Что в детстве просим,то под старость бросим?


Что в детстве просим,то под старость бросим?

Протоиерей Алексий Денисов (г. Архангельск):
– Чтобы ответить на этот вопрос, нужно определиться: а что такое норма? Мы одним и тем же словом называем иногда совершенно разные вещи. Норма – это и нечто типичное, часто встречающееся. Это и норма как образец, как должно быть.

Да, большинство людей с возрастом становятся тяжелы на подъём, но это не единственная перемена в них. Из положительных можно назвать такую – люди нередко становятся спокойнее, начинают лучше различать свои грехи. Святые отцы говорят: чем ближе к завершению земного пути, чем ближе к встрече с Богом, тем лучше человек видит своё падшее состояние.

Из отрицательных перемен можно назвать то, что по мере слабения тела, вследствие болезней у человека ослабевает воля, становится труднее сопротивляться греху, страстям и, вследствие этого, может произойти кризис веры. В Евангелии в притче о сеятеле мы читаем о зерне, которое сначала возросло, но, как стало припекать солнце, засохло. Сперва нам много даётся, Господь едва ли не на руках несёт новоначального. Потом поддерживает его всё умереннее. Наконец наступает время, когда человек должен научиться управлять своим телом, своими чувствами, своей жизнью, а не подчиняться им.

Царствие небесное нудится, и нужно постоянно принуждать себя двигаться вверх – в духовном, физическом смысле, во всех отношениях развиваться, и тогда будет радость. Ведь что такое радость? Это отклик на то, что душа взмывает ввысь.


http://www.diveevo.ru

Комментарии (4)

Всего: 4 комментария
#1 | Евгения »» | 11.05.2012 13:19
  
2
Иеромонах Амвросий (Стрекачёв) (г. Сыктывкар):
– В духовной жизни есть свои законы, и зачастую они устойчивее законов физических. Чтобы без уклонений шествовать по пути спасения к Царству Небесному, желательно эти законы понимать. Милостью Божией нам оставлены писания святых отцов, из которых мы можем получать необходимые для спасения души знания. Для понимания вопроса, почему происходит упадок и оскудение духовности, мы должны знать, что «сему надлежит быть» и это неизбежно случается практически со всеми. Даже великие святые не избежали подобного. В чём тут дело?

Само призвание человека Богом и дарование ему веры есть действие чрезвычайно обильной призывающей благодати Духа Святого. Только так, только по Божиему изволению, наитием благодати Божией, у человека начинается реальная, а не вымышленная духовная жизнь. И именно благодаря действию этой призывающей благодати человек духовно укрепляется, становится ревностным в благочестии и всё духовное (молитва, пост, устранение от соблазнов и пр.) ему даётся легко, почти с удовольствием. Благодать Божия поддерживает человека подобно любящей матери, которая учит ходить своего ребёнка. Хотя ему в это время может казаться, что он уже кардинально изменился и самостоятельно стал таким ревностным и благочестивым. Здесь важно понимать, что всё это не наше, а Божие, этот недолгий период обязательно закончится и надо быть готовым к этому.

Затем благодать частично отходит, чтобы человек начал трудиться сам, ибо сказано в Священном Писании: «Царство Небесное силою берётся, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11, 12). Но тем и дороже приобретённое трудом в это непростое время оскудения благодати.

Если христианин не унывал и трудился над собой, то к концу жизни Господь явственным образом дарует ему прежнюю благодать, увенчивая подвиг его жизни и уже здесь приуготовляя к вечному блаженству. Поэтому потрудимся с усердием, возлюбленные о Господе, возрастая в любви к Богу и ближнему!

Протоиерей Андрей Кононов (г. Вятка):

От верующих людей много чего интересного можно услышать! Возрастные изменения тут не при чём. У монахов-долгожителей с годами только прибывает мудрости и ясности сердечной! Так что, скорей всего, мы имеем дело с неправильно устроенной духовной жизнью, а ещё точней – с её почти полным отсутствием. Посудите сами: какая это духовная жизнь, если человек постится кое-как, с «послаблениями» («по немощи и по болезни», разумеется, а не самочинно), молиться в глубинах сердца не научился, за душевной жизнью своей не следит, «не трезвится», погружён с головой во все земные дела, чувства и мысли. Ну, ходит раз в неделю на литургию, на праздники, приобщается Таин Христовых постом, молится минут по 10-15 утром и «на сон грядущий», порой сдерживает (а порой нет) срамное слово, нищим медяки подаёт, говорит ближним, что он, дескать, самый-самый грешный, на исповеди по бумажке читает списки выписанных грехов из книжки – вот, собственно, и вся «духовная жизнь»…

А ведь как начиналось! Как Господь благодать Свою в начале вхождения в Церковь изрядно изливал, даром, «туне», без всякого подвоха, чтобы восприняли, почувствовали «жизнь, скачущую в жизнь вечную»… Задаток Господь давал. Всё со временем растеряли, крохи не оставили. Только душа помнит, печалится! К этому ещё присовокупляется и более глубокое постижение собственной души – начинает видеть человек, сколько в нём тщеславных помыслов, импульсов гордыни, жадных похотений, самолюбования, осуждения... А раньше не замечал. Думал, что «хороший да пригожий». Это тоже действие благодати – видение греха своего. Так что лучше тихонько ползти к вратам Царства Небесного, чем на крыльях со страшной скоростью мимо пролететь!
#2 | Евгения »» | 11.05.2012 21:29
  
2

Человек — противоречивое создание. Часто в его душе соседствуют: любовь и ненависть, страх и смелость, скорбь и радость, старость и молодость. Этакое единство и борьба противоположностей. ..
В детстве наивно полагаешь, что будешь жить вечно и старость не наступит никогда. В юности страстно жаждешь возмужания, ибо каждый, кто взрослее тебя, повторяет менторским тоном: «Ты еще слишком молод!». В зрелом возрасте начинаешь ценить часы и минуты, ибо понимаешь, что «время летит», приближается старость. Потом вдруг при­ходит старость, и ты буквально осознаешь слова из песни: «Если б мне года былые дано было возвра­тить...». Вот тогда бы я показал! Горы бы своротил! А сейчас... Где сил взять?.. Молодость не воротишь!
Противоречива натура человека! Сначала ты, как лучшего друга, ждешь своего взросления. А потом, когда это тебя постигнет, ты же сам на­зываешь его словом «старость», «другом» больше не считаешь и желаешь выпроводить «за дверь» как незваного гостя. Теперь ты пытаешься замед­лить время. Думаешь: «Куда я так тороплюсь?». Разглаживаешь морщины, красишь седые волосы, вставляешь зубы, не хочешь, чтобы внуки называли тебя дедушкой... Продлись, счастливое мгновенье... Молодость нон-стоп...
Для кого-то покажется странным, что сравни­тельно молодой человек пытается размышлять о старости. Попробую объясниться. У многих в се­мьях есть пожилые люди: бабушки, дедушки, пре­старелые родители. Моя семья — не исключение.
Если бы я сам находился в преклонном возрасте, то мне, наверное, было бы очень интересно услы­шать, что думают о старости молодые люди. Плюс мои воспоминания о детстве. Куда от них денешься? Они, наверное, совпадут с воспоминаниями моих сверстников: мама и отец постоянно на работе, приходят домой с серыми от усталости лицами. Я отдан на воспитание бабушке. Каждый день я общался с человеком намного старше меня. Она проверяла мои школьные домашние задания, лечила меня от болезней, от нее же я услышал первые слова о Боге. Низкий поклон таким старицам...
Так что же такое старость? Благословение от Бога или проклятие? В Библии много раз встреча­ется сочетание: «в старости доброй». Что же делает старость по-настоящему доброй?
В первую очередь — личное отношение к Богу.
Старость — это сигнал: «Поторопись! Подготовься к вечности. Времени для святого и добродетельного остается очень мало! Примирись с Богом!». Старость сама по себе автоматически не приносит одну только мудрость. Поэтому и гово­рят: «не красна старость годами, а красна делами». Старость напоминает реку с медленным течением, по которой может нестись как хорошее, так и пло­хое, и нужное, и бесполезное. Что-то застревает у берегов, что-то несется дальше. Годы уплывают, как вешние воды, а то, что мы собрали в юности и зрело­сти, — остается с нами.
В Библии есть неканоническая книга премудро­стей Иисуса сына Сирахова. Там об этом говорится так: «Чего не собрал ты в юности, — как же можешь приобрести в старости твоей?». Другими словами: «Что ждать мудрости от старости, если в молодости ты не нашел смысла своей жизни? ». А может быть, ты его совсем не искал?
И вот, не здороваясь, приходит «осень жиз­ни» и приносит с собой забытые грехи юности. Неожиданно открываешь в себе негативные, скры­тые черты натуры. Духовные проблемы и болезни юности вылезают на поверхность. Кто-то погружа­ется в накопительство, другой постоянно ропщет и завидует, иной озлобляется. Это состояние точно от­ражают народные пословицы: «В чем смолоду охота, в том под старость — неволя» или «Чем юность похваляется, тем старость кается».
А мы-то... ожидали от седины мудрости, сте­пенности, рассудительности... Так что же делает старость мудрой и доброй?
Наше собственное отношение к ближним и их нуждам.
Как пастор церкви, я наблюдаю многих пожи­лых людей. Думаю, что они составляют значитель­ную часть прихожан большинства христианских храмов. Пожилые обычно щедро жертвуют, они очень активны в делах милосердия. Я заметил, что если пожилой человек не находит себе утешение в добрых делах, в заботе о ком-то, то он невыносимо страдает от своей старости. Она становится для него жестокой пыткой.
Вспоминаю свои многочисленные посещения дома престарелых. Некоторые его обитатели це­лыми днями одиноко сидят и смотрят в окна. Они медленно умирают — у них похищена возможность о ком-то заботиться. Жизнь потеряла свой смысл. Старость стала наказанием.
Ведь наше бытие приобретает свой смысл только через явление любви.
Недавно в журнале я прочитал историю про фрейлину двора последнего российского императо­ра.1 Она была христианкой и занималась милосерди­ем. После революции она отказалась эмигрировать и до конца 30-х годов совершала труд среди беспри­зорников и обездоленных в нашем городе. В конце концов была репрессирована, попала в колымский лагерь. Прошла все круги земного ада. На закате жизни оказалась в Сибири, в доме престарелых. Там ее случайно встречают молодые верующие ребята из церкви. Бывшая прима царского двора теперь — оставленная всеми старая и больная женщина. Но, что удивительно, она не озлоблена, не потеряла веру, ее дух остался несокрушим. В доме престаре­лых она заботится о своих соседях по палате: кого-то кормит с ложечки, кого-то поднимает, за кем-то перестилает...
Жизнь, отданная Богу, не бывает прожитой напрасно. И никогда не приносит в конце горечь озлобления и разочарования. Человеку жизненно необходимо о ком-то заботиться. В свою очередь, он желает ответного проявления тепла и любви к своей личности. Наверное, поэтому некоторые одинокие пенсионеры часто заводят домашних животных. Им так не хватает любви...
Молодые нередко равнодушны к нуждам пожи­лых... Завидев старика, шипят: «Уходи с дороги! Да побыстрее!». В своем безразличии они напоминают ветхозаветного вавилонского царя Навуходоносора, который не знал пощады ни к слабым, ни к ста­рым...
А между тем есть библейское предупреждение и для молодых: «Не пренебрегай человека в старости его, ибо и мы стареем». Библия учит почтительному отношению к людям преклонных лет. Если старость не вызывает у нас никакого уважения, то постепен­но мы теряем правильное понимание своего места в обществе. Мы не только вырываемся из связи по­колений, но и перестаем правильно осознавать себя. Этим самым мы наносим себе непоправимый ущерб. Отношение пожилого к самому себе делает старость доброй.
В этом смысле я понимаю высказывание: «Нам столько лет, сколько мы сами себе даем». Воистину, душа не стареет. Чем можно измерить ее возраст? Это — тайна, которую невозможно понять нашим разумом.
Старость и молодость дает Бог. Поэтому не сто­ит проклинать собственную старость. Это не мудро! Через веру в Бога она может обретать новую силу, смысл и дыхание. Не случайно в одном из псалмов говорится: «Насажденные в доме Господнем, они цветут во дворах Бога нашего; они и в старости пло­довиты, сочны и свежи, чтобы возвещать, что праве­ден Господь, твердыня моя, и нет неправды в Нем». Старость верующего человека здесь сравнивается с вечно зеленым, цветущим растением. Какой замеча­тельный образ!
Если ты посвятил свою жизнь Богу, то она и в юности, и в старости становится проповедью о Его Величии. И уже нет смысла роптать на уходящие годы. Мудрая, добрая старость становится не нака­занием, а благом.

Алексей Пирогов,
пастор, Санкт-Петербург
#3 | Евгения »» | 11.05.2012 21:45
  
1

К концу жизни человек слабеет силами. Он не может уже выполнять привычную работу. Как правило, к этой поре дети подросли и не требуют заботы, напротив, они сами оказывают помощь родителям. Что же делать пожилому человеку! Наши предки не представляли себе жизни бездеятельной.
«В поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю» (Быт. 3,19), - заповедал Господь.
«Доколе не возвратишься в землю», - то есть трудиться надо до самой смерти. Только деятельность эта в старости другая. Отошла многозаботная, шумная жизнь большой семьи. Не так, как в молодости, тревожит суета мирских перемен. «Пусть себе бежит и меняется время, пусть спешат за ним молодые, а мне пора думать о Вечности. Вспомнить и восполнить то, чего не успел за суетой», - думает пожилой человек.

Последние годы жизни - дар Божий

Никто не знает сроков своей жизни. Умирают младенцы и отроки, юноши и зрелые мужи. Мы во всякое время должны быть готовы дать отчет в своих делах. Но, если человеку посчастливится дожить до старости, пусть воспримет он последние годы, как особую милость, - дар Божий. И отнесёмся к этому дару с благоговением.
Согласно Божиему плану, перемены в жизни, разочарования, неудачи и скорби зрелых лет должны переориентировать человека, заменив ценности земной жизни ценностями небесной жизни. Развитие и созревание плода нуждается в определенных климатических условиях. Подобно тому, как одного солнца было бы недостаточно для его развития, так и одних только радостей и счастья явно недостает для совершенствования человеческого характера.
Жизнь свидетельствует: трудности, скорби, страдания расширяют, обогащают сердце человека. И чем больше оно вмещало их, тем больше оно может вместить подлинной любви. Старость, таким образом, это не злая и неотвратимая участь, она предназначена человеку промыслительно. Если правильно отнестись к своему старению, то этот период жизни становится завершающим периодом для воспитания характера и обогащения личности перед отходом души в Вечность. Как часто, прожив честную трудовую жизнь, но, не стяжав навыка молитвы, поста, исповеди, церковной жизни, люди лишают себя последнего праздника и будущей награды. Иногда мы укоряем молодых празднолюбцев в том, что они прожигают жизнь. Но у тех есть хоть какая-то надежда на перемену. А у праздного старика - нет. Он в праздности своей и вовсе сжигает жизнь. Имеется в виду даже не праздность дел - дела, может быть, какие-то и можно найти (на даче, например), - а праздность стремлений и упований: праздность духа! Кому-то кажется, что нет ничего зазорного в бесполезных длительных беседах, сидении у телевизора, в мечтании за книгой. «Я всю жизнь работала, - скажет иная, - могу я хоть теперь отдохнуть?"
Нет, не для отдыха даны нам эти годы.
«Трудись, доколе не возвратишься в землю», - заповедал Господь.
«Покой и праздность - гибель душе, и больше демонов могут вредить ей», - читаем у преподобного Исаака Сирина.
Праздность порождает пересуды и сплетни, любовь к ненужным новостям, злоязычие, желание роскоши, зависть или уныние и жалость к себе. Праздность может стать отправной точкой любого греха.
Как сказал свт. Иоанн Златоуст: «Душа, не упражняющаяся в добрых делах, а по природе своей непрестанно стремящаяся к деятельности, по необходимости предается злым делам». А святитель Тихон Задонский писал: «Кто в праздности живет, тот непрестанно грешит».
Да уж какие тут грехи на склоне лет? - отмахнётся кто-то.
А грехи всё те же, что и в прежние годы: гордость, гнев, блуд, сребролюбие… Наивно недооценивать разрушительное действие сна души.
«Бодрствуйте и молитесь, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить» (1 Пет. 5, 8), - предупреждает апостол Петр.
«Итак, не будем спать, как и прочие. Но будем бодрствовать, и трезвиться» (1 Фее. 5, 6), призывает апостол Павел. Не случайно так настойчиво и многократно остерегает нас от духовного сна Священное Писание. Сон души - это вечная смерть. Старость - праздник души. Оригинально и мудро распорядилась своими предзакатными годами одна знакомая старушка. Оставила она работу, когда ей было уже около семидесяти лет. И стала проситься у детей в дом престарелых. Дети у нее все хорошие, жили ладно, не ссорились. Растерялись они. Что же это мать, места, что ли, они для нее пожалеют или куска? Зачем такой позор: мать в богадельню? Но старушка крепко на своем стояла. С большим трудом устроили её в интернат. И ведь совсем не потому, что боялась стать обузой для любимых детей, ушла она туда. Искренняя христианка, она боялась бездействия, праздности. Уж и послужила она ближнему напоследок! И уборщицей, и санитаркой, и сиделкой была у себя в богадельне.
«Присядет на полчасика на диванчик в коридоре и опять спешит куда-то. Скребет - моет, моет - скребет, всё - равно, как век не работала!» - рассказывали после ее смерти соседи по интернату. Помню, и молитвенница она была изрядная. Царство ей Небесное рабе Божией Марии.
Хорошим примером может послужить эта женщина тем, кто в преклонном возрасте, вместо того, чтобы задуматься о Вечности, о Творце, стремятся к земному «покою», духовному бездействию: просиживают днями у телевизора, читают бесполезные книги - различные «мыльные оперы» о несчастной любви, проводят в бестолковых беседах с соседками драгоценное время, данное Богом для Спасения. А некоторые, в старости, впадают в очень тяжкие грехи: стараясь создать себе полный покой, создают невыносимую обстановку своим детям, внукам, выгоняют их из своего дома...
Так, одна моя знакомая, на вид интеллигентная женщина (но, к сожалению, только на вид...) - страшно невзлюбила свою невестку за то, что она верующая и её сына привела к Богу. Постоянно укоряла невестку, что та, якобы, отняла у неё сына.
Сын с невесткой терпели все её нападки, лукавство, и, видимо, Господь, видя такую несправедливость, наказывает эту женщину тяжёлой болезнью - раком. Однажды невестка, сжалившись над свекровью, пытается вывести её на откровенный разговор и объясняет, что той надо бы покаяться в своих грехах в Церкви, возможно болезнь её и пройдёт. А свекровь в ответ: «Я безгрешна, не тебе козявка судить о моей жизни..."
Невестка, по простоте своей, взяла да и скажи свекрови: «Как же безгрешна, когда на вас есть тяжкие грехи: аборты, да такое страшное прелюбодеяние, когда вы мужчину увели из другой семьи и тем самым осиротили, оставили без отца двух младенцев...»
Невестка это сказала по-доброму, от всего сердца и никогда никому не разглашала грехов своей свекрови; она просто хотела, чтобы свекровь осознала хотя бы эти тяжкие грехи, не говоря уже о других. Но увы - после этого разговора свекровь взбеленилась ещё пуще прежнего - стала выгонять сына с семьёй, бегала по судам... В конце концов сын с невесткой сами, добровольно, ушли. Вот уж, вспоминая эту историю, действительно права русская поговорка: «Если скажешь умному человеку какое-либо замечание - тот поблагодарит за это, а дураку скажешь - врага наживёшь...» Поэтому уделом пожилого человека должна быть молитва и милостыня, чтобы не было место праздности. Ведь там, где есть праздность - там присутствуют демонические силы, которые толкают пожилого человека на такие страшные поступки, как в вышеприведённом рассказе.
В старости для человека, после многих дней труда, наступает суббота покоя. Покоя от многих житейских забот, покоя от страстей, которые зачастую смиряются к старости. Теперь можно исполнить давнюю мечту: съездить к киевским угодникам или в Оптину. Можно побывать на престольных праздниках, у чудотворных икон. Насладиться беседой с людьми духовными. Можно почитать духовные книги, просветить свой осуетившийся ум. Можно помолиться, не отвлекаясь, не торопясь. Можно побеседовать со своей совестью, испытывая ее на забытые, не видимые прежде, грехи. Господь милосерд. Он дал нам время очиститься покаянием и загладить милостыней свои ошибки. Он дал нам перед концом это время покоя и, может быть, даже телесной немощи для нашего спасения.
Часто старость становится праздником души. Светлая, мудрая, спокойная, старость верующего человека становится, в конечном итоге, самым плодотворным периодом жизни. С точки зрения Неба, все духовные победы осуществлялись, главным образом, не на проповеднических кафедрах, не на виду у народа, а в тайном месте молитвы. Единственная сила, побеждающая зло и освобождающая душу из его смертных объятий, - это сила Духа Святого, а Дух Святой побуждается к действию силой молитвы.
Тот, кто огорчается, что не обладает блестящими дарованиями, яркими талантами, кто даже прикован к постели или инвалидному креслу, напрасно расточает свои печали. Никакие страдания не бесцельны, никакие испытания не случайны. Всё служит нашему спасению. В любом самом отдаленном и уединённом уголке земли неизвестные верующие, скрытые от взоров толпы, участвующие в духовном подвиге верою и молитвами, значатся в «небесной книге» наравне с самыми прославленными и одаренными подвижниками. Воистину судьбы мира - в руках безвестных молящихся святых. Наверное, про таких людей в народе говорят: «Если в юности глаза христианина огнём горят, то в старости глаза стариков излучают свет, - светятся». По сути, главная задача старости - познать великую цель жизни, научиться любить и посвятить остаток дней молитвенному ходатайству не только за себя, но и за близких своих, за весь мир.
Молитва - это тоже труд. Вспомним пророчицу Анну, вдову, «которая не отходила от храма, постом и молитвою служа Богу день и ночь» (Лк. 2, 37).
Ваши родные и близкие, живые и умершие, ждут вашей помощи. Ждут вашей молитвы. Вы свободны от ежеминутной суеты трудовой и семейной жизни, у вас есть время помолиться о них.
Посмотрите, какие длинные списочки-записочки о здравии и упокоении подают старые люди в храме. Может быть, этот старик остался один из всей родни и один молится за всех усопших. Как нужна им его молитва! Он знает свой долг, поминает их, заказывает панихидки, подает записочки.
Делился как-то своим опытом один человек, сам искренний молитвенник: «Бывает день - тяжело на душе, все кажется плохо. А потом вдруг раз - и прошло уныние. Значит, помолился кто-то о тебе. Или бывает, совсем у греха стоишь, да вдруг опомнишься. Опять кто-то помолился».
Если вы испытывали такое светлое легкое чувство, вдруг неожиданно пришедшее на помощь вам, - знайте, и о вас кто-то помолился. Живой или уже умерший. Молитесь и вы за своих. Пусть даже не пришлось вам раньше заботиться о душе своей, молиться, каяться, милоствовать, то начните сегодня, дожив до возраста разумного и ответственного, сказав себе: «До сих пор мы не сделали ничего, начнем труд (душевного спасения) хотя бы теперь».
И тогда скучная праздность сменится праздником, радостью о Господе.
Старость ваша не будет уныла и жалка, она станет колыбелью для нового человека. И к вам будут слова Апостола: «Посему мы не унываем, но, если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется» (2 Кор. 4, 16).

Архив газеты "Пятниыцкое подворье"
#4 | Евгения »» | 14.05.2012 21:38
  
1
Каждый раз, преодолевая очередную круглую цифру, мы страшимся: а что там дальше — после 50, 60, 70? Иной раз кажется — там только болезни, бессилие и одиночество. Есть ли в старости что-то хорошее? Можно ли подготовиться к ней? Как с ней справляться?

Только этап


Можно ли вообще как-то подготовиться к старости, чтобы не бояться ее? Протоиерей Сергий Куликов и священник Владимир Новицкий оба служат в храме Святых Космы и Дамиана в Космодемьянском, под их попечением 800 обитателей пансионата № 1 для ветеранов войны и труда. Оба они единодушны в главном: не надо ни к чему специально готовиться.

«Надо заботиться о сегодняшнем дне, — говорит отец Владимир, — не надо забегать вперед, жить надо в той реальности, в том возрасте, в том состоянии души, которые дал Бог. И не надо думать о старости. Старость надо просто принять. Как мы принимаем все от Бога. И отдавать — и Богу, и людям. Надо постараться и в этом возрасте жить не для себя. Люди часто говорят о том, что надеются в старости на внимание, на утешение, на пресловутый «стакан воды». Пенсионеры часто возмущаются, раздражаются, требуют… Но когда человек все принимает правильно, то все происходит по-другому, Господь посылает ему свет и утешение».

Отец Сергий: «Старость знает, но не может: все силы истрачены. Дух бодр, плоть немощна. И это хорошо. Помните поговорку «В здоровом теле здоровый дух»? Неправильная поговорка: в здоровом теле — здоровый бес! А когда человек немощен, сила Божия совершается в нем. От страха старости человека может спасти только реальное осознание того, что все мы рождаемся, взрослеем, мужаем, старимся и умираем. За исключением Илии Пророка, который был взят живым на небо, все мы должны пройти гробовую доску. И слава Богу, что Господь держит тайну смерти за семью печатями и мы не знаем дня своей кончины. Любой человек, который будет знать час своей кончины, просто сойдет с ума. Очень хорошо, что тайна смерти скрыта от нас всех».

Старые сироты


Но как ее не бояться? Старость — очередное испытание, и не самое легкое. Организм изнашивается, слабеет, многие не хотят принимать болезни и немощи. Но даже хуже того — социальное старение: человек перестает работать, зарабатывать, теряет достаток, прекращает активную деятельность. Уходят друзья и близкие, уходят мужья и жены, приходит одиночество. Притупляется интерес к миру, прекращается познание нового. Руки опускаются, душевные силы оставляют: кажется, уже и пользы никакой не можешь приносить. Старики тоскуют. Просиживают целыми днями у телевизора. Получается, старость — скучное время?

Отец Владимир Новицкий: «У стариков много свободного времени, они, бывает, впадают в зависимость от телевизора. И родственники должны сделать усилие и ввести их в реальную жизнь. Только в реальной жизни можно быть счастливым, почувствовать вкус и увидеть цвет жизни. А когда реальность заменяется другими влечениями, происходит духовное вымораживание. Личность теряет себя, не находя, для чего жить».

Отец Сергий Куликов: «Телевизор — это наркотик. Люди просыпаются — и тянутся к пульту, чтобы его включить, засыпают тоже у телевизора. Обычно это происходит от отсутствия общения. Иногда старики и не смотрят телевизор, и не слушают его даже, он просто фоном работает: просто важно присутствие в их жизни хоть кого-то, а телевизор создает иллюзию, что кто-то присутствует. Просто человеку тяжело одному».

Стариковское одиночество — это еще и социальный феномен, как социальное сиротство. Отец Сергей Куликов замечает: у 70-80 процентов ветеранов в пансионате есть родные и близкие. Но у кого-то дома сложилась невыносимая обстановка — дети пьянствуют, выгоняют родителей, кого-то дети устроили в пансионат, препоручив государству уход за своими стариками. Многие выросшие дети сохраняют тяжелые воспоминания детства — им просто тяжело ухаживать за безумными и беспомощными родителями, причинившими им когда-то столько обид. Наконец, и физически это трудно.

Оба священника уверены: дело еще и в социальном климате. Люди не хотят стареть и не хотят заботиться о других. Считается, что современный человек должен быть молодым, красивым, богатым и успешным. Стариков как будто нет, о них и говорить неинтересно. «Современная установка — заработать и потратить — задает бешеный ритм жизни и обессмысливает ее, — говорит отец Сергий. — И нынешние взрослые не хотят взрослеть, не хотят создавать, хотят только потреблять».

Но и старики — это не всегда мудрые старцы. Чаще приходится видеть вздорных, склочных, вечно всем недовольных бабушек и дедушек. Старость проявляет то, что накоплено за всю жизнь, а накоплено бывает разное. Среди обитателей пансионата для ветеранов войны и труда немало бывших детей советских лет, которые некогда отказались от своих родителей. Теперь от них отказались дети. Иные не могут смириться со своим старением, пребывают в депрессии. Отсюда и проблема стариковских суицидов: «Люди, которые потеряли смысл жизни, которые на все обижены, которые не смогли простить и примириться ни с Богом, ни с людьми, неоднократно пытаются покончить жизнь самоубийством, в этом видя выход из бессмыслицы своего существования», — говорит отец Сергий.

Но и когда старики живут в семьях, заботиться о них бывает трудно: тяжело вынести старческое брюзжание, обиды, интеллектуальное угасание, подступающее безумие.

Отец Сергий Куликов: «Такая проблема есть и у родителей с больными детьми, и у детей с больными родителями. Нельзя выбросить ребенка с синдромом Дауна, нельзя и выбросить маму, если она лежит с пролежнями. Наши дни с родителями сочтены; вряд ли стоит от них избавляться. Надо понести это до конца и проводить родителей по-христиански: уход за ближним не ему, а нам облегчает жизнь. Спросим себя: а как бы это испытание прошел Христос? Своими силами невозможно это понести, а с Божьей помощью — возможно. У нас есть прихожанка, которая сломала шейку бедра; кажется, все, конец. Но к ней приходят другие прихожанки, молятся о ней — по их усердию и ей Господь дает облегчение, она уже начала вставать».

Отец Владимир Новицкий: «Никто не знает, почему возникает болезнь. Есть тайны Божьи. Их не надо понимать — их надо принимать. Может быть, Бог хранит человека от безрассудных поступков, уныния, ропота. Мы не знаем, как живет душа в потерявшем рассудок человеке — но она остается той же бессмертной душой. И отношение к ней должно оставаться прежним: что мы делаем человеку — то делаем Христу. Если старик находится в депрессии — люди должны помочь ему. Может быть, причина такого положения — духовная болезнь, тогда за него тем более надо молиться, помогать, приглашать священника, помочь дойти до храма. Нужно лечить: врачи ведь тоже от Бога даны, а депрессия лечится».

Время плодоношения


Но бывает и другая старость — могучая, солнечная, радостная. Многим из нас повезло встретить стариков, рядом с которыми тепло и уютно. Кажется, вроде бы пожилой и нездоровый человек, ему самому нужна помощь — а уходишь от него обрадованный и согретый.

Отец Сергий Куликов: «Мы замечаем, глядя на стариков в пансионате, что если человек верующий, то старость его протекает благодатно. Старость — возраст, через который человек переходит в вечность или, наоборот, теряет возможность в нее перейти. Есть люди, которые всю свою жизнь трудились, причем трудились не ради себя, а ради ближнего. Их старость украшена».

А отец Владимир Новицкий добавляет: «Старость — это свобода. Человек освобождается от всего земного: ему не надо уже больше служить идолам материального достатка, здоровья, успеха, блудной страсти… Все это становится неважно, не имеет значения, в этом не хочется себя реализовывать. Человек освобождается от земных привязанностей. Когда сталкиваешься с благодатными стариками, от них хочется учиться. Старый что малый — и дети, и старики ближе к вечности. Они свободны от житейских связей. В их глазах — детская чистота и свет Божий; у стариков — еще и свет мудрости, даже когда старик не все помнит. Душа не чувствует возраста. «Венец славы — седина, — говорит премудрый Соломон, — находят ее на пути правды». Да, физически люди не могут реализоваться, как раньше. Но они могут делиться светлыми, добрыми эмоциями. Правильная старость — которая отдает другим. Даже улыбка у таких стариков благодатная: добрая, спокойная, мирная. И в глазах у них особый блеск — не взбудораженной гордыни, а вечности. Эта другая старость — не угасание, а плодоношение. Она пожинает плоды того, что было посеяно в молодости».

Какая главная задача старости? Как говорит Амвросий Оптинский, жить — не тужить.

Отец Сергий: «Многие мудрецы замечали, что в жизни три стадии. После рождения человек принимает все, накапливает опыт, нужный ему для жизни. Потом, во взрослой жизни, он отдает его людям. А в старости он опять, как ребенок, принимает — но принимает уже тот опыт, который ему понадобится в жизни вечной».

Ирина ЛУКЬЯНОВА (Нескучный сад)
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2024, создание портала - Vinchi Group & MySites
ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU