"Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых"

Будем руководствоваться словами Священного Писания: "Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение праведности с беззаконием? Какое согласие между Христом и велиаром? Или какое соучастие верного с неверными?" (2 Кор. 6, 14–15). "Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых"» (Пс. 1,1). К 65-летию Всеправославного Совещания 1948 года в Москве

Михаил Кригер


В июле 1948 года Русская Православная Церковь праздновала 500-летие своей автокефалии. В юбилейном событии участвовали делегации всех Поместных православных Церквей.
С 8 по 18 июля 1948 года в Москве было проведено Совещание Глав Поместных Церквей. Это событие явилось уникальным и плодотворным. В торжествах приняли участие главы Грузинской, Сербской, Румынской, Болгарской, представители Вселенской, Александрийской, Антиохийской, Элладской, Албанской, Польской Церквей. Богословским итогом работы Совещания, которое проходило в московском храме Воскресения в Сокольниках, стал вышедший в следующем, 1949 году двухтомник «Деяния Совещания Глав и представителей Автокефальных Православных Церквей» (М., 1949). Среди вопросов, которые обсуждались на Совещании, были отношение к экуменическому движению (осенью 1948 г. состоялась I Ассамблея Всемирного Совета Церквей, приглашение на участие в которой получили все Православные Церкви, однако участники Совещания 1948 г. посчитали невозможным для православных участвовать во Всемирном Совете Церквей), отношение к Ватикану, вопрос о действительности англиканской иерархии, календарный вопрос.
Участники Всеправославного Совещания:
— осудили Римскую курию за подрывные действия по отношению к Православию;
— не сочли благовременным для своих Церквей участвовать в создании экуменического Всемирного Совета Церквей, в котором преобладали протестантские течения и политические тенденции;
— высказались за сохранение Александрийской Пасхалии.
Так как в последнее время некоторыми церковными историками намеренно искажается историческая роль Всеправославного Совещания 1948 года, проходившего в период Патриаршества Святейшего Патриарха Алексия I, напомним читателям об одном из важнейших церковных событий ХХ века. Статья была написана в 1998 году к 50-летию Всеправославного Совещания.

* * *


Всеправославное Совещание 1948 года в Москве



«Наша Церковь не хочет, не может и не должна быть под влиянием нецерковных организаций.
Мы будем оберегать свою духовную свободу, как неоценимое сокровище».
Протоиерей Григорий Разумовский


1. ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ СОВЕЩАНИЯ

Исполнилось 50 лет со времени Всеправославного Совещания глав и представителей Автокефальных Православных Церквей в связи с празднованием 500-летия Автокефалии Русской Православной Церкви 8-18 июля 1948 года. Непреходящее значение этого Всеправославного Совещания определяется как важностью поднятых на нем вопросов, которые в наше время приобрели особую актуальность, так и, в особенности, полученными на эти вопросы ответами и теми доводами, на основании которых эти решения были приняты. В докладах и принятых Резолюциях было дано «исчерпывающее исповедание нашей веры», по словам Святейшего Патриарха Алексия I (Симанского), с тем, чтобы ответить на все сомнения верующих и вопросы инославных. Документы Совещания были предназначены свидетельствовать истину Православия всему миру.
Теперь, в связи с участием Православной Церкви во Всемирном Совете Церквей, тоже говорят о «свидетельстве истины Православия перед иноверными», но если 50 лет тому назад это свидетельство требовало отказа от участия в экуменическом движении, то теперь «православные экуменисты» полагают, что, наоборот, лучшего способа свидетельства, чем «межхристианские» диалоги, совместные моления и банкеты на экуменических ассамблеях, не существует. Сегодня всем уже ясно, что за целые десятилетия такого «свидетельства» инославные не вразумились, а православные «свидетели истины» превратились в соучастников дела, инициаторы которого открыто заявляли, что их цель — не соединиться с Православием, а создать новую «экуменическую церковь».
Участники Совещания 1948 г. понимали, что в современном мире Православию противостоят две мощные, политически ориентированные организации — Ватикан и Всемирный Совет Церквей. Ватикан продолжает попытки создания единства на условиях унии (подчинения папе), а ВСЦ — на пути ложного безблагодатного единства, довольствуясь «минимумом веры», — минимумом, который, по замыслу экуменистов, позволит собрать у будущих «алтарей» не только христиан, но и иноверцев. Результаты налицо.
В Баламанде представитель Русской Православной Церкви подписывает (в тайне от большинства архиереев и паствы) некое Соглашение, которое является промежуточным этапом к заключению унии с папством, которое планируется Ватиканом и Константинопольской Патриархией на 2000 год. В Шамбези Смешанные комиссии вот уже много лет трудятся над проектом признания еретиков-монофизитов «православными» и объединения их с Православной Церковью. На Ассамблеях ВСЦ практикуются совместные моления с буддистами и язычниками; на них присутствуют и получают поддержку проклятые еще со времен Ветхого Завета извращенцы-содомиты.
Не удивительно, что в таких условиях угроза единству Православия нависла не только в области отношений между Поместными Церквами. Церковь едина, и разделение по вопросу о допустимости униональных и экуменических контактов происходит во всем Церковном Теле, в каждой Поместной Церкви. Противостояние между православными и теми, кого принято называть «православными экуменистами» и обновленцами, в наше время стало фактом. От того, как разрешится это противостояние, зависит будущее Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви. Нам в подобных обстоятельствах следует руководствоваться лишь волей Божией, стараться ни на йоту не отступать от того, что силою Святого Духа было утверждено на Вселенских Соборах и явлено в святоотеческом учении. Именно в этом видели свой долг перед паствой участники Всеправославного Совещания 50 лет тому назад. Об этом говорил Первосвятитель Русской Православной Церкви в своей вступительной речи на первом пленарном заседании 9 июля 1948 года. В ней Святейший Патриарх Алексий (Симанский) подчеркнул важность двух проблем — усиливающейся активности Ватикана и возникшего среди протестантов экуменического движения.
Накануне экуменической Амстердамской Ассамблеи 1948 года, повестка дня которой исключала какие-либо догматические вопросы и преследовала одну цель — учредить новую «церковь по экуменическому плану», Первосвятитель Русской Православной Церкви не видел благословных оснований для участия в этом проекте. «Православная Церковь, — сказал он, — не имеет административного объединения даже поместных Церквей. Для чего же она будет принимать участие в административном объединении разномыслящих христианских организаций, и не будет ли такое участие значить, что мы жертвуем сокровище веры во имя какого-то призрачного, ложного единства». Святейший Патриарх Алексий I отметил богоборческий характер всего экуменического движения, которое соблазняет человечество на строительство вавилонской башни «нового мирового порядка»: «Организованная по экуменическому плану церковь угрожает стать ближе к земле, чем к небу... Фактически готовится к воскрешению мирской идеал всемирного владычества. Строится новый храм с высокой кровлей и гордой вывеской "Всемирный Совет Церквей"».
Участие в подобном строительстве для участников Совещания 1948 г. представлялось совершенно недопустимым, они видели свою задачу совсем в другом. По словам Патриарха Алексия I, она заключалась в следующем: «В заботах о всемирной христианской пастве наша Православная Церковь и должна взять на себя труд — попытаться спасти ее от уклонения с истинного пути в Царство Божие! На этом нашем братском Совещании мы не должны ограничиваться одними краткими ответами на обращенные к нам вопросы инославия, нам надлежит дать исчерпывающее исповедание нашей веры. До сих пор правды о Православии не знает большинство христиан... Пусть все исповедующие Христа узнают, что есть в мире Единая, Святая, Апостольская, Православная Церковь, ведущая к вратам Царства Божия, в неисчерпаемом изобилии обладающая всей полнотой благодатных даров Святого Духа. Пусть всякая христианская душа познает всю неодолимую ничем защиту Церкви, всю полноту благодати святых таинств, всю мудрость отеческого предания и всю силу благодати Божией, неизменно пребывающей в Церкви!»
Теперь, когда мы через 50 лет обсуждаем те же проблемы (натиск Ватикана на Православие и наше участие в экуменическом движений), Деяния Совещания и его Резолюции могут и должны послужить основанием для выработки правильного суждения по этим вопросам. При этом, имея горький опыт многолетнего участия в экуменическом движении, мы можем оценить и те пагубные последствия, к которым привело Православные Поместные Церкви нарушение подписанных в 1948 году Резолюций.

2. ХОД СОВЕЩАНИЯ И ПОВЕСТКА ДНЯ

История созыва Всеправославного Совещания связана с тем, что после войны Православные Поместные Церкви начали испытывать все более сильное давление как со стороны Ватикана, так и со стороны усилившегося экуменического движения. В 1948 году организаторы Амстердамской Ассамблеи, на которой должна была быть создана «экуменическая церковь» под названием «Всемирный Совет Церквей», прислали всем Поместным Церквам, в том числе и Русской, приглашения участвовать в Ассамблее и стать членами ВСЦ. Тогда было решено организовать встречу глав и представителей Поместных Церквей с тем, чтобы они могли обсудить стоящие перед ними проблемы и выработать единую точку зрения.
Московское Совещание было созвано за месяц до Амстердамской экуменической Ассамблеи и проходило с 8 по 18 июля 1948 г. Главы и представители всех Автокефальных Православных Церквей были приглашены в связи с празднованием 500-летия Автокефалии Русской Православной Церкви.
В Москву приехали делегации и Автокефальных Церквей из 13. Иерусалимский Патриарх не смог приехать из-за войны в Палестине и осады Иерусалима и впоследствии одобрил все решения Совещания. Отказалась от участия Кипрская Церковь, а представители Греческой и Константинопольской Церквей прибыли только на празднества и в работе Совещания не участвовали. Это неучастие, а также попытки воздействия на других участников с целью сорвать принятие ряда решений объясняются"тем, что ко времени Московского Совещания эти Церкви были уже вовлечены в экуменическое движение и дали согласие на участие в Амстердамской Ассамблее.
На пленарных заседаниях и в комиссиях были заслушаны и обсуждены доклады по темам:
1) Ватикан и Православная Церковь;
2) об Англиканской иерархии;
3) о церковном календаре;
4) экуменическое движение и Православная Церковь.
Совещание вынесло Резолюции по этим четырем вопросам и обратилось ко всем христианам мира с Обращением. Документы подписали представители 10 Поместных Церквей — Патриархи: Московский и всея Руси Алексий, всея Грузии Каллистрат, Сербский Гавриил, Румынский Юстиниан и позднее Иерусалимский; от Антиохийской и Александрийской Церквей их представитель митрополит Ливанский Илия, от Польской Церкви архи­епископ Тимофей, от Албанской епископ Паисий и Экзарх Московской Патриархии в Чехословакии архиепископ Елевферий.
Деяния этого Совещания в двух томах были изданы в Москве в 1949 году[1] и уже давно практически недоступны читателю. Поскольку в 1961 г. Русская Православная Церковь под давлением светской власти и вопреки решениям Совещания 1948 г. приняла решение стать членом ВСЦ и пошла на контакты с Ватиканом, Деяния этого Совещания были преданы забве­нию. Переиздать их — задача будущего.

3. ЗНАЧЕНИЕ АВТОКЕФАЛИИ РУССКОЙ ЦЕРКВИ

В XX столетии идеей создания «вселенской церкви» были одержимы мно­гие. Ватикан продолжал усилия устроить «вселенскую церковь», как он ее понимал, то есть подчинить власти папы всех «схизматиков». Протестанты задумали слепить некий союз церквей, наподобие привычных для них об­щественных организаций, вовсе не думая о благодатном единстве. Часть Пра­вославных Поместных Церквей во главе с Константинопольским Патриар­хом немало потрудилась на экуменическом поприще, надеясь возглавить новую экуменическую церковь. Всеправославное Совещание в Москве в 1948 г. объединило тех, кто не мог пойти на унию с Римом, не допускал возможности иметь общение с еретиками в ВСЦ и считал участие в нем пагубным для Православия.
Попробуем выявить сходство в тех церковно-исторических условиях, которые вызвали установление Автокефалии Русской Церкви в середине XV в. и созыв Всеправославного Совещания в Москве в 1948 г. В ту отдален­ную эпоху императоры и патриархи в Царьграде сделали ставку на Запад, рассчитывая получить военную поддержку против наступавших турок. Кон­стантинопольский Патриархат «покачнулся» в сторону Рима и прилагал немалые усилия, чтобы вовлечь в унию все подчинявшиеся ему митропо­лии. С этой целью Константинопольский патриарх, впоследствии униат Иосиф II поставил в Москву митрополитом грека Исидора, одного из активнейших униатов. Этот предатель Православия подписал в 1439 году Флорентийскую унию и обещал папе Евгению повергнуть Русь к его ногам.
В этих условиях автокефалия была единственным средством для сохране­ния Православия. Русская Церковь решилась на объявление автокефалии, то есть на разрыв отношений, но не с Матерью-Церковью, которой сми­ренно подчинялась в течение почти пяти веков, а с Константинопольской птриархией, лишь окончательно убедившись в отпадении ее в унию — в 1448 г., то есть через 9 лет после заключения Флорентийской унии.
Всеправославное Совещание, посвященное 500-летию Автокефалии, бы­ло созвано в 1948 г., когда Вселенский Патриархат еще раз «покачнулся», но теперь уже в сторону «экуменической церкви», рассчитывая возглавить ее. Пятьсот лет назад патриарший престол в Константинополе с 1439 г. ряд лет занимали патриархи-униаты. В XX столетии с 1920 г. Константинополь­ский престол занимали в основном патриархи-экуменисты, обновленцы и масоны. В обоих случаях существовала угроза Единству Соборной и Апо­стольской Православной Церкви: в середине XX века так же, как и в сере­дине XV, во главе Константинопольского Патриархата стояли патриархи, предававшие интересы Православия. В обоих случаях Русская Церковь виде­ла свою задачу в том, чтобы «быть бдительной и твердо хранить Вселенское Православие, переданное нам изначала».
Участники Совещания — и это видно из их выступлений — хорошо сознавали высокий смысл того события, ради празднования которого они собрались в Москве. Именно в Москве, которая в течение долгих столетий неизменно оказывала поддержку и материальную помощь всем Православ­ным Церквам-Сестрам, находившимся в плену у турок. Для них, особенно для Церквей славянских, с Русской Православной Церковью были связаны надежды на защиту от агрессии Ватикана и на сохранение чистоты веры в предстоящей борьбе с экуменизмом.
Отмеченная нами связь времен не ограничивается 1448 и 1948 годами, ее нить тянется через 50 лет и в наше время. И сегодня проблема единства Вселенского Православия, как мы видим, напрямую связана с проблемой сохранения Православными Церквами чистоты православной веры, и опыт прошлого помогает нам найти истинные пути для ее разрешения.
В Резолюции о Ватикане участники Совещания осудили римское папст­во за все новоявленные римские догматы: «Вследствие этого антихристиан­ского нововведения римские епископы причинили громадный вред единству Вселенской Церкви и вообще делу созидания спасения человеков на земле». При этом они подчеркнули, что это определение, осуждающее папство, не является случайным, но оно вытекает из самих принципов древневселенского Православия и повторяет исповедание Восточных Патриархов, выра­женное ими в Посланиях 1723 и 1894 годов.
Участники Совещания рассматривали униональные поползновения Вати­кана и экуменические инициативы протестантства в неразрывной связи как единое наступление на Православную Церковь.

4. ЭКУМЕНИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ И ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ

На пленарном заседании 10 июля 1948 года, посвященном теме экуме­низма, были зачитаны два доклада сторонников участия в ВСЦ (представи­телей Румынской и Болгарской Церквей) и доклад протоиерея Григория Разумовского «Экуменическое движение и Русская Православная Церковь» (См.: Деяния Совещания... Т. 2. С. 87–195), в котором была изложена позиция нашей Церкви. Кроме того, на заседании комиссии по экуменизму высту­пил архиепископ Серафим (Соболев) с докладом на тему «Надо ли Рус­ской Православной Церкви участвовать в экуменическом движении?»
Содержание доклада прот. Г.Разумовского изложено в этом разделе, за­дача которого — дать краткую историю экуменизма, объяснить его суть, а также показать, как и почему Русская Православная Церковь все же стала участвовать в экуменическом движении и к чему это привело. Начнем мы с уяснения того феномена, который всем известен под названием «экуме­низм» и при такой широкой известности далеко не всем понятен, как в отношении своего происхождения, так и преследуемых целей.

а) История экуменического движения

Начальный период (1850–1910). Движение, ныне известное под назва­нием «экуменического», зародилось в протестантской, то есть неправослав­ной, среде в середине XIX века. Его инициаторами были руководители Англиканской церкви в Англии и Америке. Они утверждали, что Единая. Свя­тая, Соборная и Апостольская Церковь перестала существовать, «разъедаемая недугами разделений и взаимного непонимания». В самых неопределенных выражениях они говорили о своем намерении объединить всех христиан в единую «вселенскую церковь». Эти неправославные представления о единой церкви были положены в основу всех позднейших экуменических теорий и организаций.
Первоначально среди англикан и старокатоликов возникла мысль о возможности сближения с Православием и даже о возможности объединения. Начались переговоры по этому поводу. Какое-то время православным казалось, что подобное объединение возможно, и сама идея воссоединения христиан находила горячих сторонников в православной среде. Без учета этого явления в межхристианских отношениях нельзя понять, каким же образом православные были вовлечены в явно антиправославный проект, каковым является экуменическое движение в его современном виде. Многие православные иерархи и богословы верили в искренность намерений протестантов отказаться от своих заблуждений и поэтому стали принимать участие в различных диспутах, конференциях и союзах. Им казалось, что они свидетельствуют истину Православия заблудшим чадам, пожелавшим вернуться в Церковь Христову. Таким образом, истоки современных доводов о «миссии Православных Церквей в ВСЦ свидетельствовать об истинах веры с целью обращения неправославных» восходят к тому времени, когда иллюзии относительно экуменического движения еще не были рассеяны. Повторяемые сегодня, эти доводы являются просто неубедительными оправданиями.
Говоря о начальных причинах возникновения этого нового движения, протоиерей Григорий Разумовский в своем докладе сказал: «Именно секты, как и все протестантство в целом, уже почувствовали голод по благодати Божией, которая дается только в таинствах Церкви. Эти ветви Единой Церкви, оторвавшиеся от ствола ее, хотели укорениться самостоятельно и образовать самостоятельные церкви... В какое бы сочетание эти ветви между собою ни вошли, они могут образовать лишь веник плодовых ветвей, неминуемо подвергающихся засыханию... Перед этим движением, названным новым термином «экуменическое», т.е. вселенское, в смысле горизонтального охвата вселенной, стоит вопрос не о воспрививке отпавших церковных ветвей к основному стволу Церкви, а об объединении всех христианских исповеданий в совершенно новую, экуменическую церковь».
Масонские корни движения. Сразу стоит сказать о том, что не только «чувство голода по благодати» привело протестантов к идее создания «вселенской церкви». Сама идея была разработана еще в начале XVIII века в недрах английских масонских лож. На Совещании 1948 г. о масонском происхождении экуменизма говорилось открыто, были приведены конкретные факты и высказывания самих масонов по этому поводу. «В лоне наших Ателье», как говорят они сами, всегда шла речь об «объединении человечества» и «установлении нового мирового порядка», для нужд которого требовалось создать и новую «вселенскую церковь». В журнале «Le Tample» (официальный орган франкмасонства Шотландского ритуала, названный в память Тамплиеров) в № 3 за сентябрь-октябрь 1946 г. в статье «Объединение церквей» содержится следующее признание масонством своих заслуг в этой области:
«Проблема, выдвинутая проектом объединения церквей... близко интересует масонство и является близкой масонству... Если это объединение... стоит на верном пути, то этим обязано немного и нашему Ордену. Во всяком случае при возникновении первых экуменических конгрессов вмешательство наших англо-саксонских скандинавских братьев было определяющим и их деятельность была неустанно направлена на организацию христианского единства».
Не удивительно поэтому, что экуменическое движение в организационном, финансовом, и, главное, в идеологическом отношении не было ни новым, ни самостоятельным, а лишь частью масонского проекта по созданию нового мирового порядка. В наше время, когда Мировое Сообщество стало реальностью, понимать истинное положение дел с экуменизмом как одной из масонских структур чрезвычайно полезно. Не сознавать этого, делать вид, что это всего лишь сугубо религиозное движение, изолированное от других международных структур типа ООН, МВФ и НАТО, — значит сознательно закрывать глаза на действительное положение дел.
Термин «экуменизм». В 1910 г. один из самых влиятельных активистов движения, его «апостол» масон Джон Мотт придумал для него название. Он воспользовался греческим словом «ойкумена» — вселенная и произвел от него «экуменизм» — слово для всех малопонятное и умело прикрывающее смысл и цели движения. Двусмысленность термина позволяла использовать его в привычном для православных сочетании «Вселенская Церковь». При этом православные под Вселенской Церковью продолжали понимать Единую Православную Церковь, а экуменисты — новую, экуменическую. Для многих эта двусмысленность и до сих пор остается непонятой, как, впрочем, и остальная ложь экуменизма.
Фонд Карнеги и первый экуменический Союз. Экуменисты сами вовсе не скрывают свое происхождение от масонов, которые решили использовать религиозных деятелей для своих политических целей. Именно они взяли на себя организацию и финансирование громадного проекта по созданию всемирной церкви. Об этом на Совещании 1948 г. говорил Болгарский Экзарх Стефан, сочувствующий экуменической деятельности: «Кроме религиозных, точнее церковных, интересов на мировом горизонте выступили и некоторые политические соображения... Американец Карнеги... дал 2 миллиона долларов и основал фонд для создания международной церковной организации... Жорж Несмит, доверенное лицо Карнеги, только после первой мировой войны смог объехать все страны Европы и Америки и организовать первую конференцию этого Союза летом 1920 г. в С.-Батенберге, в Швейцарии».
По сути именно этот момент можно считать датой основания экуменического движения в его современном понимании. «Первым шагом экуменического движения было дело фондаций Карнеги, имевшее только практическое значение о мире и дружбе среди народов через церкви», — сказал Экзарх Болгарский Стефан. Эти ключевые слова — «фонд Карнеги» и «через церкви» — раскрывают суть экуменического движения как организационной политической структуры в области религиозной. После Первой Мировой войны для политического объединения народов была создана Лига Наций, а для той же цели, но «через церкви» — «Всемирный Союз Международной дружбы посредством церквей». Понятно, почему именно Лига Наций в феврале 1938 г. открыла в своем доме в Женеве помещение для этого «Союза». После Второй Мировой Войны появились их более мощные и влиятельные аналоги: Организация Объединенных Наций и Всемирный Совет Церквей. Организаторы и инвесторы экуменического движения действовали исходя из своих интересов и целей, а в качестве бутафории пользовались авторитетом религиозных деятелей и программные документы оснащали цитатами из Евангелия.
Константинопольский Патриархат и экуменизм. Весь экуменический проект терял смысл без привлечения к участию в нем Поместных Православных Церквей, и некоторые Православные Церкви приняли в экуменическом движении самое активное участие. От имени Православия выступила Константинопольская Патриархия. В энциклике 1920 г. среди целей предлагаемого «Союза Церквей» перечислялись и такие: прекратить прозелитизм и воспитать взгляд на православных не как на чужих; взаимно усиливать дело единения, а для этого ввести общий календарь, устраивать встречи, всехристианские конференции; пользоваться храмами и кладбищами других церквей, «возгревать любовь друг к другу».
Экзарх Болгарский Стефан в своем докладе на Совещании сказал: «Наша Церковь, по собственной инициативе Вселенского Патриарха, предложила основание Церковного Союза по образцу общества народов Лиги Наций». Ясно, что такой проект не основывается на православном учении о Церкви, и что уже в начале 20-х годов «православные экуменисты» этим учением не руководствовались.
Работа по привлечению православных в экуменическое движение была проделана виртуозно. Для создания первых экуменических структур масоны привлекали людей, искренно озабоченных безблагодатностью протестантизма. Фонд Карнеги обеспечил экуменический проект реальными капиталами, а духовный авторитет первых «искренних экуменистов» обеспечил, так сказать, «первичный духовный капитал», которым политическое масонство пользуется вот уже многие десятилетия. Во всех учредительных мероприятиях участвовали представители Константинопольской Патриархии и зависимых от нее Александрийской, Болгарской и Элладской Церквей, а также русских эмигрантов, находящихся в юрисдикции парижского митрополита Евлогия (евлогианский раскол). И этих раскольников, как называет их протоиерей Г. Разумовский, на экуменических конференциях именовали представителями Русской Православной Церкви, лицемерно вздыхая на тех же конференциях о «мученическом и исповедническом» состоянии Церкви в большевистской России.
Но не все русские эмигранты посчитали возможным участвовать в экуменическом движении. Протоиерей Григорий Разумовский заявляет: «Русская Православная Церковь благодарит Бога за то вразумление, которое Он дал нашим зарубежным русским братьям, понявшим всю отдаленность от истинной церковности деяний и намерений Оксфордской конференции 1937 г. и удержавшимся от вступления в экуменическое движение на Карловацком соборе 1938 г.»
На состоявшемся в Югославии в 1938 г. «Втором Зарубежном Соборе Русской Православной Церкви за границей» по проекту докладчика епископа Серафима Потсдамского было вынесено решение «воспретить своим чадам участие в экуменическом движении, стоящем на принципе равенства всех христианских религий и исповеданий». В резолюции этого Собора отмечалось, что «в возглавлении этого движения принимают участие лица, не только чуждые Православию, но и близкие к антихристианским масонским обществам... в этом движении, с другой стороны, участвуют люди вполне искренние, ищущие истины, любящие Православие и стремящиеся к нему».
Вот это участие людей искренних и служило причиной постоянных колебаний многих православных людей в отношении к экуменизму, и его масонские организаторы всегда умело пользовались этой приманкой.
Экуменические союзы до войны (1920–1938). Продолжим обзор экуменического движения, следуя докладу протоиерея Г. Разумовского.
Итак, в начале 20-х годов, когда в России бесчинствовали живоцерковники-обновленцы, а Церковь подвергалась страшным гонениям, на Западе были созданы первые экуменические движения и союзы:
1. Для организации — «Всемирный Союз международной дружбы через посредство церквей»;
2. Для единства церквей — «Вера и Устройство»;
3. Для практического сотрудничества — «Жизнь и деятельность».
Экуменисты почти ежегодно собирались на разные конференции. В 1937 году прошли Эдинбургская и Оксфордская Всемирные конференции. Как отметил в своем докладе архиепископ Серафим (Соболев), «эта конференция протекала при полном масонском засилии. Отсюда понятно, кто стоит за экуменическим движением. За ним стоят исконные враги Православной Церкви — масоны». Уже тогда в повестке дня вместо вопросов о благодати, Царстве Божием, таинствах и понимании церковного единства появились откровенно масонские формулировки: «идея экуменической церкви», «трудности, встречающиеся на пути установления международного порядка» и т. п.
Изобретатель термина «экуменизм» масон доктор Дж. Мотт явился автором программы из 17 пунктов, которая была принята на Эдинбургской конференции и послужила основой для разработки конкретного плана организации «Всемирного Совета Церквей» (ВСЦ). Приведем некоторые из этих пунктов: «2. Богословское воспитание. 3. Развитие экуменического сознания. 4. Исследовательские кружки. 6. Взаимная помощь церквей. 11. Юношеские организации (ИМКА, РХД и др.). 15. Территориальное и экуменическое единство. 17. Всемирный Совет Церквей[2].
Показательно, что масон Дж. Мотт был одновременно председателем ИМКА — Всемирной студенческой федерации, созданной в 1895 г., и «всех юношеских мировых союзов молодежи». «При его содействии создана в Париже Религиозно-философская академия (под руководством Николая Бердяева), издавался журнал «Путь», куплено Сергиевское подворье, открыт Богословский институт, основано издательство «ИМКА-Пресс»». И он же стал одним из пяти сопредседателей ВСЦ.
Приступая к разбору этих 17 пунктов «апостола» экуменизма Дж. Мотта, протоиерей Г. Разумовский подчеркивает, что «цель создания будущей экуменической церкви в одном — стать влиятельной международной силой», а также что «идея экуменической церкви — всемирный коллективный папизм». «Стоит ли после всего этого разбирать остальные шестнадцать пунктов? Уже перечень их названий говорит об их служебной цели интересам какой-то международной силы, составившей план (хотя бы и духовного) овладения миром при помощи сонма так называемых церквей многоразличных названий».
В мае 1938 г. на Конференции в Утрехте план создания экуменической церкви (первоначально в виде Всемирного Совета Церквей) был разработан. Его утверждение задержалось из-за разразившейся мировой войны и было отложено до Всемирной Ассамблеи в Амстердаме в августе 1948 г., для участия в которой были приглашены все Православные Церкви, и в том числе впервые Русская.

б) Русская Православная Церковь и экуменизм (1910-1961)

В своем докладе протоиерей Григорий Разумовский не рассматривает отношение к экуменизму дореволюционных русских архиереев и богословов. Поэтому, скажем кратко и об этом.
Суждения архиепископа Илариона (Троицкого) об экуменизме. В1916 году комиссия по устроению Мировой конференции христианства уже издала агитационные брошюры и разослала их по всем странам, в том числе и в Россию. Несколько русских иерархов были вовлечены в дискуссию. Архиепископ Харьковский Антоний (Храповицкий) опубликовал ряд трактатов в журнале «Вера и Разум». Владыка откровенно и решительно делал свои возражения, за что был объявлен экуменистами «ультраконсервативным элементом».
В полемике принял участие архимандрит Иларион (Троицкий), впоследствии архиепископ. В письме секретарю комиссии Р.Гардинеру он, защищая архиепископа Антония от обвинений в излишней строгости, писал: «В вопросах веры возможно только одно строгое Православие, здесь может быть только истина или заблуждение, но не может быть более или менее строгой истины» (Архимандрит Иларион (Троицкий). Христианства нет без Церкви. М., 1991).
В своих сочинениях архимандрит Иларион говорит о необходимости определенности и откровенности суждений, то есть тех самых качеств, которых на исходе XX столетия так недостает во многих церковных документах, поясняющих отношение к тем или иным проблемам. Сам он писал ясно и вполне определенно: «Все христианские исповедания не могут принадлежать к Единой Вселенской Христовой Церкви, но одно из них есть истинная Церковь, а все прочие — внецерковные сообщества. Для меня единственная истинная Церковь есть Церковь Православная».
Письмо архимандрита Илариона (Троицкого) было написано 18 января 1917 года, то есть за несколько недель до отречения царя Николая Александровича от престола и за полтора года до его мученической кончины. Земля была охвачена антихристианскими силами, которые, по попущению Бо-жию, захватили власть и в России. Начались страшные гонения, из церковной среды безбожная власть сумела завербовать людей, согласившихся разорить Церковь Христову и устроить на ее месте новую, обновленческую. И все эти десятилетия, когда экуменисты трудились над построением новой вавилонской башни с надписью над входом «Всемирный Совет Церквей», не без воли Божией Русская Православная Церковь была избавлена от соблазна экуменизма.
Именно с этого замечания начинает свой доклад протоиерей Григорий Разумовский: «Не без воли Божией сложились обстоятельства, вследствие которых Русская Православная Церковь в течение многих лет находится в стороне от церковной деятельности и движений богословской мысли в прочих христианских исповеданиях... Ни один представитель Русской Православной Церкви не был ни на одном экуменическом совещании».
И вот в 1948 году впервые было получено приглашение не просто участвовать в очередной конференции, но стать членом экуменической церкви. Далее события развивались следующим образом:
1948 г. — на Московском Совещании Глав и Представителей Автокефальных Православных Церквей по докладам протоиерея Г.Разумовского и архиепископа Серафима (Соболева) было решено не вступать в ВСЦ и не участвовать в экуменическом движении;
1961 г. — на заседании Священного Синода по докладу известного экумениста и филокатолика митрополита Никодима (Ротова) было принято решение о вступлении в ВСЦ, и оно было одобрено на ближайшем Архиерейском Соборе;
1990-е годы — начались протесты против членства Православных Поместных Церквей в ВСЦ. Еще в 1987 году от участия в экуменическом движении отказалась Иерусалимская Церковь; в 1997 году вышла из ВСЦ Грузинская Церковь, а в Русской появились первые обращения от отдельных епархий, монастырей и групп клириков и мирян с призывом выйти из экуменических организаций;
1997 г. — на Архиерейском Соборе в ответ на протесты было решено отложить решение о выходе из ВСЦ до следующего Всеправославного Совещания;
1998 г. (с 29 апреля по 2 мая) — состоялась Межправославная Встреча в Салониках (Греция), на которой было решено продолжать «православное участие» в экуменическом движении, несмотря на отмеченные участниками Встречи существенные недостатки в нем. Болгарская делегация покинула Встречу в Салониках, и Болгарская Церковь приняла решение о выходе из ВСЦ.

Чтобы понять суть экуменизма и значение «православного участия» в этой всемирной акции по уничтожению Православия, прежде всего следует встать на более общую точку зрения, которой и придерживались участники Всеправославного Совещания 1948 г. Вкратце она сводится к следующему. XX столетие проходит под масонским девизом объединения человечества во всех сферах жизни: единое мировое правительство, единое экономическое пространство, единая «экуменическая церковь» и единое информационное пространство.
Политика. В политическом отношении работа по созданию Мирового Правительства выразилась в создании разного рода организаций типа Лиги Наций и ООН. «В нашем понимании экуменическая церковь хочет стать ни более ни менее как общественным органом, параллельным ООН... Совсем недавно «Экуменический Совет» утвердил положение о своем представительстве в ООН», — говорил в 1948 г. протоиерей Г. Разумовский. С годами эти связи ВСЦ с ООН окрепли, и уже в 1954 г. генсек ООН Хаммершельд на очередной экуменической Ассамблее «подчеркнул близость и существенную однородность в работе двух организаций: с небольшой перестановкой акцентов они ставят перед собой те же самые задачи».
Экономика. В экономическом отношении цель состоит в установлении универсального «экономического порядка», и этой цели служат: концентрация капиталов в Едином Всемирном Банке, упразднение таможенных границ, переход на единую мировую валюту и установление единого социального строя. И на этом, казалось бы, далеком от учения Христа поприще перед экуменистами поставлены определенные задачи. Свою экономическую программу на Конференции в Оксфорде они назвали «Христианским учением об экономическом порядке». По поводу этого учения протоиерей Г. Разумовский сказал: «Наше мнение — экуменическая церковь хочет вступить в борьбу на социальном и экономическом поприще в погоне за ненужным и погибельным для души христианина мирским влиянием». По ее собственному признанию, цель состоит в том, чтобы «организовать свой собственный общественный строй», или, говоря современным языком, новый мировой порядок.
Религия. Устроители этого мирового порядка, естественно, не могли пустить на самотек то, что относится к области религии. Программа создания новой «экуменической церкви» потребовала особой организационной структуры, и ею стал в 1948 году Всемирный Совет Церквей (ВСЦ). Цель этой псевдорелигиозной организации сводится к «созданию сверхнациональной экуменической церкви для приобретения международного влияния на мирскую, в частности — экономическую жизнь народов». Об этом говорил и Святейший Патриарх Алексий I (Симанский): «Организованная по экуменическому плану церковь угрожает стать ближе к земле, чем к небу».
Итак, все, казалось бы, разнородные направления жизни человечества охватываются единой идеологией и ведут к одной цели, сформулированной для «профанов» в специальных, скрывающих антихристианскую сущность терминах. В области политики — это «мир без границ», «принципы демократии, защита прав человека и так называемых общечеловеческих ценностей»; в экономике — «единое экономическое пространство»; в религиозной области — экуменизм, или идеология «единого духовного пространства». К концу XX века решающую роль в распространении этой идеологии стали играть электронные средства массовой информации, обеспечивающие единое информационное пространство.
Такое понимание антихристианской сущности происходящей «унификации» всех сфер жизни позволило участникам Совещания 1948 г. дистанцироваться от экуменизма, определенно заявить о невозможности своего участия в этом антиправославном проекте, с тем, чтобы успешнее продолжать «заниматься исключительно духовным руководством к Царствию Божию».
Приведем еще некоторые высказывания из доклада протоиерея Григория Разумовского:
«Намереваясь устроить экуменическую церковь, мы вправе спросить себя: какие плоды она даст и какие признаки готовности их... Скажем прямо, экуменическая церковь может быть корпоративно единой по внешнему устроению — вселенской, но Святой и Апостольской она не будет. Нам не по пути с такой церковью».
«Экуменическое движение, как и всякое ранее имевшее место униональное движение, не стало народным... Истинно верующий народ, жадно внимающий Слову Божию и старающийся претворить его в жизнь, не пойдет в экуменические храмы. А тот народ, который способен вместе со Словом Божиим принимать материальные подарки и материальное устройство, пусть знает, что вера его не выше веры бесовской: "И бесы веруют и трепещут" (Иак. 2, 19)».
«Наша Церковь не хочет, не может и не должна быть под влиянием нецерковных организаций. Мы будем оберегать свою духовную свободу, как неоценимое сокровище».
Вывод доклада: «Русская Православная Церковь не может согласиться на участие в экуменическом движении», так как убеждается:
1) в коренном противоречии экуменических доводов учению Православной Церкви в деле понимания высших целей христианской Церкви;
2) в необеспеченности дела (догматического и вероучительного) соединения церквей путем и средствами экуменического движения;
3) в близком сродстве экуменической деятельности с другими современными нам нецерковными, политическими, иногда — тайными международными движениями».

в) Доклад архиепископа Серафима (Соболева) [3]

Если доклад протоиерея Г. Разумовского был посвящен обзору истории экуменических организаций и политическому аспекту их деятельности, то архиепископ Серафим (Соболев), полагая, что участвовать в экуменическом движении не следует, привел для обоснования этого мнения доводы догматического, канонического и практического характера. Он напомнил, что в основе экуменического движения лежит идея создания «единой церкви», под которой подразумевается собрание в одно общество как инославных, то есть еретических, «церквей», так и Православной Церкви. Далее он рассмотрел толкования экуменистами других наименований Церкви из девятого члена Символа веры: Святая, Соборная и Апостольская и показал, что экуменические толкования — «это не простое заблуждение, но, в сущности своей, есть ниспровержение нашей православной веры в Церковь. Последняя требует от нас веры в Единую Святую, Соборную и Апостольскую Церковь, с тем, чтобы все эти свойства мы прилагали только и исключительно к нашей Православной Церкви. А «православные экуменисты» ... до неузнаваемости искажают девятый член Символа веры. Православный взгляд под Единой Церковью всегда разумеет одних только истинно верующих православных людей. Наша Церковь никогда не считала еретиков входящими в ее состав, в состав самого Тела Христова. Да и как возможно данную экуменическую точку зрения считать православною, когда Вселенские Соборы всегда предавали еретиков анафеме, т.е. отлучению от Церкви? Очевидно, экуменисты в своем учении о Церкви не признают над собою авторитета Вселенских Соборов». «В итоге получается смешение истины с ложью, Православия с ересями... Православные экуменисты, будучи членами Православной Церкви, в то же время являются членами какого-то вселенского еретического общества с его бесчисленными ересями».
Архиепископ Серафим 50 лет тому назад предупреждал: «Мы должны ожидать большего и большего сокращения числа истинно верующих людей». Он открыто назвал организаторов экуменизма — масонов — и подчеркнул, что их цель — уничтожение Православной Церкви.
Далее он говорил о том, что «православные христиане стали отступать от своего Православия и в своих писаниях, и присутствуя на экуменических конференциях». Что на всех экуменических сборищах происходит совместная молитва еретиков с православными, «но такая совместная молитва возбраняется святыми канонами нашей Церкви, 10, 45 и 46-м Апостольскими правилами»: «Аще кто с отлученным от общения церковного помолится, хотя бы то было в доме, токовый да будет отлучен» (10-е пр.); «Епископ, или пресвитер, или диакон, с еретиками помолившийся токмо, да будет отлучен» (45-е пр.).
После рассмотрения экуменизма с догматической и канонической точек зрения архиепископ сказал и о плодах «экуменической дружбы» между духовными лицами Православной Церкви, с одной стороны, и протестантами — с другой. Понимая эту «дружбу» «в смысле готовности православных объединиться с ними и в их протестантском учении», экуменисты «предаются без всякого для себя удержа неистовой протестантской пропаганде, имеющей своей целью соединение Православия с протестантизмом и уничтожение Православной Церкви. Пользуясь огромными средствами, протестанты... обливают грязью наше иконопочитание, обряды и все Православие... В результате такой пропаганды в православных странах быстро растет множество протестантских сект адвентистов, баптистов, методистов, пятидесятников и других... Если от этой дружбы происходит вред для Православной Церкви, то ясно, что дружба проистекает от врагов Святой Церкви. В данном случае такими врагами являются масоны».
В заключение архиепископ Серафим (Соболев) призвал Русскую Церковь: «Не будем иметь абсолютно никакого общения с экуменическим движением. Будем в данном случае руководствоваться словами Священного Писания: Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и велиаром? Или какое соучастие верного с неверными? (2 Кор. 6, 14-15). Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых (Пс. 1, 1)».

5. ПОСЛЕДСТВИЯ ВСТУПЛЕНИЯ В ВСЦ в 1961 году

В 1948 г. архиепископ Серафим назвал экуменизм ересью, а потому вопрос, поставленный в названии его доклада, мог бы прозвучать так: «Надо ли православным участвовать в еретическом движении?», — что и было признано в 1948 году безусловно неприемлемым. Шли годы, и, вопреки решению Всеправославного Совещания Поместные Церкви одна за другой становились «членами» ВСЦ. Русская Православная Церковь стала членом ВСЦ в 1961 году под давлением соответствующего отдела ЦК КПСС и благодаря усилиям его протеже[4], экумениста и филокатолика митрополита Ленинградского Никодима (Ротова). В то время, после изгнания непокорного митрополита Николая (Ярушевича), митрополит Никодим уже был главой Отдела внешних церковных сношений (ОВЦС).
Если о Всеправославном Совещании 1948 года сохранились документы и Резолюция, то о процедуре принятия решения о вступлении в ВСЦ, о том, кто и какое имел мнение, ничего неизвестно. Неизвестно, например, был ли поднят наиболее существенный вопрос: как возможно с канонической точки зрения «членство» Единой, Соборной, Апостольской Церкви, которая есть Тело Христово, не в ВСЦ или КЕЦ, но вообще в какой бы то ни было организации?
Как было отмечено в Резолюции 1948 г., вступление во всякого рода политические «советы» и «союзы» совершенно неприемлемо для Церкви, поскольку противоречит самой природе Церкви, ее мистической сущности. Тело Христово, обладая полнотой истины и вселенскостью, не может стать частью чего-либо, оно может только вместить в себя. История Церкви тому свидетель — за две тысячи лет ее существования никогда и нигде ни одна Поместная Церковь не становилась «членом» какой-либо организации. Никогда не существовало Всемирного Совета Православных Церквей, что было бы, возможно, правомерно, но в этом не было необходимости, потому что они пребывали в единстве церковном, и формальное объединение не требовалось.
Когда обществу стала доступна информация об экуменической деятельности, о тех беззакониях, которые творятся на Ассамблеях ВСЦ, церковный народ был возмущен. Не надо было обладать глубокими богословскими знаниями или быть большим знатоком церковных канонов, чтобы понять недопустимость участия православны

Комментарии (1)

Всего: 1 комментарий
#1 | Серафима »» | 09.07.2013 12:51
  
4
Митрополит Пирейский Серафим: своими действиями патриарх Варфоломей создаёт угрозу единству Церкви
Митрополит Пирейский Серафим в связи с визитом Вселенского Патриарха в Милан поставил перед Святейшим ряд вопросов, а в заключение длинного послания выразил обеспокоенность тем, что своими действиями патриарх Варфоломей создаёт угрозу единству Церкви.

Мы приводим небольшой отрывок из послания:



«Какое всеправославное решение? С сыновним дерзновением вопрошаем Вас, Святейший Владыко: приезд Ваш, Вселенского Патриарха, главы Православия, в Милан явился итогом и решением какого Всеправославного собрания? Мы полагаем, что по такому серьёзному вопросу, который затрагивает отношения с еретиками-папистами, следовало бы обратиться ко всем Священным синодам Поместных Церквей за согласием, решением, благословением.


Принятое в православии ведение богословского диалога с иноверцами покрывает ли такие действия, как «совместные службы» и «совместные молитвы»? Из выступлений Вашего Святейшества в Милане проистекает, что Вы учите новой, небывалой, экуменической экклезиологии, которая, безусловно, чужда православной. Вы принимаете еретические экуменические теории о «братских Церквах» и о «двух лёгких».

Вы почитаете еретические собрания католиков и протестантов (лютеран, реформатов ) за «Церкви», равноценные и равночестные Православной. Признаёте ересиарха Папу, кардиналов, пасторов имеющими подлинные таинства, священство и апостольскую преемственность. Вы используете подобное богословие и по отношению к иноверцам (мусульманам, иудеям). Для Вас, Святейший, все эти ереси вкупе с Православной Церковью составляют «Единую Церковь», которая, впрочем, в настоящее время разделена, но движется к своему единству».

И заключение:

«Вы зашли очень далеко. Ваши стопы уже миновали Рубикон. Терпение тысяч благочестивых душ, клириков и мирян, непрерывно иссякает. Ради Господа, отступите назад! Не стремитесь создать расколы и раздоры в Церкви. Вы пытаетесь уладить разногласия, но единственное, чего Вы добьётесь – это разрушенное единство и трещины в фундаменте, бывшем до сего дня твёрдым и монолитным. Прислушайтесь и опомнитесь! Но увы! Долгий путь Вы совершили. День уже склонился к вечеру…».

Источник: briefingnews.gr http://www.agionoros.ru/docs/719.html
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2019, создание портала - Vinchi Group & MySites