Памяти старца Ефрема (Мораитиса). Отец необъятно большой семьи

старец Ефрем (Мораитис). Апостол Америки

Памяти старца Ефрема (Мораитиса). Отец необъятно большой семьи

Преставился ко Господу СТАРЕЦ ЕФРЕМ ФИЛОФЕЙСКИЙ, или, как его еще называли, Аризонский. Последний ученик преподобного Иосифа Исихаста, о котором он поведал в своем бестселлере «Моя жизнь со старцем Иосифом».

СВОИМИ ВОСПОМИНАНИЯМИ о встречах СО СТАРЦЕМ ЕФРЕМОМ (МОРАИТИСОМ) делится ПРОТОИЕРЕЙ СЕРГИЙ БАРАНОВ:

– Я был дважды по недельке у отца Ефрема в монастыре Святого Антония в Аризоне. Очень плотно мы не общались. Старец был уже слабенький. Счастье было просто видеть его, литургию с ним служить, вместе причащаться. Мне всегда как-то неловко лезть с какими-то вопросами. Достаточно с такими людьми просто побыть рядом. Вот стоишь поблизости – и уже всё и происходит. Все вопросы сами собой отпадают. Не хочется старца тревожить какими-то своими глупостями. Так что вопрошаний никаких и не было – просто благоговейное молчание. Вместе молились.
За богослужением – вроде бы он возле престола с тобой стоит ногами, а дух его не здесь. Такое у меня было ощущение. Просто на него смотреть – это уже было всё, что тебе надо. В какие-то моменты литургии я явно ощущал, видел это – он был где-то духом далеко, не на земле, не с нами.
Так – вроде маленький, щупленький такой… Но, кстати, с очень сильными руками. Такие натруженные-натруженные руки. В монастыре такая традиция – все по очереди в храме подходят к нему под благословение, а он так, с любовью, с шуткой, по голове постучит и стоит – улыбается, как ребенок, радуется тебе!

В монастыре Святого Антония создавалось ощущение, что старец Ефрем там миссионерствует посредством всего и вся. Для этого, собственно, отец Ефрем и поехал в Америку – страну, где очень мало Православия. Основал 20 монастырей. Сама обитель преподобного Антония Великого в этой убитой, полной ядовитых змей и прочих гадов пустыне – просто оазис. Уйма воды, фонтанчики, всё зеленеет… Утопает в сочной, обильно увлажненной зелени. Всюду дорожки. Везде скульптурки: оленей, барашков, птичек каких-то… Это, знаете, как: «если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф. 18, 3). Не столько это всё самому старцу было нужно, сколько тем людям, которые туда приезжали, порою вырываясь из очень жесткой урбанистической среды какого-нибудь американского мегаполиса – их это всё как-то сразу умиляло, настраивало.
Даже внешне монастырь создавал впечатление такого небольшого райского садика. Вокруг всюду – обширные апельсиновые, мандариновые, лимонные сады, оливковые рощи… Огороды. Всё такое ухоженное, облагороженное, плодоносное.
Но главное – на территории обители очень-очень много храмов. Казалось бы, с практической точки зрения, достаточно одного-двух… Но они почему-то строили и строили церкви. Посвящали эти, пусть и небольшие, храмики новым и новым святым.
В главном храме – глава преподобного Иосифа Исихаста, которую отец Ефрем привез с собою со Святой Горы Афон. Святыню там выносят на поклонение паломникам.

Конечно, каждый монастырь, который состоялся, всегда начинался вокруг какой-то личности. Слава Богу, что в этом монастыре и в тех еще 19-ти, что были основаны старцем по всей Северной Америке – в США и в Канаде, – была такая личность, как отец Ефрем. Там всюду чувствуются его молитва, его благословение. Для всех он был и есть духовный авторитет и, конечно же, отец. Его воспринимали не как чиновника, назначенного управлять этой сетью обителей, а именно как отца, который строит духовный дом для своей необъятно большой семьи.

Отец Ефрем – настолько непостижимая и уникальная личность, тем более для нашего времени, которое настолько судорожно боится такой смелой, как у него, вдохновенной духовности. Он не боялся лететь, стремиться ко Христу, увлекать за собою других.
Через личность действует не слово, через личность действует Дух. Дух может передать только личность, которая стяжала Духа Святого. Человек, который не стяжал Духа Святого, а только рассуждает о Нем в силу своего академического образования, по книгам что-либо такое изучив, с чьих-то слов понахватавшись, – он не может передавать Дух, он передает только слово. «Буква убивает, дух животворит» (ср. 2 Кор. 3, 6).
Как Господь укорял: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что обходите море и сушу, дабы обратить хотя одного; и когда это случится, делаете его сыном геенны, вдвое худшим вас» (Мф. 23, 15). Это потому, что таким «вождям» просто нечего дать тем, кого они обращать собрались. Сами они пустые. «Вы занимались, – обличает их Господь, – поиском себе последователей, но не занимались своим сердцем. Нет в вас Духа! Поэтому и обращенные вами разочарованы».
Личность старца Ефрема передавала Дух. Не просто свой духовный опыт, но – Дух.
Это очень точное святоотеческое выражение: обожение. В старце Ефреме это состоялось. Так же как в его учителе – старце Иосифе Исихасте. Это точно так же был обоженный человек. И тут что учитель, что ученик, ставший многим другим учителем, передавали обожение – были проводниками Духа Святого через себя.
Те, которые пытаются передать другим свой дух, себя, – это прельщенные люди. Но те, кто через себя светят Нетварным Светом, – не своей «светлостью» щеголяют, а Светом Божиим, во славу Бога, – вот те настоящие. В старце Ефреме именно этот Свет разливался на всех.
В нем еще было это присущее всем святым необыкновенное сочетание величия и простоты с кротостью. Я однажды буквально лбом с ним столкнулся один на один в своей келлии. Выхожу с полотенцем наперевес, и – бах! Это, оказывается, келлия, где жил когда-то его духовный друг, который уже умер, но он иногда заходил туда… А меня как раз в эту келлию поселили. Я поначалу очень сильно растерялся перед старцем… Но это как раз свойство святых: они не смущают. Просто одна улыбка, взгляд добрый и – сразу всё смущение куда-то делось…
В последний раз – в день моего отъезда – вспоминаю с большим трепетом: он вдруг вышел из стасидии и поприветствовал меня как священник священника – мы поцеловали друг друга. Это был последний раз, когда я его видел.

Таинство его Иисусовой молитвы нам, которые настолько ограничены по сравнению с ним, конечно, и невозможно понять. «Духовный судит о всем, а о нем судить никто не может» (1 Кор. 2, 15).
Но всем, кто приезжал в монастырь Святого Антония в Аризону, сразу же всегда давали правило: 100 поклонов, 900 Иисусовых молитв, 300 Богородичных. Это самый минимум, который они благословляли всем: и монахам, и священникам, и мирянам – одно правило. И все, кто выполняет это правило, имеют результат. А те, кто, пусть рьяно и начав, потом оставляли, – утрачивали это сокровище.
Можно было уехать оттуда с какими-то впечатлениями, знаниями, но главное – молитва. А ее надо практиковать. Не прекращать. Сказано: «Непрестанно молитесь» (1 Сол. 5, 17).
Слава Богу, у нас в монастыре, по благословению старца Ефрема, это правило живет. Не пресекается. Это заданный герондой необходимый минимум. Если ты берешь у старца благословение, надо исполнять. Кто-то читает и больше.
В благодарность мы у нас в Иверском монастыре написали большую икону Пресвятой Богородицы «Достойно есть» и отправили старцу в Аризону. Отец Ефрем взял этот образ в свои покои. У него там, в монастыре, такой свой отдельный маленький домик с храмом. Нам, орчанам, от этого, конечно, было радостно.
Как и от той вести, что мы получили еще в самом начале основания нашей обители. Сам я еще туда всё никак не мог выбраться, но в Аризоне уже бывал мой друг. Сам я секретарь епархии – масса всяческих хлопот, а тогда еще и строил кафедральный собор – днем на стройках, литургии поэтому мы в нашем только что основанном монастыре служили ночью. Каждую ночь служили литургию. Это был центр всей нашей монастырской жизни. Мы сами себе тогда составили такой Устав, какой нам был по силам и нашим стремлениям. Также практически ночью у нас еще два часа Иисусовой молитвы. И вот, когда мой друг поехал в монастырь Святого Антония, я попросил у него узнать насчет нашего Устава: все ли так? И вот он звонит через несколько дней из Аризоны:
– А у вас Устав примерно такой же, как и здесь.
Когда я потом сам приехал, действительно понял: Устав похож.
Может быть, потому, что я все это – само мировоззрение, что ли – в свое время вынес с Афона. Больше 30 раз я был уже на Святой Горе – даже храм там Господь сподобил расписывать. Я и останавливаюсь там постоянно, живу именно в той келлии Благовещения Пресвятой Богородицы в Новом скиту, где старец Иосиф Исихаст жил, преставился. Там его могилка. Все сохраняется так, как было при нем. Слава Богу, мы дружим со старцем этой келлии – отцом Никодимом. Он приезжал к нам в Россию еще лет пять назад, подарил тогда нашему монастырю большую частицу мощей старца Иосифа Исихаста. Мы тогда еще не могли его почитать открыто, так как он не был канонизирован, просто сами радовались, а теперь, когда его прославили в лике преподобных, у нас и все наши паломники могут поклониться ему.
На Афоне ученики старца Иосифа Исихаста разошлись по многим монастырям. Там много его последователей. Все, наверное, кто Иисусову молитву практикует, – так или иначе в русле этой возрожденной им традиции.

У меня такая ситуация была – с юмором, конечно. У нас в Иверском монастыре гостил как-то грузинский игумен с послушником, и вот они уже уезжают, и вдруг этот послушник бросается – и с таким отчетливым грузинским акцентом:
– Отэц Сэргий! Дай мнэ Иисусову молитву!
Я в шутку так из сердца достаю кусочек и ему в сердце как бы вкладываю:
– На!!!
Через неделю звонит:
– Отэц Сэргий! Она у мэня нэ прэкращаэтся! И прэдставляэшь: на русском языке!
Молитва не наставлениями передается – не в букве, а в духе. Вот живешь рядом со старцем – и черпаешь его дух. Это как-то так, наверно, происходит.
Из тех 20 основанных отцом Ефремом в Америке монастырей я был еще в Калифорнийской обители Иконы Божией Матери «Живоносный Источник», что в предгорьях Сьерры-Невады. У матушки Маркеллы. Там, безусловно, тоже во всем и всюду – дух старца Ефрема. Иногда и кровные дети перенимают даже походку родителей, тончайшие черты их внешнего и внутреннего облика, – что уж говорить о духовных. Они там так любят геронду, что вообще всех готовы призывать подражать ему – всегда и во всем. Прежде всего – его любви к Богу и ближнему. Это основные черты любого святого. В старце Ефреме они очень ярки. Он был весь поглощен Богом.

«Бог есть любовь» (1 Ин. 4, 16). Он любит каждое Свое создание. Через обожение старец Ефрем любил уже каждого, кого видел перед собой, кого в духе прозревал, о ком молился – любовью обымал весь мир. По голове постучит и – смеется, как ребенок! И обнимает.

Когда мы узнали сейчас о преставлении отца Ефрема – никакой трагедии! Я всем говорю, что он на ракете полетел к своему незабвенному отцу Иосифу. Ни малейшей скорби. У нас у всех хорошее настроение. Радуемся за него!

Беседовала Ольга Орлова
https://vk.com/ivermon.orsk

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2020, создание портала - Vinchi Group & MySites