители озари!
Умири, чудотворче и провидче преизряднейший, народы страны нашея, благодатию и даром Святаго Духа избави от междоусобныя брани, расточенныя собери, прельщенныя обрати и совокупи Святей Соборней и Апостольстей Церкви.
Милостию твоею супружества в мире и единомыслии соблюди, монашествующим в делах благих преуспеяние и благословение даруй, малодушныя утеши, страждущих от духов нечистых свободи, в нуждах и обстояниих сущих помилуй и всех нас на путь спасения настави.
Во Христе живый, отче наш Иоанне, приведи нас к Невечернему Свету жизни вечныя, да сподобимся с тобою вечнаго блаженства, хваляще и превозносяще Бога во веки веков. Аминь.
#3 | Русавская Антонина »» | 31.07.2015 07:14
  
3
Серафима благодарю, что опубликовали статью и сделали тему:
"Чудеса по молитвам Иоанна Кронштадского.Сбывшееся пророчества".
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2019, создание портала - Vinchi Group & MySites