Error: Incorrect password!
Сокровенный Свиридов

Сокровенный Свиридов

Георгий Васильевич Свиридов
Его сюита «Время, вперёд!» стала музыкальным символом СССР, почти что вторым гимном страны. Депутат Верховного Совета, дважды Герой Социалистического Труда, лауреат Сталинской и Ленинской премий… И при этом — православный христианин, носивший на груди крест, читавший Библию, молитвослов, акафисты. Как это сочеталось, уживалось в его душе?

Отец — коммунист, мама — православная
Многое становится понятным, когда узнаёшь подробности о детстве Свиридова. Страшным было одно из самых ранних его воспоминаний: он, четырёхлетний, видит лежащего в гробу отца. Нижняя часть лица покойного закрыта тканью, потому что её изуродовали шашкой. Кто убил члена РКП(б) Василия Свиридова? Тогда, в 1919 году, все были уверены: это сделали белые, деникинцы. Не сомневался в этом и Георгий Васильевич. Сегодня историки допускают, что это могли сделать и красные: сторонники большевиков часто стреляли в людей без разбора, а Василий Свиридов носил форму почтового служащего, её могли спутать с белогвардейской.

Воспитывали его мама и бабушка. Папа — коммунист, по официальной версии погиб за советскую власть, а женщины в семье были верующими, православными, мама пела на клиросе. Спустя полвека Свиридов с тёплым чувством перечислял в дневнике храмы своего детства: Покровский, Тихвинский, Никольский, Михайловский, Георгиевский… В памяти остались их благолепие и в то же время запустение и беспощадное разрушение.

«В Курске было много церквей, одна красивей другой и ни одна не похожа на другую, — писал он. — Был Троицкий собор изумительной красоты. Помню ещё, как во дворе монастыря лежал поверженный колокол, и мы бегали смотреть на него. Огромный колокол был разбит, отвалившийся от него большой кусок вошёл в землю».

И всё же тогда, в середине 1920-х, многие церкви ещё были открыты. Вечерами бабушка вела внука Георгия в храм Фрола и Лавра.

«Особенно я любил службу Чистого четверга, — вспоминал Свиридов, — запах воска и ладана, благовоние кадила, лики святых на стенах… Пение хора довершало необычность обстановки, возвышенность и значительность происходящего».

Пройдёт несколько лет, и этот храм разберут на кирпичи, из которых в Курске построят цирк.

Космическая революция
Жизнь заставила его искать компромисс: примирить революционные идеалы отца и православную веру матери. Он объяснял самому себе: русская революция — это событие всемирного масштаба, в ней — кровь, насилие, но и порыв людей к справедливости, к избавлению от неравенства, торгашества, надежда на лучшее.

«Это слишком великое явление, — говорил он. — Жертва принесена. Плакать над этим нельзя. Такие события носят в себе космическое».

И в музыке Свиридову удалось передать лихорадочный ритм взнузданного большевиками космоса, создать образ новой — стремительной, героической и безжалостной — эпохи.

«Я хотел выразить сокровенное тех людей, которые воспринимали революцию как обновление мира», — объяснял Свиридов. К таким идеалистам он причислял и самого себя.

Что таилось в дневниках
В 1973 году случилось горе: умерла любимая мама Свиридова Елизавета Ивановна. Вскоре врачи обнаружили у него тяжёлую болезнь сердца. «Скажи мне, Господи, кончину мою и число дней моих, какое оно», — эти знакомые с детства строки из псалма стали для него очень близкими. И тогда он начал записывать свои мысли.

В его дневниках разное — память, радость, боль, молитва. Одна из первых записей — об искусстве, которое становится бессмертным, если в нём (цитата) «присутствует Бог как внутренне пережитая идея».

«Страх перед Богом помогает человеку возвыситься, — писал Свиридов. — Человек, знающий, что Господь — истинный властелин Мира, Жизни и Смерти, с подозрением относится к самозваным посягателям на величие. Таким человеком не так легко управлять, он имеет в душе крепость Веры».

В 2002 году эти записи стараниями племянника Свиридова музыковеда Александра Белоненко были изданы. Книга «Музыка как судьба» стала открытием для многих. До этого лишь близкие знали, что Евангелие для композитора — настольная книга, что он со вниманием к каждому слову читает Писание, ощущая «тяжесть вековой мудрости, любви и сострадания» в молитвах и псалмах.

— Помню первый визит к Свиридову, когда я узнал об Иисусе Христе, о православии, — вспоминал писатель Алексей Вульфов. — Он взял с рояля Библию и сказал, что это потрясающее чтение, что в ней сказано всё о человеке, о жизни, о мироздании. «Прости меня, Господи (он перекрестился), но это выше любой художественной литературы, даже гениальной, выше Шекспира… Здесь слова — прямо от Бога».

«Ум на небеса приложим»
Говорят, что для верующих в Бога случайных совпадений не бывает. В судьбе Георгия Свиридова, в его биографии есть явно не случайные «совпадения». Его крестили в младенчестве, 8 января 1916 года, сразу после Рождества. А умер композитор за день до Рождества, 6 января 1998-го. Отпевали его в храме Христа Спасителя, для возрождения которого Свиридов немало потрудился. Главный престол этого храма освящён в честь Рождества Христова.

В цикле «Песнопения и молитвы» особое место отведено радостной теме Рождества. В песнопении «Странное Рождество видевше» Свиридов совместил строки из своих любимых акафистов — Пресвятой Богородице и Иисусу Сладчайшему: «Устранимся мира, ум на небеса приложим. Того ради Бог на землю сниде. Да нас на небеса возведёт вопиющих Ему: Аллилуйя!»

Текст: Михаил УСТЮГОВ, Крестовский Мост

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2022, создание портала - Vinchi Group & MySites