8-е октября Прп. Евфросинии Александрийской (V). Преставление прп. Сергия , игумена Радонежского, всея России чудотворца (1392). Прп. Досифеи Киево-Печерской.



8-е октября 2012г.
(25.09.2012 г. по ст.с.)

понедельник 19-ой седмицы по Пятидесятнице.
Глас 1-й.



Прп. Евфросинии Александрийской (V).
Преставление прп. Сергия , игумена Радонежского, всея России чудотворца (1392).
Прп. Евфросинии Суздальской, в миру Феодулии (1250)
Перенесение мощей свт. Германа, архиеп Казанского (1595).
Прмч. Пафнутия египтянина и с ним 546-ти мучеников (III).
Память труса ( землетрясения ) в Константинополе в 447 г.
Прп. Досифеи Киево-Печерской.
Свт. Финбара (Барри), еп. Коркского ( Кельт. и Брит. ).
Мчч. Павла и Татты и чад их: Савиниана, Максима, Руфа и Евгения, Дамасских ( Греч. ).
Св. Николая исп., пресвитера (1941).


Утр. – Мф., 43 зач., XI, 27–30. Лит. – Флп., 235 зач., I, 1–7. Лк., 16 зач., IV, 37–44. Прп.: Гал., 213 зач., V, 22 – VI, 2. Лк., 24 зач., VI, 17–23.



Трапеза

Поста нет.

Богослужебные указания

Понедельник. Преставле́ние прп. Се́ргия, игу́мена Ра́донежского, всея́ Росси́и чудотво́рца.

Прп. Евфроси́нии Александри́йской. Прп. Евфроси́нии Су́здальской (службу зри 18 сентября). Перенесение мощей свт. Ге́рмана, архиеп. Казанского (службу зри 6 ноября).

Приводим порядок бденной службы прп. Сергия Радонежского.




ПРЕПОДОБНАЯ ЕВФРОСИНИЯ АЛЕКСАНДРИЙСКАЯ

Дни памяти: Февраль 15, Сентябрь 25

Преподобная Евфросиния родилась в начале V века в городе Александрии в семье знатных и богатых родителей и была единственным ребенком. Мать Евфросинии умерла рано. Воспитывал девочку отец, Пафнутий, который был глубоко верующим, благочестивым христианином. Он часто посещал монастырь, игумен которого был его духовным наставником. Когда Евфросинии исполнилось 18 лет, отец хотел выдать дочь замуж. Он направился в монастырь к своему наставнику, чтобы получить благословение на предстоящий брак дочери. Игумен беседовал с девицей и дал ей свое благословение, но святая Евфросиния стремилась к иноческой жизни. Приняв тайно пострижение от инока-странника, она покинула отчий дом и решила поступить в обитель, чтобы провести жизнь в уединении и молитве. Опасаясь, однако, что в женском монастыре ее обнаружит отец, она, назвав себя евнухом Измарагдом, пришла в тот самый мужской монастырь, который с детства посещала вместе с отцом. Иноки не узнали переодетую в мужское платье Евфросинию и приняли в свою обитель. В уединенной кел-лии в трудах, посте и молитве святая Евфросиния провела 38 лет и достигла высокого духовного совершенства. Ее отец скорбел о потере любимой дочери и не раз, по совету настоятеля, беседовал с иноком Измарагдом, открывая ему свою печаль, и находил у него духовное утешение. Перед кончиной преподобная Евфросиния открыла скорбевшему отцу свою тайну и просила, чтобы никто, кроме него, не приготовлял к погребению ее тела. Похоронив дочь, Пафнутий роздал все свое имущество нищим и монастырю и принял монашество. Десять лет, вплоть до своей кончины, он подвизался в келлии своей дочери.




ПРЕПОДОБНЫЙ СЕРГИЙ РАДОНЕЖСКИЙ

Дни памяти: Июль 5, Июль 7, Сентябрь 25

Преподобный Сергий родился в селе Варницы, под Ростовом, 3 мая 1314 года в семье благочестивых и знатных бояр Кирилла и Марии. Господь предызбрал его еще от чрева матери. В Житии Преподобного Сергия повествуется о том, что за Божественной литургией еще до рождения сына праведная Мария и молящиеся слышали троекратное восклицание младенца: перед чтением Святого Евангелия, во время Херувимской песни и когда священник произнес: "Святая святым". Бог даровал преподобным Кириллу и Марии сына, которого назвали Варфоломеем. С первых дней жизни младенец всех удивил постничеством, по средам и пятницам он не принимал молока матери, в другие дни, если Мария употребляла в пищу мясо, младенец также отказывался от молока матери. Заметив это, Мария вовсе отказалась от мясной пищи. В семилетнем возрасте Варфоломея отдали учиться вместе с двумя его братьями - старшим Стефаном и младшим Петром. Братья его учились успешно, но Варфоломей отставал в учении, хотя учитель и помногу занимался с ним. Родители бранили ребенка, учитель наказывал, а товарищи насмехались над его несмысленностью. Тогда Варфоломей со слезами взмолился к Господу о даровании ему книжного разумения. Однажды отец послал Варфоломея за лошадьми в поле. По дороге он встретил посланного Богом Ангела в иноческом образе: стоял старец под дубом среди поля и совершал молитву. Варфоломей приблизился к нему и, преклонившись, стал ждать окончания молитвы старца. Тот благословил отрока, поцеловал и спросил, чего он желает. Варфоломей ответил: "Всей душой я желаю научиться грамоте, Отче святой, помолись за меня Богу, чтобы Он помог мне познать грамоту". Инок исполнил просьбу Варфоломея, вознес свою молитву к Богу и, благословляя отрока, сказал ему: "Отныне Бог дает тебе, дитя мое, уразуметь грамоту, ты превзойдешь своих братьев и сверстников". При этом старец достал сосуд и дал Варфоломею частицу просфоры: "Возьми, чадо, и съешь, - сказал он. - Это дается тебе в знамение благодати Божией и для разумения Святого Писания". Старец хотел удалиться, но Варфоломей просил его посетить дом родителей. Родители с честью встретили гостя и предложили угощение. Старец ответил, что прежде следует вкусить пищи духовной, и велел их сыну читать Псалтирь. Варфоломей стал стройно читать, и родители удивились совершившейся перемене с сыном. Прощаясь, старец пророчески предсказал о Преподобном Сергии: "Велик будет ваш сын пред Богом и людьми. Он станет избранной обителью Святого Духа". С тех пор святой отрок без труда читал и понимал содержание книг. С особым усердием он стал углубляться в молитву, не пропуская ни одного Богослужения. Уже в детстве он наложил на себя строгий пост, ничего не ел по средам и пятницам, а в другие дни питался только хлебом и водой.
Около 1328 года родители Преподобного Сергия переселились из Ростова в Радонеж. Когда их старшие сыновья женились, Кирилл и Мария незадолго до смерти приняли схиму в Хотьковском монастыре Покрова Пресвятой Богородицы, неподалеку от Радонежа. Впоследствии овдовевший старший брат Стефан также принял иночество в этом монастыре. Похоронив родителей, Варфоломей вместе с братом Стефаном удалился для пустынножительства в лес (в 12 верстах от Радонежа). Сначала они поставили келлию, а потом небольшую церковь, и, с благословения митрополита Феогноста, она была освящена во Имя Пресвятой Троицы. Но вскоре, не выдержав трудностей жизни в пустынном месте, Стефан оставил брата и перешел в Московский Богоявленский монастырь (где сблизился с иноком Алексием, впоследствии митрополитом Московским, память 12 февраля).
Варфоломей же 7 октября 1337 года принял пострижение в монашество от игумена Митрофана с именем святого мученика Сергия (память 7 октября) и положил начало новому жительству во славу Живоначальной Троицы. Претерпевая искушения и страхования бесовские, Преподобный восходил от силы в силу. Постепенно он стал известен другим инокам, искавшим его руководства. Преподобный Сергий всех принимал с любовью, и вскоре в маленькой обители составилось братство из двенадцати иноков. Их опытный духовный наставник отличался редким трудолюбием. Своими руками он построил несколько келлий, носил воду, рубил дрова, выпекал хлеб, шил одежду, готовил пищу для братии и смиренно выполнял другие работы. Тяжелый труд Преподобный Сергий соединил с молитвой, бдением и постом. Братия удивлялась, что при таком суровом подвиге здоровье их наставника не только не ухудшалось, но еще более укреплялось. Не без труда иноки умолили Преподобного Сергия принять игуменство над обителью. В 1354 году епископ Волынский Афанасий посвятил Преподобного во иеромонаха и возвел в сан игумена. По-прежнему в обители строго выполнялись иноческие послушания. С увеличением монастыря росли и его нужды. Нередко иноки питались скудной пищей, но по молитвам Преподобного Сергия неизвестные люди приносили все необходимое. Слава о подвигах Преподобного Сергия стала известна в Константинополе, и Патриарх Филофей прислал Преподобному крест, параман и схиму, в благословение на новые подвиги, Благословенную грамоту, советовал избраннику Божию устроить общежительный монастырь. С патриаршим посланием Преподобный отправился к святителю Алексию и получил от него совет ввести строгое общежитие. Иноки стали роптать на строгость устава, и Преподобный вынужден был покинуть обитель. На реке Киржач он основал обитель в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. Порядок в прежней обители стал быстро приходить в упадок, и оставшиеся иноки обратились к святителю Алексию, чтобы он возвратил святого.

Преподобный Сергий беспрекословно повиновался святителю, оставив игуменом Киржачского монастыря своего ученика, преподобного Романа.
Еще при жизни Преподобный Сергий удостоился благодатного дара чудотворений. Он воскресил отрока, когда отчаявшийся отец считал единственного сына навсегда потерянным. Слава о чудесах, совершенных Преподобным Сергием, стала быстро распространяться, и к нему начали приводить больных как из окрестных селений, так и из отдаленных мест. И никто не покидал Преподобного, не получив исцелений недугов и назидательных советов. Все прославляли Преподобного Сергия и благоговейно почитали наравне с древними святыми отцами. Но людская слава не прельщала великого подвижника, и он по-прежнему оставался образцом иноческого смирения.
Однажды святитель Стефан, епископ Пермский (память 27 апреля), глубоко почитавший Преподобного, направлялся из своей епархии в Москву. Дорога пролегала в восьми верстах от Сергиева монастыря. Предполагая посетить монастырь на обратном пути, святитель остановился и, прочитав молитву, поклонился Преподобному Сергию со словами: "Мир тебе, духовный брат". В это время Преподобный Сергий сидел вместе с братией за трапезой. В ответ на благословение святителя Преподобный Сергий встал, прочитал молитву и послал ответное благословение святителю. Некоторые из учеников, удивленные необычайным поступком Преподобного, поспешили к указанному месту и, догнав святителя, убедились в истинности видения.

Постепенно иноки становились свидетелями и других подобных явлений. Однажды во время литургии Преподобному сослужил Ангел Господень, но по смирению своему Преподобный Сергий запретил кому-либо рассказывать об этом до конца его жизни на земле.
Тесные узы духовной дружбы и братской любви связывали Преподобного Сергия со святителем Алексием. Святитель на склоне лет призвал к себе Преподобного и просил принять Русскую митрополию, но блаженный Сергий по смирению отказался от первосвятительства.
Русская земля в то время страдала от татарского ига. Великий князь Димитрий Иоаннович Донской, собрав войско, пришел в обитель Преподобного Сергия испросить благословения на предстоявшее сражение. В помощь великому князю Преподобный благословил двух иноков своей обители: схимонаха Андрея (Ослябю) и схимонаха Александра (Пересвета), и предсказал победу князю Димитрию. Пророчество Преподобного Сергия исполнилось: 8 сентября 1380 года, в день праздника Рождества Пресвятой Богородицы, русские воины одержали полную победу над татарскими полчищами на Куликовом поле, положив начало освобождения Русской земли от татарского ига. Во время сражения Преподобный Сергий вместе с братией стоял на молитве и просил Бога о даровании победы русскому воинству.
За ангельскую жизнь Преподобный Сергий удостоился от Бога небесного видения. Однажды ночью авва Сергий читал правило перед иконой Пресвятой Богородицы. Окончив чтение канона Божией Матери, он присел отдохнуть, но вдруг сказал своему ученику, преподобному Михею (память 6 мая), что их ожидает чудесное посещение. Через мгновение явилась Божия Матерь в сопровождении святых апостолов Петра и Иоанна Богослова. От необыкновенно яркого света Преподобный Сергий пал ниц, но Пресвятая Богородица прикоснулась к нему руками и, благословляя, обещала всегда покровительствовать святой обители его.
Достигнув глубокой старости, Преподобный, за полгода прозрев свою кончину, призвал к себе братию и благословил на игуменство опытного в духовной жизни и послушании ученика, преподобного Никона (память 17 ноября). В безмолвном уединении Преподобный преставился к Богу 25 сентября 1392 года. Накануне великий угодник Божий в последний раз призвал братию и обратился со словами завещания: "Внимайте себе, братие. Прежде имейте страх Божий, чистоту душевную и любовь нелицемерную..."


ДОСИФЕЯ (ТЯПКИНА) КИЕВСКАЯ, ЗАТВОРНИЦА, ПРП.

День памяти: 25 сентября

В 1906 г. в связи с состоявшимся 3 годами ранее прославлением прп. Серафима Саровского послушник Киево-Печерской лавры Владимир Зноско на основе преданий подготовил Житие прп. Досифея – насельника Свято-Троицкого Китаевского монастыря, благословившего прп. Серафима на монашеский путь. Экземпляр книги из лаврской библиотеки с автографом автора 1907 г. хранится ныне в отделе коллекций Национальной библиотеки Украины. Автор записал и издал одно из преданий, согласно которому под именем провидца Досифея спасалась девица Дарья из рязанских дворян Тяпкиных. К сожалению, никто из исследователей агиографических текстов не занимался анализом этого Жития. Между тем оно довольно быстро было растиражировано, и вскоре появились его различные вариации. Одно из последних изложений этой версии Жития прп. Досифея по В. Зноско содержится в моей книге "Свято-Троицкий Китаевский монастырь", изданной к 100-летию прославления прп. Серафима.

В 1994 г. Издательский отдел Украинской Православной Церкви подготовил репринтное переиздание книги Зноско (на основе публикации: Киев, 1911), дополнив его портретом прп. Досифея, на котором преподобный изображен безбородым старцем. В издании 1911 г. данное изображение отсутствует. Повидимому, оно заимствовано из 1-го издания книги Зноско 1906 г., возможно, было выполнено специально для него или в период подготовки к канонизации прп. Серафима Саровского (Зноско не уточнил происхождение портрета). Упоминания о более ранних изображениях прп. Досифея и тем более воспроизведения их в источниках неизвестны. Нет подтверждений и словам Зноско о том, что среди почитателей старца Досифея имел хождение список с его более раннего портрета. Среди вещей Досифея, умершего в 1777 г., портрета не было. Я. Э. Зеленина предположила, что портрет мог быть написан одним из почитателей старца еще при его жизни или сразу же после смерти, однако доказать это невозможно. Портрет прп. Досифея – безбородого старца – воспринимался как подтверждение истории дворянки Д. Тяпкиной, но так могли изображаться и другие подвижники. Например, прп. Никита Печерский, епископ Новгородский, на новгородских иконах также представлен безбородым.

Работая над жизнеописанием прп. Досифея, Зноско, по-видимому, осознавал отсутствие убедительных доказательств в предании о Дарье Тяпкиной, в результате чего в конце составленного Зноско жизнеописания Досифея, как можно думать, появился рассказ об узнавании старца-девицы его сестрой: "И только по смерти Досифея, когда сестра его во второй раз приехала в Киев и, не застав старца в живых, стала осведомляться о его жизни и взглянула на его портрет, всем стало известно, что затворник Киево-Печерской лавры Досифей был не мужчина-монах, а девица Дарья из рода рязанских дворян Тяпкиных".
Косвенным доказательством такого отождествления послужила и якобы имевшаяся посмертная записка Досифея, которая приводится Зноско, но не упоминается ни в других жизнеописаниях старца, ни в сохранившихся документах: "Тело мое приготовлено к напутствованию вечной жизни; молю вас, братия, не касаясь, предать его обычному погребению". После издания книги Зноско существование этой ничем не подтвержденной записки не вызывало сомнений у почитателей старца. Более того, данный "факт" дал пищу новым вымыслам. Так, в 1999 г. была переиздана вышедшая впервые в 1960-х гг. в Мюнхене книга И. Н. Никодимова "Воспоминание о Киево-Печерской лавре", в которой к неверно пересказанному повествованию о "Досифей-девице" добавлено то, что, братия вопреки завету старца переоблачили его, с удивлением обнаружив, "что старец Досифей был женщиной". В "Воспоминаниях" приведен текст с надгробной плиты старца, который больше нигде – ни в источниках, ни в литературе – не значится: "Здесь покоится прах Досифей-девицы", несмотря на то что надпись с реально существовавшего памятника процитирована Зноско: "1776 года сентября 25 умре Досифей", скорее всего, она сохранилась со времени установления первого надгробия, о котором писал Киевский митрополит Евгений (Болховитинов). В начале 1990-х гг. на предполагаемом месте захоронения старца установлен памятник с надписью: "Рясофорный монах Досифей. Ск. 25.IX.1776 г. Господи, упокой душу раба Твоего в селениях праведных. Вечная память".

"Собственноручной" записки монаха Досифея быть не могло, поскольку, по известным документам, он был неграмотен. Можно на это возразить, что старец юродствовал, скрывая дворянское происхождение. Однако такое утверждение, которым Досифей отождествляется с дворянкой Д. Тяпкиной, противоречит повествованию Зноско, в котором неоднократно подчеркиваются начитанность и широкая образованность рязанской дворянки. Кроме того, прп. Досифей канонизирован не как юродивый, а как прозорливец и затворник. Лишь один эпизод в жизнеописании Зноско, изложенный в примечании, позволяет предположить, что именно за юродство старец вторично был переведен из кельи на территории Дальних (Феодосиевых) пещер лавры в Китаевскую пустынь Однако и этот факт опровергается в отношении причины перевода документами, которые публикуются в качестве приложения к настоящей статье.
Впервые версия о том, что за беглого крестьянина Досифея выдавала себя Д. Тяпкина, была изложена в издании 1873 г. Соловецкого патерика, в рассказе о бывшем келейнике старца Досифея пустыннике Феофане. Причины отождествления в тексте не указаны. В 1884 г. А. Лашкевич опубликовал посвященную Досифею Китаевскому рукопись из своего семейного архива, текст датируется концом ХVIII в. Можно с большой долей вероятности утверждать, что этот вариант жизнеописания прп. Досифея послужил основой для последующих редакций. О происхождении прп. Досифея в рукописи Лашкевича сказано, что он был из "великороссийских крестьян". Уместно напомнить, что митрополит Евгений (Болховитинов), обращаясь в 1826 г. к истории Китаевской пустыни и упоминая о Досифее, не привел данную легенду.

Последнее, отредактированное переиздание сочинения Зноско было предпринято в 2003 г. В тексте были сделаны перестановки, внесены дополнения, комментарии, однако отождествление святого с Д. Тяпкиной сохранилось (в текст внесены и более новые, не подтвержденные легенды о старце, к примеру, об указании прп. Досифеем пути в Кыркул прп. Паисию (Величковскому), о чем прп. Паисий в автобиографической повести не сообщает, в своих записях о Китаевской пустыни прп. Паисий не упоминает и старца Досифея). В 1994 г. прп. Досифея, затворница Киевская, которая причислена к лику святых, на новых иконах изображается уже в Соборе святых жен. В надписях на иконах и в литературных произведениях последнего времени о прп. Досифее все чаще пишут как о женщине – прп. Досифея. Опираясь на жизнеописание Зноско и портрет, помещенный в его книге, современные художники, изображая подвижника, все более смягчают черты его лица, тем самым закрепляя в сознании людей образ прп. Досифея как девицы.

Между тем, поминая по церковному календарю прп. Досифею, следует продолжить биографическое последование личности, стоящей за этим монашеским именем. В фонде Киево-Печерской лавры Центрального государственного исторического архива Украины (ЦГИАК Украины) обнаружены документы, относящиеся ко времени пребывания затворника в Киеве. (Несмотря на встречающееся в некоторых современных работах мнение о том, что прозорливец Досифей и "Досифей-девица" – разные люди, сопоставление архивных документов и произведения Зноско приводит к обратному выводу.) Найденные материалы относятся к 3 важным событиям земного пути подвижника: его поселению в пещере вблизи приписной к Киево-Печерскому монастырю Китаевской пустыни; испытанию, которому подвергся монах Досифей в лавре, когда жил возле Феодосиевых пещер; и, наконец, они содержат свидетельство о завершении земного пути старца. Сопоставление полученной из них информации с "Описанием" епископа Евгения (Болховитинова), публикацией в "Киевской старине" за 1884 г. и некоторыми другими известиями ставит, на мой взгляд, под сомнение подлинность истории о том, что под именем монаха Досифея скрывалась девица Д. Тяпкина.

Поскольку наиболее авторитетным жизнеописанием прп. Досифея на сегодня является произведение Зноско, считаю необходимым сравнить его (в той части, где повествуется о киевском периоде жизни святого) со сведениями, содержащимися в документальных материалах о монахе Досифее.

По версии Зноско, Дарья Тяпкина появилась в Киево-Печерском монастыре в конце 1739 – начале 1740 г. (в 1736 г. она, представившись беглым крестьянином Досифееем, в качестве послушника поселилась в Троице-Сергиевом монастыре, где жила 3 года, затем, опасаясь быть узнанной посещавшими обитель родственниками, покинула монастырь и перебралась в Киев, где была принята архимандритом Киево-Печерского монастыря Иларионом (Негребецким; † 8 января 1740 г.)). По докладу архимандрита Илариона с "беглым крестьянином Досифееем" имел беседу митрополит Рафаил (Заборовский; 1730-1747 гг.), который был удивлен начитанностью и умом собеседника. Киевский митрополит не разрешил Досифею поселиться в монастыре, ссылаясь на императорский указ, согласно которому "ни воинов, ни беглых крестьян без отпускного письма своего помещика принимать в монастырь не велено… приказано… умеющих грамоте не весьма постригать, кроме собственного Императорского Величества указа и синодального определения".

Эта часть повествования Зноско ставится под сомнение архивными материалами, относящимися к монаху Досифею. В документе за 1766 г., где требовалась собственноручная подпись старца, "за него, не умеющего писать", расписался канцелярист духовного собора Григорий Забужский. Если относительно монашеского пострига Досифея имелся специальный императорский указ и синодальное определение, что подразумевается рассказом Зноско о покровительстве Досифею императрицы Елизаветы Петровны, посетившей затворника в 1744 г., то скрывать свою грамотность не имело смысла, тем более после того, как "начитанность" беглого крестьянина обнаружил в личной беседе Киевский митрополит.

По рассказу Зноско, около 1740 г. Досифей выкопал для себя небольшую пещеру за пределами Киева – на Китай-горе, вблизи Китаевской пустыни, где находилось уже "множество ископанных пещер, по которым видно было, что киевские подвижники издревле отходили сюда на строжайшее уединение". Данный рассказ соответствует и архивным материалам, и выводам археологов, проводивших раскопки в этой местности. В отчете об архитектурно-археологических исследованиях пещер Китаевского Свято-Троицкого скита за 1994 г. сообщалось об открытии ранее неизвестной пещеры, анализ конфигурации которой и находок позволяет отнести ее ко времени пребывания здесь прп. Досифе


В ЦГИАК Украины сохранился фрагмент описи дел канцелярии киевского генерал-губернатора М. И. Леонтьева за 1744 г., где упоминается запрос "о жительствующих при Китаевской пустыни в ямах Досифею и Гавриилу, в кого они исповедуются и причащаются". По времени запрос совпадает с посещением Киева императрицей Елизаветой Петровной. Государыня жила в доме архимандрита Киево-Печерского монастыря, где, вероятно, могла услышать о пещерниках. Согласно повествованию Зноско, Досифея она пожелала увидеть лично. По-видимому, запрос из канцелярии генерал-губернатора был связан с интересом правительницы к подвижникам. Несмотря на утверждение Зноско о том, что императрица посетила Китаевскую пустынь, встречалась с Досифеем, после чего последний был пострижен в рясофор, подтверждения этому факту в документах нет. Напротив, в описании пребывания Елизаветы Петровны в Киеве такого рода информация отсутствует. Возможно, Зноско заимствовал этот эпизод из рукописи, опубликованной Лашкевичем.

В изложении Зноско, после пострига Досифея в рясофор, на котором императрица присутствовала лично, она вручила ему кошелек с деньгами. Простившись с государыней, затворник оставил кошелек при входе в пещеру, а когда к нему пришел крестьянин из селения Пирогово, Досифей велел ему забрать деньги и распорядиться ими по собственному усмотрению. "Тогда удивленный крестьянин немедленно отнес кошелек в Киево-Печерскую лавру и представил духовному собору… С общего совета соборных старцев и с согласия монаха Досифея решено было на эти деньги выстроить в селении Пирогове церковь… В то же самое посещение Китаевской пустыни государыня императрица изволила пожаловать братии сей пустыни 1000 рублей".

Из дела за 1744 г. о пожалованных Елизаветой Петровной Киево-Печерскому монастырю деньгах следует, что, помимо значительных сумм, дарованных непосредственно Киево-Печерской обители, императрица вложила в Китаевскую пустынь 1 тыс. руб.; деньги в пустынь доставил полковник Василий Чуйков. Сумму должны были распределить следующим образом: на храм – 200 руб., иеросхимонаху Феодосию – 200 руб., иеросхимонахам Андрею, Василию, Кондрату – по 60 руб., иеромонаху Феофилу – 50 руб., иеродиакону Ионе – 50 руб., монахам Маркелу, Исаакию, Садоху, Елеферию, Гавиниану (? неразборчиво.- О. К.), Гаведдаю – по 35 руб., послушнику Стефану – 20 руб., послушникам Лукиану, Иоанну, Дмитрию, Афанасию, Якову, Гавриилу, Игнату, Иоанну, Василию – по 10 руб., по возвращении некоего Стефана ему также должны были передать 10 руб.

С данным пожертвованием связан любопытный эпизод: начальник пустыни иеросхимонах Феодосий, надеясь получить "на церковное и другое той пустынки строение" дополнительные деньги, вероятно из тех 10 тыс. руб., которые были пожертвованы Киево-Печерскому монастырю, обратился в духовный собор, выказывая неудовлетворение суммой, оставленной Чуйковым в Китаеве. Духовный собор резко отреагировал на обращение Феодосия, пригрозив ему штрафом "за… власти своей презрение", и приказал отобрать подаренные насельникам пустыни средства, доставить деньги в монастырь и для дальнейшего распределения членами их духовного собора. 9 октября 1744 г. начальник пустыни писал в монастырь, испрашивая прощения и уверяя в благодарности за пожалование

Таким образом, описанные Зноско важные для жизни Китаевской пустыни события – посещение императрицей и ее присутствие на постриге пещерника Досифея – не находят подтверждения в документах. Не принесли результатов и поиски обязательного для пострига Досифея императорского указа с определением Святейшего Синода, поскольку при постриге пустынника нарушались положения "Духовного регламента" о невозможности пострига "неотпущенного раба", к тому же не достигшего 30-летнего возраста (Д. Тяпкиной в 1744 г. должно было исполниться 23 года).

В заключительной главе произведения Зноско отсутствует четкая хронологизация событий, изложение становится противоречивым. Сказано, что после пострига в рясофор Досифей продолжал жить в пещере, там состоялась его встреча с Прохором Мошниным (в иночестве Серафим) в 1775 г. Дата высчитывается исходя из биографии прп. Серафима: святой родился в 1759 г., в 16-летнем возрасте пришел в Киево-Печерский монастырь, где исповедовавший его иеромонах посоветовал обратиться за наставлением к прозорливому старцу Досифею, уже 26 лет живущему в пещере (из этого следует, что Досифей удалился в затвор в 1749 г., что неверно). Данному эпизоду противоречит также датировка Зноско переселения прп. Досифея в Киево-Печерский монастырь, которое отнесено агиографом к середине 1760-х гг.

По изложению Зноско, преподобный поселился в келье на Дальних пещерах, в келейники ему был определен 17-летний послушник Феофан, из украинских крестьян. В 1774 г. затворник начал тяготиться жизнью на Дальних пещерах. "Уж слишком досаждал ему простой народ, громадными толпами окружавший его келью и постоянно теснившийся у окна. Желая остаток дней своих посвятить исключительно молитве и воздержанию, Досифей в 1775 г. стал просить настоятеля лавры архимандрита Зосиму (Валкевича) о перемещении его снова в Китаевскую пустынь. А потому вскоре с благословения митрополита Киевского Гавриила (Кременецкого) поселился там в уединенной келейке при прудке".

Архивное дело за 1766 г., связанное с событиями, из-за которых живший на Дальних пещерах прославленный старец был переведен в Китаевскую пустынь, позволяет уточнить ход событий. Прп. Досифей действительно мог оставить китаевскую пещеру и получить келью возле Дальних пещер Киево-Печерской лавры после указа о запрете отшельничества (середина 1760-х гг.). Однако по материалам дела известно, что он был возвращен в Китаевскую пустынь в 1766 г., но никак не в 1775 г. Причиной перевода в пустынь стала жалоба на старца бунчукового товарища Федора Савича, который утверждал, что его жена в результате бесед со старцем решила принять монашество, оставила дом и поселилась в киевском Флоровском монастыре. Документы свидетельствуют о широкой известности старца, который к 1766 г. "не только в Киеве, но везде, чуть не по всей России, разглашен затворником и немалым святцем".

Источник также поясняет причину возвращения Досифея в Китаевскую пустынь, которая кроме славы образцовой обители, засвидетельствованной прп. Паисием (Величковским), воспринималась как место ссылки провинившихся. После разбора жалобы Савича духовный собор Киево-Печерского монастыря постановил: "Оного монаха Досифея отправить при ордере в Китаевскую пустынку, с тем чтоб он там жил не затворнически, но в келии… дабы ж он не с кем и разговоров никаких уединенно без присутствия другого брата не имел, о том, как и о всем выше писанном, в надлежащих обстоятельствах накрепко предложить тамошнему отцу начальнику иметь непрестанное наблюдательство и, что происходить будет, рапортовать". Отголоски этой истории и попали в примечание к рассказу Зноско относительно возвращения старца в Китаево: "Существует предание, что Досифей в последнее время своего пребывания в лавре… восприняв на себя высший подвиг Христа ради юродства, начал бегать по городским улицам и обличать народ, почему лаврское начальство и предложило ему переселиться снова в Китаевскую пустынь".

Зноско писал о том, что прп. Досифей скончался 25 сентября 1776 г., эта дата приведена и на современном памятнике старцу (Соловецкий патерик относит его кончину к 1778 г.; в литературе встречаются упоминания о смерти Досифея в 1775 г.). "Дело об умертвии жительствующего в Китаевской пустыни монаха Досифея и об оставшемся по нему имению" свидетельствует, что инок скончался в сентябре 1777 г. Обращает на себя внимание отсутствие письменного рапорта о смерти старца из Китаевской пустыни в Киево-Печерский монастырь, за что настоятель пустыни получил порицание. Случайно или намеренно власти пустыни не подали письменного донесения? Несмотря на то что прп. Досифей по решению духовного собора находился после 1766 г. под особым наблюдением и ему было запрещено беседовать с кем-либо наедине, очевидно, что поток людей, желавших его видеть и получить от него наставление, не иссякал. Возможно, в Китаевской пустыни хотели избежать огласки, чтобы на погребение почитаемого старца не собралось множество людей.

В просмотренных мной списках монахов Киево-Печерского монастыря в 1744-1777 гг. (период документально подтвержденного пребывания Досифея в монастыре и приписной к нему пустыни) встречаются упоминания нескольких иноков с именем Досифей. В 1748-1749 гг. назван "палатный иеромонах Досифей", однако очевидно, что китаевский затворник к этому времени не мог занимать эту должность. В именном табеле 1760 г. упоминается монах Досифей, в миру Дмитрий Скальский, родившийся в 1730 г. в семье священника села Педымок (Польша); он был достаточно хорошо образован, владел русским и латынью, однако на Дальних пещерах и в Китаевской пустыни не жил. Иеромонах Досифей (Рудницкий) принял постриг в 1755 г., т. е. по времени мог быть отождествлен с Досифеем Китаевским, однако о нем сказано, что его откомандировали в Санкт-Петербург. Упоминается в списках и Досифей, живший на Дальних пещерах в 1760 г.42 По-видимому, это и есть прославленный старец, к которому стекался народ со всей России. Мирское имя старца в списках не названо, что можно объяснить его происхождением из великороссийских беглых крестьян, как об этом сообщает рукопись из архива Лашкевичей. Однако такую же легенду, по рассказу Зноско, придумала себе и Дарья Тяпкина. Таким образом, в биографии прп. Досифея еще остаются многие непроясненные моменты, и точку в ее исследовании ставить рано.


Обитель КИТАЕВА ПУСТЫНЬ сегодня

















Комментарии (1)

Всего: 1 комментарий
#1 | Лидия Новикова »» | 07.10.2012 20:17
  
0

Преставление прп.Сергия, игумена Радонежского, всея России чудотворца

В первой половине XIV века возникла знаменитая Троице-Сергиева Лавра. Основатель ее преподобный Сергий (в миру Варфоломей) был сыном Ростовских бояр Кирилла и Марии, переселившихся ближе к Москве в селение Радонеж. В семилетнем возрасте Варфоломея отдали учиться грамоте. Он всей душой жаждал учения, но грамота не давалась ему. Скорбя об этом, он днем и ночью молил Господа открыть ему дверь книжного разумения. Однажды, ища в поле пропавших лошадей, он увидел под дубом незнакомого старца-черноризца. Монах молился. Отрок подошел к нему и поведал свою скорбь. Сочувственно выслушав мальчика, старец начал молиться о его просвещении. Затем, достав ковчежец, вынул малую частицу просфоры и, благословив ею Варфоломея, сказал: «Возьми, чадо, и съешь: сие дается тебе в знамение благодати Божией и разумения Священного Писания». Благодать эта действительно сошла на отрока: Господь дал ему память и разумение, и отрок стал легко усваивать книжную мудрость. После этого чуда в юном Варфоломее еще более окрепло желание служить только Богу. Ему хотелось уединиться по примеру древних подвижников, но любовь к родителям удерживала его в родной семье. Варфоломей был скромен, тих и молчалив, со всеми был кроток и ласков, никогда не раздражался и обнаруживал совершенное повиновение родителям. Обыкновенно он вкушал только хлеб и воду, а в постные дни совершенно воздерживался от пищи. После смерти родителей Варфоломей предоставил наследство своему младшему брату Петру и вместе со старшим братом Стефаном поселился в 10 верстах от Радонежа, в глубоком лесу около речки Кончюры. Братья рубили лес своими руками и построили келью и малую церковь. Эту церковь священник, посланный митрополитом Феогностом, освятил в честь Святой Троицы. Так возникла знаменитая обитель преподобного Сергия.


Вскоре Стефан оставил своего брата и стал настоятелем Богоявленс-кого монастыря в Москве и духовником великого князя. Варфоломей же, постриженный в монашестве с именем Сергий, около двух лет подвизался один в лесу. Нельзя и представить, сколько искушений перенес в это время юный монах, но терпение и молитва преодолели все трудности и диавольские напасти. Мимо келии преподобного Сергия целыми стаями пробегали волки, приходили и медведи, но ни один из них не причинял ему вреда. Однажды святой пустынник дал хлеба пришедшему к его келье медведю, и с тех пор зверь стал постоянно навещать преподобного Сергия, который делил с ним свой последний кусок хлеба.

Как ни старался святой Сергий скрывать свои подвиги, слава о них распространилась и привлекла к нему других иноков, желавших спасаться под его руководством. Они стали просить Сергия принять сан священника и игумена. Сергий долгое время не соглашался, но видя в их неотступной просьбе призвание свыше, сказал: «Желал бы лучше повиноваться, чем начальствовать, но страшусь суда Божия и предаю себя в волю Господню». Это было в 1354 г., когда святитель Алексей вступил на кафедру московского митрополита.

Жизнь и труды преподобного Сергия в истории русского монашества имеют особое значение, потому что он положил начало жизни пустынников, устроив вне города обитель с общиножитием. Устроенная на новых началах обитель Святой Троицы сначала во всем терпела крайнюю скудость; ризы были из простой крашенины, священные сосуды были деревянные, в храме вместо свечей светила лучина, но подвижники горели усердием. Святой Сергий подавал братии пример строжайшего воздержания, глубочайшего смирения и непоколебимого упования на помощь Божию. В трудах и подвигах он шел первым, а братия следовала за ним.


Однажды в обители совсем истощился запас хлеба. Сам игумен, чтобы заработать несколько кусков хлеба, собственноручно построил сени в келье одного брата. Но в час крайней нужды, по молитвам братии неожиданно подавалась обители щедрая помощь. Через несколько лет после основания обители около нее стали селиться крестьяне. Невдалеке от нее шла большая дорога к Москве и на север, благодаря чему средства обители стали возрастать, и она по примеру Киево-Печерской Лавры стала щедро раздавать милостыню и принимать на свое попечение больных и странников.


Слух о святом Сергии достиг Константинополя, и патриарх Филофей прислал ему свое благословение и грамоту, которой утверждались новые порядки пустынного общиножития, заведенные основателем Свято-Троицкой обители. Митрополит Алексей любил преподобного Сергия, как друга, поручил ему примирять враждовавших князей, возлагал на него важные полномочия и готовил себе в преемники. Но Сергий отказался от этого избрания.

Однажды митрополит Алексей хотел возложить на него золотой крест в награду за труды, но Сергий сказал: «От юности своей я не носил на себе золото, в старости же тем более хочу пребыть в нищете» — и решительно отклонил от себя эту почесть.


Великий князь Димитрий Иванович, прозванный Донским, чтил преподобного Сергия, как отца, и просил у него благословения на борьбу с татарским ханом Мамаем. «Иди, иди смело, князь, и надейся на помощь Божию», — сказал ему святой старец и дал ему в сподвижники двух своих иноков: Пересвета и Ослябю, которые пали героями в Куликовской битве.


Еще при жизни преподобный Сергий совершал чудеса и удостаивался великих откровений. Один раз явилась ему в дивном величии Матерь Божия с апостолами Петром и Иоанном и обещала покровительство его обители. В другой раз он видел необыкновенный свет и множество птиц, оглашавших воздух благозвучным пением, и получил откровение, что множество иноков соберется в его обители. Через 30 лет после его блаженной кончины (25 сентября 1392 г.) открылись его святые мощи.


http://days.pravoslavie.ru/Life/life6833.htm
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2019, создание портала - Vinchi Group & MySites