Кто такие старцы?

Иосиф Ватопедский.

КТО ТАКИЕ СТАРЦЫ?

Это звание присвоить невозможно

Старец (или старица, если женщина) - это духовный учитель, руководитель, почитаемый за святость еще при жизни. Как правило, старцами становятся монахи. Явление это древнее, возникшее еще во времена раннего христианства.
- Старчество - это репутация, согласное мнение народа Божия о том или ином человеке, - говорит заведующий службой коммуникаций отдела внешних церковных связей Московского патриархата священник Михаил Прокопенко, - и, разумеется, присвоить это звание кому-то невозможно. Поэтому никакого официального списка старцев не существует. Примечательно, что даже такой безусловно почитаемый человек, как недавно почивший архимандрит Иоанн (Крестьянкин), в официальных церковных документах был назван старцем единственный раз - в соболезновании, направленном по случаю его смерти Святейшим патриархом.


Схиархимандрит Илий. Фотограф Константин Шапкин

Что спросить у старца

Отсутствие четкой регламентации породило множество проблем и для обыкновенных людей, и для иерархов Церкви. На "звание" старца, не защищенное ни церковным, ни светским правом, постоянно покушаются всевозможные аферисты. Зачастую старцами объявляют себя основатели сект. Слабое знание основ православного вероучения, желание получить немедленный результат без сложной, трудной духовной работы увлекают верующих в псевдоправославный оккультизм.
- Любой приходской священник может дать православному вполне квалифицированный ответ на вопрос о вероучении, церковной практике, - говорит отец Михаил Прокопенко. — Но люди ищут старцев. Зачем? Вы думаете, старцам задают вопросы о духовной жизни, о борьбе со страстями? Ничего подобного. Чаще спрашивают, продавать квартиру или не продавать, жениться или нет, а если жениться, то на ком, делать хирургическую операцию или не делать.
- Это плохо?
- Плохо то, что в старцах начинают видеть оракулов и экстрасенсов. Это отход от христианской традиции.

С отцом Михаилом согласен известный православный богослов, профессор Московской духовной академии Московского патриархата Алексей Осипов:
- К старцам, к глубокому сожалению, идут с вопросами бытовыми, а не с духовными, как следует. Крайне редко к старцам, настоящим, к таким, как отец Иоанн (Крестьянкин), приходили с вопросом: как мне победить зависть, злость...
Священник Владимир Соколов в своей книге "Младостарчество*. Соблазны и причины" отмечает, что именно психология паствы порождает лжестарчество: "Не желая меняться, мы хотим переложить ответственность за все, что с нами происходит, на пастыря. Такое бегство от свободы и ответственности выражается иногда в готовности выполнить все что угодно... Такое "послушание" - форма идолопоклонничества, когда через нарушение заповедей происходит измена Богу: старец почитается больше, чем Бог... Предпосылкой такой готовности являются удивительная открытость и доверчивость русского человека, его уступчивость и податливость, его склонность к максимализму, к жертвенному служению. Но такой открытый, наивный и готовый жертвовать собой человек всегда может стать жертвой бессовестного насилия".


"Свят, да искусен"

Настоящий старец, даже если и обладает даром прозрения, не показывает его, скрывает, боясь тщеславия. Старец отличается от лжестарца смирением так же, как целомудренная девица от проститутки. Он прячется от людей, никогда не изобразит из себя ни прозорливца, ни чудотворца, бесов на публике изгонять не будет!
Старец, конечно, должен быть умным человеком. Великие святые писали о некоторых даже действительно святых, но не имеющих достаточного духовного опыта подвижниках: "Свят, да не искусен". Бывают такие "взрослые дети", которые могут давать неудачные советы. Еще один признак - старцами становились после десятков лет безвестности, как, например, Серафим Саровский. Хотя старчество понятие не возрастное, думаю, что он должен иметь достаточный духовный опыт, который приобретается едва ли ранее 50 лет.
Старцы могут творить чудеса, хотя тщательно скрывают это. Но судить о святости человека по совершаемым им чудесам, по мнению профессора Осипова, нельзя. Напротив, по святости человека нужно судить о святости его чудес. Чудо, когда оно от Бога, дает толчок к обращению от греховной жизни, пробуждению молчащей совести. Другого смысла у чудес нет и быть не может. К сожалению, об этом часто забывают.

Борис Клин // Известия

*Младостарец - достаточно молодой человек, не имеющий духовного опыта, претендующий на роль старца.

В 1998 году Священный синод, обеспокоенный развитием лжестарчества, постановил указать священникам на недопустимость к склонению и принуждению верующих "к принятию монашества; несению какого-либо церковного послушания; внесению каких-либо пожертвований; вступлению в брак; разводу или отказу от вступления в брак, за исключением случаев, когда брак невозможен по каноническим причинам; отказу от супружеской жизни в браке; отказу от воинского служения; отказу от участия в выборах или от исполнения иных гражданских обязанностей; отказу от получения медицинской помощи; отказу от получения образования; трудоустройству или перемене места работы; изменению местожительства". И еще пастырям напомнили о "необходимости соблюдения особой пастырской осторожности при обсуждении с пасомыми вопросов, связанных с теми или иными аспектами их семейной жизни".


Старец Петр Афонитис. Фото монаха Харитона Карульского


СТАРЕЦ ПЕТР АФОНСКИЙ ИЛИ АФОНИТИС

Старец Петр Афонитис всю жизнь прожил в пещере св. Петра Афонского, точнее в келье, находящейся у пещеры. Поистине, старец мало чем уступал святому Петру. Нестяжание и пост были двумя неложными опорами его подвига.

Он застал время немецкой оккупации и в те годы, как он сам говорил, он особенно подвизался в аскезе: «я удвоил свои подвиги и сподобился небесных вещей...».

Афонские подвижники ласково называли его Геро-Петракис, по русски это можно перевести "старчик - Петюнчик". Он делал обычное рукоделие - четки и разносил по монастырям.

Как-то раз один неплохой монах стал просить взять его в послушники. Но старец Петр Афонитис ничего не ответил на это...

Прошло некоторое время. Вдруг старчик - Петюнчик является на келью к этому молодому монаху...

Ошеломленный монах воскликнул:

- Отче, что тебе сделать?!

- Дай немного теплой воды. - Сказал старец.

Монах бросился и вскипятил воду...

Тогда старец вынул из-за пазухи немного афонского чая, который называется Дохиарским, или по другому - трава Вуно. Положив чай в воду и перетерев его пальцами, он немного подумал...

Затем он снова полез за пазуху и вынул маленький пакетик сахара. Положив и сахар, старец размешал его и стал пить.

Монах с удивлением наблюдал эту картину.


Вдруг старец сказал:

- Я не возьму тебя в послушники. И ты не приходи более к моей пещере...

- Почему?! - воскликнул монах.

- Потому что я скоро умру... - Закончил старец.

Затем он встал и быстро вышел.

Так и случилось...


Портал Святая Гора. Записано из устных преданий.

Комментарии (2)

Всего: 2 комментария
#1 | Георгий О. »» | 03.10.2012 18:15
  
3
Мир Вам! Часто бывая в монастырях разных стран, все чаще задаю себе вопрос, - что же происходит с нашими монастырями? Понимаю, что прерывалась от Антония данная традиция по вине большевиков. Старчество в советскую эпоху поднялось небывало, а монастырские традиции растворились в миру. И вот монастыри восстали, а продолжают растворяться. Вчера звонит сестра и рассказывает, что были они с мужем в известном мужском монастыре... а там женский хор на клиросе, и на свечах женщины, и убирают. Спрашивает, - может ли так быть? Грустно от этого, потому что быть так не может, и не было. Не соблазняюсь - все же последние времена, но монастыри у нас, как мир... И афониты грустно кивают головами.
Вот случайно наткнулся на интервью грека-схиархимандрита. Его монастырь знаю не по наслышке. Там много святынь, и покой...


СХИАРХИМАНДРИТ ДАВИД (ПСАРАКИС): НУЖНО ПРОДОЛЖАТЬ БОРОТЬСЯ ДО САМОГО КОНЦА.

ЧАСТЬ 1

9 августа 2012 г. Источник: Татьянин День





Схиархимандрит Давид (Псаракис)Схиархимандрит Давид (Псаракис) – насельник монастыря преподобного Давида Эвбейского на острове Эвбея, ученик греческого старца Иакова (Цаликиса), вопрос о канонизации которого сегодня обсуждается в Элладской Церкви. Интервью отца Давида – о том, чем отличаются монастыри и богослужение в Греции и России, о старце Иакове и духовной жизни.

– Отец Давид, Вы впервые в России?

– Нет, во второй раз. Я уже приезжал четыре года назад, но буквально на два-три дня. Сейчас приехал на более долгий срок, чтобы какое-то время побыть в России, поклониться святыням, побывать там, где подвизались русские святые, посмотреть монастыри и увидеть, как живут монахи в России.

Еще одна цель – в каком-то смысле повторить путешествие преподобного Давида Эвбейского, покровителя нашего монастыря, которое он совершил в XVI веке, когда прибыл в Россию для того, чтобы найти деньги и святой покров, чтобы иметь возможность построить монастырь на острове Эвбея. В те времена у нас в Греции был период турецкого владычества и не существовало экономической возможности построить монастырь. Преподобный Давид совершил большое путешествие по России, и ему помогли очень существенно. Поэтому я захотел в каком-то смысле уподобиться преподобному Давиду и также попутешествовать по России, потому что у меня есть большой интерес к ней и к ее святым.

Я прибыл в Россию 18 июля и уже побывал в Оптиной пустыни, Никого-Угрешском монастыре и Троице-Сергиевой лавре, сейчас живу в Сретенском монастыре, собираюсь поехать в Дивеево.

– Монастыри и монашеская жизнь в России сильно отличается от греческих?

– Да, достаточно. Есть существенные отличия в том, как устроена их жизнь. Здесь, в России, я вижу сильную связь и развитое общение между монахами и мирянами, из-за чего в монастыре формируется немного другой климат. Монастырь похож на город или селение: в нем можно найти магазины, гостиницу, купить поесть, причем в трапезных или в гостинице работают миряне. В Греции, если ты приезжаешь в монастырь, чтобы поклониться святыням, всем этим – приготовлением пищи, подготовкой комнаты в гостинице – занимаются монахи, у которых есть такое послушание.
В России все это немного более обезличено. Например, в Оптиной пустыни паломник может жить, не имея никакого общения с монахами, в том числе и паломник-монах. То есть, конечно, ты можешь о чем-то попросить любого монаха, но если он не занимается гостиницей, он не сможет тебе помочь в твоем вопросе, если он не занимается приготовлением пищи, он вряд ли сможет помочь тебе с вопросом о еде. В Греции все устроено немного по-другому. Похожее на наши греческие монастыри я видел в ските Оптиной пустыни, где монах отвечал за все: за еду, комнату и так далее. В больших же русских монастырях можно просто потеряться, как в большом городе, где ты платишь за услуги, и служащие выполняют свою работу. Это немного другой климат.

– А если говорить о последовании богослужений, также есть существенные отличия?

– Да. Что касается времени, утреня в Греции совершается только утром, в России же может совершаться вечером в канун праздника. Немного по-разному во время богослужения перемещаются священнослужители. Во время Великого Входа, когда поминают о здравии, в России поминовение совершают и диакон, и священник, а в Греции – только священник. Что касается вечернего богослужения, в России «Свете тихий» поет хор, а в Греции перед большим праздником это песнопение исполняют не певчие, а священники, выйдя из алтаря. В России немного по-другому, чем в Греции, совершают каждение: во время «Херувимской» кадит диакон, а в Греции – всегда священник, а если богослужение возглавляет епископ, то епископ.

– Богослужебное пение в Греции в России сильно отличается? Нравится Вам, как поют в русских храмах?

– Да, пение отличается очень сильно! Лично мне русское церковное пение нравится, хотя иной раз кажется немного необычным с точки зрения ритма и цели. Оно мне нравится, но не думаю, что такое пение правильно с духовной точки зрения, потому что оно слишком сильно обращено к эмоциям и чувствам. Византийское церковное пение – это пение без эмоций, оно обращено непосредственно к уму, ведь молитва должна быть умной, она не должна вызывать эмоции, и если это пение – не должно быть наслаждения пением. В православном храме мы не используем музыкальные инструменты, потому что музыкальный инструмент изменяет состояние человека, вызывая расположение к наслаждению музыкой. Молитва – это дар Божий, а если она вызывает наслаждение такого рода – это уже не дар Божий. Молитва требует много внутренней борьбы и внутренней работы. Русская церковная музыка связана с западной музыкой, и писали ее классические композиторы, которые старались передать чувства. Для храма нужно другое. Если человек хочет собрать свой ум, трезвиться, быть внимательным в духовной жизни, конечно, для этого лучше подходит византийское церковное пение.

– В Вашем монастыре на богослужении поют все монахи?

– Нет. Монастырь у нас небольшой, всего 11 монахов, и поют только двое.

– Но для византийского пения этого достаточно?

– Не могу сказать, что этого достаточно, но, к сожалению, больших возможностей у нас пока нет, потому что у других монахов есть свои, другие послушания помимо пения.

– Пожалуйста, расскажите о Вашем старце – геронде Иакове (Цаликисе)!

– Отец Иаков пришел в монастырь праведного Давида Эвбейского в 1951 году, когда ему был 31 год, и нашел монастырь в плачевном, разрушенном состоянии. В обители была только одна церковь и 2-3 три кельи, и он понял, что надо заново строить монастырь, причем не только в материальном, но и в духовном плане, потому что на тот момент там подвизались только трое монахов, которые пребывали в плохом духовном состоянии. Старец Иаков столкнулся с огромным количеством трудностей, со многими препятствиями, прежде чем смог осуществить задуманное – чтобы монастырь отстроился и действительно стал общежительным. В течение многих лет он вел борьбу – и молитвой, и постом, и в основе этой борьбы было его великое терпение во время искушений и трудностей, которые происходили и от диавола, и от людей, которые создавали много проблем. Шаг за шагом он смог создать монастырь, и в 1985 году стал его игуменом. На тот момент архимандриту Иакову было 65 лет. С этого времени монастырь стал, если можно так сказать, приобретать имя, становиться известным, и в обитель начали приезжать множество людей, потому что архимандрит Давид своими многочисленными аскетическими подвигами стяжал у Бога многие дарования. Он мог исцелять больных, изгонять из людей демонов, знать будущее, у него был дар предвидения и прозорливости – он видел, что происходит у человека внутри. Он мог посмотреть на человека и узнать все, начиная от имени, какие у него грехи, хорошие поступки, проблемы и чего он хочет. К нему входил человек – и геронда отвечал на волновавшие его вопросы до того, как человек их задавал. Для нас это было повседневной жизнью, мы к этому привыкли.

– Когда Вы сам пришли в монастырь праведного Давида?

– В 1989 году. Тогда я не был монахом и не думал принимать постриг. В монастыре жили три великих старца – отец Серафим, отец Иаков и отец Кирилл. Я пришел к старцу Иакову и был его учеником два года, до того, как в 1991 году старец почил. Именно старец Иаков постриг меня в монахи и дал имя преподобного Давида.
В жизни он был очень простым и очень смиренным человеком, так что внешне совсем не походил на игумена. Очень сильно любил людей и умел найти общий язык с каждым. Кто бы к нему ни пришел – простой человек из деревни, преподаватель, врач, ученый, судья, человек из высших слоев общества, – старец становился на его уровень и начинал говорить на его языке, понимал, как надо общаться, чтобы говорить с душой каждого человека.

– Откуда?

– Это был Божий дар.

– Он знал все и о вас?

– Да.

– И каково жить рядом с человеком, который знает о тебе абсолютно все?

– Просто. Ведь важно, как старец использовал эти знания. К каждому он относился с большой любовью.

Совершенно прекрасным образом он проводил исповедь. Мы приходили к нему в келью и, поскольку стульев не было, садились на пол на ковер (таким образом принято сидеть в Малой Азии, откуда старец Иаков был родом), а старец садился рядом. Он говорил все, что мы сделали или о чем подумали, причем говорил, как бы предполагая: «Может, ты сделал это, может, ты подумал вот это?». И говорил с любовью, с улыбкой. А потом спрашивал: «Что-то хочешь добавить?» А добавить было нечего, потому что старец называл все. Потом он говорил: «не беспокойся», читал разрешительную молитву, и мы уходили. Он никогда не обижал, не оскорблял нас.

Помню, в одно воскресное утро я был в монастырском хранилище, а старец после литургии пошел в трапезную, чтобы поговорить с мирянами. Он говорил им о каких-то примерах, рассказывал истории и так далее. А я был в хранилище и подумал о чем-то нехорошем. Через два дня геронда нашел меня на балконе и позвал: «Подойди, я что-то скажу тебе». Я подошел, и он сказал: «Может быть, в какой-то день ты был в хранилище и у тебя был нехороший помысел и сказал тебе вот это. Не нужно, чтобы это было в твоей голове. Помолись, чтобы он ушел». Он сказал мне ровно то, о чем я подумал! Я ответил: «Геронда, это произошло два дня назад!» – «Не переживай, но не возвращайся к этому». В нем была такая любовь! И она давала ему свободу и радость. Рядом с ним не чувствовался страх.

Архимандрит Иаков (Цаликис)

– А что для вас было самое значимое в то время, когда вы жили у старца?

– То, как старец боролся с искушениями и трудностями до последних секунд своей жизни и учил этому нас. Он говорил, что мы не должны уставать, разочаровываться перед лицом искушений и жизненных трудностей и что нужно продолжать бороться до самого конца. Он находился на высших ступенях добродетелей, и в его жизни всегда возникали трудности, и он говорил нам, что самое важное для нас – иметь терпение и оставаться в том месте, куда пришел. Если пришел в монастырь, до должен жить в нем до смерти, не переходя в другой монастырь, а оттуда – в третий, четвертый. Если женился, надо оставаться в браке и не должен оставлять его, чтобы вступать в новый брак, потом в другой, третий и так далее. Надо оставаться там, где ты есть. Это важно для того, чтобы душа была хорошей, чтобы она возделывалась. Часто мы говорили старцу: «Геронда, я устал, у меня больше нет сил». – «Устал? Разве ты не пришел в монастырь?» – «Геронда, когда же закончатся искушения? Когда закончатся трудности?»– «В гробу, когда мы будем в гробу. Господь любит нас и защищает от опасностей, но терпеть и бороться мы должны до самой смерти, чтобы в последние секунды не потерпеть поражение и не проиграть всю борьбу».

(Продолжение следует. )

Ольга Богданова, Схиархимандрит Давид (Псаракис)
#2 | Георгий О. »» | 03.10.2012 23:30
  
2
Вот порылся в архиве и нашел фото с Эвбеи. К сожалению, не могу всего показать, не благословил настоятель.


Святая святых. Именно здесь хранятся святыни монастыря


Монастырский дворик


Паломница из северной страны


Монастырский иконописец.


Всюду с нами Крест


Еще монастырь


Паломники ждут паром



Странствие по морю и земле сближает духовно


Спаси Бог.
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2022, создание портала - Vinchi Group & MySites