Страж правильности и чистоты

Без церковнославянского языка, бытовавшего на Руси, трудно себе представить развитие русского литературного языка во все эпохи его истории. Церковный язык, подобно латыни в западных романских странах, был всегда опорой, гарантией чистоты и источником обогащения русского нормированного языка.

Мы и сейчас, порой подсознательно, несем в себе частицы священного общеславянского языка и пользуемся им. Употребляя пословицу “Устами младенца глаголет истина”, мы не задумываемся над тем, что “чисто” по-русски следовало бы сказать “Ртом ребенка говорит правда”.

Наши предки в XVIII в. или в начале XIX в., используя одну из французских идиом (идиома - оборот речи, непереводимый дословно на другой язык), не стали говорить “тащить убогую житуху”, как, казалось бы, следовало ожидать, а обратились к церковнославянской традиции. Так появилось выражение “влачить жалкое существование”.

Великий русский ученый М.В. Ломоносов благоприятное будущее русского литературного языка видел в опоре на “словенский язык”. Для многих писателей и поэтов, да и просто ревнителей благолепия русского языка, церковнославянский был не только источником вдохновения и образцом гармонической завершенности, стилистической строгости, но и стражем чистоты и правильности пути развития русского языка.

В нынешней России церковнославянский многими воспринимается как язык “мертвый”, то есть сохранившийся только в церковных книгах и службах. Но не так было в дореволюционные времена. Чтобы понять, как глубоко был воспринят русскими людьми церковнославянский язык во времена, которые сейчас кажутся почти патриархальными, достаточно прочитать краткий и необычайно яркий рассказ “Панихида” российского писателя Гайто Гадзанова, ставшего эмигрантом после гражданской войны в нашей стране.

В рассказе описывается, как во время немецкой оккупации Парижа в 1942 году умер от чахотки русский беженец, как пришли к нему его немногочисленные, во многом случайные знакомые, которые позвали русского священника, чтобы прямо в доме отпеть покойника… “Батюшка, старый человек с хрипловатым от простуды голосом, приехал через четверть часа. На нем была поношенная ряса, вид у него был печальный и усталый. Он вошел, перекрестился… “Из каких мест покойник?” - спросил священник. Володя ответил - такого-то уезда Орловской губернии. “Сосед, значит, - сказал батюшка. - Я сам оттуда же, и тридцати верст не будет. Вот беда, не знал я, что земляка хоронить придется… Будь другие времена, я бы по нем настоящую панихиду отслужил, как у нас в монастырях служат. Да только вот голос у меня хриплый, одному мне трудно, так быть, кто-нибудь из вас мне все-таки поможет, подтянет? поддержит меня?”. Я взглянул на Володю. Выражение лица у него было… трагическое и торжественное. “Служите, батюшка, как в монастыре, - сказал он, - а мы все поддержим, не собьемся”. Он обернулся к своим товарищам, поднял вверх обе руки повелительным и привычным, как мне показалось, жестом - священник посмотрел на него с удивлением - и началась панихида. Нигде и никогда, ни до этого, ни после этого я не слышал такого хора. Через некоторое время вся лестница дома, где жил Григорий Тимофеевич, была полна людьми, которые пришли слушать пение… Когда отпевание кончилось, я спросил Володю: “…Каким это чудом все вышло, как вы составили такой хор?”. “Да просто так, - сказал он. - Кто в опере когда-то пел, кто в оперетке, кто просто в кабаке… А уж церковную службу мы с детства знаем - до последнего вздоха”…”.



Подготовлено по материалам книг: По материалам учебника А.А. Плетневой и А.Г. Кравецкого “Церковнославянский язык”

Комментарии (2)

Всего: 2 комментария
  
#1 | Сергей И. »» | 14.11.2011 13:37
  
-1
"В нынешней России церковнославянский многими воспринимается как язык “мертвый”. Мертвый не язык, а души у тех, кто этот язык так воспринимает. Говорят, поменьше слов, побольше дела. Но слово о полку Игореве стоит куда больше того дела, в котором он побывал. Олег Даль как-то был в гостях у знакомого. Сидели в садовой беседке. Мимо проходили два монаха, которые подрядились починить какое-то строение хозяина, несли доску. Один из монахов поскользнулся и чуть не упал. Что и комментировал одним словом. Олег Даль, как великий языковед, спросил монаха, не из-под Новгорода ли он. После чего монах упал в ноги и признался, что он не монах, а беглый солдат. Он думал, что Даль его узнал. А тот просто обратил внимание на диалект. Другой человек из простонародья сказал бы "склизко". А в Новгороде говорят "склезко".
     
2
Церковно-словянский язык я начал изучать сравнительно недавно.
Лет 5-6 назад.Причины были две:неудобно быть православным
христианином и не знать своего языка.И вторая причина была
посерьёзнее: стали мне попадаться вопросы,разрешающиеся
очень просто:стоит прочитать по ц.сл. и вопросы разрешаются.
Переводы наши на русский язык очень часто,если не совсем и во всём
,грешат не точностями и подчас даже искажениями смысла текста.
Я купил Библию и Евангелия на ц.сл. языке и спокойствия мне прибавилось.
Со временем и батюшкам стал меньше задавать вопросов.Ба-
тюшки ведь-народ подневольный.Понимает,что правильно я
говорю,а согласиться не может: церковная иерархия,подчинение
Настоятелю,Митрополиту,Патриарху.Уволят и куда он пойдёт?
Нынешние несогласные пошли в Зарубежную церковь,но это ж
сколько мужества и крепости надо иметь?Времена то другие.
Максим Исповедник лишился рук и языка и через 3-4 дня после
казни(и кем?!!) Патриархом и Государём скончавшимся и отошедшим ко Господу был не теперешним исповедником.Да и исповедовал
он Веру,а не каялся в грехах,которых у него не было.Тоже интересный вопрос:исповедь,исповедание,вероисповедание.ИСПОВЕДА-
НИЕ=прославление,слава,величие,открытие,признание,объявление,
учение веры,открыто признаваемое,свидетельство или мучени-
чество. Это по Г.Дьяченко.Правильно ли мы понимаем это слово?
Ведь в основном здесь не идёт речь о покаянии,перечислении
своих грехов.Речь о другом.У Даля уже основной упор идёт на
покаяние и о просьбе Господа простить грехи просящему.Тут уже
РУССКАЯ интерпритация ц.сл.языка. А вот ещё один пример:беру
Грамматику ц.сл. языка Иеромонаха Алипия(Гаманович),2005 г.
издательство им. свт.Льва,папы Римского,Киев.Особенности в
употреблении предлогов.В последнем пункте 6) за - в значении
от,мимо: иди за мной,сатано
(Матф 4,10).Вернёмся к Дьяченко.
В пункте 3) за - в значении позади,вслед: иди за мною сотоно.
Смысл то совершенно противоположный! Господь не гонит его,
а предлогает идти за Ним,напоминает сатане кто он и кому служить должен. Кто то на Иеромонаха Алипия(Гамановича) "нажал" и тот поддался.Вот и весь сказ.И с амвона читают: иди от меня,сатана.
Хотя в Евангелии по ц.сл. написаны слова Господа:"иди за мной
сатана." И это не всё по Евангелию.Будет настроение,продолжу.
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2020, создание портала - Vinchi Group & MySites