Читаю молитву Иисусову, но она какая-то «сухая» и мало действует на мое бесчувственное сердце. Получается, что только «перебираю четки». Что делать?

Молитва монаха

Об Иисусовой молитве

- Читаю молитву Иисусову, но она какая-то «сухая» и мало действует на мое бесчувственное сердце. Получается, что только «перебираю четки». Что делать?

- В таком случае некоторые советуют читать молитву по десяткам. Прочитал десять молитв и спрашиваешь себя: «Ну. как прочитал? Внимательно или невнимательно? Благоговейно или неблагоговейно? С покаянием или без покаяния?» И тут же каешься: «Прости меня, Господи, бесчувственного, беспокаянного, рассеянного!»

Читаешь следующий десяток. Вспомнил о своей лености, чревоугодии или ропоте на кого-то или что-то — опять каешься.

И хотя эта молитва не совсем чистая, но зато она — живая, приводящая к покаянию и исправлению.

Если в таком делании человек будет усердно упражняться, то постепенно он будет избавляться от мысленного помрачения, от стужающих страстей и обольщений диавольских, т.е. от всего, что разоряет и уничтожает нашу молитву.

Что такое «трезвение» и доступно ли оно для нашего времени?

- В святоотеческой литературе о молитве много говорится о добродетели трезвения. К примеру, преподобный Исихий Иерусалимский сказал о трезвенны, что оно — творец всех заповедей Ветхого и Нового Заветов. Почему он так сказал? Возможно ли в наше время жить трезвенно? Это недоумение основано на следующих двух моментах:
- в той же цитате о трезвенна преподобный Исихий говорит, что еще в его время монахи почти утратили трезвение (о мирянах уж и говорить не приходится};

- доводилось от некоторых современных подвижников слышать такое мнение, что, дескать, сейчас дай Бог только бы сохранить веру православную да соблюстись от смертных грехов, а высокие духовные делания — не для нашего времени.
Создается впечатление, что даже желание трезвения — уже дерзость. Так это или не так?

- Итак, по порядку. Преподобный Исихий сказал о трезвении, что оно — творец всех заповедей. Почему он так сказал? Потому что так оно и есть. Человек не сможет исполнить никакую заповедь, если он не будет трезвенно размышлять: что он должен сделать, какую заповедь он должен исполнить в каждом конкретном случае. Следовательно, без этого рассуждения не исполняется никакая заповедь.

Допустим, или простить оскорбление, или помочь брату, который просит что-то ему сделать, или дать милостыню, или понудить себя на что-то доброе, памятуя, что «от дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф.11:12), — и т.д. Вот это и есть трезвение, которое понуждает нас исполнять в каждом случае какую-либо заповедь, отсекая какую-либо свою страсть.

Также в каждом грехе, который мы совершаем вольно или невольно, мы должны каяться. А это все делается на основании трезвения.

Нужно понять, что трезвение, как само делание, имеет различные степени. И вершины его, может быть, монахи начали утрачивать еще во времена преподобного Исихия. Но христианин не может быть христианином, если он не имеет начального трезвения, т.е. если он не исполняет заповеди евангельские, не внимает голосу своей совести, и не кается, в чем он согрешил. Это — начало трезвения. Даже христиане, которые проводят нерадивую жизнь, все равно проявляют начатки трезвения тогда, когда они готовятся к исповеди. Они думают: «Чем мы согрешили в том, другом, третьем случае?»

Так что каждый имеет трезвение в своей степени, только мы не употребляем слово «трезвение» и потому нам кажется, что это делание — что-то непонятное и как будто совсем неприемлемое — слишком высокое. Тем не менее, каждый человек в какой-то степени к нему приобщается и в нем упражняется.

Насчет того, что приходилось слышать от некоторых подвижников, что, дескать, «сейчас такое время и мы не можем иметь трезвения — лишь бы сохранить православную веру да соблюстись от смертных грехов».

Мне кажется, если это говорил настоящий подвижник, то он мог сказать так по своему смиренномудрию. Подвижник обычно упражняется в самоукорении, если правильно подвизается И потому он, находясь в этом делании, не видит его сам в себе и не вменяет его себе в добродетель. И когда его кто-то спрашивает, то он говорит вот такую фразу, для того чтобы смирить свою душу, и не показать перед ближними, что он имеет какое-то делание.

Но может быть, конечно, и другой вариант… может и «вывих» какой-то быть — нужно смотреть, кто это говорит.

«Создается впечатление, что даже желание трезвения — уже дерзость». Ну, это мнение, можно сказать, — «смех сквозь слезы». Какая дерзость? Это жизнь! Трезвение — это христианская жизнь. Я еще раз говорю, что в трезвении есть разные степени: одно дело, когда человек воспринимает приближающийся помысел «по запаху». Помысел еще не изобразился в уме и сердце, а душа уже чувствует его приближение и распознает, какой «заряд» он в себе несет. Или это злопамятность, или сладострастие, или многостяжание, или что иное…

Тому, кто упражняется в более-менее высоких степенях трезвения, даже не нужно принимать помысла: он чувствует его «по запаху», определяет и отталкивает. Другой же, с низшим деланием, видит зверей приближающихся и влезает на дерево (т.е. «убегает» внутрь своего сердца, как сказано у Святых Отцов), спасаясь, таким образом, от пленения страстными помыслами. А мы, простые христиане, хотя бы должны исполнять то, что требует от нас наша совесть. Вот наше трезвение. В этом трезвении — вся христианская жизнь. И ставить такой вопрос, что «это дерзость» просто глупо.

Комментарии участника: Cергей Валентинович (1)

Всего: 1 комментарийвсе комментарии ( 13 )
  
#4 | Cергей Валентинович | 20.11.2012 14:28 | ответ на: #3 ( Георгий О. ) »»
  
2
Добрый день Георгий. Хотелось бы к предложенному Вами добавить свою лепту, письмо Святителя Василия Кинешемского к духовным детям.


ВИДЯТСЯ ТЯЖЕЛЫЕ ДНИ, ПРЕДСТОЯТ ИСПЫТАНИЯ...


Письмо святителя Василия, епископа Кинешемского к духовным детям



Благодать Вам и мир от Бога Отца и Господа Иисуса Христа. Дорогие, любимые, безценные дети мои!

Благодарю Бога моего при всяком воспоминании о вас, всегда во всякой молитве моей за всех вас принося с радостью молитву мою, за ваше участие в благовествовании от первого дня даже доныне, будучи уверен в том, что начавший в вас доброе дело будет совершать его даже до дня Иисуса Христа, как и должно мне помышлять о всех вас, потому что я имею вас в сердце в узах моих, при защищении и утверждении благовествования, вас всех, как соучастников моих в благодати. Бог – свидетель, что я люблю всех вас любовью Иисуса Христа; и молюсь о том, чтобы любовь ваша еще более и более возрастала в познании и всяком чувстве, чтобы, познавая лучшее, вы были чисты и непреткновенны в день Христов, исполнены плодов праведности Иисусом Христом, в славу и похвалу Божию (Флп. 1, 3– 11).

Видятся тяжелые дни, сгущаются тучи… предстоят испытания, когда каждому придется проявить твердость упования своего, силу любви к Богу и прочность веры своей в Господа нашего Иисуса Христа. Клевета, ложь, упеки, порицания, скука, уныние, соблазны мира – все встретит вас. Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир (Ин. 15, 19).

О, если б каждый из нас мог устоять в эти дни испытаний и суда! Какая великая радость будет для меня знать, что эти испытания служат для укрепления и очищения, а не для падения и отступничества. Для меня нет большей радости, как слышать, что дети мои ходят в истине (3 Ин. 1, 4). Прошу и всею силою любви моей, умоляю вас. Итак, братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом или посланием нашим (2 Фес. 2, 15). То дополните мою радость: имейте одни мысли, имейте ту же любовь, будьте единодушны и единомысленны; ничего не делайте по любопрению или по тщеславию, но по смиренномудрию почитайте один другого высшим себя (Флп. 2, 2–3).

Снисходя друг другу и прощая взаимно, если кто на кого имеет жалобу: как Христос простил вас, так и вы (Кол. 3, 13).

Итак, подражайте Богу, как чада возлюбленные, и живите в любви, как и Христос возлюбил нас и предал Себя за нас в приношение и жертву Богу, в благоухание приятное. А блуд и всякая нечистота и любостяжание не должны даже именоваться у вас, как прилично святым (Еф. 5, 1–3).

Только живите достойно благовествования Христова, чтобы мне, приду ли я и увижу вас, или не приду, слышать о вас, что вы стоите в одном духе, подвизаясь единодушно за веру Евангельскую, и не страшитесь ни в чем противников: это для них есть предзнаменование погибели, а для вас – спасения. И сие от Бога (Флп. 1, 27–28). Берегитесь особенно лжепастырей и лжеучителей, которые являются к вам в овечьих шкурах, а внутри суть волки хищные. Потому что все ищут своего, а не того, что угодно Иисусу Христу (Там же. 2, 21).

Остерегайтесь их, они много зла могут принести вам, ибо даже таинствами в Церкви они пользуются нередко для своих злых целей. Молитвы усердной, смиренной, покаянной не забывайте, ибо Бог ли не защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь, хотя и медлит защищать их? (Лк. 18, 7).

Но таинствами покаяния и причащения придется пользоваться, может быть, не более одного раза в год. Для сего ищите пастырей истинно православных, где бы ни находились, даже в других епархиях, и будет для вас такое причащение желанны и радостным праздником в течении года. В случаях исключительных – приближения смерти – можно обращаться к другим. Берегитесь дать место в душе злому чувству. Но вам, слушающим, говорю: любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас, благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас. Блаженны вы, когда возненавидят вас люди и когда отлучат вас, и будут поносить, и пронесут имя ваше, как бесчестное, за Сына Человеческого (Там же. 6, 27–28, 22–23). Как бы ни тяжелы казались нам наши обиды, помните, что все они посылаются волею Отца нашего небесного для нашей пользы и духовного воспитания.

Итак, никому не воздавайте злом за зло, но пекитесь о добром перед всеми человеками. Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми. Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь. Не воздавайте злом за зло или ругательством за ругательство; напротив, благословляйте, зная, что вы к тому призваны, чтобы наследовать благословение (Рим. 12, 17–19; 1 Петр. 3, 9). Не унывайте. Господь никогда не пошлет искушений паче меры, но сотворит со искушением и избыток, во еже возмощи нам понести. После ночи всегда бывает утро, после бури – тишина, после зимы – лето, после горя – радость.

Накрепко глубоко любящий вас во Христе, молящийся за вас непрестанно епископ Василий



Мученики, исповедники и подвижники благочестия РПЦ ХХ столетия
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2023, создание портала - Vinchi Group & MySites