Error: Incorrect password!
Бабушки

Бабушки


БАБУШКА

Автор: протоиерей Андрей Кульков


Можно сказать, у меня не было бабушки...

Из Екатерины Лазаревны Кукушкиной, маминой мамы, могла бы выйти прекрасная, заботливая бабушка, но она, мать большой партизанской семьи, погибла. Она была расстреляна немцами вместе со всей семьей, со всеми, кто остался в живых от сожженной партизанской деревни Великая Старина на Березине и кто прятался в лесах. Даже в момент расстрела бабушка прикрывала собою самую младшую Акилинку. Это видели чудом уцелевшие в лесу моя мама и одна из ее сестер. Это случилось в Белоруссии 1 апреля 1944 недалеко от Бобруйска. Мама говорила, уже слышна была канонада и ночью на востоке «солнце не заходило»: так было светло от всполохов близкой линии фронта.

Из Апполинарии Ивановны Кульковой, папиной мамы, тоже могла бы выйти прекрасная заботливая бабушка. Собственно, она и была единственной моей бабушкой. Я помню ее душистые пироги с карельской брусникой из русской печки, помню ее добрые, но в тоже время грустные и испуганные глаза. Но Апполинария Ивановна, пережившая раскулачивание и переселение, пережившая потерю всех своих сыновей в «финской», а потом и в Великой Отечественной, больше всего на свете боялась навредить своему единственному уцелевшему в войне сыну, моему отцу, майору строительной службы, который в далеких степях Казахстана готовил шахты для подземных ядерных испытаний. Поэтому я не помню сказок или каких-либо рассказов своей бабушки. Я вообще не помню ее голоса. Чтобы выжить и чтобы не навредить своим родным, нужно было молчать. И бабушка молчала годами, десятилетиями. Она была, и в тоже время ее как бы и не было. Она тоже прикрывала собой своих детей.

А я не понимал этого. Я терзал ее своими расспросами. Мне казалось, что если бабушка родилась в XIX веке, то она обязана была помнить, если уж не царя, то на худой случай хоть Ленина. Делая себе гусарскую или пиратскую форму, я обращался к ней за консультацией, и вполне искренне негодовал, убеждаясь в ее полной некомпетенции в данных предметах.

Не отвечала бабушка и на мои школьные провокационные антирелигиозные вопросы...

Но в этом безответном пространстве, которое я преодолевал на марше своего самоутверждения наполеоновским солдатом, для меня открывалось то, что важнее ответов и вообще всяких слов. В закрытом военном городке под Семипалатинском, где даже русский язык был стерилизован, чист и лишен самобытности, моя бабушка явилась тем внешним раздражителем, который вызывал к жизни. Я думаю, что именно для этого и привозил для нас из далекой Лахденпохьи свою престарелую мать наш отец. И теперь я понимаю, каким же добровольным мученичеством была для нашей бабушки каждая поездка к нам! И как это было нам жизненно необходимо!

А я смотрел на нее как на пережиток прошлого. А я стыдился ее перед своими сверстниками и безжалостно изводил ее, удивительно смиренную и терпеливую, своими замечаниями и претензиями. А я искал «идеал бабушки» вокруг себя, в советском кинематографе, который, надо признаться, давал мне для этого очень щедрый материал. И со временем у меня возник некий киноэкранный собирательный образ «идеальной» бабушки.

Бабушка обязательно должна быть пухленькая, как только что испеченная плюшечка, такая же тепленькая и вкусная «на нюх». В нее хорошо уткнуться, чтобы выплакаться или забыться. Бабушка одной своей улыбкой, одним легким, как лебединое крылышко, прикосновением мягкой ладошки к несчастной макушке развеет все твои вселенские скорби, сделает их смешными и небывшими. Она должна быть бесконечно доброй и веселой. Смех ее должен быть не громким, но заразительным и частым, как стук целлулоидного шарика. Смеяться с ней вместе особенно приятно, как хорошим весенним солнечным деньком пускать зеркалом «зайчиков».

Бабушка не должна читать мораль, занудить своими нравоучениями (для этого есть родители), но перед ее молчаливым укором должно быть стыднее всего, как ни перед кем из живущих на земле. И если ты сделал что-то хорошее на этой земле, чем-то добрым отличился среди родственников и сверстников- первой об этом тоже должна узнать от тебя твоя бабушка, твой земной Ангел-хранитель.

Что ж, Господь не без милости. В моей жизни появилась и такая бабушка, точное воплощение моего детского идеала. Это была Елизавета Александровна. «Моей» бабушкой она стала через свою внучку, мою жену. Бабушкой она стала и всем моим детям. Праздником был для нашей семьи приезд к бабушке в Москву, на «Проспект мира», где она жила, где нас всегда ждали бабушкины теплые пирожки и бабушкин добрый звонкий смех.

Каждое лето приезжала бабушка к нам, в деревню — и наш утлый домишко обретал значимость, получал некий статус полноты.
Бабушка Лиза была в курсе проблем всех обитателей нашего дома.

В своей простой молитве она искренне жаловалась Матроне Московской, своей землячке, тулячке и москвичке, и самой любимой святой, на наших «врагов», мол, чего они обижают? Что им от нас нужно? Просила помощи. Благодарила. Она с ней запросто разговаривала, будто Матрона сидела на другом конце ее дивана. Немножко забавно было наблюдать такую молитву...

А может, Матрона и впрямь там сидела с нашей бабулей? А может, так и надо молиться?

Потом, приняв постриг с именем своей любимой святой, она стала такой же родной бабушкой для каждой сестры того монастыря, где постригалась. «Бабулей» нежно называли ее грубоватые, пожизненно пропахшие соляркой, мальчишки, воспитанники ее дочери, каждого из которых она также знала лично и молилась за них, как за родных внуков.

Кажется, 9 мая я пел вечером на караоке военные песни на веранде, а потом смутился: у бабушки Лизы, за стенкой, больное сердце, может, я мешаю ей спать? И вдруг стук в стенку. Я смущенно иду к бабушке, а она смущенно так говорит: «Андрюш... так хорошо пел... чего перестал?! Спой еще, а?!»

В общем-то, бабушка Лиза никого и не осуждала. Просто она жила нашими горестями и радостями. Но если кого-то из членов нашей семьи обижали, если на ком-то оскудевала любовь или правда, бабушка тут же становилась на защиту. Будучи очень деликатным человеком, она находила нужное слово, чтобы и вразумить, и не обидеть. И не было для нее ни для кого исключений. Она могла высказать свое отличное от всех мнение во всеуслышание и мне, и внучке, и дочке. Она была восполняемой любовью, гарантом сохранения баланса нормальных отношений в семье. И когда она отошла ко Господу, мы это особенно ощутили. Пустотою невосполнимости.

И когда меня спрашивают теперь прихожанки бабушки, что им делать, как вести себя в семье в разных жизненных ситуациях, я всегда им говорю, чтобы они ни в коем случае не копировали и не дублировали родителей, потому что повторенье- мать мученья. Я говорю им: «Займите самое незаметное место в семье. И станьте самой незаменимой!»

Если семья- это корабль, тогда дети — это парус, а родители — руль. И есть у парусника еще киль- этот мощный рычаг в толще воды. Его совершенно не видно. Вроде бы и нет его. А попробуйте совершить без него плавание- и вы перевернетесь. Это и есть наши дедушки и бабушки. Своим незримым противовесом, рычагом своего авторитета они держат наш малый корабль, нашу семью «на плаву».

...И в том числе и все уже ушедшие от нас.

Просто центр тяжести с годами глубже уходит в землю.

Клуб православных литераторов «Омилия»

Комментарии (8)

Всего: 8 комментариев
  
#1 | Елена Бруйло »» | 11.03.2014 18:20
  
12

Автор текста неизвестен.

Маленькая, грустная история из жизни.




Сегодня в магазине обратил внимание на бабушку - долго выбирала консервы подешевле. Обратил внимание, что в плюс 2 градуса она была в резиновых тапочках. Подошел, встал рядом, помог разобраться с ценниками, потом повел по магазину, кидал в корзину все, что попадалось на глаза.

Купили ей полную корзину продуктов, а она причитала: "Ой, не надо, меня на кассу не пустят, они знают, что у меня нет денег". Когда поняла что это не шутка, что я все оплачу, и что можно взять все, что ей хочется, взяла сливочное масло и рис. СЛИВОЧНОЕ МАСЛО И РИС! Спросил, чего дома нет из продуктов, чтобы понять, что еще взять, оказалось, что дома вообще ничего нет. Когда кинул в корзину пару плиток шоколада, в глазах появился такая детская радость... У сестренки 3х лет такие же глаза, когда шоколадки разрешают есть... Шоколад бабушка очень любит, только вот покупать его накладно уже 6 лет как. Не знала что делать, пока до кассы шли - то отказывалась брать продукты, то говорит "Тогда скажите, что Вы мой племянник, а то нас не пропустят на кассе", то благодарила и крестилась. Раз она так боялась кассы, мне было очень интересно найти того урода, который, когда – то ее не пропустил на кассе с ее - то покупками: 2 консервы и хлеб. 120 рублей. Она не выходила из дома месяц. Ела консервы, они закончились пару дней назад. Такими блестящими глазами мне говорила: "Вы знаете, сынок(так и называла на Вы и "сынок" ), я когда из дома выходила, просила Отца небесного послать мне 100 рублей на еду. Я иногда нахожу деньги на дороге, а Вы мне вон сколько купили". Я иду и мне стыдно.

Отвез домой, поднял продукты. Живет она в доме бизнес класса - кирпичные башни на пересечении Ленинского и Удальцова (Москва). Удивился. Оказалось, что квартиру там получила после сноса пятиэтажки, которая стояла на этом месте. Жила с сыном. Сын умер 6 лет назад, осталась одна. И вот что интересно - ведь в доме много людей обеспеченных живет, они ж знали ее сына, видят, что бабушка давно живет одна и ходит осенью в тапках, что не ест нормально... Поднял продукты, прошел в квартиру. На полу картон, на кухне вырвана вся бытовая техника (видно, что именно вырвана из кухни, и боковины кухни поломаны). Объяснила, что это невестка и сестра бабушки вместе сразу после смерти сына вынесли всю мебель, всю технику и больше не появляются - ждут когда бабушки не станет, чтобы заняться квартирой. Вы бы видели, как она живет, что у нее было на столе... Я понимаю, примерно, почему денег с пенсии не хватает на еду - коммуналка в этом доме, консьерж (попробуй не сдать деньги) и прочее стоит раза в 2 больше, чем в пятиэтажке, а другого жилья у бабушки нет, заниматься обменом квартиры страшно - пожилых то убьют, то обманут, в общем поменять квартиру шансов нет.

Да и не важно все это. Важно то, что эта несчастная корзина продуктов, которой ей на месяц хватит, стоит 2000 рублей. 2000 ДОЛБАННЫХ РУБЛЕЙ! В 19 этажном двух подъездном доме бизнес-класса люди не могут скооперироваться и не дать умереть бабушке с голоду. А бабушка - то какая! Работала в ЦНИИ космонавтики (кажется так назывался), научный сотрудник, кандидат наук. Пела в Большом когда-то. Посмотрел на фотографии из далекой молодости - какая была красивая женщина! И такая старость... Сестра ее звонит раз в полгода узнать, умерла она или нет. И каждый раз когда "родственница" слышит, что бабушка еще жива, проклинает ее и кладет трубку. У нее есть внук, невестка, которая так же ждет, когда она нас покинет. В общем, товарищи родственники, хрен дождетесь. Будет у бабушки все хорошо. И еда, и одежда, и в санаторий поедет, и вас, с**и, всех переживет, я постараюсь. На прощание услышал столько добрых слов... Не знала что делать - то ли благодарить, то ли не задерживать, то ли плакать. Сказал, что буду иногда заезжать. Вернулся домой, открыл FB, тут же увидел у друга описание похожей ситуации в магазине , еще раз убедился, что ситуация просто ахтунг. Одинокий старый человек может умереть от голода в доме, где все соседи в курсе, что человек недоедает и у каждого есть возможность без напрягов для своего бюджета продлить жизнь бабушки. Приедут врачи, оформят как-нибудь, и нет человека. На космонавтику человек работал, разрабатывал начинку аппарата, на котором Гагарина в космос отправили. Все равно. Умрет от голода и все - никому не интересно. 21 век, Москва, что. Друзья, у меня в конце этого длинного текста одна просьба - давайте каждый раз, когда видим в магазине бабушек, оплачивать их корзины. Вы эти корзины видели? Они там на 300 рублей максимум наберут сами.
#2 | светлана »» | 12.03.2014 13:52
  
5
Бедные старики.
У нас в глубинке старикам всё же немного легче,субсидии ,льготы,но до такой степени не встречала,чтоб жили.Почему то наоборот разговор среди пенсионеров,что москвичам хорошо живётся у них пенсия в разы больше,откуда эта байка не знаю.
С другой стороны бабушка за своё жильё наверное всю пенсию отдаёт.
У кого пенсия не большая и нет участка ,выжить тяжело в одиночку,тем более у большинства есть недуги,а лекарства достаточно дороги.
Да Елена ваши темы очень душещипательны.
Спаси Господи!
  
#3 | Ольга Власюк »» | 12.03.2014 16:42 | ответ на: #2 ( светлана ) »»
  
1
Как же легче, если и огород надо вспахать, и воду принести. Особенно одиноким легко.
#4 | светлана »» | 12.03.2014 19:48 | ответ на: #3 ( Ольга Власюк ) »»
  
0
В том плане легче,что огород кормит ,землю пахать нанимают да и посадки по силам только для себя.Воду мало кто носит в домах теперь и вода ,газ ещё не у всех.
Но в одиночку не спорю тяжко.
#5 | светлана »» | 12.03.2014 20:01 | ответ на: #3 ( Ольга Власюк ) »»
  
2
Сидели однажды со свекровью и разговор зашёл как прожить на пенсию в квартире однокомнатной одной на пенсию .Посчитали половина пенсии на коммуналку,но тут ей повезло льгота есть,лекарства в месяц около четырёх тысяч(жизненно необходимые) и остаётся мизер,можно сказать ничего не остаётся.
И если бы жила она с одной пенсии ,то действительно ни чем бы её корзина не отличалась от корзины несчастной старушки ,что в комментариях выше.
Мои родители живут в частном доме есть субсидии на топливо(уголь,дрова),вода в доме,участок.Им намного легче в материальном плане,хотя на лекарства тоже траты.Эта коммуналка съедает много денег.До недавнего времени жили в квартире (это я уже про себя) платили за всё в месяц 7тыс.р. или около того.У нас у большинства женщин в городке зарплата ниже.Уж простите ,что наговорила много и не по теме.
Храни Господь!
#6 | Anne »» | 14.03.2014 00:13
  
5
Одна из записей в дневнике отца Георгия ( из жизни одной греческой епархии).

После полного восстановления нашего правительства я выдал замуж третью мою дочь, Димитру, в деревню Кастросикья. А в 1956 году наконец выдал замуж и последнюю мою дочь, Спиридулу, которую, однако, я оставил в своем доме вместе с зятем Леонидом Армирасом, он из нашей деревни.

Произошло это по причине того, что она, подобно Вениамину, была самой младшей из всех детей моих, когда осталась без матери в возрасте 16 месяцев.
Поэтому она больше других прилепилась к отцу, который ее нежно любил, и настояла на том, чтобы остаться в родительском доме, ухаживая за своим отцом, по возможности до самой его кончины.

Я ей бесконечно признателен, поскольку она досмотрела моих старых родителей, им обоим было более 90 лет!..
Очень много ей пришлось терпеть от них, уже не вставаяших с постели. Моя мама пролежала около двух лет, а отец немного меньше, но он потерял разум. Теперь ей предстоит вкусить еще и всю горечь моего «исхода». Каким же он будет?

Бесконечно благодарен и другим моим детям: сыну Григорию и невестке моей Елене, а также всем моим дочерям и моим зятьям. Двенадцати моим внукам и двум правнукам.
Все меня почитают и уважают…и делают все, чтобы меня порадовать. Все это украшает мою старость.
Потому и я, как отец и как клирик, непрестанно молю Всевышнего Бога, чтобы и мои дети и внуки могли вкусить то же самое от своих потомков.

Март 1973 года.
  
#7 | Елена Бруйло »» | 15.03.2014 06:05
  
4
«Для имени Моего…»

Александр Дудин.. Бабушка. Фрагмент



За недостроенной соборной изгородью – рынок. Шумно занимается «базарный день». По церковному двору разбросан кирпич, в бадье стынет свежий раствор. Каменщики распластались на траве, глаза закрыты, страдают. Шелестят вековые липы… Вчерашний праздник – День строителя – кажется, удался. Чуть поодаль, на скамье, певчие листают ноты, ожидают начала службы. С ними и я, тогда еще юный, привыкаю. Ласковое августовское утро…

Разглядываю кирпичный забор-долгострой. Нужен особый талант, чтобы так криво укладывать прямые кирпичи. У наших шабашников такой талант есть.

В узкую калитку протискивается великий мешок, под ним бабка Наталка – добровольная приходская повариха-кормилица. Она – сухонькая – ссутулилась под гнетом картошки, которую сама растит. Медленно приблизилась к певческой скамье, свалила мешок, улыбнулась, отерла рукавом лоб. Поглядела на каменщиков, перевела взгляд на долгострой и всплеснула руками:

– Да Божечки! Що наробылы! Це ж… Ой-ой! Це ж не для себе, це ж для Нёго! Вы подывитися! – это она указала нам на феноменальную кривизну забора. Мы пожали плечами. Бабка Наталка заплакала, подошла к долгострою, принялась оглаживать его и причитать:

– Да голубчики, да хиба ж так можно!? Та вы ж для Бога…

Главный простонал:

– Отстань, бабка, что ты соображаешь! Это тебе не картошку варить!

Бабка в слезах натрусила в ведро раствора, проворно собрала несколько кирпичей, взяла мастерок:

– Ото ж роблять, не дай Боже. Соби б – то инша справа, а то ж для Бога…

Она, тихонько причитая, уложила кирпич, другой…

Колокольня загудела благовестом. Удар, еще удар. Затем посыпался веселый перезвон. Когда он стих, бабка уже, как по струнке, выложила ряд. Удивленные шабашники со скрипом поднялись, усовестились:

– Ладно, чего уж, давай сюда, – отобрали у поварихи мастерок, принялись колупаться. К вечеру недельная норма была ими – залюбуешься – выполнена.

Бабка Наталка в приходе – народная совесть. Однажды она посетила нашу просфорню. За дверью послышалось слезное «що ж ты робыш, ластивко, це для Господа Бога? Ось таке?» Долго оттуда не выходила. Появилась под вечер, вся в муке. С той поры просфоры из нашего храма нахваливает сам архиерей. Она напоминала пономарю, что он не себе, а Богу делает, и лампады в храме переставали коптить. В нужный момент являлась певчим; всхлипывая, просила у них ноты, чтоб самой тоже Бога «пославить, чи дастэ?», и на хор переставали жаловаться…

…тот мешок картошки… Пока бабка работала за каменщика, я – здоровый парень – попытался снести его на кухню… Попытка, говорят, не пытка. Пришлось покликать дворника на подмогу, только вдвоем и своротили…

Откуда в сухих постящихся руках являлась невечерняя сила? А в полуграмотном говорке – убедительность? Где – и себе бы этак, потом, в восемьдесят с гаком, – начерпать ее молодецкой бодрости?..

…На бабкиной могилке и теперь красуется вычурный кованый крест, лучший в округе. Всем приходом скидывались на ювелирную кузнечную работу, какой теперь никто не сделает. Узнали для кого – сделали! А под крестом, на кованом подножии, батюшка благословил, изготовили: тонкими золотыми буквочками древнее, библейское – будто девиз бессмертной бабки Наталки: «Для имени Моего трудился и не изнемогал».
  
#8 | Елена Бруйло »» | 16.03.2014 11:32
  
4
Бабушки-прабабушки

Людмила Селенская

Лет до шестнадцати я искренне полагала, что до меня на свете никто не жил, не чувствовал, не размышлял. Когда же одна из бабушек начала рассказывать истории о себе, своей матери, других бабушках и прабабушках, я впервые почувствовала себя частью большого целого и вдруг поняла, что значит семья и род. И мучительное открытие подросткового возраста «человек — одинок!» сменилось на благодарное сознание того, что родные, которых я никогда даже не видела, молятся за меня — там, в Вечности.
Бабушка Варя


Бабушку Варю в деревне прозвали «прокурором» за недюжинную практичность и находчивость. Она «все ходы и выходы знала». Муж ей достался тихий и смирный, непьющий, и она властвовала в семье безраздельно. Но прежде достижения командного поста много лет жила под началом у свекрови. И часто потом о ней вспоминала и рассказывала.
Мужа бабушки Вари, дедушку Василия, воспитывали не родные родители, а бездетные дядя с тетей. Бездетными они стали, потеряв ребенка. Тяжело переживали потерю. Ходили на богомолье в Киев пешком. Стали «понедельничать» — поститься в понедельник, помимо положенных среды и пятницы, много молились. А потом попросили себе смирного ребеночка у родного многодетного брата и воспитали его как сына.
Вот в эту семью и попала молоденькая бабушка Варя. И пришлось привыкать ей к ворчливой свекрови. Просит Варя: «Мамаша, дай мыльца постирать». А свекровь с печки бросает мыло в корыто, так, что Варю всю обрызгает: «На, не напасешься на тебя!». Спустя какое-то время: «Мамаша, бараночкю дай ребеночкю пососать». (В деревне говорили «ребеночкя, молочкя»). Летит с печки баранка: «На, Катучиха, пропасть тебе пропастью!».
А Варя как ни в чем не бывало и дальше ласково обращается к свекрови, а та, растаяв от ласки, признается: «Вот, Варя-душкя, за что я тебя любю: что ты быстро ко мне оборачиваешься!». И, несмотря на свою сварливость, души в Варе не чаяла.
Из девяти детей бабушки Вари ни один не умер в младенчестве — вещь неслыханная. Когда же пришлось ей хоронить восемнадцатилетнего сына, она ни слезинки не проронила: «Мне грех плакать, у меня Господь младенцев не забирал».
Когда пришли раскулачивать и высылать семью, побежала в Рязань, нашла нужного человека и напала на него: «Говорите, кулаки мы. А почему нас так называют, знаешь? Эх, ты! Это потому, что мы спим на кулаках. Нам спать на подушке некогда, у нас семья — девять человек детей, они с шести лет работают». Убедила! Отстояла дом и семью.
Часто приходили к ней советоваться. Если же спрашивали о чем ее мужа, кричала ему: «Молчи Вася, говори: я ничего не знаю». Он так и делал.
Бабушка Варя все время поучала дочерей, готовила к семейной жизни. Любое поучение начиналось словами «И-и, девки»: «И-и, девки! Мужик — что крест на глАве, а баба — что труба на бане». «Не смотрите, кто лучше живет, смотрите, кто хуже». «Найдешь — не радуйся, и потеряешь — не плачь». Никогда не унывала и утешала людей: «Господь нами правит, а не мужик богатый».
Как-то раз зашла бабушка к знакомым, а те пасмурные. Хозяйка поделилась своим горем: сын, военный, в долгой отлучке, а невестка родила в его отсутствие от другого. Теперь людям на глаза показаться стыдно. Бабушка ее утешила: «И-и, милая, это разве горе? Баба рОдила — это не горе. Вот если б мужик рОдил бы — вот было бы горе!» Сказала — и словно груз с хозяйки свалился, а то невестку видеть не могла. А сын так с войны и не вернулся, и они этим ребеночком утешались.
Бабушка Варя не раз рассказывала близким, как хотела бы умереть: «Чтобы перед смертью поболеть, жизнь свою вспомнить, прощения попросить. Но чтобы недолго болеть, недельки две бы. И чтобы солнышко было и дождичек».
Так и было: поболела недолго и мирно скончалась. А когда гроб из церкви понесли, пошел грибной дождик, как сквозь сито. И выглянуло солнце.
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2022, создание портала - Vinchi Group & MySites