Некоторые из сохранившихся наставлений отца Симеона.

Преподобный Симео́н (Желнин), Псково-Печерский, иеросхимонах

Ко дню памяти отца Симеона 18 января
Батюшка говорил: "Наша братия дружная, смиренная, но правило читать ленятся, а читать-то всего нужно три канона: Иисусу Сладчайшему, Богородице и Ангелу Хранителю. Нужно их читать каждый день обязательно, кроме Пасхи. И время-то на них нужно всего один час. А у нас каноны читают очень немногие, ну хорошо, коли человек десять".
"У нас, братия, есть будущие столпники, аскеты, юродивые и сильно юродивые. А есть такие, у которых сплошная любовь ко всем людям".

"Вот пример смирения. Приходит ко мне один монах и говорит: "Батюшка, ко мне все время ходит одна женщина, предлагает помочь в чем. Я ей говорю: "Спаси Господи". А я его спрашиваю: "Давно ли она тебе предлагает свои услуги?" А он отвечает: "Да, наверное, года три". Я спрашиваю его: "А какая она, молодая или старая?" – "Простите, – говорит, – батюшка, я ее не видел в лицо!" Вот какое смирение у некоторых монахов у нас в обители".

Еще говорил батюшка: "Вот в наше время, в 20-м веке, и у нас в обители есть тоже смиренные отцы, которые считают трудным для себя выйти из алтаря к людям с возгласом. Когда я выхожу с возгласом на народ, у меня вся рубашка мокрая, так тяжело мне выходить на народ".

"Вот какой Господь Человеколюбец, – говорил батюшка, – мы пришли в монастырь смолоду, а вот есть такие, которые прожили с семьей долгое время, имеют детей, а Господь призвал их в монастырь, и некоторые из них сподобились ангельского сана".

"Есть такая братия, которая несет свое послушание без ропота, со смирением и без гордости. Такая братия спасется".

"Кто радеет о своей обители, хранит ее ценности, не расточает, а несет в обитель, того Господь спасет и наградит, и это послушание Матерь Божия считает выше всего. Кто кладет в кружку, того Матерь Божия наградит талантом".

"Есть и такая братия, которая всему монастырю крест".

Батюшка по принятии схимы около 30 лет служил в Успенском храме, и печеряне называли эту церковь "Симеонова". Он всегда в алтаре у окна вынимал частицы. К. Н., будучи в то время благочинным, дерзнул прогнать батюшку с этого места на другое, где престол святителей Антония и Феодосия. Батюшка смиренно ушел, но сказал ему: "Ты выгнал отсюда не меня, а тысячу душ, и за это Господь тебя накажет и на земле, и на том свете, разве, если ты сумеешь покаяться". Впоследствии так и получилось. К. Н. сильно болел и, когда ему предложили раскаяться в этом грехе, сказал, что не помнит его.

Когда пришел в обитель о. Алипий (наместник монастыря) и читал первый раз акафист преподобному Корнилию, батюшка о. Симеон сказал, слушая его: "По голосу и по чтению видно – будет хороший. Да ведь наш владыченька Пимен и не прислал бы плохого".

В бытность архимандрита Пимена монастырские земли – посевы и огороды – были отобраны, и, несмотря на все хлопоты, их не вернули, а дали земли за монастырем, под огороды. Посеяли овощи на новой земле, но они всходов не дали. Много раз архимандрит Пимен приходил к батюшке и сетовал, что все черно – всходов нет. А батюшка все эти дни потайным ходом ходил на огороды и молился; и по его святым молитвам Господь послал всходы, а затем обильный урожай, да такой, что когда шел крестный ход, то бывший агроном А. Д. выставил охрану, чтобы не потоптали. Было все необыкновенное, и все изумлялись и благодарили Бога, что на таком пустыре выросло такое обилие плодов. Про батюшкины молитвы выдала Ольга, которая в обеденный перерыв оставалась в огороде караулить монастырский инвентарь.

Когда пришел в монастырь один из иеромонахов, о. Симеон сказал благочинному, чтобы он не допускал его никуда; и потом слова его исполнились. Этот иеромонах не оправдал своего сана.

Батюшка говорил: "Когда я был дьяконишком, во сне мне было большое искушение, и я так смутился, что не мог сказать своему духовнику. Вот за обедней все духовенство стало приобщаться Святых Тайн, а я отошел в сторону, и не мог причаститься. Все причащаются и спрашивают: "А где Вассиан, почему он не причащается?" Тогда архимандрит Мефодий на весь алтарь стал меня звать, говоря: "Ты что же это покрываешь врага?! Кайся, а то он в следующий раз тебе не то еще сделает". И вот мне пришлось вместо того, чтобы покаяться одному духовнику, каяться во всеуслышание. Потом причастился, и мне стало легче".

Отец Симеон говорил, что он один раз всего был в отпуске за всю жизнь и каялся в этом, так как видел много соблазнов от сатаны. Поэтому он не советовал никому из монахов ездить в отпуск.

Батюшка Симеон говорил, что есть такие монахи, которые берут на себя то, чего им не дано, и получается гибель.

Однажды утром батюшка Симеон читал правило, в это время к нему в стену стал стучать о. Серафим, говоря: "Что вы там, батюшка, делаете, ко мне доносится необыкновенное благоухание". Но батюшка не отвечал. Тогда о. Серафим с матушкой Александрой вошли к нему в келью с тем же вопросом. Батюшка повернулся от аналоя и сказал: "Это дымок из печки, а вам показалось благоухание".

Отец Симеон говорил: "Меня многие судили и говорили: старец меня поцеловал, старец погладил. А кого я погладил или поцеловал – так я исцелял, страсти их брал". И добавлял: "Как хорошо, что я землей пахну".

Отец Симеон скрывал свою благодатность и в обращении с людьми был прост, и многие не подозревали, что через прикосновение батюшкиных рук получали исцеление от того или иного недуга.

Батюшка всегда предлагал своим чадам выпить у него стакан чаю, и люди по молитвам батюшки через монастырскую воду очищались от своей скверны.

Батюшка учил честно относиться к своему труду: "Кто любит свой труд – это дар Божий". Еще говорил: "Честное отношение к труду надо ставить на первое место". Бывали случаи, что у человека оканчивался отпуск накануне большого праздника, а батюшка давал благословение на отъезд.

Как-то заболел монах Вассиан. Врачи определили у него рак желудка и предложили взять его из больницы как безнадежного, а батюшка сказал: "Идите в больницу и скажите, что у него нарыв и что он прорвется". И, действительно, нарыв прорвался ночью, и о. Вассиан стал здоров, и по сие время жив.

На вопрос – строить ли дом или обождать – о. Симеон давал благословение строить, говоря: "Живой думает о живом".

Одна женщина спрашивала о. Симеона несколько раз про своего сына – спасется ли он. Однажды он ей ответил: "Ты мне надоела со своим сыном: как же он может спастись, если он этого не хочет". Она стала опять спрашивать – спасется ли он? Тогда батюшка ответил ей: "Тебе очень хочется, чтобы он спасся? Он может спастись только через скорби, а все скорби падут на тебя. Но ты тогда уже не ропщи, переноси их со смирением". И сын ее стал сильно болеть.

ПОСЛЕДНИЕ ДНИ ЖИЗНИ ОТЦА СИМЕОНА
Записано по воспоминаниям очевидцев, безвыходно служивших ему в эти дни.
Батюшка всех принимал и, при помощи Божией, никто не уходил от него неутешен, а приезжали к нему люди из разных мест.

Незадолго до смерти батюшка лежал на кровати, повернувшись лицом к стене. Там висели стенные часы, и на бой часов он сказал: "Благодарю вас, часики, что вы верно мне служили во всю мою жизнь, и я никогда не проспал ни к службе Божией, ни на послушание". Затем стал он благодарить Господа и Пречистую Матерь Его, говоря: "Вы во всем мне помогали, Вы всегда были со мной, я любил Вас и святую Вашу обитель. А теперь я перехожу в неведомый мир, как-то Вы меня примите?!" И зарыдал, как ребенок, и стал просить Господа, чтобы Он простил ему все грехи. Долго он неутешно плакал. Присутствовавшие, слыша все это, сами плакали. Тут же батюшка стал вспоминать, как он работал в саду и видел в каждом цветке и листочке Самого Господа и что ему радостно жилось с Господом.

За три дня до смерти матушка Александра с утра не смогла вычитать батюшкино правило, так как он благословил ее печь просфоры. Через некоторое время она вернулась в келью и посетовала, что батюшка в этот день не приобщился Святых Тайн. На это он смиренно ответил: "Да, не приобщился". В час ночи матушка Александра освободилась совсем и спросила у батюшки благословения отдохнуть. Он благословил. В три часа ночи она снова вошла к нему в келью узнать, как он себя чувствует, и видит: батюшка лежит светлый, как солнце. И он сказал ей: "Я уже приобщился". Матушка Александра удивилась этому – никто в келью не входил; и, видя ее удивление, батюшка проговорил: "Приобщился сам, а чашу чудесным образом принесли!" После этого отец Серафим каждый раз в два часа ночи приходил и приобщал батюшку.

Перед смертью батюшка сказал: "Я теперь все распределил, осталось только снять епитимьи с тех, на кого я их наложил". И на другой день все, о ком он говорил, пришли. Одного из них матушка Александра спросила, как он явился. Тот ответил: "Не знаю, как сюда попал и как отсюда уйду". Сняв со всех епитимьи, батюшка сказал: "Ну, теперь я спокойно отойду". Однажды батюшка сказал, что лукавый что ни день подступает со своими законами и выспрашивает, зачем он ежедневно приобщается Святых Тайн.

За несколько дней до смерти батюшка сидел в своем кресле против аналоя, держа руку у сердца, и шептал: "Матерь Божия, вот тут болит!" В это время вошла матушка Александра и, услышав эти слова, подумала, что батюшка, глядя на образ Божией Матери, молится и показывает Ей, где болит. Она сразу вышла, чтобы не мешать. В это время на кухне сидела его духовная дочь из Вырицы. Увидя матушку, она спросила: "Что за гости сейчас пошли к батюшке? Я видела, как к нему вошла высокая в необычайном одеянии Игумения и с Нею двое мужей". Этим словам матушка Александра была крайне удивлена и возвратилась обратно в келью, оставив дверь открытой, чтобы та все слышала. Она попросила батюшку подтвердить, что кроме нее никто не входил, на это он ответил: "Она права, что видела приходящих, и ты права, что не видела никого". И шепотом добавил: "Была Матерь Божия и апостолы Петр и Иоанн, и спрашивала, где у меня болит". – "Ох, батюшка! – воскликнула матушка Александра. – И ты с Нею говорил?" А батюшка тихо ответил: "Это уже не в первый раз Матерь Божия посетила меня, грешного".

Спустя некоторое время он сказал, что приходил Архистратиг Михаил с сонмом Ангелов, а за час до смерти – что был сонм угодников Божиих.

На вопрос – на кого он покидает их – ответил: "На Матерь Божию", и наставлял любить друг друга, прощать всем обиды, потому что ненависть хотя бы к одному человеку ведет к смертному греху, и так прощать, чтобы человек знал, что ты ему простил. Сказал, что за дары монастырю Матерь Божия сторицею воздаст, а кто монашеское раздает мирянам вещами или деньгами – тому нет прощения от Господа. Образно сказал: "На каком суку сидит, тот сук и подтачивает, сук упадет и сам с суком тоже. Не будут прощены грехи тем, кто братию свою поносит и расточает монастырское добро". Затем наказал матушке Александре: "Ничего не бери монастырского, ты скоро после меня отойдешь ко Господу, приобретай более Духа Святого".

По откровению от Господа батюшка ждал смерти 15 января 1960 г., в день преподобного Серафима Саровского. Всех беспокоило: если умрет в праздники, на Святках, что делать? Пришел к нему наместник о. Алипий – тоже беспокоился об этом – и сказал батюшке, чтобы он попросил Господа в эти дни не умирать. А батюшка и отвечает: "Хорошо, ты наместник, а я послушник, пусть будет по-твоему". Так и вышло. По послушанию наместнику о. Алипию батюшка умер 18 января 1960 года.

В этот день паломники стали приходить к батюшке с пяти часов утра. Он, как всегда, принимал сидя в кресле, так ему было легче дышать. Все это время около него была Вера Р., она поддерживала его. Время от времени батюшка говорил, что смерть подходит все ближе к груди, а люди все шли и шли на благословение, и всех он благословлял. Около десяти часов утра голова у батюшки совсем склонилась, и он с помощью Веры и матушки Александры лег на кровать лицом к аналою, положив левую руку под щеку. В это время постучали и с разрешения матушки вошли две женщины, и попросили благословения. Батюшка положил руку на голову сначала одной, а затем другой, потом глубоко вздохнул и затих... Матушка Александра поняла, что это наступает смерть и загоревала, причитая: "Батюшка умер". Некоторые из присутствовавших утверждали, что батюшка уснул, другие – что у него сердечный приступ. Но он был уже мертв. Удивительно, что многие из духовных детей батюшки, находясь далеко от Печор, в тот же день и час почувствовали, что на земле уже нет его.

Одной духовной дочери 3., находившейся на отдыхе, во сне 18 января Ангел указал путь батюшки на небо. Другой, находившейся в храме, во время пения "Ныне отпущаеши" пришла мысль, что батюшка тяжело болен и в церковь не пошел, а "Во Иордане крещающуся" ему поют Ангелы... Об этом она поведала другой, стоявшей рядом с нею его духовной дочери. И здесь же они узнали, что батюшка скончался. Приехав на погребение в Печоры, они сразу пошли в батюшкину келью. Там среди находившихся людей шел разговор, что перед смертью батюшка говорил, что пришли Ангелы и пели ему. Духовная дочь П., бывшая у батюшки на Рождество Христово, рассказала, что тогда он сказал ей, что скоро умрет и она больше его не увидит. Она заплакала, что не будет знать, когда он скончается, и не сможет приехать на погребение, но он утешил ее: "Не плачь – приедешь последняя". Так и вышло. Она чудесным образом узнала о смерти батюшки и сразу пошла на вокзал, чтобы ехать в Печоры, откладывать было нельзя, так как был уже третий день. На вокзале кассир объявил, что до Пскова осталось всего четыре билета. "Представьте себе, – сказал он ей, – вам продаю последний билет". И тут же пояснил, что последние два дня масса людей едет хоронить какого-то старца.

Отпевание было 21 января при многолюдном стечении молящихся со всех концов страны. И у всех вместе со скорбью на душе была "Светлая Пасха", чувствовали, что остались сиротами на земле, но обрели теплого молитвенника пред Богом.

По материалам Православие.RU

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2020, создание портала - Vinchi Group & MySites