Епископ Александр (Милеант). Любовь – царица добродетелей

Любовь – царица добродетелей

Лестница к Небу
«Будем любить друг друга, потому что любовь от Бога, и всякий любящий рожден от Бога … Бог есть любовь» (1Иоан. 4:7–8).

На низших ступенях бытия – в мире микробов, насекомых, где господствует беспощадная борьба за существование – как будто все логично и понятно. А вот самоотверженность, любовь – это нечто особое, таинственное, явно противоречащее слепому инстинкту самосохранения.

Парадоксально то, что поднимаясь выше по лестнице бытия, переходя к более развитым животным, всё чаще и явственнее наблюдаются случаи проявления жертвенности и нежных, альтруитических чувств. Иногда это выражается во взаимопомощи между животными одного рода. Например, волки и львы живут семьями и охотятся стаями. Самцы и самки распределяют свои заботы о детенышах и порой проявляют друг к другу очень нежные чувства. Если на низших ступенях бытия некоторые животные допускают друг к другу жестокость, когда, например, крокодил мать или «маугли» в случае голода пожирает своих детенышей или рыба – свою икру, то на высших ступенях животного мира любовь матери к своим детенышам возвышается до полного самопожертвования.

Конечно, здесь можно возразить, что такое альтруитивное поведение необходимо для продолжения рода и потому тоже объяснимо в рамках закона эволюции. Однако на самой высшей ступени бытия, у людей, бескорыстие и самопожертвование могут достигнуть такой высоты и благородства, что их никак не объяснишь биологически-эволюционными принципами.

Действительно, человек способен жертвовать собой не только для блага своих детей, но и ради совсем чужих – например, раздавать свои средства в помощь голодающим, опекать сирот, ухаживать за больными, ухаживать за прокаженными… От такой альтруистической деятельности он не только не получает никакой личной выгоды, но даже ставит в опасность свое благосостояние и жизнь.

Больше того, человек способен любить своих врагов – людей, которые в принципе опасны ему. Это уже совсем идет в разрез основному закону природы и инстинкту самосохранения.

Более глубокое рассмотрение тайн бытия, обнаруживает, что восхождение по лестнице жизни от простейших инфузорий к более совершенным животным и, наконец, к человеку идет не только по линии физического совершенствования и большей разумности, но и все большего «одухотворения» и благородства. Самым замечательным является то, что совершенствование в этих свойствах не ограничивается нашим физическим миром, но переходит в духовный мир ангелов и, наконец, завершается высшим Существом и Творцом всего, Которого мы именуем Бог!

Действительно, чем более высокоразвито существо, тем возвышеннее его способность любить. Таким образом, становится очевидным, что если принцип самосохранения вытекает из слепых физических законов, то замечательная способность любить – это преимущественно нефизическое свойство, которое мы приобретаем по мере того, как приближаемся к Тому, сущность Которого есть всесовершенная и непостижимая Любовь (1Иоан. 4:8).

Следовательно, подлинное совершенствование состоит не только в развитии своего разума и душевных свойств, но именно в совершенствовании себя в бескорыстной любви.

В этом плане высочайшим примером является Господь Иисус Христос. Будучи Сыном Божиим и пребывая в непреступной славе, Он оставил Свой прекрасный мир и спустился в нашу «долину плача,» разделил с нами наши тягости и скорби. Он страдал, чтобы нас избавить от страданий. Он умер, чтобы нам даровать жизнь. «Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы еще были грешниками … Ибо если мы, будучи врагами, примирились смертью Сына Его, то тем более, примирившись, спасаемся жизнью Его» (Рим. 5:8–10).

Итак, способность любить нельзя вывести из физических законов. Любовь – свойство Творца, Который вложил ее в нас вместе со Своим образом и подобием. Вложив в нас способность любить, Бог возвысил нас над остальными тварями и приобщил к духовному миру. Так как Бог предназначил человека быть представителем двух миров (физического и духовного), то, думается, поэтому Он и животных в известной мере наделил способностью любить, и, таким образом, сделав переход от низшего к высшему более последовательным и плавным.

Но движение по лестнице нравственного совершенствования возможно не только вверх по направлению к Богу, но и вниз, в сторону все большего притупления духовных качеств и утраты благородных чувств. Так, от бескорыстной христианской любви можно опуститься на ступень низших животных и насекомых, где господствует беспощадная борьба за существование. Но это еще не предел. Ниже этого находятся противоестественные состояния вражды и злобы. На самых же глубинах удаления от Бога человек погружается в бездну демонской ненависти – этой тупой и бессмысленной жажды все разрушать и губить.

Если чувство любви согревает, созидает и приносит жизнь, то ненависть все разрушает, калечит и уничтожает. Самым жутким является то, что люди, все больше уподобляющиеся демонам, начинают испытывать садистическое удовольствие в том, что причиняют страдание другим. Причем, в умерщвлении других не преследуется никакая прямая польза, как, например, в мире микробов, где один пожирает другого ради пропитания. Здесь же сам процесс издевательства и разрушения становится целью. Это жуткая, сатанинская бездна, черная дыра, из которой невозможно вырваться.

Вот почему Христос призывает нас всячески бороться со своими недобрыми чувствами, и понуждать себя любить всех, вплоть до наших врагов. Хотя здравый смысл и практические соображения могут подсказывать нам, что надо постоять за себя, дать решительный отпор врагу, но для нашего же собственного духовного здравия правильнее будет на злобу ответить любовью. Надо научиться временные выгоды приносить в жертву вечному благу. Пусть люди считают нас чудаками, в той жизни обнаружится, кто был истинно мудрым.

Господь знает, как трудно идти против очевидного и преодолевать свои низшие инстинкты, и потому, чтобы помочь нам побороть недобрые чувства к врагам, Он заповедует нам молиться за них. Молитва несет в себе огромную духовную силу. Во-первых, она помогает преодолевать свои недобрые чувства, которые толкают нас в бездну злобы. Во-вторых, молитва за врага может помочь и ему одуматься, осознать свою ошибку и стать на правильный путь. Таким образом, спасая его и себя, мы примем участие в великом деле спасения человечества, ради которого сошел на нашу грешную землю Господь Иисус Христос.

Итак, каждый раз, как мы преодолеваем свои недобрые чувства и, жертвуя выгодой и благополучием, проявляем любовь к другим, мы поднимаемся еще на одну ступень ближе к Богу.

Люди ценят успехи в спорте, науке, в искусстве. Но совершенствование в любви – это подлинное и высшее совершенствование. Поэтому будем просить Бога научить нас любить всех, а больше всего Его – нашего Творца и Спасителя!

Таинственная природа любви
Что такое любовь? Как определить это чувство, столь разнообразное в своем объекте и интенсивности? Когда говорим, например: «Я люблю горячий кофе с молоком,» или: «Я люблю своих детей» – то мы выражаем очень разные чувства: в первом случае мы просто высказываем свое предпочтение к чему-то, доставляющему нам удовольствие. Во втором – свою родительскую привязанность к дорогим нам существам.

Любовь к Богу вытекает из чувства благодарности и благоговения к Нему, а любовь к несчастному, скажем, к сироте – из чувства жалости и сострадания к нему. Любовь между женихом и невестой, произрастает из совсем особых чувств, имеющих биологическое основание. Любовь к семье, к своему народу и к родине опять же содержит в себе совсем особые разновидности этого доброго чувства. Конечно, одна форма любви не исключает другую. Можно любить кого-нибудь за приятную внешность, а также за его душевные качества и, одновременно, жалеть его.

Любовь большей частью приходит естественно, как бы сама собой. Легко любить того, кто нравится или сделал нам добро. Но иногда любовь требует внутреннего усилия – когда, например, надо любить человека, который не нравится или сделал нам зло.

Если слово «любовь» выражает столь разные чувства – то, может быть, следовало бы и называть его по-разному. В греческом языке для этого существует три термина: словом « эрос» обозначается физическое, плотское влечение; словом «филия» – дружественные чувства, а словом «агапи» – возвышенная, духовная любовь. Причем, смешивать эти термины греческий язык не позволяет.

Тем не менее нельзя отрицать и то, что при всем отличии разные виды любви имеют между собой и нечто общее, объединяющее. Этим общим является то приятное, радостное и светлое чувство, которое она доставляет и любящему, и любимому. Лейбниц определял любовь как «чувство радости, происходящее из счастья ближнего.» В сущности природа любви – непостижима: она как бы гость из того идеального и прекрасного мира, к которому подсознательно тянется наша душа, но который в своей полноте и совершенстве еще недоступен нам.

Другим замечательным свойством любви является то, что она устанавливает таинственную связь, как бы перебрасывает невидимый мост между любящими существами, так что их чувства и желания начинают передаваться друг другу – причем совершенно спонтанно и даже на расстоянии. Кому незнакомы случаи в нашей жизни, когда радость или горе любимого нами человека мы воспринимали, как свои собственные? Библейская «Первая книга царств» иллюстрирует это связующее свойство любви на примере Ионафана и Давида. Ионафан, будучи царским сыном, имел все блага жизни. Однако ничего не доставляло ему радости, пока его друг Давид находился в опасности: «Он любил Давида, как свою собственную душу» и, чтобы помочь ему, был готов на любые жертвы (1Цар 20 гл.).

Еще любовь обладает притягательной и созидательной силой. Ярче всего это наблюдается во взаимном влечении между двумя влюбленными. Библия часто прибегает к примеру любви между женихом и невестой как подобию любви между Богом и праведными людьми. Вся книга «Песнь песней» (предположительно, написанная царем Соломоном) посвящена теме любви:

«Положи меня, как печать, на сердце твое, как перстень на руку твою: ибо крепка, как смерть, любовь; люта, как преисподняя, ревность; стрелы ее – стрелы огненные; она пламень весьма сильный. Большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют ее. Если бы кто давал свое богатство за любовь, то он был бы отвергнут с презрением» (8:6–7).

Чтобы выкупить Рахиль, Иаков работал для ее отца Лавана долгих четырнадцать лет – и делал это с большой радостью, потому что сильно любил ее (Быт. 29 гл). Любовь Самсона к Далиле является примером всепоглощающей силы этого чувства (Суд. 16 гл.).

Вообще любовь – это замечательное чувство – даже еще на своем несовершенном уровне. Первые отблески любви наблюдаются уже в царстве неразумных существ. Естественная или инстинктивная любовь основывается на взаимности и питается внешними выражениями, одолжениями, услугами, удовольствиями. Она является в виде любви семейной, родственной, племенной, дружественной и общечеловеческой. Она сближает людей и объединяет их в общество.

Если Сам Бог есть любовь, то и Царство Его на Небе, очевидно, все пропитано и дышит любовью. Эта любовь, как солнечный свет, все наполняет гармонией и радостью.

К сожалению, наш дольний мир еще далек от этого совершенства, и это небесное чувство во многих из нас еще в несформировавшемся и неокрепшем состоянии. Иногда по причине нашей неопытности или греховности любовь может принять неправильное направление и принести больше вреда, чем пользы. Иногда наша любовь очень слаба и не идет дальше простого доброго чувства. Случись у ближнего какое-то горе, когда действительно требуется наше сочувствие и помощь – и тут-то наша любовь как бы испаряется и мы отворачиваемся. Главной помехой к любви являются эгоизм и самолюбие, которыми каждый из нас заражен в большей или меньшей степени. «И от умножения беззаконий во многих оскудеет любовь,» -предсказал Господь о людях последнего времени (Мт. 24:12).

Если не обуздывать и не направлять физическое влечение, то оно может принять форму постыдной животной страсти, ничего общего не имеющей с подлинной любовью. Известен из Библии случай сильной, но нечистой «любви» Амнона (сына Давида) к Фамари. Пылая страстью к своей полу-сестре, Амнон не находил покоя. Он потерял интерес к жизни, перестал есть, исхудал. Наконец, заманив хитростью Фамарь в свои покои, он овладел ею. И что же? Удовлетворив свою страсть, он потом почувствовал отвращение к той, без которой «не мог жить,» и даже прогнал ее от себя. «И возненавидел ее Амнон величайшей ненавистью, – говорит Библия, – так что ненависть, какой он возненавидел ее, была сильнее любви, какую имел к ней» (2Цар. 13:15).

Любовь, чтобы быть прочной, должна опираться на такие чувства, как доверие, уважение, дружба … Трудно любить того, кого не уважаешь и кому не веришь. Хорошо, когда есть общность интересов и идеалов.

Родительская любовь тоже нуждается в направлении и духовном очищении. Нехорошо, когда родители делают из своих детей маленьких «божков» – потакают их капризам, не обуздывают их дурные наклонности. Привыкнув быть центром внимания, такие дети часто вырастают избалованными и неприспособленными к жизни людьми. В первосвященнике Илии Библия дает нам пример чрезмерной отцовской «любви.» Илий не обуздывал своих двух сыновей, когда те делали что-нибудь неправильно. Став священниками и помогая отцу при храме, они обижали людей, приходящих помолиться или принести свои жертвы Богу. Илий видел, что его дети поступают плохо, но не решался наказать или как-то исправить их. В конце концов, Бог наказал не только его двух сыновей, но и самого первосвященника Илия, лишив его потомков, могущих служить при храме (1 Цар.).

Эти и подобные примеры убеждают в том, что любовь нуждается в самодисциплине и духовном направлении, иначе даже самые добрые чувства могут привести к печальным результатам. Другим недостатком нашей любви является то, что, возникая в нас по естественным и благоприятным причинам, она непостоянна и несовершенна.

Как не любить тех, кто нам нравится и делает нам добро? Такая инстинктивная естественная любовь не требует никакого усилия и не производит никакого духовного роста. Поэтому: «Если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете. Не так же ли поступают и язычники?»

Но Бог хочет, чтобы чувство любви совершенствовалось, крепло в нас и приближало к Нему . Для этого:

«Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных… Итак, будьте совершенны, как совершен Отец ваш небесный» (Мт. 5:44–48, Лк. 6:27–36).

Такая совершенная христианская любовь не приходит сама собой. Она требует, во-первых, внутреннего усилия, а во-вторых, помощи Святого Духа. Так как люди, еще не обновленные духовно, не способны возвыситься до нее, то Господь называет ее новой заповедью : «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга. Как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга. По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:34–35).

Господь Иисус Христос и Его апостолы часто призывают любить друг друга, потому что любовь – это отличительное свойство истинного христианина:«Возлюбленные! Будем любить друг друга, потому что любовь от Бога, и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога; кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь» (1Иоан. 4:7–8). И здесь мерилом совершенства является степень нашего бескорыстия и самоотвержения : чем чище и крепче мы любим, тем больше мы готовы сделать ради любимого – вплоть до полного самопожертвования и отдачи своей жизни. Об этом Господь говорит так: «Сия есть заповедь Моя, да любите друг друга, как Я возлюбил вас. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих. Вы – друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам» (Иоан. 15:12–14).

О том, что способность любить чистой христианской любовью приходит именно от Духа Святого свидетельствует ап. Павел, говоря: « Плод Духа любовь, …» (Гал. 5:22). Замечательно то, что отличительным свойством первой христианской общины была именно крепкая взаимная любовь, которую подал верующим недавно сошедший на них Дух Святой:

«у множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее. Апостолы же с великой силой свидетельствовали о воскресении Господа Иисуса Христа, и великая благодать была на всех их. Не было между ними никого нуждающегося; ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного, и полагали к ногам апостолов; и каждому давалось, в чем кто имел нужду» (Деян. Ап. 4; 32–35).

В настроении верующих со всей ясностью наблюдаются отличительные признаки любви: радость, внутреннее просветление, воодушевление и общность чувств (когда радости или скорби одного воспринимаются другими, как собственные). Если на низших ступенях духовного развития эти признаки ощущаются только изредка и слабо, то на высших уровнях они проступают со всей силой и очевидностью.

Важно помнить, что подлинная христианская любовь не есть естественное свойство нашей природы, но подается Духом Святым тем, которые ищут и добиваются ее. Преп. Макарий так пишет о невидимом действии благодати Святого Духа в сердце христианина: «Как пчела незаметно для людей строит соты в улье, так и благодать тайно созидает свою любовь в сердце человека, изменяя горечь в сладость, а жестокое сердце – в доброе. И как мастер по серебру, делая резьбу на блюде, постепенно покрывает его узорами, и только после окончания своей работы показывает свою работу во всей ее красе. Так и истинный Художник Господь украшает резьбой сердца наши и таинственно обновляет их, пока мы не переселимся из нашего тела, и тогда обнаружится красота нашей души» (Мак. Вел., Добротолюбие, т. 1).

В то время как физическая любовь для своего укрепления нуждается в поощрении и внешних благоприятных причинах, духовная любовь не зависит от внешних условий: она приходит таинственным путем от Бога и влечет сердце человека к своему первоисточнику. Поэтому человек, преуспевающий в любви, ощущает все большую и большую жажду общения с Богом . Если физическая любовь бывает сильной и иногда побуждает человека на большой подвиг ради любимого, то неизмеримо сильнее бывает духовная любовь, влекущая к Богу. Она-то побудила многих верующих раздать нуждающимся свое богатство, оставить выгодное общественное положение и семью и посвятить жизнь Богу.

Испытывая сильный прилив этой любви, апостол Павел писал:

«Кто нас отлучит от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч … Все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас. Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангел, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может нас отлучить от любви Божией, во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 8:35–39, 1Кор. 13 гл.).

Многие праведники были знакомы с подобными чувствами. Например, преп. Макарий Великий так описывает это состояние: «Душа истинно любящая Бога, хотя бы совершила тысячи праведных дел, по ненасытному своему стремлению к Господу думает о себе, будто она еще ничего не достигла. И хотя бы изнурила свое тело постами и трудом, она думает, будто не начала еще приобретать добродетели; хотя бы удостоилась достигнуть различных душевных дарований, или откровений, или небесных тайн, по своей великой любви к Господу считает, что еще ничего не приобрела» (Мак. Вел., Добротолюбие, т. 1).

Итак, способность любить вложена в нас нашим Творцом. На чувстве любви зиждутся все формы семейной и общественной жизни. Любовь сближает людей, побуждает их делать добро друг другу, дает им бодрость, радость и цель в жизни. Но одной естественной любви недостаточно. Чтобы преуспевать в этом божественном чувстве, надо понуждать себя любить и тех, кто не нравится или причиняет нам зло. Эта духовная любовь поведет нас путем совершенствования к своему первоисточнику – Богу. Но надо помнить, что без благодати Духа Святого наше испорченное естество не способно чисто любить.

Поэтому будем просить и умолять Господа умножить в нас христианскую любовь. Ибо только обладая этим сокровищем в сердце, мы сможем спокойнее и равнодушнее относиться к материальным благам, а, главное, очень явственно поймем и реально почувствуем, что общение с Богом – это высшее благо и блаженство!

Вспомним о Возлюбившем нас
«Подражайте Богу, как чада возлюбленные» (Еф. 5:1)

Отличительное свойство Бога – это любовь (1Иоан. 4:8). Бог – это беспредельное, все наполняющее и животворящее море любви. От самого великого до самого малого, все существующее – видимое и невидимое, включая каждую молекулу нашего естества, – все есть дело Его непостижимой любви и премудрости. Поэтому, естественно ожидать, что самой нашей насущной потребностью должно быть непрестанно благодарить нашего Создателя – и не только за то, что Он вызвал нас из небытия и дал нам жизнь, но и за то, что Он постоянно с отеческой любовью заботится о нас.

Не нуждаясь ни в ком, Бог по преизбытку Своей благости создал нас, чтобы приобщить к Своей вечной жизни и блаженству. Его отеческая любовь раскрывается с особой очевидностью в той заботе, которую Он проявил в устроении нашего человеческого естества и того жилища, в котором намеревался нас поселить. Казалось бы, что человеку так мало нужно для существования, и можно бы ограничиться самым насущным. Но Он по Своей щедрости создает эту необъятную вселенную с ее неисчислимыми галактиками и созвездиями, со всем тем обилием и грандиозной красотой, которые чаруют наш разум и радуют сердце. Кто способен достойным образом описать красоту творения Божия – голубизну неба и живительную теплоту солнца, необъятность морей и грандиозность горных хребтов, простор степей и белизну снегов, благоухание трав и цветов, пение птиц, журчанье ручьев…!

Как ласковая мать, заботящаяся о своем детеныше, Творец обогатил наш мир бесчисленным разнообразием всевозможных яств, укрепляющих силы и доставляющих удовольствие, а различные растения и травы – для лечения и укрепления здоровья. Словом, все вокруг нас, до самой ничтожной былинки, свидетельствуют о щедрости и отеческой заботе Творца!

Вот почему вдумчивые ученые и философы, созерцая природу, черпали в ней свои самые светлые идеи, а духовно-чуткие поэты, композиторы и живописцы, вдохновляясь ее красотой, создавали свои гениальные произведения. Для примера вспомним хотя бы следующее стихотворение Лермонтова:

: Когда волнуется желтеющая нива,

И свежий лес шумит при звуке ветерка,

: И прячется в саду малиновая слива

: Под тенью сладостной зеленого листка.

: Когда росой обрызганный душистой,

: Румяным вечером, иль утра в час златой

: Из-под куста мне ландыш серебристый

: Приветливо кивает головой.

: Когда студеный ключ играет по оврагу,

: И, погружая мысль в какой-то смутный сон,

: Лепечет мне таинственную сагу

: Про мирный край, откуда мчится он.

: Тогда смиряется души моей тревога,

: Тогда расходятся морщины на челе,

: И счастье я могу постигнуть на земле,

: И в небесах я вижу Бога.


И не только люди, но и вообще все одаренное жизнью чувствует потребность славословить Творца за Его премудрость и благость, как сведетельсвует тайнозритель Иоанн, который слышал небесных жителей поющих гимн:«Достоин Ты, Господи, принять славу, честь и силу, ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено» – и когда они пели так, то «всякое создание, находящееся на небе, и на земле, и под землею, и на море, и все, что в них говорило: Сидящему на престоле и Агнцу [Сыну Божию] благословение, и честь, и слава, и держава во веки веков» (От. 4:11 и 5:13).

Как бы присоединяясь к вселенскому славословию, священник во время Литургии тоже благодарит Творца от лица всех людей, говоря:

«Достойно и праведно Тебя воспевать, Тебя благословлять, Тебя хвалить, Тебя благодарить, Тебе поклоняться на всяком месте Твоего владычества: ибо ты Бог неизреченный, умом не исследуемый, невидимый, непостижимый, всегда сущий, неизменяемый, Ты, и единородный Сын Твой, и Дух Твой Святый; Ты из небытия привел нас в бытие. После нашего падения опять поднял нас и неотступно делал все для нас до тех пор, пока не возвел нас на небо и не даровал нам Твое будущее царство (небесное). За все эти Твои к нам благодеяния благодарим Тебя и Твоего единородного Сына и Духа Твоего Святого, – благодарим за все Твои благодеяния, известные нам и неизвестные, явленные и не явленные. Благодарим Тебя и за настоящее наше служение, которое Ты благоволил принять от рук наших, хотя и предстоят Тебе тысячи архангелов и множества ангелов, херувимы и серафимы, шестокрылые, многоочитые, как пернатые, парящие в небесных вышинах.»

И не только за дар жизни следует ценить Господа, но и за то, что Он непрестанно заботится о нас и милует – и не только в общем плане управления вселенной – но и в каждом частном событии, так что никакая мелочь в нашей жизни не ускользает от Его отеческого взора, так что даже каждый волос на нашей голове сочтен Им (Лк. 12:6–7).

Сознавая это по личному опыту, царь Давид напоминал себе:

«Благослови, душе моя, Господа и не забывай всех воздаяний Его. Очищающего вся беззакония твоя, исцеляющего вся недуги твоя. Избавляющего от истления живот твой, венчающего тя милостию и щедротами. Исполняющаго во благих желание твое, обновится, яко о рля [как у орла], юность твоя … Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив…Господь решит окованные, Господь умудряет слепцы, Господь возводит низверженные, Господь любит праведники.»

Самое же великое и поистине непостижимое дело милосердия, за которое следует непрестанно благодарить Бога, это то, что Он послал в мир Своего Единородного Сына Господа Иисуса Христа, «чтобы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную» Ин. 3:16).

Если бы первые люди сохранили нравственную непорочность, которой Бог наделил их, то мы их потомки не ведали бы ни болезней, ни скорбей, ни несчастий, ни смерти, но вечно наслаждались бы райской жизнью. Все наши бедствия есть результат первородного греха наших прародителей, а также наших собственных прегрешений. Грех – это не просто каприз, непослушание, но дерзкий бунт против Законодателя, и Богу следовало бы уничтожить людей, как развратившихся и оскверненных. Но вместо этого Он, милостивый, с первого же дня грехопадения наших прародителей стал терпеливо направлять судьбы человечества к его нравственному возрождению.

Весь ветхозаветный период был временем подготовления человечества к пришествию Мессии-Спасителя. Это был длинный и сложный процесс научения людей вере и создания тех необходимых условий (той «инфраструктуры»), которые бы способствовали распространению христианства по всему миру.

Суть искупительного подвига, совершенного Сыном Божиим, наглядно раскрывает ряд евангельских притч, как например: о заблудшей овце, о бесплодной смоковнице, о блудном сыне, о добром Пастыре. Так как человечество заблудилось подобно беспомощной овце, то Добрый Пастырь пошел искать ее по горам и пустыням. И найдя ее погибающую, Он не погнал, а ласково взял на свои плечи и понес назад. Христос не только научил нас, как правильно верить и жить, но взял на Себя тяжелый груз наших беззаконий и Сам понес наказание, которое заслужили мы. О непостижимое милосердие и любовь!

И все это великое дело искупления относится не только к историческому прошлому, но и по сей день Бог прощает каждого из нас и духовно обновляет ради крестных страданий Своего Единородного Сына. И хотя мы ежедневно нарушаем Его заповеди, оскорбляем Его своими грехами, Он терпеливо ждет, не вразумимся ли мы наконец. И все это потому, что «Бог хочет, чтобы все люди спаслись и пришли к познанию истины» (1Тим. 2:4).

Господь Иисус Христос так сильно нас любит, – пишет старец Силуан, – что мы постигнуть этого не можем. Он любит нас, как Своих детей, и любовь Его сильнее любви матери, потому что и мать может забыть свое дитя, а Господь никогда не забывает нас … Господь до того возлюбил нас, что ради нас воплотился, и пролил Кровь Свою за нас, и Ею напоил нас, и дал нам пречистое Тело Свое; и так мы стали детьми Его, от Плоти и Крови Его, и похожи на Господа во плоти, как родные дети похожи на отца своего, независимо от возраста, и Дух Божий свидетельствует духу нашему, что мы вечно будем с Ним …

Одна только несчастная закостенелость во грехах и пагубная рассеянность в житейской суете делает сердце наше нечувствительным, так что большей частью мы не замечаем дела благости Божией и не ценим Его отеческих забот о нас.

Действительно, многие люди настолько прилипли к земному, настолько осуетились в своей погоне за земным благополучием, что не только не благодарят своего Создателя и Спасителя, но даже не вспоминают о Нем, так что Бог как бы совершенно не существует для них.

Но вот что парадоксально: когда постигает их какое-нибудь горе или болезнь, они инстинктивно вспоминают, что Он есть. Но, увы, тогда они вспоминают о Нем, не для того, чтобы испросить прощения и помощи выйти из создавшего положения, но с чувством ропота: «За что Он, мол, так наказал меня! Ведь есть сколько людей хуже меня, которые благоденствуют, а вот меня покарал!»

Роптать на Бога – это великое безумие и несправедливость по отношению к Тому, Кто все делает для нашего блага. Сами люди отвернулись от Бога, ежедневно грешат, попирают все нравственные нормы, обижают друг друга, а потом еще укоряют Бога в том зле, которое сами посеяли. В сущности они укоряют Бога за то, что Он дал нам свободную волю и не препятствует нам делать то, что хотим. Бог долготерпеливо ждет и не наказывает, потому что«Он не хочет смерти грешника, но чтобы он обратился от зла и жил»(Иез. 33:11).

Несчастья в этой жизни – это не наказание, а напоминание, что мы не вечны в этой жизни, что всем нам придется предстать пред Судьей и ответить за свои поступки, как объясняет ап. Павел: «Будучи судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром» (1Кор. 11:32). И обыкновенный отец наказывает своих детей, не чтобы отомстить им, а чтобы вразумить. Наказывает, а самому больно, потому что желает им добра.

Насколько Господь милосерд иллюстрирует следующий библейский рассказ. Когда царь Давид согрешил, пророк Гад пришел к Давиду и предложил ему избрать себе одно из трех наказаний: будет ли три года голод в стране; или три месяца ты будешь преследуем неприятелями твоими, и меч врагов твоих будет досягать до тебя; или три дня – меч Господень и язва на земле будут истреблять в пределах Израиля. И ответил Давид пророку: «Тяжело мне очень, ибо весьма согрешил я. Но пусть лучше впаду я в руки Господа, ибо велико милосердие Его. Только бы в руки человеческие не впасть мне»(1Пар. 21:8–14).

Вот как объясняет преподобный Антоний Великий понятие «гнева» по отношению к Богу: «Бог неизменно благ. Если кто недоумевает, как Он радуется о добрых, от злых отвращается, на грешников гневается, а когда они каются, является милостив к ним: то на это надо сказать, что на самом деле Бог не радуется и не гневается, ибо радость и гнев – это свойства ограниченных людей. Нелепо думать, чтоб Божеству было хорошо или худо из-за дел человеческих. Бог благ и только благое творит, вредить же никому не вредит, пребывая всегда одинаковым. А мы, когда бываем добры, то вступаем в общение с Богом, по сходству с Ним, а когда становимся злыми, то удаляемся от Него по несходству с Ним … Так что сказать: Бог отвращается от злых, – есть то же, что сказать: солнце скрывается от лишенных зрения» (Добротолюбие, т. 1, ст. 150).

Всякую житейскую скорбь и трудность надо рассматривать, как вразумление, посылаемое нам для исправления. «Как мать учит ходить младенца, – наставляет святой Иоанн Кронштадтский, – так Господь учит нас живой вере в Него. Мать поставит младенца, сама отойдет, а младенцу велит идти к себе. Младенец плачет без поддержки матери, хочет идти к ней, да боится шагнуть, или старается подойти, да падает. Так и Господь учит христианина верить в Него. Наша вера слаба, как младенец, который учится ходить. Господь на время оставляет христианина и предает его разным бедствиям, а потом, когда возникает нужда, спасает. Господь велит смотреть на Него и идти к Нему. Христианин старается видеть Господа, но сердце, не наученное лицезрению Божию, боится своей смелости, спотыкается и падает. А Господь близко и готов как бы на Свои руки взять немощного христианина. Поэтому при различных скорбях или кознях дьявола научись очами твоего сердца взирать на Спасителя. Смело взирай на Него, как на неистощимую сокровищницу благости, и усердно моли Его, чтобы Он помог тебе. И тотчас получишь просимое. Главное, здесь сердечное зрение Господа и надежда на Него как на Всеблагого. Это истинно от опыта! Так Господь учит нас сознавать нашу немощь и надеяться на Него.»

Поэтому будем ежедневно напоминать себе, как сильно Господь любит нас и как много Он сделал и продолжает делать, чтобы спасти нас. «Тот, Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас, как с Ним не дарует нам и всего» (Рим. 8:32).

Эти напоминания, с одной стороны, укрепят в нас чувство благодарности Богу, а с другой – побудят нас лучше относиться к людям, по написанному:«Подражайте Богу, как чада возлюбленные» (Еф. 5:1).

Задумаемся над этой фразой: мы, ничтожные твари, не в состоянии подражать Богу казалось бы ни в чем – ни в Его всемогуществе, ни в вездесущии, ни в каких других Его божеских свойствах. Однако подражать в любви мы можем и должны! И это для нас великая честь. Поэтому будем милосерды, как Отец наш милосерд (Лк. 6:36).

Любовь к Богу и ближним
«Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем помышлением твоим. Это – первая и наибольшая заповедь. Вторая же подобна ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя.» (1Иоан. 4:7–8).

Это замечательное изречение в предельно сжатой и понятной форме передает сущность учения Священного Писания, как объяснил Господь наш Иисус Христос: «На сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки»(Мат. 22:37–40).

Но сразу же возникает вопрос: поскольку любовь – это цельное чувство, то не проще ли сказать «люби всех,» и тогда все сведется к единой заповеди. Как увидим дальше, любовь к Творцу должна занимать особо священное место в нашем сердце, чтобы наша любовь к творениям не стала идолопоклонством. Именно любовь к Богу облагораживает, направляет и согревает все другие проявления этого доброго чувства .

Если все учение Писания сводится к двум кратким заповедям, значит ли это, что остальное в нем излишне? Нет, потому что под простотой заповедей скрывается великая глубина. Научиться по-настоящему и правильно любить – это наука из наук, ибо «любовь есть совокупность совершенства» (Кoл. 3:14). Цель Писания сводится к тому, чтобы и наставлениями, применимыми к разным случаям, и живыми примерами научить нас правильно и по-настоящему любить.

И в первую очередь надо научиться любить Бога так, чтобы это чувствонаполнило и преобразило все наше существо – озаряло наши мысли, согревало сердце, направляло волю и все наши поступки – словом, чтобы Бог был для нас самым желанным и самым главным в жизни. Любить ближних тоже важно, но не так крепко, как Бога, а лишь как самих себя.

Авва Дорофей следующим примером иллюстрирует взаимоотношение между любовью к Богу и любовью к людям. «Представим себе, – говорит он, – большой круг. Предположим, что круг – это наш мир, самая середина круга – Бог; а точки на радиусах круга – это люди. Одни из них ближе к центру, т.е. к Богу, другие – дальше от Него. По мере того как люди приближаются к середине круга своей любовью к Богу, в такой же мере они приближаются и друг к другу, и наоборот: удаляясь друг от друга своей неприязнью, они одновременно удаляются и от Бога. Таково естество любви: сколько соединяемся с ближним, столько соединяемся и с Богом.»

Хотя Бог и обитает в неприступном свете, но в то же время как наш Отец и Спаситель, Он близок каждому из нас. Поэтому мы можем и должны стараться любить Его. Вот несколько конкретных примеров.

· Когда мы любим кого-нибудь, то мы желаем быть с любимым и очень томимся при разлуке. Подобным образом, если мы действительно любим Бога, то нам должно быть приятным общаться с Ним . Например, молясь Ему, мы входим с Ним в некий таинственный, но ощутимый и реальный контакт. Молиться же можно всюду и всегда – и наедине дома, и на работе, и в дороге, и на лоне природы. Особенно в храме верующий человек удостаивается особой близости к Богу, потому что как Господь обещал: «Где двое или трое собраны во имя мое, там Я среди них» (Мат. 18:20). Общаясь постоянно с Богом в молитве, верующий человек постепенно сам становится живым храмом, как объясняет ап. Павел: «Не знаете ли, что вы – храм Духа Святого, и Дух Святой живет в вас?»(1Кор. 6:19), и, таким образом, этот человек всегда пребывает с Любимым.

· Когда мы любим кого-нибудь, мы боимся огорчить его чем-либо и все свои слова и действия направляем к тому, чтобы угодить ему. Подобным образом надо настроить себя благоговеть перед Богом (« бояться » Его) и всячески остерегаться «огорчить» Его каким-либо греховным поступком или мыслью. «Если любите Меня, заповеди Мои соблюдайте,»– сказал Христос (Иоан. 14:15).

· Когда мы сильно любим кого-нибудь, тогда его благополучие и счастье становится для нас важнее нашего собственного благополучия и счастья. Подобным образом надо научиться все свои поступки направлять к славе Божией и всячески содействовать распространению Его Царства Добра среди людей: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мт. 5:16).

· Любить Бога значит всецело предать себя Его воле . Когда случится какая-нибудь неприятность или постигнет нас какое-то испытание, надо верить, что Бог допустил это ради нашей духовной пользы и спасения, – и не только в плане вечности, но всегда «любящим Бога все содействует ко благу» (Рим. 8:28). Иными словами, когда в крепкой вере мы предаем себя Его воле, тогда все житейское, даже несчастья и людские козни, Он обращает к нашему благу.

· В трудных обстоятельствах будем напоминать себе, что Бог есть любовь. Ради нас, неблагодарных грешников, Он даже предал Сына Своего Единородного – «чтобы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Иоан. 3:15).

Поскольку любовь это ощутимое и конкретное чувство, то, исследуя свои мысли и настроение, мы можем верно установить, насколько искренна и крепка наша любовь к Богу. Если, например, мы услаждаемся скверными помыслами, или злобимся на кого-либо, или сильно привязаны к чему-то земному, если нам не хочется молиться и скучным кажется Священное Писание, то значит и любовь наша к Богу еще слаба и, возможно, даже угасает. Тогда надо выяснить, не сотворили ли мы себе земного кумира, которому служим паче Творца, «ибо где сокровище ваше, там и сердце ваше»(Мат. 6:21).

Поначалу наша любовь к Богу может быть слабой и колеблющейся. Однако, если она искренна, то, подобно искре, она может при содействии Божием все больше и больше разгораться, и тогда она начнет преображать наш внутренний мир. Параллельно с внутренним обновлением будут изменяться и наши понятия, и вкусы, и градация ценностей. То, что раньше нам казалось интересным и приятным, начнет нам казаться скучным и пустым. Театру, танцам, кинофильмам мы начнем предпочитать хорошую книгу или уединенную молитву. Деньги, комфорт и разные земные блага начнут нам казаться второстепенным, а пойти в церковь, причаститься Святых Таин или сделать что-то доброе для другого – делом важным и приятным.

Тогда мы начнем понимать людей, которые из чувства крепкой любви к Богу раздавали свое имущество, оставляли свои семьи и все земные преимущества, и посвящали себя служению Богу. Даже больше этого, ради славы Божией они добровольно терпели всякие унижения, гонения, побои и самую мученическую смерть. Апостол Павел, например, в молодости был очень состоятельным, имел блестящее образование. Как римскому гражданину все двери были ему открытыми. Однако всем этим он пренебрег и добровольно подверг себя многочисленным трудам, гонениям, побоям, лишениям и скорбям ради проповеди Евангелия.

Самым замечательным является то, что он почитал для себя честью и преимуществом то, что другие люди восприняли бы как величайшее горе:

«Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч? Как написано: за Тебя умерщвляют нас всякий день; считают нас за овец, обреченных на заклание (Псал. 43:23). Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас. Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, или Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 8:35–39).

Вот как сильно может разгореться пламя любви к Богу!

Даже когда наша любовь к Богу не столь горяча, как в приведенном примере, она все же будет вливать в нас свежие духовные силы. Именно любовь к Богу будет давать нам способность любить и тех, которые не заслуживают того, чтобы их любили, потому что они грешны, неблагодарны, самолюбивы, горды, капризны, нахальны, хитры, коварны и т.д. Это потому, что человек, любящий Бога, имеет перед своим духовным взором Того, Кто «повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных,» и помнит Сказавшего:

«Если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете. Не так же ли поступают и язычники? … Итак как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними … Будьте совершенны, как совершен Отец ваш небесный» (Мт. 5:44–48, Лк. 6:27–36).

Блаженный Диадох так пишет о согревающей силе любви: «Когда человек ощущает Божию любовь, тогда он начинает любить и ближнего своего, а начав – не перестает. … В то время, как плотская любовь по малейшему поводу испаряется, духовная – остается. В боголюбивой душе, находящейся под Божиим действием, союз любви не пресекается, даже когда ее кто-нибудь огорчает. Это потому, что боголюбивая душа, согретая любовью к Богу, хотя и потерпела от ближнего какую-то скорбь, быстро возвращается к своему прежнему благому настроению и охотно восстанавливает в себе чувство любви к ближнему. В ней горечь разлада совершенно поглощается Божией сладостью.»

С другой стороны, не любя ближних, нельзя по-настоящему любить Бога. Апостол Иоанн Богослов пишет:

«Кто говорит: Я люблю Бога, а брата своего ненавидит, тот лжец; ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего» (1Иоан. 4:20–21). «Кто имеет достаток в мире, но, видя брата своего в нужде, затворяет от него сердце свое, – как пребывает в том любовь Божия? Дети мои! Станем любить не словом или языком, но делом и истиной» (1Иоан. 3:16–18).

Все религии признают достоинство любви – однако, почти все ограничивают ее теми, кто приятен или близок человеку. Ветхозаветное иудейство, например, прямо учило: «Возлюби ближнего твоего, и возненавидь врага твоего.» Только христианство устраняет все человеческие барьеры и призывает любить всех людей без каких-либо оговорок или поправок. На вопрос законника, кто ближний? Господь в притче о милосердном самарянине объяснил, что ближний – это всякий человек, нуждающийся в помощи, независимо от его религиозных убеждений, национальности или других качеств (Лук. 10:25–37).

Не аскетическая жизнь, не точность соблюдения ритуалов, не глубокое понимание догматов, а именно всеобъемлющая любовь должна быть отличительным признаком христианина: «По этому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собой,» – завещал Христос Своим ученикам (Иоан. 13:35).

Заповедь повелевает любить ближних, как самих себя . Однако нельзя сказать, чтобы способность любить других была бы прямо пропорциональна любви к себе. Опыт показывает, что происходит именно наоборот: чем больше человек любит себя, тем менее он способен любить других. Эгоизм и самолюбие разрушают подлинную любовь: «Из-за умножения беззакония во многих охладеет любовь,» – сказал Господь (Мат. 24:12).

Блаженный Диадох пишет: «Кто любит себя, тот не может полностью любить Бога, а кто не любит себя по причине сильной любви к Богу, только тот воистину любит Бога. Такой человек никогда не будет желать славы себе, но только одному Богу … Боголюбивой душе, исполненной чувства Божия, свойственно искать единой славы Божией, относительно же себя – услаждаться смирением. Потому что Богу, ради Его величия, подобает слава, человеку же – смирение.»

Хотя мерою любви к ближним служит любовь к себе, однако «нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин. 15:13, смотри также Мт. 5:42–48). И здесь высшим примером является наш Спаситель. «Любовь познали мы в том, что Он положил за нас душу Свою, и мы должны полагать души свои за братьев» (1Иоан. 3:16–18). Авва Пимен по поводу этих слов пишет: «Если кто услышит огорчительное слово, и вместо того, чтобы ответить подобным же оскорблением, преодолеет себя и промолчит, или, будучи обманутым, перенесет это и не отомстит обманщику, – то он этим положит душу свою за ближнего.»

Любовь к врагам, неизвестная другим религиям, является отличительной добродетелью христианства. Господь Иисус Христос учит: «Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего небесного» (Мат. 5:44) … «Ударившему тебя по щеке подставь и другую, и отнимающему у тебе верхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку» (Мат. 5:39–41).

Ветхий Завет допускал месть( «око за око, зуб за зуб,» Лев. 24:20), потому что в до-христианские времена люди, еще не обновленные духовно, не способны были возвыситься до чувства всепрощения и любви к врагам. Христианин призывается подавлять в себе всякие злобные чувства, – и это настолько важно, что прощение наших грехов обусловливается нашим прощением ближних: «И остави нам долги наша, яко же и мы оставляем должником нашим» (Мат. 6:12).

Конечно, простить врага требует большого внутреннего усилия, благородства и даже помощи свыше. Однако, несомненно, что в нашем отношении к людям, которых мы считаем своими «врагами,» кроется много субъективного. Одни люди более мнительны и более обидчивы, чем другие; одни вспыльчивы, другие – спокойного темперамента. Интересно обратить внимание еще на следующую закономерность: чем больше человек привязан к материальным благам, чем более он честолюбив, самолюбив и горд, тем легче он обижается на других, и наоборот, чем он более духовно настроен, скромен, смиренен, тем легче он переносит обиды и быстрее прощает их. Следовательно, если мы разгневались на кого-то, то полезным будет понять, почему мы поддались этому недоброму чувству. Не указывает ли оно на что-то недоброе в нашей душе?

Кроме того, когда кто-то обидел нас или лишил чего-либо – это не столь большая беда: ведь все временно в этой жизни. Гораздо хуже носить в своем сердце яд злобы, потому что злоба делает нас унылыми, мрачными, раздражительными, недружелюбными, не способными радоваться ни благам жизни, ни общению с Богом. Допустим, что действительно человек сделал нам зло. Но зачем отравлять свою жизнь и губить свою душу? Потому ради собственного внутреннего здравия необходимо поскорее выбросить из себя все злобные чувства, как говорит Писание: «Не будь побежден злом, но побеждай зло добром» (Рим. 12:21). «Жизнь сердца, – объясняет праведный Иоанн Кронштадтский – это любовь, а его смерть – это злоба и вражда. Господь для того и держит нас на земле, чтобы любовь всецело проникла наше сердце: это цель нашего существования.»

Иногда люди боятся прощать своих обидчиков, чтобы те не посчитали их за дурачков и не стали еще больше издеваться над ними. Надо стать выше этих мелких страхов, внушаемых дьяволом. Любовь приближает нас к Богу и уподобляет Ему. Она несет в себе Его всепобеждающую силу. «Любовь до такого совершенства достигает в нас, – пишет апостол любви [Иоанн Богослов] – что мы имеем дерзновение в день суда, потому что поступаем в мире сем, как Он [Христос] . В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся не совершен в любви. Будем любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас»(1Иоан. 4:18).

Так или иначе, любовь к врагам – явным или мнимым – всегда требует большого внутреннего усилия. Именно поэтому она обильно вознаграждается Богом. «Более же всего имейте усердную любовь друг ко другу, потому что любовь покрывает множество грехов,» – наставляет ап. Петр (1Пет. 4:8). Святые отцы советуют: «Если хочешь, чтобы Бог услышал твою молитву, помолись прежде всего за врага твоего.»

В нормальных условиях оба вида любви (к Богу и к ближним) укрепляют друг друга. Однако иногда может возникнуть острый конфликт, когда мы должны выбрать между верностью Богу, и желанием сделать что-то приятное любимому нами человеку. В таком случае надо предпочесть верность Богу, потому что «Кто любит отца своего … больше чем Меня, тот недостоин Меня» – сказал Господь (Мат. 10:37). Даже в том случае, когда человек дороже нам всего на свете, так что мы готовы бы жизнь отдать за него, но он толкает нас на грех или на измену Евангелию – нельзя уступать ему. Лучше потерять его расположение, чем изменить Богу. Такой жертвы требует от нас Господь, Который сказал: «Если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну» (Мат. 5:30).

Если бы Адам не уступил своей жене, а пребыл верным Богу (Быт. 3 гл.), то, возможно, не было бы столько зла в мире, и история человечества потекла бы по совсем другому, более светлому руслу. Вот почему необходимо не смешивать оба вида любви и в случае конфликта верность Богу ставить выше всего, выше собственной жизни.

Любовь многих пугает тем, что они чувствуют себя неспособными всецело посвятить себя добрым делам. Они страшатся трудов, подвигов и нищеты, которые якобы сопряжены с нею. Однако надо понять, что любовь это не столько дел а сколько чувство. Не столь важно, как много мы сделали, как то, с каким настроением мы это делали. Можно много сделать, а потому своей раздражительностью, грубостью и другими недостатками огорчить тех, которым хотели помочь или разогнать тех, которые с нами работали.

Поэтому в первую очередь исключительно важно воспитывать в себе добрые чувства по отношению к людям. Апостол Павел прекрасно объясняет сущность любви: «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я медь звенящая, или кимвал звучащий. Если я имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто» (1Кор. 13:1–3).

И дальше он объясняет, какие чувства свойственны любви, а какие нет:

«Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а радуется истине, все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знания упразднятся» (1Кор. 13:4–8).

Исходя из этого замечательного наставления апостола надо стараться:

· Хранить мирное настроение и держать себя скромно и тихо, как учил преп. Серафим Саровский: «Стяжи мирный дух, и тысячи спасутся вокруг тебя.»

· Относиться к людям с доверием и доброжелательно .

· Желать всем добра.

· Не выставлять свое превосходство, а скрывать его и уступать людям.

· Стараться не замечать недостатков ближних, и понуждать себя всегда хорошо думать о других.

· Не осуждать других и не рассказывать об их недостатках, а, напротив, стараться сказать о них что-нибудь доброе.

· Терпеливо переносить обиды и не показывать вида, что мы оскорблены.

· Молиться о других.

· Терпеливо выслушать скорбящего и постараться ободрить его ласковым словом.

· Если надо сказать человеку правду в глаза, то сделать это спокойно, без раздражения. А если это у нас не получается, то лучше всего помолиться за человека.

· Когда помогаем другим, важно делать это с деликатностью, чтобы люди не чувствовали, что мы сделали им одолжение.

Замечательно то, что все эти проявления любви почти не требуют никакого внешнего труда, а только доброго настроения и желания.

Вообще не следует самоуверенно браться за великие «дела» и подвиги, а лучше стараться понять, к чему призывает нас Господь. Иначе по своей опрометчивости и самонадеянности можем больше напортить, чем принести пользы. Ежедневно в разных обстоятельствах Господь предоставляет нам случаи совершать малые добрые дела. А много песка может перевесить большой камень. Все то доброе, что мы делаем другим из чувства сострадания, Господь принимает как бы сделанное для Него: « Так как вы сделали это одному из малых сих, то сделали Мне» (Мт. 25:45).

Заключение
Итак, любовь – это великая наука, которую не выучишь и за целую жизнь. Но не надо отчаиваться: нас ждет будущая жизнь, где мы сможем еще больше усовершенствоваться в этой царице добродетелей.

В заключение приведем слова святого Максима Исповедника: «Надо любить от всей души каждого человека, упование же свое надо возлагать на одного Бога и Ему одному служить всей своей крепостью. Ибо, пока Он охраняет нас, все друзья нам благоприятствуют, а враги бывают бессильны причинить нам зло. Когда же Он оставит нас, тогда все друзья от нас отвернутся, а все враги возьмут силу над нами. Друзья Христовы всех любят искренно, хотя не всеми бывают любимы.»

епископ Александр (Милеант) Любовь – царица добродетелей

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2022, создание портала - Vinchi Group & MySites