Черные мифы о русских царях

Святой Царь Ианн
После изобретения книгопечатания круг лиц, знакомых с печатным словом, стремительно расширялся, и уже к концу XV в. книги вышли за пределы узкого круга гуманистической интеллигенции и ученых-богословов. Именно тогда понятие «информационная война», еще терминологически не закрепленное, приобрело формы, вполне узнаваемые нами и в XXI в.

Наряду с Библией и солидными научными трактатами в начале XVI в. появились и летучие листки, содержащие четыре-восемь страниц крупно набранного текста, нередко сопровождавшегося примитивными гравюрами на дереве – по сути, «желтая пресса» тех лет.

Именно тогда среди этих предшественников газет впервые появилась и «русская тема». Серьезно европейцы принялись за формирование представлений о России как стране жестоких, агрессивных варваров, рабски покорных своим тиранам, во время правления Ивана Грозного. Размытый образ врага-схизматика начал приобретать более конкретные очертания.

В январе 1558 г. Иван IV Васильевич начал Ливонскую войну за выход России к Балтийскому морю. А в 1561-ом – появился листок со следующим заголовком: «Весьма мерзкие, ужасные, доселе неслыханные, истинные новые известия, какие зверства совершают московиты с пленными христианами из Лифляндии, мужчинами и женщинами, девственницами и детьми, и какой вред ежедневно причиняют им в их стране. Попутно показано, в чем заключается бoльшая опасность и нужда лифляндцев. Всем христианам в предостережение и улучшение их греховной жизни писано из Лифляндии и напечатано. Нюрнберг 1561». Сообщения «желтой прессы» подкреплялись художественно. Этот новый тип ориентированного на широкую публику источника информации изменил ее отбор и способы подачи. Как и в современной бульварной прессе, отбираются шокирующие, ужасные известия и подаются таким образом, чтобы воздействовать на чувства, а не давать объективную картину. Быстро формируются определенные штампы. Прямо или косвенно русских изображали, используя негативные образы Ветхого Завета.

Ивана Грозного сравнивали с фараоном, Навуходоносором и Иродом. Его однозначно определяли как тирана. Именно тогда слово «тиран» стало нарицательным для определения всех правителей России в принципе.

Авторы известий о походах Грозного прямо «заимствовали» описания турецких завоеваний. Саксонский курфюрст Август I стал автором знаменитой сентенции, смысл которой сводился к тому, что русская опасность сравнима лишь с турецкой. Иван Грозный изображался в платье турецкого султана. Писали о его гареме из 50-ти жен, причем надоевших он якобы убивал. Видимо, этим объясняется настойчивое стремление современной прозападной историографии «насчитать» у реального Ивана Грозного как можно больше жен.

Исследователь печатных известий о России Ивана Грозного А. Каппелер обнаружил 62 выпущенных в XVI в. летучих листка на русскую тему. Подавляющая часть их посвящена Ливонской войне, и, разумеется, все русские и их царь изображены там в самых мрачных тонах. Именно тогда появляется первая в истории польской армии походная типография, руководитель которой, с плебейской фамилией Лапка, получил впоследствии шляхетское достоинство и дворянскую фамилию Лапчинский. Польская пропаганда работала на нескольких языках и по нескольким направлениям на всю Европу. И делала это весьма эффективно.

Понятно, что и тогда в Европе уже существовали так называемые двойные стандарты. Например, ровно в ту же эпоху, когда жил Грозный, Генрих VIII в Англии казнил своих канцлеров одного за другим. В 1553 г., когда первый английский корабль достиг района будущего Архангельска, британской королевой стала католичка Мария, прозванная Кровавой. Она правила всего пять лет, но за это время было сожжено 287 человек, в том числе несколько епископов англиканской церкви. Многие погибли в застенках и были казнены другими способами.

В 1570 г. герцог Альба на Франкфуртском депутационстаге высказал идею не посылать в Московию артиллерию, дабы она не стала врагом «грозным не только для империи, но и для всего Запада». И это тот самый герцог Альба, который, будучи назначенным наместником Карла V в Нидерландах, учредил судилище, пославшее на эшафот в течение трех месяцев 1567 г. 1800 человек. А после нового наступления протестантов из Германии, в следующем году, жертвами расправы стало уже несколько тысяч человек, сотни тысяч бежали за границу.

Так что, важна была не объективная жестокость того или иного правителя или полководца, а, так сказать, система распознавания «свой-чужой».

В 1578 г. в окружении графа Эльзасского возник «план превращения Московии в имперскую провинцию», автором которого выступал бывший опричник, бежавший на запад, Генрих Штаден. Этот проект докладывался императору Священной Римской империи, прусскому герцогу, шведскому и польскому королям. Вот что писал Штаден: «Управлять новой имперской провинцией Россией будет один из братьев императора. На захваченных территориях власть должна принадлежать имперским комиссарам, главной задачей которых будет обеспечение немецких войск всем необходимым за счет населения. Для этого к каждому укреплению необходимо приписывать крестьян и торговых людей – на двадцать или десять миль вокруг – с тем, чтобы они выплачивали жалование воинским людям и доставляли бы все необходимое…»

Русских предлагалось делать пленными, сгоняя их в замки и города. Оттуда их можно выводить на работы, «…но не иначе, как в железных кандалах, залитых у ног свинцом...»

Присутствует и идейно-религиозное обоснование грабежа: «По всей стране должны строиться каменные немецкие церкви, а московитам разрешить строить деревянные. Они скоро сгниют и в России останутся только германские каменные. Так безболезненно и естественно произойдет для московитов смена религии. Когда русская земля… будет взята, тогда границы империи сойдутся с границами персидского шаха…». До гитлеровского плана «Ост» оставалось еще 360 лет…

Для оправдания потенциальной агрессии или иных враждебных действий мифологизировалась не только внешнеполитическая агрессивность московитов, но и тиранство их царя в отношении собственных подданных. Хотя и в самой Европе все было далеко не идеально. В 1572 г. гонец от Максимилиана II Магнус Паули информирует Ивана IV о Варфоломеевской ночи. Сердобольный Иван Грозный отвечал ему на это, что «скорбит о кроверазлитии, что учинилось у французского короля в его королевстве, несколько тысяч и до сущих младенцев избито, и о том крестьянским государем пригоже скорбети, что такое безчеловечество французский король над толиким народом учинил и кровь толикую без ума пролил». Разумеется, нельзя было допустить, чтобы рекорды по жестокому истреблению своих подданных ставили Франция и Англия, и потому Джером Горсей в «Записках о России» указывает, что опричники вырезали в Новгороде семьсот тысяч (!) человек. То, что в нем всего жило 40 тысяч человек, и бушевала эпидемия, и, тем не менее, полностью сохранившиеся в синодиках списки погибших насчитывают 2800 человек – никого не смущает. Таковы законы жанра «черного пиара».

Сюжет «тиранических зверств Ивана Грозного» пережил века. Давно окончилась Ливонская война, поляки уже не без успеха пытаются отторгнуть исконно московские земли в XVII веке… и появляется очередная гравюра «Иван Грозный казнит Иоганна Бойе, наместника Вейзенштейна».

В конце правления уже Петра I в Германии выходит книга «Разговоры в царстве мертвых» с картинами казней Иваном Грозным своих врагов. Там, кстати, впервые русский государь изображается в образе медведя.

Завершающим штрихом стало распространение легенды об убийстве Иваном Грозным собственного сына. Заметим, что ни в каких русских источниках эта версия не отражена. Везде, включая личную переписку Грозного, говорится о достаточно продолжительной болезни Иоанна Иоанновича. Версия убийства была озвучена папским легатом иезуитом Антонио Поссевино, Генрихом Штаденом, англичанином Джеромом Горсеем и другими иностранцами, которые прямыми свидетелями смерти царевича не были. Н.М. Карамзин и последующие российские историки писали на эту тему, беря за основу западные источники. Интересно, что, как сообщает А.А. Севастьянов, автор перевода «Записок» Горсея, на полях рукописи Горсея, но не его рукой, возле слов «дал ему пощечину» имеется сделанная неким редактором приписка, оставшаяся в тексте навсегда и в корне меняющая излагаемую Горсеем версию смерти царевича: «метнул в него своим острым посохом». Таким образом, на Западе создавался «нужный» вариант истории России вне зависимости от подлинных событий.

Версия об убийстве, так же как и версия о невероятных жестокостях, была должным образом визуализирована. Завершение этого процесса мы видим в наши дни: достаточно взглянуть на обложку учебника «История Отечества» для 10 класса, под редакцией Б. Якеменко.

Почему же в антироссийской информационной войне такое внимание уделяется именно Грозному? Все же именно при нем Россия обрела границы, близкие к сегодняшним, присоединив Поволжье и Сибирь.

Оспорить эти приобретения можно, в том числе и через очернение исторического облика Ивана Грозного. Важно и то, что в Ливонскую войну Россия впервые воевала против Запада как коалиции государств. По составу участников это была всеевропейская война. Московское царство Ивана Грозного находилось на пике военно-экономического могущества, и потребовались усилия половины Европы, чтобы не пустить его к морям. Именно тогда перед Европой встал выбор – признать государя Московского «своим», а конфликт на Балтике – «семейным делом» европейских монархов (в данном случае России и Польши) или посчитать Россию чуждой цивилизацией вроде мусульман. Европа свой выбор сделала…

Теперь перейдем к императору Павлу I. Он сродни Ивану Грозному в том, что его исторический образ является образчиком еще одной успешной информационной кампании Запада против русских царей. Причем при Иване Грозном степень вестернизации России была невелика, и образ Грозного приходилось искажать, расставляя «нужные» оценки задним числом. В случае же с Павлом кампания «черного пиара» велась и на западную и на российскую аудиторию одновременно, сопровождаясь комплексом спецопераций, приведших, в конечном итоге, к физическому устранению Павла заговорщиками в ночь на 11 марта 1801 г. Мы здесь не рассматриваем такую, например, версию, что Иван Грозный также был устранен с помощью европейских врачей, за ее недоказуемостью. Хотя содержание сулемы, то есть ядовитого хлорида ртути в останках царя и здесь наводит на некоторые аналогии и размышления…

Причины информационной войны против императора Павла Петровича те же самые, что и во времена Грозного. К концу XVIII в. Российская империя достигла пика могущества, позволяющего ей на равных бросить вызов всей континентальной Европе.

Собственно, позднее – в 1812-1814 гг. – она это успешно и сделала.

Заключительные годы правления Екатерины II характеризуются резким ухудшением отношений с Британией. Это ухудшение очень легко проследить на примере относительно нового оружия информационной войны – карикатуры. Уничтожение разбойничьего Крымского ханства, укрепление России в Северном Причерноморье и создание Черноморского флота, а затем и блестящие победы адмирала Ушакова на море – все это встревожило Англию. Весной 1791 г. разгорелся острейший международный конфликт, вошедший в историю как «Очаковский кризис». Британский кабинет министров решил предъявить Московии ультиматум. Великобритания и союзная ей Пруссия грозили России объявлением войны в том случае, если она откажется вернуть Очаковскую область Турции. Дипломатический нажим сопровождался созданием соответствующего образа Екатерины и ее окружения в Европе. На карикатурах мы видим медведицу с головой Екатерины II и князя Г.А. Потемкина с обнаженной саблей в руке; вдвоем они успешно противостоят группе британских политических деятелей. За спинами политиков изображены епископы, один из которых шепчет молитву: «Избави меня, Господи, от Русских медведей…». Здесь вполне понятные европейскому читателю аллюзии на известную в раннем Средневековье молитву «Избави меня, Господи, от гнева норманов…». Снова, как и во времена Грозного, Россия представлена в образе варваров, угрожающих европейцам. Однако наблюдается смещение акцентов информационной войны. «Русская угроза» уже не равнозначна турецкой. Она намного опасней.

Надо сказать, британское давление возымело некоторое действие. Большинство членов русского правительства склонялось к удовлетворению требований Англии. Но Екатерина II проявила политическую твердость. Российской дипломатии удалось направить общественное мнение англичан в антивоенное русло и заставить английское правительство отказаться от своих требований. Все закончилось не унизительными уступками европейским дипломатам, как уже бывало, а победным Ясским миром, окончательно утвердившим Россию в Причерноморье и сделавшим ее арбитром во взаимоотношениях православных балканских народов с Османской империей. Достичь этого удалось и благодаря использованию против Запада его же оружия – манипуляций с общественным мнением, в том числе с помощью карикатуры.

Первая настоящая русская политическая карикатура – это картина Гавриила Скородумова «Баланс Европы в 1791 году», изображающая большие весы, которые накренились в ту сторону, где на чаше стоит суворовский гренадер — «один да грузен»,— перевешивая всех врагов России.

Екатерина недвусмысленно намекает, каким образом будет решаться «Очаковский вопрос», если Англия продолжит свою политику. Этот язык в Англии прекрасно понимали… и отступились.

После первого поражения английская пропагандистская машина заработала на полную мощность. Мишенью сделались «русское зверство» и наш самый знаменитый полководец – А.В. Суворов. Благо повод нашелся быстро: подавление польского восстания. Удар разом наносился по самой Екатерине, лучшему русскому полководцу и русскому народу, который преподносился в образе «бесчеловечных казаков». Были задействованы и классические батальные картины и карикатура. На них казаки уничтожают мирных жителей, а подошедший к трону Суворов (это его первое, но далеко не последнее появление в английских карикатурах) протягивает Екатерине головы польских женщин и детей со словами: «Итак, моя Царственная Госпожа, я в полной мере исполнил Ваше ласковое материнское поручение к заблудшему народу Польши, и принес Вам Сбор Десяти Тысяч Голов, заботливо отделенных от их заблудших тел на следующий день после Капитуляции». Позади Суворова изображены трое его солдат, несущих корзины с головами несчастных полек.

Наступление в «желтой прессе» на Россию вообще и Суворова в частности достигло пика при императоре Павле I, который во внешнеполитической деятельности руководствовался исключительно интересами России. Полководец представал перед европейским обывателем в облике кровожадного пожирателя вражеских армий, этакого упыря-кровопийцы. Обратим внимание – эти карикатуры датированы 1799-1800 гг., то есть тем временем, когда Россия выступает СОЮЗНИКОМ Англии против революционной Франции! Но к тому времени геополитические противоречия достигли такого накала, что на подобные «мелочи» никто в Англии уже не обращал внимания. Именно в эти годы набирает обороты антисуворовская истерия. Позднейшая характерная заметка о Суворове опубликованная в английской газете «The Times» от 26 января 1818 г. содержит, например, такую характеристику: «все почести не могут смыть позора прихотливой жестокости с его характера и заставить историка писать его портрет в каких-либо иных красках, кроме тех, что достойны удачливого сумасшедшего милитариста или ловкого дикаря».

Такое отношение к личности Суворова сохранилось в западной исторической науке и сегодня. Это один из законов информационных войн: грамотно распропагандированный миф воспринимается детьми его создателей как истина в последней инстанции.

Что касается Павла I, то о сумасшествии и скором свержении царя заговорили сразу. Уже на коронации 5 апреля 1797 г. англичане «предсказывают»: «В Российской империи скоро произойдет важное событие. Не смею сказать большего, но я боюсь этого…». Это «предсказание» совпало с отказом Павла направить войска против Франции. Он имел «дерзость» не воевать за интересы, далекие от интересов России. Пришлось британцам раздавать обещания: военно-морскую базу в Средиземном море на Мальте, раздел сфер влияния в Европе и т.д. Конечно, по завершению победоносных походов А.В. Суворова, британские джентльмены, как сейчас говорят, «кинули» московитов. Но Павел в ответ демонстративно пошел на антибританский союз с Францией, предвосхитив тем самым на восемь десятилетий мысль своего правнука – Александра III. После этого накал антипавловской и антироссийской истерии в английской прессе достигает наивысшего предела. Павла называют «Его Московитским величеством» – привет, так сказать, из времен Ливонской войны!

Центральные английские газеты уже в январе делают информационные вбросы о грядущем свержении Павла: «Мы потому ожидаем услышать со следующей почтой, что великодушный Павел прекратил править!» или «Большие изменения, судя по всему, уже произошли в правительстве России, или не могут не произойти в ближайшее время». Таких сообщений в январе-феврале насчитывается десятки, они неизменно сопровождаются указанием на слабоумие императора. Действительно, кем же еще может быть человек, который поступил с Британией так же, как она поступала со всеми континентальными странами? Тема союза с наполеоновской Францией, как смертельно опасная для Британии, вызывала яростные нападки. Например, на одной из карикатур Наполеон ведет на цепи Русского Медведя – Павла. Карикатура должна была подчеркнуть зависимую роль России в готовящемся союзе с Францией, что не соответствовало действительности. В стихотворении, сопровождающем картину, содержится удивительное «предвидение». Медведь-Павел говорит: «Скоро моя власть падет!», а вина за грядущее возлагается на самого Павла словами «я усиленно готовлю свое падение».

Трудно истолковать это иначе, как сигнал уже сформированной команде убийц Павла I и как подготовку общественного мнения Европы к грядущим «переменам» внутри России. Жалеть же изображенного сумасшедшего монстра явно не стоит…

Хотя тогда еще прекрасно понимали, что это – лишь пропаганда: в тех же газетах, где пишется о сумасшествии русского царя, признавалось, что его внешнеполитическая линия вполне разумна. По мнению британских обозревателей, «Мальта это не просто прихоть Павла», а вполне совпадает с интересами России иметь базу в Средиземном море против Турции. Выступивший в рамках Второго Нейтралитета российский флот был в состоянии разорвать британскую блокаду Европы и высадить десант на Британские острова – давний страх англичан. Этот рационализм политики Павла и ее соответствие интересам России признавали сквозь зубы английские дипломаты тех лет, однако не признает, по сей день, российская историографическая традиция…

Но вернемся к информационной войне зимы 1801 года… 27-го января в английской прессе появляется сообщение, что в Лондон «прибыл российский чиновник с новостями о смещении Павла и назначении Регентского совета, возглавляемого Императрицей и принцем Александром». До смерти Павла оставалось ровно полтора месяца…

Это своего рода черная магия информационной войны: упорно повторяя, то, чего хочешь достичь, как будто это УЖЕ случилось, ты изменяешь Реальность, готовя заранее приятие того, чему еще предстоит произойти. Этот прием информационной войны европейцы тогда применили в первый, но далеко не в последний раз! Никто уже ни в Европе, ни в России не удивился, когда 11 марта 1801 г. император Павел был убит…

Итак, наша историография загромождена мифами, созданными специально для России, чтобы принизить нашу историю и наших правителей. Образ каждого российского Царя сопровождается персональным черным мифом западного происхождения. И нам необходимо неустанно развенчивать это нагромождение лжи.

Мальцев Д.А. - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Российского института стратегических исследований

Комментарии (54)

Всего: 54 комментария
#1 | Леонид Д »» | 01.11.2019 20:04
  
-1
А про Петра 1 что сказать? Почему он не упомянут?
  
#2 | Фокин Сергей »» | 01.11.2019 20:22 | ответ на: #1 ( Леонид Д ) »»
  
-3
С Петром есть весомая версия, что его подменили.
  
#3 | Андрей Рыбак »» | 01.11.2019 20:38
  
-2
Все кто живут по ветхим правилам, до святости дорасти не могут по определению. Христос был другим. Царь Николай 2 совершил прорыв среди царей. Ветхозаветчики устраивали на русской земле иудейский дохристовый образец жизни. Око за око глаз за глаз, справедливость и симфонию. Все это есть в аду, но не на Небе. Нельзя ибо служить двум господам Христу и мамонне.
  
#4 | Андрей Рыбак »» | 01.11.2019 21:24
  
1
Император Николай II и его святейшая семья
#5 | Инна Ш. »» | 02.11.2019 21:01
  
-1
Иоанн Грозный не канонизирован церковью ( как у вас на фото )

"Протоиерей Владислав Цыпин:
^ Идея этой канонизации – провокационная

Мысль о канонизации царя Ивана Грозного, насколько мне известно, никогда в прошлом всерьез никем не высказывалась. Эта идея – явление последних лет. Для историков эпоха Ивана Грозного и его место в истории России – это область исследований и полемики, но до последнего времени спор шел об оценке Ивана Грозного исключительно как исторического деятеля. А вот что он, оказывается, еще и один из угодников Божиих – такая экстравагантная мысль принадлежит уже нашему времени, и это симптом болезненного состояния религиозного сознания части нашего народа.

Мне вспоминается эпизод, который проливает некоторый свет на психологию и идеологию тех, кто носится с этой идеей. Лет десять тому назад, в начале 90-х годов, меня пригласили в одну общественно-политическую организацию на конференцию, сделать доклад на тему отношения Церкви к монархии. В докладе я старался быть объективным, избегая всякой идеологии, я просто пытался почерпнуть из истории взгляд на этот вопрос. Реакция на мое выступление в этом обществе, воспаленном монархическими настроениями, была довольно терпимой, но я не смог угодить им вполне. И вот, чтобы помочь мне лучше понять их настроения, они сказали: «Вот вы же имеете своего игумена (почему-то они приняли меня за монаха), которому служите, и мы хотим иметь такого же игумена-царя». Я ответил: «Это же разные сферы жизни – монастырь и государство. К тому же игумен свою братию знает, у него личные отношения с каждым из монахов, а у царя – миллионы подданных, и никакие личные отношения с каждым из них для него невозможны». Мне на это сказали: «Это для обычных подданных невозможны. А для тех, кто восстанавливает монархию?»

В этом эпизоде очень ярко, наивно и простодушно были выражены помышления тех, кто носится с идеей канонизации Ивана Грозного, – им хочется быть подручными в деле восстановления монархии, «опричниками», как многие из них себя называют.

Вспоминаю и еще один разговор. Моим собеседником был читатель подобных журналов и газет. Он горячо поддерживал мысль о канонизации Ивана Грозного. В конце спора, когда все его аргументы обнаружили свою очевидную несостоятельность, он вынужден был признать, что со строгой церковно-канонической точки зрения трудно настаивать на канонизации Ивана Грозного. И тогда он прибег к своему последнему аргументу: «Как же вы не хотите оценить такой его подвиг: ведь он своими собственными руками багром топил жидовствующих!» Я сказал, что это, безусловно, выразительная сцена, но она, во-первых, представляется мне малодостоверной, и к тому же разве это аргумент за канонизацию, а не против нее? И еще в статьях некоторых поклонников Ивана Грозного, явно проскальзывает антииерархическая идея этой проектируемой канонизации. Так, в одной из статей было прямо написано, что канонизации Ивана Грозного как огня боятся «современные Колычевы». Понятно, что под «Колычевыми» тут подразумеваются продолжатели дела и служения святителя Филиппа, митрополита Московского. Совершенно саморазоблачающий выпад!

Конечно, как сказал Святейший Патриарх Алексий II, во всей этой затее мы имеем дело с провокацией. Для одних это действительно сознательная антицерковная провокация, направленная на то, чтобы по возможности затруднить церковное делание, создать ранее не существовавшие проблемы, обострить уже имеющиеся. Другие из тех, кто ведет эту кампанию, считают, что Церковь должна быть служанкой в делах политических, что ее нужно использовать в своих целях. Вероятно, этим людям представляется, что если бы они привлекли Церковь на свою сторону, она была бы им мощной поддержкой. Но есть еще и множество людей исторически и богословски наивных. Они легко верят всему, что написано. И мы более всего должны быть обеспокоены тем, что в сознание этих людей вносится смущение."
  
#6 | Фокин Сергей »» | 02.11.2019 22:35 | ответ на: #5 ( Инна Ш. ) »»
  
-3
Как месточтимый Святой, - Царь Иоанн канонизирован давно.

Не удивлён, что вы разместили это, а не например данную статью:

Леонид Болотин

ЗЕМНАЯ ИКОНА
ЦАРСТВА НЕБЕСНОГО
Иван Грозный как державный исповедник
и создатель русского духовного оружия
"последних времен"
Спорить об Иване Грозном можно бесконечно. Если мы при этом все время будем оглядываться на те мифы и идеологемы, которые обильно рассеяны в исторической литературе XIX-ХХ веков, то попадем в порочный полемический круг. Для того чтобы вырваться из него, необходимо сформулировать истинно-церковный взгляд на тот исторический период, который можно назвать эпохой становления русского самосознания и русской самодержавной государственности.

БОЖЬЯ БЛАГОДАТЬ И ВРАЖЬЯ ЗЛОБА

Что есть Православное Царство по учению Церкви? В идеале Православное Царство есть икона Царства Небесного. Рассмотрим же с этой, церковной точки зрения, ситуацию в мире, сложившуюся к середине XVI-го столетия.
Византия - Православное Царство - разрушена. Его преемником готова стать Русь. Но эта русская икона еще не существует, она еще не написана. Еще нет того державного иконописца, который был бы готов к такой грандиозной работе.
И вот, Господь, промыслительно пестуя грядущий Третий Рим, воздвигает среди духовных наследников Святителя Геннадия Новгородского нового Своего избранника - Святителя Макария. Сперва, после 16-летнего вдовства Новгородской кафедры он - по воле Великого Князя Василия III - взошел на неё. А затем, уже при юном Великом Князе Иоанне IV, был поставлен Освященным Собором на кафедру Московскую и Всероссийскую.
Именно Святителю Макарию во многом принадлежит замысел открытого провозглашения Русской Земли, русского государства - законным восприемником державной благодати Православного Царства. Этот Святитель и стал воспитателем юного Великого Князя Иоанна Васильевича. Именно он и венчал его на Царство.
Любой благочестивый иконописец знает, какие искушения начинаются, когда он приступает к написанию иконы. Именно поэтому начало иконописания обычно связывают с сугубым постом, с усилением молитвенного правила. Служатся молебны, освящается доска, средства иконописания…
И это при написании "обычной", так сказать, иконы. А здесь - Икона вселенского масштаба! Икона, которая вызывает у врага и его слуг такую страшную злобу, что нам своим бытовым сознанием ее глубину понять почти невозможно. Ясно, что даже для начала такой работы необходимо огромное духовное усилие!
Именно это усилие и совершила "священная сугубица" - Святитель Макарий и молодой еще тогда Государь Иоанн IV. Они - впервые в отечественной истории - явили на Русской Земле благодатную симфонию Церкви и Царства в ее промыслительной силе и полноте. Это начало Русского Царства Господь покрыл Своей явной милостью и благодатью. Поэтому-то начало царствования Ивана Грозного было столь светлым и благостным, что признают все историки, даже самые пристрастные и необъективные.
Но вражья злоба не сдалась. Она копила свои силы исподволь. Причем злоба эта копилась подле самого трона…

ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ "СВЯТОЙ РУСИ"

Среди наиболее живучих исторических мифов эпохи Иоанна IV есть миф об "избранной раде". Дескать, когда была "избранная рада", то все шло хорошо, а когда печатника Алексея Адашева, князя Курбского и Благовещенского попа Сильвестра Государь удалил от себя, началась эпоха террора. Но при ближайшем рассмотрении этот миф не выдерживает никакой критики.
Наиболее авторитетными исследователями этой проблематики среди светских ученых являются академик С.Б. Веселовский (1876-1952), профессор А.А. Зимин (1920-1980) и ныне здравствующий член-корресподент Российской Академии Наук С.О. Шмидт. Все они очень почтенные представители нашей светской историографии, почти всегда опиравшиеся в своих трудах на множество источников. И никогда не отрицавшие того очевидного факта, что частотность упоминания того или иного лица в исторических документах, в количественных характеристиках определяет и его значимость в историческом процессе.
Этот метод называется контент-анализом. Он известен не только истории, но и в богословии, в политической и военной аналитике. Вот что пишет об этом методе один современный исследователь:
"Контент-анализ является одним из самых эффективных средств оценки текста. Эта методика имеет давнюю историю. Первые упоминания о его применении на практике относятся к восемнадцатому веку. В то время, подсчитывая частоту появления тем, связанных с Христом, западные теологи судили о богословской основательности той или иной книги… Ярким примером использования контент-анализа является работа американской военной цензуры в годы Второй Мировой войны. Основанием для обвинения в связях с нацистами редакторов американских СМИ служило выявление схожести в повторении определенных тем на страницах тех или иных изданий. Как метод количественного изучения содержания информации для обнаружения в ней интересующих нас фактов контент-анализ строг, систематичен и, что самое главное, ориентирован на объективные количественные показатели. Задача метода сводится к тому, чтобы просчитать, как представлены в имеющемся информационном массиве те или иные смысловые единицы".
Так вот. Чтобы избежать обвинений в предвзятости и "ненаучности", давайте попробуем взглянуть на нашу проблематику с точки зрения этого самого контент-анализа.
К 125-летию академика С.Б. Веселовского был издан небольшой сборник его статей "Царь Иван Грозный в работах писателей и историков" (М., 1999). Там говориться о князе Андрее Курбском на 15-ти страницах, о попе Сильвестре - на 6-ти, об Алексее Адашеве - на 5-ти. А святитель Макарий там упоминается только один раз! И то в связи Сильвестром и Адашевым, - говорится, что он заступался за них перед Царем…
Теперь заглянем в Указатель имен недавно переизданной "Опричнины" А.А. Зимина (М., 2001). Представители рода Адашевых там упоминаются на 34 страницах, о попе Сильвестре говорится на 16 страницах, о князе Курбском - на 68 страницах, Святитель же Макарий упоминается в книге всего 2 раза. Именно упоминается! А ведь всё это деятели, которые при жизни или в качестве исторически значимых фигур начала Опричнины не застали и потому изначально находятся в равных положениях между собой.
Листая последнюю книгу С.О. Шмидта об эпохе Царя Иоанна - "Россия Ивана Грозного" (М., Наука, 1999), мы на 108 страницах находим повествование об Адашевых, на 125 страницах - о князе Андрее Курбском, на 39 страницах идет речь о Сильвестре и только на 30 страницах упоминается Святитель Макарий.
Если суммировать эти количественные показатели, получается: князь Андрей Курбский - 208, А.Ф. Адашев - 147, иерей Сильвестр - 61, Святитель Макарий - 33. То есть в трудах названных выше историков о князе Курбском говорится в 6,3 раза больше, об А. Адашеве в 4,5 раза и о Сильвестре почти в два раза больше, чем о ключевой фигуре той эпохи - Святителе Макарии. Справедливо ли это? Нет. Научно ли это? Нет. Объективно ли это? Нет - предвзято.
Зато в глазах современников все выглядело совершенно иначе. Возьмем Никоновскую летопись. Окольничий Алексей Адашев там упоминается 30 раз, князь Андрей Курбский - 25 раз, о попе Сильвестре сказано всего 2 раза. А о Святителе Макарии - нередко весьма пространно - говорится на 124 страницах, и это не учитывая его речей и посланий, которые включены в состав летописи и сами по себе занимают несколько страниц большого формата (ПСРЛ, т. IX, XIII, XIV, М., 2000).
Именно поэтому я предлагаю взглянуть на эпоху не так, как на нее смотрят светские историки. И Святителя Макария следует воспринимать не как "одного из приближенных" Царя Иоанна Васильевича Грозного, а как ближайшего сподвижника Государя и его духовного наставника. Он - выдающийся Первосвятитель Земли Русской!
Даже в ряду Московских Святителей (коих было, начиная со Святителя Петра и до нынешнего Святейшего Патриарха Алексия II, числом 61) Святитель Макарий отличается выдающейся незаурядностью. Он - вторая фигура в Московском Государстве после Царя. А светские историки, лишенные в силу своего безбожия возможности понимать духовную проблематику, не видят его решающего участия в той эпохе. Зато, находя довольно рядовые факты политической деятельности того же Алексея Адашева, составляют на этой шаткой основе целые концепции церковно-государственных реформ Царя Иоанна Васильевича и раздувают миф "избранной раде", впервые озвученный, кстати, изменником и предателем князем Андреем Курбским.
Стоит ли удивляться, что масштабы в такой историографии совершенно искажены!
Между тем, именно Святитель Макарий ввел в оборот такое понятие как "Святая Русь", без которого сегодня просто невозможно себе представить ни историю русской государственности, ни историю нашего национального самосознания. Именно он сочинил, "изобрел" это словосочетание и наполнил его привычным для нас смыслом. А ведь до его Первосвятительства, до массового прославления, как бы сейчас сказали, Собора русских святых, главным инициатором которого был Святитель Макарий, такого понятия в ходу не было. Мы говорим о Святой Руси времен Святого Равноапостольного Князя Владимира, мы говорим о Святой Руси Великого Князя Андрея Боголюбского, Благоверного Князя Александра Невского, но сама Святая Русь собралась и образовалась именно в эпоху Ивана Грозного - в этом средоточии XVI-го века.
Более того, протоиерей Григорий Дьяченко в своем "Полном Церковно-Славянском Словаре" пишет: "Первоначально Россия называлась "Русью", затем, до Иоанна IV Грозного, она называлась "Русия". Современный Иоанну Грозному Митрополит Московский Макарий первый начал употреблять слово Россия, и Государи, следовавшие за Иоанном Грозным, в своих речах и грамотах большею частию употребляли слово "Русия" и весьма редко Россия, и только с Царствования Алексея Михайловича вместо "Русия" во всеобщее употребление вошло слово Россия" (М., 1993, с. 563, со ссылкой книгу Успенского - "Опыт повествования о древностях русских", 1818, т. 1, с. 19).
То есть самому нынешнему названию нашего государства - Россия - мы обязаны не попу Сильвестру и окольничьему Адашеву, а симфонически образованному церковному уму Святителя Макария Московского!

КТО ВАЖНЕЕ - ОКОЛЬНИЧИЙ ИЛИ МИТРОПОЛИТ?

Неудивительно, что против подобных великих деяний и заслуг восстала вся мировая злоба. Против укрепления независимости Православной России. А ведь именно Святителю Макарию Господь явил чудесное видение, в котором Святитель Николай, Мир Ликийских Чудотворец, благословляет юного Царя Иоанна Васильевича на взятие Казани. В борениях и трудах Государь - в сотрудничестве со Святителем Макарием - накапливал уникальный опыт строительства Третьего Рима, нового вселенского Православного Государства.
Опытом этим, конечно, не обладали ни Адашев, ни Курбский, ни поп Сильвестр. Сильвестра хоть и называют духовником Царя, но на самом деле он никогда им не был. Духовником Царя был последовательный сподвижник Святителя Макария ещё по Новгороду - отец Афанасий, который после смерти Святителя и до своей кончины на два с лишним года стал Митрополитом Московским и всея Руси…
Как же в светской российской историографии возник ложный образ Алексея Адашева - "значимого государственного деятеля"? Был такой историк-архивист, у которого, кстати, учился и работал в архиве Н.М. Карамзин, - Николай Николаевич Бантыш-Каменский (1737-1814). Он первый среди историков выдвинул фигуру Алексея Адашева из ряда равнозначных ему современников, обратил на нее внимание своих учеников.
Вот, что пишет об этом церковный историк, профессор Санкт-Петербургской Духовной Академии М.О. Коялович в свой фундаментальной работе "История Русского Самосознания по историческим памятникам и научным сочинениям": "В 1762 году он [Н.Н.Бантыш-Каменский] попросился на службу в Московский Архив, где и прослужил до конца дней своих. Миллер, перейдя в Москву, конечно, сразу увидел, какого неоцененного помощника нашел он в Бантыше-Каменском… Бантыш-Каменский сильно передвинул центр тяжести в нашей науке, - передвинул от вопроса о русских древностях в область достоверных, богатых русских источников - актов. Они изменили и направление Миллера, давно склонного к этому переходу…Бантыш-Каменский своими занятиями вдвинул Миллера в самую середину русской исторической жизни - в документальные богатства Московского единодержавия.
В высшей степени замечательно, что Бантыш-Каменский в истории Московского единодержавия понял самый светлый момент - лучшее время [Царя] Иоанна IV, когда им руководил Адашев, от которого: происходила жена этого почтенного архивариуса, родом Купреянова. С пониманием этого величественного в русской жизни времени естественно соединялось уяснение других важнейших сторон Московского единодержавия, как история борьбы между школой Иосифа Волоцкого и Нила Сорского. Этим мы объясняем себе изобилие памятников по этой части в Вивлиофике Новикова, как и вообще богатство там памятников из истории Московского единодержавия" (СПб, 1884, с. 149-150).
Как видим, и неуемное возвеличивание роли Адашева, и миф о "конфликте" Преподобного Нила Сорского и Преподобного Иосифа Волоцкого, принадлежат авторству влиятельного малороссийского масона Н.Н.Бантыша-Каменского, жена которого, к тому же, была потомком этого самого Адашева.

После этого миф об "избранной раде" и пошел-поехал кочевать из одного исторического труда в другой. И вот уже в трактовке историка С.О. Шмидта по своей значимости Алексей Адашев поднимается до высот чуть ли не премьер-министра или канцлера правительства России пятидесятых годов XVH века! А Святитель Макарий оказывается вытесненным на обочину этой донельзя искаженной исторической картины:
Но если мы все же беспристрастно оценим реальные исторические масштабы, расставим исторические фигуры по истинному ранжиру, мы вдруг увидим, что перед нами, перед нашим взором открываются в историографическом и духовном плане совершенно незнакомая эпоха. Эпоха становления Святой Руси, главными, ключевыми фигурами которой являются великие подвижники и державники - Царь Иоанн IV Васильевич Грозный и Святитель Макарий, Митрополит Московский и всея Руси.
Посмотрим на духовно значимые явления той эпохи, неразрывно сопряженные с державным строительством нового облика Русского Государства. Что мы увидим? Первый примирительный Государственный Собор 1549 года. Формирование идеологии Самодержавного Царства. Церковные Соборы 1547-1551 годов. Создание Лобного места на Торгу. Строительство Покровского собора на Рву. Создание научно-богословского, исследовательского и учебного центра по агиографии, летописанию, правоведению, иконописанию, церковной архитектуре и прикладным церковным искусствам в Кремле, в Чудовом монастыре. Взятие Казани. Подготовительные работы по организации книгопечатания. Блестящее начало Ливонской войны за возвращение Балтийских земель. Создание нового Судебника. Обустройство Царских Золотых палат в Кремле, фрески и иное оформление которых глубоко проникнуто идеологией Православного Самодержавия.
Рассматривая совокупность этих свершений и деяний непредвзято, с точки зрения реальной власти, становится очевидным, что духовным вдохновителем здесь могла быть только одна личность - второй человек в Государстве - Первосвятитель, а никак не кучка "молодых реформаторов".
Вот как бы надо общо и цельно посмотреть на эпоху Царя Иоанна Васильевича Грозного и Святителя Макария, Митрополита Московского и всея Руси. Только с этой точки зрения можно приниматься за ее детализацию решать: кто важнее - окольничий или Митрополит? Митрополит или один из многих иереев, к тому же вызванный самим Святителем из Новгорода? Один из военачальников или Митрополит? И вопрос об "избранной раде" растает, яко воск, и расточится, яко дым.
Тогда станет понятным, чье влияние на Царя было кардинальным и законным, а кто беззаконно пытался хоть на краткий период урвать царской милости и внимания, пытался монополизировать свое влияние на Царя.
Становится понятным, почему простой Русский Народ вплоть до революции 1917-го года свято чтил справедливость Царя Иоанна Васильевича Грозного, державно взращенную и духовно взлелеянную Святителем Макарием. Ведь известно, что в Архангельском соборе Кремля, где простой люд заказывал панихиды и о Великих Князьях, и о Русских Царях, велась специальная запись свидетельств, кто после панихид по Царю Иоанну Васильевичу Грозному получал Божью помощь. Чаще всего такая треба заказывалась в начале или в процессе каких-то тяжб, потому что народ верил в небесное заступничество Государя, суровую справедливость которого почитал еще при его жизни:
Почитание это, кстати говоря, вплоть до ХХ столетия было весьма широким и деятельным. Так, например, вскоре после того, как картина И.Е. Репина "Царь Иоанн убивает своего сына" была выставлена на общее обозрение, на нее было совершено нападение: напавший изрезал картину ножом. Современные историки искусства обычно комментирую это событие как акт больного безумца, сумасшедшего. Но для православного сознания гораздо более достоверным представляется версия, согласно которой нападавший был православным ревнителем памяти Грозного Царя, возмущенный клеветой и кощунством безбожного художника.

СВЯТОЙ БЛАГОВЕРНЫЙ ГРОЗНЫЙ ЦАРЬ

В святость Иоанна IV верил, впрочем, не только простой народ. Сегодня мы имеем все основания говорить о том, что на Москве он вполне официально почитался как общепризнанный угодник Божий. Откройте, например, трехтомный "Православный месяцеслов Востока" Архиепископа Сергия (Спасского) (Владимир, 1901), и вы обнаружите, что он включает в русские святцы имя Царя Иоанна Васильевича Грозного в качестве местночтимого Московского святого. И это есть свидетельство самой Церкви: в московских сборниках Государь издревле почитался святым. Дата его памяти - 10 июня, связана она с "обретением телеси царя Ивана". Видимо, уже в XVII-м веке в алтаре Архангельского собора производилось какое-то переустройство и в ходе ремонтных работ были обретены нетленные мощи Грозного Царя. Скорее всего, тогда же его имя и попало в святцы местночтимых святых.
Известно, что раньше молитвы местночтимым святым составлялись редко. Чаще им служились панихиды. Так что ничего оскорбительного для памяти Государя в том, что мы ныне не имеем возможности служить ему молебны, нет. И задачу современных почитателей благоверного Царя Иоанна я вижу не в том, чтобы спорить с историками, а в том, чтобы свидетельствовать о своем духовном понимании жизненного подвига Государя. О его значении в русской истории, русском самосознании, русской судьбе… Ведь по сути дела, его эпоха определила всю жизнь России - вплоть до наших дней! Так что неудивительно, что почитание Царя Иоанна за последнее десятилетие многократно возросло не только среди убежденных православных монархистов, но и среди простых верующих, безмерно далеких от наших политико-богословских дискуссий.
И ныне есть храмы, где есть фрески, изображающие Государя Иоанна Васильевича Грозного с нимбом. Причем, эти фрески опираются не на какую-то произвольную "самодеятельность", они опираются на традицию XIX-го века. Ведь именно тогда Император-Миротворец Александр Третий распорядился, чтобы в Грановитой палате Кремля была написана икона Царя Иоанна. Как святого почитала его и Императрица-Мученица Александра Феодоровна.
Так что не стоит терять силы и время в напрасных спорах с хулителями Грозного Царя. Гораздо важнее собирать свидетельства его святости. А в потребное время Господь Сам раскроет истину. И тогда будет уже ни к чему обсуждать злобные наветы иностранцев, которые почему-то кочуют сегодня из книги в книгу и принимаются всерьез даже профессиональными историками…
Вспомним, как трудно сперва пробивала себе дорогу в умах мысль о необходимости прославления Царя-искупителя Николая II! Сколько злобы и клеветы излили на него за последнее десятилетие "демократы" и "либералы", прикрывая свою ненависть к Православной России лицемерными рассуждениями о "церковной пользе". Но тщетно! Царь прославлен, и сейчас уже никому в голову не придет вступать в серьезную дискуссию с его ненавистниками и хулителями. В этом нет нужды. Его святость с нами, а клевета извержена во тьму кромешную.
То же самое, верую, произойдет и с Царем Иоанном Васильевичем Грозным. Божья истина все равно победит клевету и ложь, рассеет все грязные наветы и злобные пасквили. И образ первого русского Помазанника Божия воссияет во всей своей исконной чистоте и святости!

Но это вовсе не значит, что важнейшие аспекты державной деятельности Иоанна IV не требуют своего православного истолкования. И в первом ряду таковых деяний Грозного Царя находится учрежденная им Опричнина.
Образ Опричнины, конечно, связан не только и не столько с политическими моментами государственного строительства. Сам замысел строительства Государства Российского Царь Иоанн Васильевич Грозный и Святитель Макарий черпали из Священного Писания. Даже критики Грозного вынуждены признавать, что его литературное, духовное наследие чрезвычайно умно, чрезвычайно сильно по мысли, по богословской насыщенности и обоснованности. Поэтому, думаю, не будет преувеличением сказать, что и образ Опричного Царства во всей его специфике и необычности Иоанн IV нашел в Священном Писании - в преддверии Царства Давида после смерти Царя Саула.
Вспомним: впавший в нечестие Саул, гнавший своего самого верного слугу, уже помазанного пророком Самуилом на Царство - святого Давида - просто вынудил Давида создать своего рода "партизанское", опричное, т.е отделенное от современных ему беззаконий, Царство.
Образ странствующего Царя Давида и его, опричного Царства явился прообразом "царства не от мiра сего", пребывавшего здесь, на земле во время последних трех лет земной жизни законного Царя Иудейского - Иисуса Христа. Это Царство, состоявшее из апостолов и других учеников Спасителя, противостояло земному царству Ирода. Находясь среди людей, оно в то же время было как бы вне мiра, "опричь его".
В этом Своем царстве Иисус Христос явил тот образ противостояния злу, который в полноте раскроется лишь в самые последние времена, когда почти во всем мiре будет царствовать беззаконник-антихрист. Тогда остаток верных и составит ту "Божию опричнину", к которой обращены знаменитые слова Спасителя: "не бойся, малое стадо"…
Именно такое понимание Опричнины - как "кочующего царства", противостоящего злу, находящегося "опричь его" - вложил Иоанн Васильевич Грозный в основанное им учреждение. Сам же впоследствии и "свернул" это Опричное Царство и написал в своем завещании: "образец учинен". Мол, я вам показал, как надо обустроить русскую жизнь, чтобы сделать Русь ковчегом Истины, способным выдержать даже страшные бури последних времен, а там вы уж сами решайте - хватит ли у вас сил и ревности…
Итак, в своем окончательном, идеальном виде Опричнина есть орудие борьбы с антихристом, русское духовное орудие "последних времен". Вот почему учиненный Грозным Царем образец оказался не нужен ни его сыну Феодору, ни Борису Годунову, ни Царям из династии Романовых. Время еще не пришло!
Великая тайна Опричнины откроется лишь тому - грядущему - Русскому Государю, который станет последним настоящим наследником Святого Равноапостольного Царя Константина Великого и Византийских Государей. Вот для чего этот загадочный, таинственный опыт Царя Иоанна Васильевича Грозного с опричным Царством! Образец им был учинен:
Отсюда и мировая злоба всех антихрианских и бесовских сил к этому прозорливому Государю. И порой эта лютая злоба проникает даже в добрые сердца, в сердца добрых христиан, даже - в сердца некоторых пастырей, неправо богословствующих и нелестно пишущих о Государе Иоанне. Проникает она и в сердца некоторых наших православных историков. Но Бог не без милости. И Святая Русь еще воскреснет. И светлый образ Царя Иоанна Васильевича просияет дивным светом святости в сонме российских угодников Божиих!
#7 | Инна Ш. »» | 02.11.2019 23:16 | ответ на: #6 ( Фокин Сергей ) »»
  
-3
Я не знаю, кто этот Леонид Болоткин, и можно ли ему доверять, но я верю Андрею Кураеву, который говорит, что Иван Грозный был отлучен от Церкви за четвертый брак. ссылка на видео ( 60 минута)

https://youtu.be/gH6UCyDBTts

( Кураев: что говорит венчание Собчак об отношениях Путина с патриархом Кириллом)

Поэтому вот эти слова из вашей статьи, видимо не истинны: "В святость Иоанна IV верил, впрочем, не только простой народ. Сегодня мы имеем все основания говорить о том, что на Москве он вполне официально почитался как общепризнанный угодник Божий. Откройте, например, трехтомный "Православный месяцеслов Востока" Архиепископа Сергия (Спасского) (Владимир, 1901), и вы обнаружите, что он включает в русские святцы имя Царя Иоанна Васильевича Грозного в качестве местночтимого Московского святого. И это есть свидетельство самой Церкви: в московских сборниках Государь издревле почитался святым. Дата его памяти - 10 июня, связана она с "обретением телеси царя Ивана". Видимо, уже в XVII-м веке в алтаре Архангельского собора производилось какое-то переустройство и в ходе ремонтных работ были обретены нетленные мощи Грозного Царя. Скорее всего, тогда же его имя и попало в святцы местночтимых святых."


Канонизация Святых Церковью это Особый процесс. А не чья-то самодеятельность.
#8 | Мотря »» | 03.11.2019 00:16 | ответ на: #6 ( Фокин Сергей ) »»
  
0
"Как месточтимый Святой, - Царь Иоанн канонизирован давно."

Это неправда! И Вы хорошо об этом осведомлены. Так, к чему эта заведомая ложь?
#9 | Феориев Х.Р. »» | 03.11.2019 08:03
  
-1
В царствие Романовых о Иоане 4 и разговора быть не могло.
Местночтимый святой - это из песни Бичевской, наверное что то есть в этом.

Чаша Грозного Царя

  
#10 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 11:48
  
-3
Понятно, откуда растут рога врагов Святого Царя.

Россия воспрянет ото сна. Митрополит Иоанн (Снычев)

"Сегодня нам как никогда важно понять, что все происходящее ныне со страной есть лишь эпизод в многовековой битве за Россию как за духовный организм, хранящий в своих недрах живительную тайну религиозно осмысленного, просветленного верой жития. Осознав себя так, сумеем преодолеть тот страшный разрыв – болезненный и кровоточащий, – что стал следствием второй, Великой русской Смуты, вот уже более семидесяти лет терзающий нашу землю и наш народ.


«Посеяв в России хаос, – сказал в 1945 году американский генерал Аллен Даллес, руководитель политической разведки США в Европе, ставший впоследствии директором ЦРУ, (сейчас доказано, что эти строки не принадлежат Даллесу, но кто бы ни был их автор, они не утратили своей актуальности) – мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти фальшивые ценности верить. Как? Мы найдем своих единомышленников, своих помощников и союзников в самой России. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного, необратимого угасания его самосознания. Из литературы и искусства, например, мы постепенно вытравим их социальную сущность. Отучим художников, отобьем у них охоту заниматься изображением, исследованием тех процессов, которые происходят в глубине народных масс. Литература, театры, кино – все будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства. Мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых творцов, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства – словом, всякой безнравственности.

В управлении государством мы создадим хаос, неразбериху. Мы будем незаметно, но активно и постоянно способствовать самодурству чиновников, взяточников, безпринципности. Бюрократизм и волокита будут возводиться в добродетель. Честность и порядочность будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого. Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркоманию, животный страх друг перед другом и беззастенчивость, предательство, национализм и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому народу: все это мы будем ловко и незаметно культивировать...

И лишь немногие, очень немногие будут догадываться или понимать, что происходит. Но таких людей мы поставим в безпомощное положение, превратив в посмешище. Найдем способ их оболгать и объявить отбросами общества
»
.
  
#11 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 12:14 | ответ на: #7 ( Инна Ш. ) »»
  
-1
Кураев известен своей цареборческой позицией. Он выступал против канонизации Царя Искупителя Николая даже в чине страстотерпца! И за все годы так и не удосужился покаяться! Верить данному гордецу - как верить СМИ!
  
#12 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 13:02 | ответ на: #9 ( Феориев Х.Р. ) »»
  
-2
Спасибо за "Чашу Грозного Царя". Фильм полностью подтверждает богоносность и мученичество Святого Царя Иоанна Грозного!

Кстати:

"Венецианский посол Липпомано писал об Иоанне как о праведном судье в 1575 году, то есть уже после всех якобы совершенных Грозным "зверств" (3). Другой венецианец, Фоскарини, "говорит с похвалой о правосудии, совершаемым этим несравненным государем при помощи простых и мудрых законов, о его приветливости, гуманности, разнообразности его познаний, о блеске двора, о могуществе армии и отводит ему одно из первых мест среди властителей того времени" (4). Торговые люди из германского города Любека, побывав в России, так же превозносили гуманность Грозного (5). Вероятно, современному читателю представляется странным соединение слов "гуманность" и "Грозный". Здесь надо особо сказать, что Иоанн получил это прозвище от современников не за жестокость, а за страх, который он внушил врагам России своими победами над Казанью и Астраханью. Крымом и Ливонией, Польшей и Литвой. Более того, прозвище царя Иоанна IV Васильевича не уникально. Его дед носил подобное же прозвище. Истории известен также тверской князь Дмитрий Михайлович Грозные Очи (XIV век). Как и Иоанн, он был грозен не своим подданным, а врагам Отечества. Недаром в народе бытовало мнение: "Не мочно царю без грозы быти; как конь без узды, так и царство без грозы" (6)."
Вячеслав Манягин. Книга "Апология Грозного Царя"
#13 | Инна Ш. »» | 03.11.2019 15:26 | ответ на: #9 ( Феориев Х.Р. ) »»
  
-5
Что хотел сказать Воробьевский? Что англичане боярам ртуть поставляли ?
#14 | Инна Ш. »» | 03.11.2019 15:49 | ответ на: #11 ( Фокин Сергей ) »»
  
-3
Не верите Кураеву, почитайте на сайте Храма Живоначальной Троицы

.."Святитель Филипп был задушен Малютой Скуратовым 23 декабря 1569 года. Малюта приказал вырыть глубокую яму за алтарем соборной церкви и при себе погребсти многострадальное тело святителя Христова. Не было при этом ни звона колоколов, ни благоухания фимиама, ни, быть может, самого пения церковного, ибо злой опричник спешил скрыть следы своего преступления. И как только могила была сравнена с землей, он немедленно уехал из обители.

Так окончил жизнь свою великий святитель Христов Филипп — борец
за правду и страдалец за мир и благоденствие нашего отечества.
Мощи святителя

Через 20 с небольшим лет, когда на царский трон после смерти Ивана Грозного взошёл его набожный сын Феодор Иванович, были обретены мощи святителя Филиппа. Когда раскопали могилу и вскрыли гроб, воздух наполнился благоуханием, которое разливалось от мощей, как бы от мира многоценного; тело святителя было найдено совер­шенно нетленным, и даже ризы его сохранились в целости. Со всех сторон стали стекаться граждане, чтобы поклониться страстотерпцу Хри­стову.

В 1591 году, по просьбе братии Соловецкого монастыря, мощи Филиппа были доставлены из Отроча монастыря и захоронены под папертью придела святых Зосимы и Савватия Спасо-Преображенского собора, где покоились на протяжении 55 лет. В это же время начинается его местное почитание как святого с днём памяти 9 января. "... http://hram-troicy.prihod.ru/zhitie_svjatykh_razdel/view/id/30480
  
#15 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 16:04 | ответ на: #14 ( Инна Ш. ) »»
  
0
Всё тайное становится явным. Ни сына не убивал Царь Иоанн, ни к смерти митрополита Филиппа не имел отношения.

УПАСЕШИ Я ЖЕЗЛОМ ЖЕЛЕЗНЫМ. . .
ИГУМЕН ВСЕЯ РУСИ

ВРЯД ЛИ МОЖНО до конца понять течение русской истории, не разгадав личности Грозного царя. Историки давно сошлись на том, что он был самым даровитым и образованным человеком своего времени. "Муж чудного рассуждения, в науке книжного почитания доволен и многоречив", — характеризует Грозного один из современников. "Несмотря на все умозрительные изъяснения, характер Иоанна... есть для ума загадка", — сетует Карамзин, готовый "усомниться в истине самых достоверных о нем известий"... Ключевский пишет о царе: "От природы он получил ум бойкий и гибкий, вдумчивый и немного насмешливый, настоящий великорусский московский ум".
Характеристики можно множить, они будут совпадать или противоречить друг другу, вызывая одно неизменное чувство неудовлетворения, недосказанности, неясности. Высокий дух и "воцерковленное" мироощущение царя оказались не по зубам осуетившимся историкам, плотной завесой тайны окутав внутреннюю жизнь Иоанна IV от нескромных и предвзятых взглядов.
Духовная проказа рационализма, лишая веры, лишает и способности понимать тех, для кого вера есть жизнь. "Еще ли окаменено сердце ваше имате? Очи имуще — не видите, и уши имущи — не слышите" (Мрк. 8:17-18), — обличал Господь маловеров. Окаменевшие неверием сердца повлекли за собой слепоту духовную, лишив историков возможности увидеть сквозь туман наветов и клевет настоящего Иоанна, услышать его искренний, полный горячей веры голос.
Как бы предчувствуя это, сетовал Грозный царь, стеная от тягот и искушений своего служения: "Тело изнемогло, болезнует дух, раны душевные и телесные умножились, и нет врача, который бы исцелил меня. Ждал я, кто бы поскорбел со мной, и не явилось никого; утешающих я не нашел — заплатили мне злом за добро, ненавистью — за любовь".
Мягкий и незлобивый по природе, царь страдал и мучился, вынужденный применять суровые меры. В этом он удивительно напоминает своего венценосного предка — святого благоверного князя Владимира равноапостольного, отказавшегося было карать преступников, боясь погрешить против христианского милосердия. "Боюсь греха!" — эти слова святого Владимира как нельзя лучше применимы и к Грозному царю. Несмотря на многочисленные свидетельства растущей измены, он из года в год откладывал наказание виновных. Прощал измены себе, пока было возможно. Но считал, что не имеет права простить измены делу Божию, строению Святой Руси, ибо мыслил обязанности Помазанника Божия как блюстителя верности народа своему промыслительному предназначению.
Когда в 1565 году в Александровской слободе царь принял решение силой выжечь крамолу в России, это решение далось ему страшным напряжением воли. Вот портрет царя, каким его знали до этого знаменательного дня: Иоанн был "велик ростом, строен, имел высокие плечи, крепкие мышцы, широкую грудь, прекрасные волосы, длинный ус, нос римский, глаза небольшие; серые, но светлые, проницательные, исполненные огня, и лицо приятное" (9).
Когда же царь вернулся в Москву и, созвав духовенство, бояр, знатнейших чиновников, вышел к ним объявить об опричнине, многие не узнали его. Иоанн постарел, осунулся, казался утомленным, даже больным. Веселый прежде взор угас, густая когда-то шевелюра и борода поредели. Царь знал, что ему предстоит, какую ответственность он берет на себя и сколько сил потребуется от него.
Да, Иоанн Грозный карал. По подсчетам "советского" историка Р. Г. Скрынникова, жертвами "царского террора" стали три-четыре тысячи человек (10). С момента учреждения опричнины до смерти царя прошло тридцать лет. 100 казней в год, учитывая уголовных преступников. Судите сами, много это или мало. Притом, что периодическое возникновение "широко разветвленных заговоров" не отрицает ни один уважающий себя историк. Чего стоит хотя бы политическая интрига, во главе которой стоял боярин Федоров. Заговорщики предполагали во время Ливонского похода 1568 года окружить царские опричные полки, перебить их, а Грозного выдать польскому королю. Но царь, сколько мог, щадил...
Вот один из примеров. Московские казни 1570 года описаны современником событий Альбертом Шлихтингом, иностранцем. Не имея никаких причин преуменьшить масштаб (скорее наоборот), Шлихтинг рассказывает, что из трехсот выведенных на казнь были казнены лишь сто шестнадцать человек, а остальные — помилованы и отпущены. В летописи того времени названо примерно такое же количество казненных — сто двадцать человек. А в "Повести об Иване Грозном и купце Харитоне Белоулине", дошедшей до нас в списке конца XVI века, и вовсе говорится, что казнено было всего семеро, после чего "вестник прииде от царя, повеле всех пойманных отпустить".
При этом надо учитывать, что казни были результатом расследования по "новгородскому" и "псковскому" делу о попытках отложиться от московского царя и уйти в подданство иноверному государю. Перечни казненных за счет казны рассылались для включения в синодики (поминальные списки) по российским монастырям. Царь не желал казненным зла, прося у Церкви святых молитв об упокоении мятежных душ изменников и предателей...
Подвижнический характер имела вся личная жизнь царя. Это ярче всего проявлялось в распорядке Александровской слободы. Шумную и суетную Москву царь не любил, наезжая туда "не на великое время". В Александровской слободе он все устроил так, как хотел, вырвавшись из церемонного и чинного порядка государевой жизни с его обязательным сложным этикетом и неизбежным лицемерием. Слобода, собственно, была монастырем в миру. Несколько сотен ближайших царских опричников составляли его братию, а себя Иоанн называл "игуменом всея Руси". (Царь не раз хотел постричься, и последний раз, после смерти сына в 1581 году, лишь единодушная мольба приближенных предотвратила осуществление этого намерения).
Опричная "братия" носила монашеские скуфейки и черные подрясники. Жизнь в слободе, как в монастыре, регулировалась общежительным уставом, написанным лично царем. Иоанн сам звонил к заутрене, в церкви пел на клиросе, а после обедни, во время братской трапезы, по древней иноческой традиции читал для назидания жития святых и святоотеческие поучения о посте, молитве и воздержании.
По благочестию в личной жизни с Грозным царем может сравниться, пожалуй, лишь царь Тишайший — Алексей Михайлович, проводивший в храме по пять часов в день и клавший ежедневно от тысячи до полуторы тысячи земных поклонов с молитвой Иисусовой.
Известно, сколь трепетно и благоговейно относится Православная Церковь к богослужебным текстам. Сочинители большей их части прославлены ею как святые, свыше приявшие дар к словесному выражению духовных, возвышенных переживаний, сопровождающих человека на пути христианского подвижничества. Так вот — стихирами, писанными царем Иоанном Васильевичем, церковь пользовалась на своих богослужениях даже тогда, когда со смерти его минул не один десяток лет.
В двух крюковых стихирарях начала XVII века находятся две стихиры святому митрополиту Петру (на "Господи, воззвах...") с надписью "Творение царя Иоанна", две стихиры ему же ("на исхождение" — то есть на литии) с надписью — "Творение царя и великого князя Иоанна Васильевича вся России" и две стихиры на сретенье "Пречистой Владимирской". Символично, что в Смутное время именно словами Грозного царя взывала Русская Церковь к Богородице, молясь о даровании мира и утверждении веры.
Вот одна из этих стихир: "Вострубите песню трубную, в день праздника нашего благонарочитого. Славьте тьмы разрушение и света пришествие, паче солнца воссиявшего на всех; се бо Царица и Владычица, Богородица, Мати Творца всех — Христа Бога нашего, услышавши моление недостойных раб Своих на милосердие преклоняется. Милостивно и видимо руце простирающе к Сыну Своему и Богу нашему о своей Руси молится, от согрешений освобождение даровать просит и праведное Его прощение возвратить. О великая милосердием Владычице! О великая щедротами Царице! О великая заступлением Богородице! Как молит Сына Своего и Бога нашего, пришествием честнаго образа Своего грады и веси избавляя! Да восцоим Царице, Царя рождшей: радуйся, промышляя христианам щедроты и милости. Радуйся, к Тебе прибегающим заступление и пристанище и избавление, спасение наше" * (11).

* Текст приближен к современному русскому языку.

Полно и ясно раскрывался внутренний мир царя и в его постоянном общении со святыми, преподобными, иноками, юродивыми, странниками. Самая жизнь царя Иоанна началась при непосредственном участии святого мужа — митрополита Иоасафа, который, будучи еще игуменом Свято-Троицкой Сергиевой лавры, крестил будущего государя Российского прямо у раки преподобного Сергия, как бы пророчески знаменуя преемственность дела Иоанна IV по отношению к трудам великого святого. Другой святой митрополит — Макарий — окормлял молодого царя в дни его юности и первой ратной славы. Влияние первосвятителя было велико и благотворно. Митрополит был ученейшим книжником. Своим блестящим образованием Грозный во многом обязан святому Макарию, десятки лет работавшему над огромным трудом, Минеями-Четьями, в которых он задумал собрать все "чтомыя книги, яже в русской земле обретаются". Мудрый старец не навязывал царю своих взглядов — окормляя его духовно, — не стремился к почету, власти, и потому сумел сохранить близость с государем, несмотря на все политические бури и дворцовые интриги. "О Боже, как бы счастлива была русская земля, если бы владыки были таковы, как преосвященный Макарий да ты", — писал царь в 1556 году Казанскому архиепископу Гурию.
Особенно любил Иоанна и его добродетельную супругу преподобный Антоний Сийский, просиявший святостью жизни в тундре далекого Севера. Он приходил в Москву, беседовал с царем и пользовал его своими поучениями до кончины своей в 1556 году.
Знаменитый московский юродивый Василий Блаженный хаживал к царю, не стеснялся обличать его в рассеянности при молитве, умерял царский гнев ласковым: "Не кипятись, Иванушка..." Блаженный умер на руках у царя, предсказав ему, что наследует государство Российское не старший сын Иван, а младший — Феодор. При погребении святого царь сам с ближними боярами нес его гроб (12).
Отдельного упоминания стоит история взаимоотношений царя со святым митрополитом Филиппом, принявшим кафедру московских святителей в 1566 году. Царь сам выбрал Филиппа, бывшего тогда Соловецким игуменом. Иоанн знал подвижника с детства, когда он, малолетний царевич, полюбил играть с сыном боярина Степана Ивановича Колычева Федором, будущим митрополитом Московским.
В годы боярских усобиц род Колычевых пострадал за преданность князю Андрею (дяде царя Иоанна). Один из них был повешен, другой пытан и долго содержался в оковах. Горькая судьба родственников подтолкнула Федора на иноческий путь. Тайно, в одежде простолюдина он бежал из Москвы в Соловецкий монастырь, где принял постриг с именем Филиппа и прошел путь от послушника до настоятеля.
Филипп долго отказывался от сана митрополита, отговариваясь немощью и недостоинством. "Не могу принять на себя дело, превышающее силы мои, — говорил он. — Зачем малой ладье поручать тяжесть великую?" Царь все же настоял на своем, и Филипп стал митрополитом. В первое время после его поставления все шло хорошо. Единодушие "священной сугубицы" — царя и митрополита — лишало боярские интриги возможности маневра, достигавшегося в их "лучшие времена" противопоставлением двух центров власти — светского и церковного.
Эту возможность они потеряли во многом благодаря предусмотрительности Грозного и самого митрополита, при поставлении "давшего слово архиепископам и епископам" и царю (как говорится об этом в нарочно составленной грамоте), "в опричнину и царский домовой обиход не вступаться и, по поставлении, из-за опричнины и царского домового обихода митрополии не оставлять". Такой грамотой сама фигура митрополита как бы выносилась за скобки всех дворцовых интриг и, более того, лишала возможности бояр даже требовать его удаления "на покой" под благовидным предлогом "неотмирности" святителя.
25 июля 1566 года после литургии в Успенском соборе царь лично вручил новопоставленному митрополиту пастырский посох его святого предтечи — святителя Петра, с умилением выслушал глубоко прочувствованное слово Филиппа об обязанностях служения царского и, пригласив все духовенство и бояр в царские палаты, радушно угощал, празднуя обретение такого помощника * . Но единодушие государя и первосвятителя было невыносимо тем, кто в своем высоком положении видел не основание для усиленного служения царю и России, а оправдание тщеславным и сребролюбивым начинаниям.

* Житие святителя Филиппа отмечает, что он во всем старался подражать митрополиту Макарию, своему мудрому предшественнику, стяжавшему особую любовь и уважение царя праведностью и ясностью духовного разумения.

В июне 1567 года были перехвачены письма польского короля Сигизмунда и литовского гетмана Хоткевича к главнейшим боярам с предложением бежать в Литву. Начался розыск виновных, затем последовали казни. Митрополит ходатайствовал о смягчении участи преступников, но политику царя поддержал. "На то ли собрались вы, отцы и братия, чтобы молчать, страшась вымолвить истину? — обличал он пастырей церкви, молчаливо сочувствовавших казненным... — Никакой сан мира сего не избавит нас от мук вечных, если преступим заповедь Христову и забудем наш долг пещись о благочестии благоверного царя, о мире и благоденствии православного христианства". *

* Как правило, эти слова святителя Филиппа толкуются в том смысле, что он призывал пастырей, покорных царской воле, восстать против опричнины. В самом тексте речи на такое ее значение нет и намека. Если уж говорить о "строго научном подходе", то нет вообще никаких доказательств, что многочисленные "обличительные" речи митрополита, приводимые в различных его житиях, были им вообще когда-либо произнесены.

Не скрывал своего сочувствия к митрополиту святитель Герман, архиепископ Казанский. Но нашлись и такие, которым самоотверженная правдивость митрополита перед царем грозила разоблачением и опалой. Среди них выделялись: Пимен — архиепископ Новгородский, мечтавший сам занять кафедру митрополита; Пафнутий — епископ Суздальский и Филофей Рязанский. Душой заговора, направленного на разобщение преподобного Филиппа с Иоанном IV, стал государев духовник, благовещенский протопоп Евстафий, боявшийся потерять расположение и доверие царя.
Тактика интриги была проста: лгать царю про митрополита, а святителю клеветать на царя. При этом главным было не допустить, чтобы недоразумение разрешилось при личной встрече. Кроме того, надо было найти предлог для удаления святителя Филиппа. Время шло, и злые семена лжи давали первые всходы. Царю удалось было внушить, что Филипп, вопреки обещанию, стремится вмешиваться в государевы дела.
Для митрополита не были тайной планы его врагов. "Вижу, — говорил он, — готовящуюся мне кончину, но знаете ли, почему меня хотят изгнать отсюда и возбуждают против меня царя? Потому что не льстил я пред ними... Впрочем, что бы то ни было, не перестану говорить истину, да не тщетно ношу сан святительский". Какое-то время казалось, что заговорщики потерпят неудачу. Царь отказался верить в злонамеренность Филиппа, потребовав доказательств, которых у них не было и быть не могло.
Тогда, не надеясь найти "компромат" на митрополита в Москве, злоумышленники отправились на Соловки. Там Пафнутий Суздальский, Андрониковский архимандрит Феодосии и князь Василий Темкин угрозами, ласками и деньгами принудили к лжесвидетельству против святителя Филиппа некоторых монахов и, взяв их с собой, поспешили назад. В числе лжесвидетелей, к стыду обители, оказался игумен Паисий, ученик святого митрополита, прельстившийся обещанием ему епископской кафедры.
Состоялся "суд". Царь пытался защитить святителя, но вынужден был согласиться с "соборным" мнением о виновности митрополита. Причем, зная по опыту, что убедить царя в политической неблагонадежности Филиппа нельзя, заговорщики подготовили обвинения, касавшиеся жизни святителя на Соловках еще в бытность его тамошним настоятелем, и это, похоже, сбило с толку Иоанна IV.
В день праздника Архистратига Михаила в 1568 году святитель Филипп был сведен с кафедры митрополита и отправлен "на покой" в московский монастырь Николы Старого, где на его содержание царь приказал выделять из казны по четыре алтына в день. Но враги святого на этом не остановились, добившись удаления ненавистного старца в Тверской Отрочь монастырь, подальше от столицы. До этих пор история взаимоотношений Грозного царя с митрополитом Филиппом очень напоминают отношения царя Алексея Михайловича с его "собинным" другом — патриархом Никоном, также оклеветанным и сосланным.
Однако торжество злоумышленников длилось недолго. В декабре 1569 года царь с опричной дружиной двинулся в Новгород для того, чтобы лично возглавить следствие по делу об измене и покровительстве местных властей еретикам-"жидовствующим". В ходе этого расследования могли вскрыться связи новгородских изменников, среди которых видное место занимал архиепископ Пимен, с московской боярской группой, замешанной в деле устранения святителя Филиппа с митрополии. В этих условиях опальный митрополит становился опаснейшим свидетелем.
Его решили убрать и едва успели это сделать, так как царь уже подходил к Твери. Он послал к Филиппу своего доверенного опричника Малюту Скуратова за святительским благословением на поход и, надо думать, за пояснениями, которые могли пролить свет на "новгородское дело". Но Малюта уже не застал святителя в живых. Он смог лишь отдать ему последний долг, присутствуя при погребении, и тут же уехал с докладом к царю * .
* Иоанн, чрезвычайно щепетильный во всех делах, касавшихся душеспасения, заносил имена всех казненных в специальные синодики, которые рассылались затем по монастырям для вечного поминовения "за упокой души". Списки эти (являющиеся, кстати, единственным достоверным документом, позволяющим судить о размахе репрессий) поражают своей подробностью и добросовестностью. Имени святителя Филиппа в них нет. Нет по той простой причине, что никогда никакого приказа казнить митрополита царь не давал. Эта широко распространенная версия при ближайшем рассмотрении оказывается заурядной выдумкой, как, впрочем, и многие другие "свидетельства" о "зверствах" Грозного царя.
Опасения заговорщиков оправдались. Грозный все понял, и лишь его всегдашнее стремление ограничиться минимально возможным наказанием спасло жизнь многим из них. Вот что пишут об этом Четьи-Минеи (за январь, в день памяти святого Филиппа):
"Царь... положил свою грозную опалу на всех виновников и пособников его (митрополита) казни. Несчастный архиепископ Новгородский Пимен, по низложении с престола, был отправлен в заключение в Веневский Никольский монастырь и жил там под вечным страхом смерти, а Филофей Рязанский был лишен архиерейства. Не остался забытым и суровый пристав святого — Стефан Кобылин: его постригли против воли в монахи и заключили в Спасо-Каменный монастырь на острове Кубенском. Но главным образом гнев царский постиг Соловецкий монастырь.
Честолюбивый игумен Паисий, вместо обещанного ему епископства, был сослан на Валаам, монах Зосима и еще девять иноков, клеветавших на митрополита, были также разосланы по разным монастырям, и многие из них на пути к местам ссылки умерли от тяжких болезней. Как бы в наказание всей братии разгневанный царь прислал в Соловки чужого постриженника — Варлаама, монаха Кирилло — Белозерского монастыря, для управления монастырем в звании строителя. И только под конец дней своих он вернул свое благоволение обители, жалуя ее большими денежными вкладами и вещами для поминовения опальных и пострадавших от его гнева соловецких монахов и новгородцев".
Во время новгородского расследования царь оставался верен привычке поверять свои поступки советом людей опытных в духовной жизни, имевших славу святых, праведников. В Новгороде царь не раз посещал преподобного Арсения, затворника иноческой обители на торговой стороне города. Царь пощадил этот монастырь, свободный от еретического духа и без гнева выслушал обличения затворника, подчас весьма резкие и нелицеприятные.
Характерна для царя и причина, заставившая его отказаться от крутых мер в Пскове. По дороге из Новгорода Иоанн был как-то по-особому грустен и задумчив. На последнем ночлеге в селе Любятове, близ города, царь не спал, молясь, когда до его слуха донесся благовест псковских церквей, звонивших к заутрене. Сердце его, как пишут современники, чудесно умилилось. Иоанн представил себе раскаяние злоумышленников, ожидавших сурового возмездия и молящихся о спасении их от государева гнева. Мысль, что Господь есть Бог кающихся и Спас согрешающих, удержала царя от строгих наказаний. Выйдя из избы, царь спокойно сказал: "Теперь во Пскове все трепещут, но напрасно: я не сотворю им зла".
Так и стало, тем более, что по въезде в Псков царя встретил юродивый Никола, всему городу известный праведник. Прыгая на палочке перед царским конем, он приговаривал: "Иванушка! Иванушка! Покушай хлеб-соль (жители города встречали Иоанна постной трапезой.— прим. авт.), чай, не наелся мясом человеческим в Новгороде!" Считая обличения юродивого за глас Божий, царь отменил казни и оставил Псков * .

* Праведный Николай, Псковский чудотворец, преставился 28 февраля 1576 года. В древнем кондаке ему сказано: "Чудотворец явился Николае, цареву державу... на милость обратив... ты бо еси граду Пскову и всем христолюбивым людям похвала и утверждение".

Можно еще приводить примеры отношения Грозного царя к святым, праведникам, архиереям и юродивым. Но все они и дальше будут подтверждать, что поведение его всегда и во всем определялось глубоким и искренним благочестием, полнотой христианского мироощущения и твердой верой в свое царское "тягло" как Богом данное служение. Даже в гневе Иоанн пребывал христианином. Вот что сказал он Новгородскому архиепископу Пимену, уличенному в измене собственноручной грамотой, писанной королю Сигизмунду. Архиерей пытался отвратить возмездие, встретив царя на Великом мосту с чудотворными иконами, в окружении местного духовенства.
"Злочестивец! В руке твоей — не крест животворящий, но оружие убийственное, которое ты хочешь вонзить нам в сердце. Знаю умысел твой... Отселе ты уже не пастырь, а враг Церкви и святой Софии, хищный волк, губитель, ненавистник венца Мономахова!"
Приняв на себя по необходимости работу самую неблагодарную, царь, как хирург, отсекал от тела России гниющие, бесполезные члены. Иоанн не обольщался в ожидаемой оценке современниками (и потомками) своего труда, говоря: "Ждал я, кто бы поскорбел со мной, и не явилось никого; утешающих я не нашел — заплатили мне злом за добро, ненавистью — за любовь". Второй раз приводим мы изречение Иоанна, теперь уже с полным правом говоря — воистину так!
В отличие от историков, народ верно понял своего царя и свято чтил его память. Вплоть до самой революции и последовавшего за ней разгрома православных святынь Кремля к могиле Грозного царя приходил простой люд служить панихиды, веруя, что таким образом выраженное почитание Иоанна IV привлекает благодать Божию в дела, требующие справедливого и нелицеприятного суда.

ВОНМИ СЕБЕ, НЕ ЗАБУДИ ГОСПОДА, БОГА ТВОЕГО...
БОЯРСТВО, ОПРИЧНИНА, ЗЕМСКИЕ СОБОРЫ

ИСТОРИКИ НЕОДНОКРАТНО сетовали на "загадочность" и даже на "великую загадочность" опричнины. Между тем, ничего загадочного в ней нет, если рассматривать опричнину в свете веками складывавшихся на Руси отношений народа и власти, общества и царя. Эти "неправовые" отношения, основывавшиеся на разделении обязанностей, свойственных скорее семейному, чем государственному быту, наложили отпечаток на весь строй русской жизни.
Так, русское сословное деление, например, имело в своем основании мысль об особенном служении каждого сословия. Сословные обязанности мыслились как религиозные, а сами сословия — как разные формы общего для всех христианского дела: спасения души. И царь Иоанн IV все силы отдал тому, чтобы "настроить" этот сословный организм Руси, как настраивают музыкальный инструмент, по камертону православного вероучения. Орудием, послужившим для этой нелегкой работы, стала опричнина. Глядя на нее так, все можно понять и объяснить. Вот что действительно невозможно, так это понимание действий Иоанна IV (в том числе и опричнины) с точки зрения примитивно-утилитарной, во всем видящей лишь "интересы", "выгоду", "соотношение сил", странным образом сочетая это с приверженностью "объективным историческим закономерностям".
Для того, чтобы "настроить" русское общество в унисон с требованиями христианского мировоззрения, прежде всего требовалось покончить с понятиями "взаимных обязательств" как между сословиями, так и внутри них. Взаимные обязательства порождают упреки в их несоблюдении, взаимные претензии, обиды и склоки — и это ярче всего проявилось в таком уродливом явлении, как боярское местничество. Безобидная на первый взгляд мысль о взаимной ответственности порождает ощущение самоценности участников этой взаимосвязи, ведет к обособлению, разделению, противопоставлению интересов и, в конечном итоге, — к сословной или классовой вражде, по живому рассекающей народное тело.
Не разъединяющая народ ответственность "друг перед другом", неизбежно рождающая требования "прав" и забвение обязанностей, а общая, соборная ответственность перед Богом должна стать, по мысли Грозного, основой русской жизни. Эта общая ответственность уравнивает всех в едином церковном служении, едином понятии долга, единой вере и взаимной любви, заповеданной Самим Господом в словах: "Возлюби ближнего как самого себя". Вспомним царское упоминание о стремлении "смирить всех в любовь". Перед Богом у человека нет прав, есть лишь обязанности — общие всем, и это объединяет народ в единую соборную личность "едиными усты и единым сердцем", по слову Церкви, взывающую к Богу в горячей сыновней молитве.
В таком всенародном предстоянии Богу царь находится на особом положении. Помазанник Божий, он свидетельствует собой богоугодность государственной жизни народа, является той точкой, в которой символически соединяются небо и земля, Царствие Божие и человеческое. В своем царском служении он "не от мира сего", и поэтому перед ним, как перед Богом, все равны, и никто не имеет ни привилегий, ни особых прав. "Естеством телесным царь подобен всякому человеку. Властию же сана подобен... Богу. Не имеет бо на земли вышша себе. Подобает убо (царю) яко смертну, не возноситися, и, аки Богу, не гневатися... Егда князь беспорочен будет всем нравом, то может... и мучити и прощати всех людей со всякою кротостию", — говорится в одном из сборников второй половины XVI века. К такому пониманию царской власти и старался привести Россию Иоанн Васильевич. Но на его пути встало боярство.
"...Уже к половине XV века московский великий князь был окружен плотной стеной знатных боярских фамилий, — говорит Ключевский. Положение усугубилось вступлением на московскую службу князей, покидавших упраздненные удельные столы. — С тех пор во всех отраслях московского управления — в государственной думе советниками, в приказах судьями, то есть министрами, в областях наместниками, в полках воеводами являются все князья и князья. Вслед за князьями шли в Москву их ростовские, ярославские, рязанские бояре". В этом не было бы ничего дурного, если бы объединение Великороссии и возвышение московского великого князя до уровня общенационального государя не изменило роковым образом воззрения боярства на свое место в русской жизни.
В удельные века боярин в Москве служил, и принадлежность к сословию означала для него прежде всего признание за собой соответствующих обязанностей. Весь XIV век — это век самоотверженного служения московского боярства общенациональным идеалам и целям. Отношения с великим князем московским складывались поэтому самые полюбовные. "Слушали бы во всем отца нашего владыки Алексея да старых бояр, кто хотел отцу нашему добра и нам", — писал в духовном завещании к своим наследникам Симеон Гордый, поставляя рядом по своему значению митрополита и боярство. Святой благоверный князь Дмитрий Донской относился к боярам еще задушевнее. Обращаясь к детям, он говорил: "Бояр своих любите, честь им достойную воздавайте по их службе, без воли их ничего не делайте".
Но к концу XV—началу XVI века положение изменилось. В боярстве, пополнявшемся титулованной удельной знатью, принесшей в Москву понятия о своих наследственных правах, установился взгляд на свое руководящее положение как на "законное" дело — привилегию, не зависимую от воли государя. Это грозило разрушением гармонии народного бытия, основанной на сослужении сословий в общем деле, на их взаимном равенстве перед Богом и царем. "Еще при Грозном до опричнины встречались землевладельцы из высшей знати, которые в своих обширных вотчинах правили и судили безапелляционно, даже не отдавая отчета царю", — пишет Ключевский. Более того, царь, как лицо, сосредоточившее в себе полноту ответственности за происходящее в стране, представлялся таким боярам удобной ширмой, лишавшей их самих этой ответственности, но оставлявшей им все их мнимые "права". Число знатнейших боярских фамилий было невелико — не превышало двух-трех сотен, зато их удельный вес в механизме управления страной был подавляющим.
Положение становилось нестерпимым, но для его исправления царь нуждался в единомышленниках, которые могли бы взять на себя функции административного управления страной, традиционно принадлежавшие боярству. Оно в своей недостойной части должно было быть от этих функций устранено. Эти "слугующие близ" государя верные получили названия "опричников", а земли, отведенные для их обеспечения, наименование "опричных". Вопреки общему мнению, земель этих было мало. Так, перемещению с земель, взятых в опричнину, на другие "вотчины" подвергалось около тысячи землевладельцев — бояр, дворян и детей боярских. При этом опричнина вовсе не была исключительно "антибоярским" орудием. Царь в указе об учреждении опричнины ясно дал понять, что не делит "изменников" и "лиходеев" ни на какие группы "ни по роду, ни по племени", ни по чинам, ни по сословной принадлежности.
Сам указ об опричнине появился не вдруг, а стал закономерным завершением длительного процесса поиска Иваном Грозным наилучшего, наихристианнейшего пути решения стоявших перед ним, как помазанником Божиим, задач. Первые его попытки в этом роде связаны с возвышением благовещенского иерея Сильвестра и Алексея Федоровича Адашева. Лишь после того, как измена Адашева и Сильвестра показала в 1560 году невозможность окормления русского народа традиционно боярскими органами управления, встал вопрос об их замене, разрешившийся четыре года спустя указом об опричнине.
Адашев сам к боярству не принадлежал. Сын незначительного служилого человека, он впервые появляется на исторической сцене 3 февраля 1547 года на царской свадьбе в качестве "ложничего" и "мовника", то есть он стлал царскую постель и сопровождал новобрачного в баню. В 1550 году Иоанн пожаловал Адашева в окольничие и при этом сказал ему: "Алексей! Взял я тебя из нищих и из самых молодых людей. Слышал я о твоих добрых делах и теперь взыскал тебя выше меры твоей ради помощи душе моей... Не бойся сильных и славных... Все рассматривай внимательно и приноси нам истину, боясь суда Божия; избери судей правдивых от бояр и вельмож!"
Адашев правил от имени царя, "государевым словом", вознесенный выше боярской знати — царь надеялся таким образом поставить боярское сословное своеволие под контроль. Опричнина стала в дальнейшем лишь логичным завершением подобных попыток. При этом конечным результатом, по мысли Грозного, должно было стать не упразднение властных структур (таких, как боярская дума, например), а лишь наполнение их новым, религиозно осмысленным содержанием. Царь не любил ломать без нужды.
Адашев "правил землю русскую" вместе с попом Сильвестром. В благовещенском иерее царь, известный своим благочестием (ездивший в дальние монастыри на покаяние замаливать даже незначительные грехи — "непотребного малого слова ради") — хотел видеть олицетворение христианского осмысления государственности. Однако боярская верхушка сумела "втянуть" Адашева и Сильвестра в себя, сделать их представителями своих чаяний. Адашев вмешался в придворные интриги вокруг Захарьиных — родственников Анастасии, жены царя, сдерживал в угоду удельным интересам создание единого централизованного русского войска. Сильвестр оказался не краше — своего сына Анфима он пристроил не в "храбрые" и "лутчие люди", а в торговлю, испросив для него у царя назначение ведать в казне таможенными сборами.
Царю в случае успеха боярских замыслов оставалось лишь "честь председания". Русская история чуть было не свернула в накатанную западно-европейскую колею, в которой монарх выполнял роль балансира между противоречивыми интересами различных социальных групп. Лишь после охлаждения отношений царя с прежними любимцами дело двинулось в ином направлении. В 1556 году были приняты царские указы, в результате которых все землевладельцы, независимо от размера своих владений, делались служилыми людьми государства. "Речь шла об уравнении "сильных" и "богатых" со всеми служилыми людьми в служебной повинности перед государством именно несмотря на их богатство, на их экономическую самостоятельность", — признает Альшиц. Он же пишет, что в период деятельности Адашева и Сильвестра "решался вопрос — по какому пути пойдет Россия: по пути усиления феодализма (читай: православного самодержавия — прим. авт.) или по пути буржуазного развития... То, что реформы Адашева и Сильвестра... имели тенденцию направить развитие страны на иной путь (чем предначертал Грозный — прим. авт.) в политическом устройстве и... в основе экономики, а именно — на путь укрепления сословно-представительной монархии, представляется несомненным".
Идея опричнины прямо противоположна. "Аз есмь царь, — говорил Грозный, — Божиим произволением, а не многомятежным человеческим хотением". Русский государь не есть царь боярский. Он не есть даже царь всесословный — то есть общенародный. Он — Помазанник Божий. Инструментом утверждения такого взгляда на власть и стала опричнина.
В опричнину брали только "лутчих", "по выбору". Особенно тщательный отбор проходили люди, имевшие непосредственное отношение к жизни государя. До нас дошла опись царского архива, в которой есть следующая запись: "Ящик 200, а в нем сыски родства ключников, подключников, и сытников, и поваров, и помясов, и всяких дворовых людей". На 20 марта 1573 года в составе опричного двора царя Иоанна числилось 1854 человека. Из них 654 человека составляли охранный корпус государя, его гвардию. Данные, взятые из списка служилых двора с указанием окладов, обязанностей и "корма", совпадают с показаниями иностранцев. Шлихтинг, Таубе и Крузе упоминают 500 — 800 человек "особой опричнины". Эти люди в случае необходимости служили в роли доверенных царских порученцев, осуществлявшие, охранные, разведывательные, следственные и карательные функции. В их числе, кстати, находился в 1573 году молодой еще. тогда опричник "Борис Федоров сын Годунов". Остальные 1200 опричников разделены на четыре приказа, а именно: Постельный, ведающий обслуживанием помещений дворца и предметами обихода царской семьи; Бронный, то есть оружейный; Конюшенный, в ведении которого находилось огромное конское хозяйство дворца и царской гвардии, и Сытный — продовольственный (13).
Опричное войско не превышало пяти-шести тысяч человек. Несмотря на малочисленность, оно сыграло выдающуюся роль в защите России; например, в битве на Молодях, в 1572 году, во время которой были разгромлены татарские войска, а их командующий Дивей-мурза взят в плен опричником Аталыкиным. Со временем опричнина стала "кузницей кадров", ковавшей государю единомысленных с ним людей и обеспечивавшей проведение соответствующей политики. Вот лишь один из примеров:
В сентябре 1577 года во время Ливонского похода царь и его штаб направили под город Смилтин князя М. В. Ноздреватого и А. Е. Салтыкова "с сотнями". Немцы и литовцы, засевшие в городе, сдаться отказались, а царские военачальники — Ноздреватый и Салтыков — "у города же никоторова промыслу не учинили и к государю о том вести не учинили, что им литва из города говорит. И государь послал их проведывать сына боярского Проню Болакирева... И Проня Болакирев приехал к ним ночью, а сторожи у них в ту пору не было, а ему приехалось шумно. И князь Михаилы Ноздреватого и Ондрея Салтыкова полчане и стрельцы от шума побежали и торопяся ни от кого и после того остановилися. И Проня Болакирев приехал к государю все то подлинно сказал государю, что они стоят небрежно и делают не по государеву наказу. И государь о том почел кручинитца, да послал... Деменшу Черемисинова да велел про то сыскать, как у них деелось..." (14).
Знаменитый опричник, а теперь думный дворовый дворянин Д.Черемисинов расследовал на месте обстоятельства дела и доложил царю, что Ноздреватый и Салтыков не только "делали не гораздо, не по государеву наказу", но еще и намеревались завладеть имуществом литовцев, если те оставят город. "Пущали их из города душою и телом", то есть без имущества. Черемисинов быстро навел порядок. Он выпустил литовцев из города "со всеми животы — и литва тотчас город очистили..." Сам Черемисинов наутро поехал с докладом к царю. Князя Ноздреватого "за службу веле государь на конюшне плетьми бить. А Ондрея Салтыкова государь бить не велел". Тот "отнимался тем, что будто князь Михаиле Ноздреватый ему государеву наказу не показал, и Ондрею Салтыкову за тое неслужбу государь шубы не велел дать".
В необходимых случаях руководство военными операциями изымается из рук воевод и передается в руки дворовых.
В июле 1577 года царские воеводы двинулись на город Кесь и заместничались. Князь М. Тюфякин дважды досаждал царю челобитными. К нему было "писано от царя с опаскою, что он дурует". Но не желали принять росписи и другие воеводы: "А воеводы государевы опять замешкались, а к Кеси не пошли. И государь послал к ним с кручиною с Москвы дьяка посольского Андрея Щелкалова... из Слободы послал государь дворянина Даниила Борисовича Салтыкова, а вело им итить х Кеси и промышлять своим делом мимо воевод, а воеводам с ними".
Как видим, стоило воеводам начать "дуровать", как доверенное лицо царя — дворовый, опричник Даниила Борисович Салтыков был уполномочен вести войска "мимо" воевод, то есть отстранив их от командования. Только что препиравшиеся между собой из-за мест князья все разом были подчинены дворовому Д. Б. Салтыкову, человеку по сравнению с ними вовсе "молодому".
Со временем боярство с помощью опричнины излечилось от сословной спеси, впрягшись в общее тягло*. О том, что опричнина не рассматривалась как самостоятельная ценность и ее длительное существование изначально не предполагалось, свидетельствует завещание царя, написанное во время болезни в Новгороде в 1572 году. "А что есьми учинил опричнину, — пишет Грозный, — и то на воле детей моих Ивана и Федора, как им прибыльнее, пусть так и чинят, а образец им учинен готов". Я, мол, по мере своих сил показал, как надо, а выбор конкретных способов действия за вами — не стесняю ничем.

* К сожалению, излечилось боярство не полностью. И в царствование Феодора Иоанновича (1584-1598), и в царствование Годунова (1598-1605) часть бояр продолжала "тянуть на себя". Эта "самость", нежелание включаться в общенародное дело закономерно привели к предательству 21 сентября 1610 года, когда, боясь народного мятежа, боярская верхушка тайно ночью впустила в Москву оккупантов — 800 немецких ландскнехтов и 3,5-тысячный польский отряд Гонсевского. Вообще, роль боярства, сыгранная им в подготовке и разжигании первой русской Смуты (начала XVII века) схожа с той ролью, какую сыграла русская интеллигенция в организации второй русской Смуты (в XX столетии). И там, и здесь все начиналось с того, что у части общества мутилось национально-религиозное самосознание, терялось ощущение единства с народным телом.

Земщина и опричнина в конце концов смешались, и последняя тихо отмирала по мере осмысления правящим классом России своего религиозного долга, своего места в общерусском служении. Тем более, что мощным фактором становления такого общего мировоззрения стали земские соборы, первый из которых был созван Иоанном IV еще в начале его царствования, в 1550 году (по другим источникам — в 1547 году). Это .был "собор примирения", в ходе которого перед собранными "из городов всякого чину" людьми царь обещал загладить все невзгоды лютого боярского правления.
Собор мыслился как символический акт, возвращающий народу и царю утраченное в смуте междуцарствия единство. "По всем этим чертам, — пишет Ключевский, — первый земский собор в Москве представляется каким-то небывалым в европейской истории актом покаяния царя и боярского правительства в их политических грехах". "Вниде страх в душу мою, — расскажет позже Иоанн Грозный о религиозных переживаниях, подсказавших ему идею собора, — и трепет в кости моя, и смирися дух мой, и умилихся и познах своя согрешения". Заметим, что покаяние было взаимным — народ тоже каялся в грехах перед властью. Это превратило соборы в инструмент борьбы со всякой смутой путем утверждения всенародного церковного единства.
До конца XVI века земские соборы собирались еще три раза — в 1566, 1584 и 1598 годах. Исключая собор 1566 года, решавший вопросы войны и мира, которые требовали в тех условиях всенародного одобрения, остальные соборы созывались для предотвращения междуцарствия и подтверждения религиозно-мистического единства народа и царя*. Этим же целям служили знаменитый собор 1613 года, положивший конец развалу русского государства и католическим проискам,
призвав на Российский престол новую династию и засвидетельствовав соборной
клятвой свою вечную верность роду Романовых
как Богом данных России
царей.

* Духовная основа соборности, конечно же, ничуть не мешала решению практических вопросов.


Л И Т Е Р А Т У Р А
1. Толстой М. В. История русской Церкви. Издание Валаамского монастыря, 1991, с. 432.
2. Там же, с. 433.
3. Альшиц Д. Н. Начало самодержавия в России. Л., 1988, с. 161.
4. См., напр.: "Чин священного коронования" — "Православная жизнь". Джорданвилль, 1988.
5. Карамзин Н.М. Предания веков. М., 1988, с. 567.
6. Федоров Г. П. Святой Филипп, митрополит Московский. М., 1991"с. 51.
7. Толстой М. В. Указ. соч., с. 430.
8. Карамзин Н. М. Указ. соч., с. 575-576.
9. Русское историческое повествование. М., 1984, с. 146. Описание дано в переводе на современный русский язык.
10. См.: Скрынников Р. Г. Царство террора. СПб. 1992. Книга являет собой весьма знаменательное сочетание фактологической полноты с традиционной концептуальной беспомощностью.
11. Толстой М. В. Указ. соч., с. 432, прим. 35. Стихира переведена на современный русский язык.
12. Там же, с. 406.
13. См.: Альшиц Д. Н. Указ. соч. Л., 1988, гл. 8.
14. Там же, с. 204-206.

Источник: Высокопреосвященнейший Иоанн, митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский САМОДЕРЖАВИЕ ДУХА, СПб.: Издательство Л. С. Яковлевой, 1994 — 352 с.
Книга архипастыря Русской Православной Церкви — обширное повествование, охватывающее историю Руси с момента Крещения и до наших дней. Православный взгляд на события — впервые за послереволюционное время - совершенно по-новому объясняет «белые пятна» в цепи давно минувших дней, дает надежду понять и осмыслить не только настоящее, но и будущее России. Мудрое и очистительное слово владыки Иоанна пробуждает нацию от духовного сна, вновь и вновь напоминает всем: Русь - подножие Престола Господня, народ русский - хранитель чистоты православной веры. И да будет так вовеки! "Неизвестные страницы русской истории"

Оформление: Михаил Ковальчук Великие властители прошлого
#16 | Инна Ш. »» | 03.11.2019 16:16 | ответ на: #15 ( Фокин Сергей ) »»
  
0
Кто автор этого текста? Против Церковного Жития Святого Филиппа все написал? Против Церкви , значит.
Житие https://days.pravoslavie.ru/Life/life179.htm
  
#17 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 16:36
  
-2
Не надо провокаций! Церковь Христа и криптокатолитическая церковь антихриста под видом христианской и православной - противоположные лагеря.
И отношение к Святым Царям - противоположное отношение к Промыслу БОГА и Пророчествам Святых!
Читайте внимательнее.
Вот ещё большая аналитическая работа по истории оклеветанного Царя Иоанна:

ОКЛЕВЕТАННЫЙ ЦАРЬ ИОАНН ВАСИЛЬЕВИЧ ГРОЗНЫЙ

Недавно по Центральному телевидению показывали фильм о Царе Иоанне Грозном. Такую подлую ложь и гнусь о святом Государе могли состряпать лишь враги Православия и России. Не верю, что священноначалие МП, способствующее такому отношению к Богопомазаннику, не ведает правды, ибо имеются многочисленные подтверждения его святости.

Так Коряжемские святцы (XVIIв), хранящиеся в архивах Российской государственной библиотеки, а также библиотека Ундольского Московского музея и исследования Е. Голубинского – документально и неоспоримо доказывают это.

В 1-м томе Полного месяцеслова Востока архиепископа Сергия (Спасского) библиотеки Ундольского за 1621 год записано: «Июня 10-го обретены телеси Царя Ивана». А опубликованные в ноябре 2002 года святцы Коряжемского Николаевского мужского монастыря Вологодской губернии Сольвычегодского уезда от 1624 года содержат следующую запись за 10 июня:

«Обретение святого телеси великомученика Царя Ивана».

До наших дней сохранились изображения святого Царя в Успенском соборе Свято – Успенского монастыря г. Свияжска (1558г) и в Спасо – Преображенском соборе Ново – Спасского монастыря г. Москвы (XVIIв). Изображен Царь Иоанн и на иконе Тихвинской Божьей Матери в Благовещенском соборе Кремля. С нимбом святого он и на мозаичной иконе в Грановитой палате Кремля.

Имеются случаи мироточения его икон. В фондах Святейшего Синода сохранился список подвижников благочестия, которые во время правления последнего Царя – искупителя греха измены русского народа перед царствующим Домом Романовых, - Николая II готовились и представлялись для всероссийской канонизации. И только война с Германией, начавшаяся в 1914 году, помешала этому богоугодному делу.

В списке значатся и ныне прославленные: блаженная Ксения Петербургская и святитель Феофан Затворник, а также Государи - Павел I и Иоанн IV Грозный. Эти записи в XVII веке были обнародованы, чтобы люди молились Царю Иоанну как святому, что они и делали вплоть до самой революции.
Данные материалы неоспоримо доказывают, что Государь является местночтимым святым Московской епархии. Известно и то, что перед смертью он принял великую схиму с именем Иона. По указанию Александра III, например, писались его иконы. Таких изображений Царя Иоанна с нимбом, говорящим о святости, имеется около десятка. Нет сомнения, что Император Александр III не стал бы этого делать, не имея тому документальных веских подтверждений. Даже то, что, пролежав 4 века мощи Царя полностью сохранились, в том числе и схимное облачение, лишь подтверждают его святость.

Это имеет и документальное подтверждение, в том числе фотографиями, сделанными в 1963 году после вскрытия советскими учеными гробниц, - самого Царя, а также ближайших его родственников. Более того, желтый цвет его костей по афонским монашеским правилам также говорит о святости этого человека. Исследования мощей и останков показали, что и сам Государь, и его старший сын Иоанн и первая жена Анастасия Романова были отравлены ртутьсодержащими веществами. В последнее время много «грязи», особенно через телепродукцию, вылито на него. Но нет никаких убедительных доказательств навязываемого мнения о нем, как о жестоком кровожадном тиране.

Вспомним, на основании чьих свидетельств писалась его история – предателя перебежчика князя Курбского, лживых измышлений иезуита Антонио Посевина, иноземца – проходимца и вора англичанина Джерома Гарсея, историка – масона с 18 лет – Карамзина, о котором еще наш великий полководец и убежденный монархист М.И. Кутузов говорил, что его произведения наполнены ядом якобинства, и многих других врагов и предателей нашей веры и Руси, какие бы они высокие и громкие титулы не носили.

Недостойных поступков Царь не совершал, да и не мог бы, поскольку был истинно глубоко верующим, не нам чета! Наш современник, духовный авторитет и дивный старец, прот. Николай Гурьянов (+2002г), очень почитал великого Царя, имел у себя его иконы и благословлял их писать. У него они даже мироточили. Батюшка о нем говорил так: «Святому Царю Иоанну Грозному не нужно оправдываться. Совесть его перед Богом и Церковью чиста: он хранил Господом врученное Царство и Церковь от врагов и ереси жидовствующих. Он был Первовенчанным Царем, собравшим воедино Святую Русь. Какое величие Духа и Веры в Царе Иоанне! И Царское, небесное, и человеческое, земное – все у него было очищено в очах Божиих, и было законное. Это был высокой духовной жизни и святости Царь!». Хула же на одного из самых благочестивых Государей - Богопомазанника, - страшный грех пред Богом! Следует помнить, такими Царями как он, понимающими власть как "тягло Божие для служения Отечеству", а не как средство к обогащению и абсолютизации власти, как самоцели, подобно многим другим монархам и правителям во все времена и странах, не говоря о современных, Русь и становилась Святой и Великой. Много ли в земной истории царей добровольно слагали с себя такую власть, как у него? По-моему не было. В подобных ситуациях другие пускали моря крови, казня всех неугодных, причастных и сочувствующих, либо устраивали гражданские войны. Иоанн же вернулся на трон из Александрова лишь после многочисленных слезных просьб людей из всех сословий.

Руководитель государства во все времена оценивался историей и памятью народной своими делами: какой он оставил страну после своего периода правления? Это и духовность, и образованность, культура, мощь, международное положение, и главные показатели - прирост населения и территорий. Нам сегодня хотя бы вполовину такого, как Царь Иоанн! Куда втоптали Россию после смерти И.В. Сталина, а тем более ельциноиды - эти духовно-политические пигмеи-предатели? Более того, как
Богопомазанник, не прегрешающий перед совестью, а это именно так, он не судится не только судом человеческим, но даже Вселенскими Соборами, а лишь Судом Божиим. Грех хулить Помазанника. Если же это делается осознанно, - Боже, сохрани от такого шага, - то грех вдвойне!

Далее. Нет вины Царя Иоанна ни в смерти игумена Корнилия, ни митр.Филиппа, ни тем более собственного сына. Сплошные организованные провокационные ребусы. Почему, например, 3,5 века Корнилий поминался просто как игумен, устроитель монастыря без причисления к лику святых, и лишь при Святом Царе - искупителе Николае II он был прославлен как преподобный, т.е. Угодник Божий умерший своей смертью. Почему вдруг, по какой то злой воле, впрочем ясно чьей, в 1954 году, вскоре после смерти Сталина, очень почитавшего Грозного Царя, прп. Корнилий вдруг стал именоваться церковью преподобномучеником, т.е. уже умученным. На случайность это совсем не тянет, уж больно много заинтересованных его обвинить во всем.

Впрочем, чтобы явить истину народу нужно немного: соблюдая необходимые церковные правила и процедуры, как это много раз делалось, открыть стоящую в Псково - Печерском монастыре раку с мощами святого и комиссионно освидетельствовать. А отрублена ли была голова у него или нет, специалисты поймут. Да и все остальные «страшные грехи», приписываемые Царю, при внимательном рассмотрении и по документам - рассыпаются. А то, что за несколько десятилетий у него в личном синодике накопилось около 3-х тысяч имен, о чем говорит? То, что он лично поминал их всех. Казалось бы - чужих, даже врагов! Это ли не великое благочестие и христианская любовь к ближнему. А ведь это Богопомазанник - Государь Великой страны снизошел до этого, при его то загруженности делами в то тяжелейшее для Руси время! Кто-нибудь до него и после него такое делал? Особенно те, которые десятки и сотни тысяч казнили в один год - в Германии, Англии, Франции. А в этих 3-х тысячах (за несколько десятилетий!) - и по много раз предупрежденные и многажды им прощеные - предатели, и заговорщики, а также многочисленные «демократы»-новгородцы, готовившие сдачу города и окрестностей иноземцам-католикам, уже подписав с ними соответствующие бумаги, которые были перехвачены и привезены Царю - собирателю и защитнику Руси. После такой измены он и поехал покарать предателей. Причем они были осуждены судом, который заседал 3 недели и досконально разбирался с каждым, зная щепетильность Государя в таких делах, а не по личному его приказу. Иоанн лишь встревал иногда, чтобы миловать. Более того, Псков за эту же измену, по просьбе блаженного Николая, он, увидев в том волю Божию, помиловал и никого не тронул, хотя все там этого заслуженно ждали и тряслись.

Об участи хулителей Святого Царя Иоанна IV Грозного.

К сожалению, в клевете на Святого Царя, после его смерти, особенно в распространении лжи о причастности его к убийству свт. Филиппа, большую лепту внес патриарх Никон – ярый противник самодержавия, желавший не только безраздельной церковной, но и государственной власти, так называемый папоцесаризм. Но за свои неугодные Богу действия он был посрамлен. По согласованию с 4-мя Восточными патриархами, двое из которых даже присутствовали там, решением Собора Никон был извержен из сана, и не только из патриаршего, но даже и из священнического. То есть, он был разжалован до простого монаха и до конца своих дней был сослан в монастырь на покаяние, по дороге куда и умер.

В 19-м веке с целью опорочивания святого Государя было даже специально создано очень деятельное еврейское лобби из художников, писателей, артистов. Нет сомнения, что и сегодняшние клеветники на святого Царя, обманщики народа, получат заслуженное еще здесь, в этом мире, а тем более на справедливом и безпристрастном Божьем Суде, как в свое время получили все предыдущие, причем очень наглядно. Не наше дело судить о промысле Божьем, но наблюдательный человек не может не заметить, что дерзающие хулить помазанников Божьих испытывают значительные скорби. Так, актер Янковский, игравший в фильме «Царь» митрополита Филиппа, умер через 3 дня после показа этого фильма на каннском фестивале. У Репина, написавшего картину о, якобы, убиении царем своего сына, отсохла рука. Писатель Гаршин, позировавший ему для этой картины, вскоре бросился с 3-го этажа и разбился. Е.Евстегнеев, сыгравший роль Иоанна Грозного в отрицательном ракурсе, внезапно умер. У известного артиста Александра Михайлова во время спектакля «Смерть Иоанна Грозного», где он играл царя, на сцене хлынула кровь горлом. Он потерял 2,5 литров крови и едва не умер, будучи при смерти. Убитый в Москве священник и миссионер о.Даниил (Сысоев) за пять дней до своей смерти оклеветал святого Помазанника Божьего Иоанна Грозного, убеждая всех своих пасомых, а в Интернете у него их было очень много, что Царь не был Помазанником Божьим, что он казнил невинных людей, любил пытки, моря крови, что наследовал Иоанн Грозный не Царство Небесное, а участь предателя Христа – Иуды, и распространяя прочие истинно жидовские наветы.

А это - гнусная ложь и клевета на милосерднейшего и образованнейшего (даже по признанию его врагов), знавшего наизусть все Святое Писание, и молившегося больше всех в своем окружении, истинного Отца нации и Хозяина Земли Русской. Вот и поплатились все за клевету на Богопомазанника. Бог поругаем не бывает и не позволяет хулить своих святых угодников, а тем более Своих Помазанников. «Не прикасайтесь к помазанным Моим, и пророкам Моим не делайте зла” (Пс 104.14-15). И если с иноверцев может и не так строго за это спрашивается, то с нас, православных, просвещенных светом Христовой Истины – спрашивается строго. Имеющий ум, подумай и уразумей! Царь Иоанн был одним из образованнейших людей своего времени, это признавали все, даже враги. А разве не известно, что Государь знал наизусть Священное Писание, чему все удивлялись, в т.ч. и Карамзин?

Свт. Игнатий Брянчанинов говорил, что такое было доступно лишь немногим египетским монахам IV-VI веков. А как истово и по сколько часов Государь ежедневно молился? От 6 до 10, а то и более! Способен ли лицемер и изувер (прости Господи!) столько молиться и класть многочисленные покаянные земные поклоны, в т.ч. поминать всех казненных?

Теперь об опричниках.

Первоначально, это был отряд всего в 300 человек, созданный по числу воинов ветхозаветного Гедеона. Уже потом их число возросло до 7 тыс. человек, и которые практически все полегли в неравной, но победоносной битве при Молодях – одном из самых главных кровавых сражений для судьбы Руси, о чем тоже целенаправленно умалчивается. Отбирались в опричники самые достойные, чистые и богобоязненные. Все они проходили два пострига - княжеский и монашеский. Не зря их народ называл «государева светлость». Когда эти молитвенники, Христовы воины - монахи ехали через селения, бесноватые и колдуны истошно орали и разбегались в разные стороны. Так действовала исходившая от них благодать. И к митр. Филиппу они, во главе с благочестивейшим их предводителем Малютой Скуратовым, в монашестве Григорием, приехали лишь в день похорон святителя, поскольку против них врагами Царя был выслан отряд в 500 человек, чтобы их задержать, пока они умерщвляли Владыку, знавшего всех заговорщиков. В этой стычке был тяжело ранен Малюта, и лишь ему чуть полегчало, они сразу прибыли туда, но было уже поздно.

Разное.
Более того, не заслугами ли Святого Царя на Руси построено около 300 городов, в т.ч. 155 крепостей, более 60 монастырей, сотни церквей. При нем же началось книгопечатание на Руси (первопечатник Иван Федоров). Проведены пять церковных Соборов. Написаны: Судебник, Степенная книга, Летописный Свод, Стоглав, Домострой, Четьи-Минеи и др. Именно на всем этом были заложены основы Церковного и Державного строительства Святой Руси как Третьего Рима. В это же время была создана 1-я регулярная армия и конница в 100 тыс. всадников, самый мощный в мире род войск - артиллерия (более 2-х тыс. пушек), которые, также впервые, были поставлены на лафеты. Из-за постоянной угрозы с моря был переделан под боевые корабли торговый флот. Была создана первая минноподрывная школа и первая обозная армейская служба. Положено начало военной науки и военного искусств. При Иоанне Грозном были прославлены 39 русских святых - святителей, преподобных, благ. князей; были для них составлены церковные службы и мн.др. Разве не при нем Россия стала Великим Государством, территориально выросшим более чем в 2 раза, а численностью на 1/3! Приросла она в основном за счет территорий ханств - Крымского, Казанского, Астраханского, Ногайского, Сибирского постоянно совершавших набеги и уводивших сотни тысяч русских людей в рабство, а также за счет добровольного вхождения в Русь многих иных земель и народов.
Когда мы научимся воздавать должное нашим великим предкам по их заслугам? Может ли хоть кто-то сравниться с этим Царем - созидателем Русского государства по масштабам дел во время его правления? Иоанн был твердо убежден, что Московское Царство должно стать образцом добродетели и справедливости пред лицеем всех народов. Он был горд, что является Русским Царем, главным ревнителем веры. Вот эта его ревность о чистоте Православной Веры и славе Божией и была всегда ненавистна, как прежним, так и нынешним врагам нашего Отечества. Немного о моем отношении к Государю. Я очень почитаю, люблю и уважаю Величайшего из Царей – этого первого Богопомазанника на Святой Руси, и каждый день ему молюсь. Именно при нем и его многими трудами Русь стала именоваться Святою, очистившись опричниною от ересей и еретиков, стала истинным Домом Пресвятой Богородицы, Третьим и последим Римом в мировой истории человечества.

Несколько лет назад мне очень посчастливилось, о чем я давно мечтал, приложиться к гробнице с его святыми мощами в алтаре Архангельского Собора Кремля. Там два раза в год проходят патриаршие службы на архангельские праздники. Я дважды был в данном Соборе на этих службах. Во второе посещение меня завели в алтарь, где мне, именно по промыслу Божию, пришлось минут 15 ожидать ныне усопшего патриарха Алексия II. И за это время я много раз молясь прикладывался к металлической гробнице Святого Царя и к рядом стоящему его черного цвета бюсту, накрытому платком, а также гробнице его старшего сына, там же находящемуся.
После минутной встречи, разговора и патриаршего благословения, я приложился и к мощам младшего сына Царя Иоанна - убиенного 8-летнего святого отрока Царевича-Мученика Димитрия Угличского, украшенная рака с мощами которого находится в центре храма. Там же, прямо в храме, стоят более 2-х десятков металлических гробов со святыми мощами – князей: Димитрия Донского и др, царей Романовых: первого из них - Михаила Федоровича, его сына - Алексия Михайловича и др. Становится до слез обидно когда видишь, что не воздается должное столько сделавшему для Родины, и не просто человеку, а Богопомазаннику, Православному Самодержцу, великому защитнику, труженику и молитвеннику за Святую Русь.

Аналогично не оценен до сих пор по достоинству, ни священноначалием МП, не говоря уже о властях, спасительный не только для нас, но и для всего человечества, величайший христоподражательный подвиг Святого Великомученика Царя Николая II, - искупителя греха измены русского народа перед Родом Романовых. К сожалению, носителем и хранителем Божественной Истины, исторической правды и веры в такие периоды истории, как это и было неоднократно, становятся лишь отдельные Отцы Святой Матери-Церкви и простой русский православный народ. Подождем немного, ибо скоро придет время и все Богом будет открыто. Кто есть кто, кто и как служил Родине, нашей любимой и дорогой России.

Несколько слов о пресловутом многоженстве Святого Царя. Его первая и любимая супруга Анастасия Романова была кроткой, благочестивой женщиной, истинно христианской женой, которую очень любил народ. С ней Государь повенчался в 1547 году. Но перед этим таинством Царь с будущей царицей наложили на себя 40-дневный строгий пост и пешком прошли из Москвы в Свято Троицкую Сергиеву лавру на благословение к преподобному Сергию. Это ли не показатель духовной чистоты этой венценосной пары. Но Анастасию очень невзлюбили приближенные и доверенные Царя - князь Адашев и поп Сильвестр, видевшие, что та своим ангельским сердцем раскрыла и поняла их лицемерные, изменнические и лживые душонки. Поэтому, с помощью польской еврейки Марии, занимавшейся каббалой и тайно сожительствовавшей с Адашевым, они смогли ее хитро отравить в 1560 году. Царь очень долго горевал, больше вовсе не хотел жениться и 10 лет жил в чистоте. Но митрополит Макарий упорно убеждал его взять другую жену. Наконец Государь согласился, а точнее подчинился уговорам святителя. Второй женой стала черкесская княжна Мария. В 40-летнем возрасте Иоанн вновь овдовел. И снова, теперь уже бояре упрашивали его привести третью жену. Всем нужен был наследник. Старший сын Царя Иоанн был очень болезненный, просился в монахи и вскоре умер, тяжело заболев в паломнической поездке. Это тот, которого он якобы убил. Другой его сын - Федор оказался безплоден. Выбор Царя пал на Марфу Собакину, которая также была отравлена, причем на своей же свадьбе и отошла к Богу после тяжелой болезни уже через 2 недели, и которую Иоанн даже не познал как жену. Поэтому, ввиду этой государственно важной и объективной причины, все вместе уговаривали его жениться в 4-й раз, а фактически в 3-й. Именно это число жен Святого Царя Иоанна и подтверждают 4 гробницы в усыпальнице для цариц. Последняя, 4-я жена, Мария Ногая родила Царевича Димитрия Угличского, ныне канонизированного, которому царские враги еще в отроческом возрасте, помогли уйти из жизни.

Поэтому, большой грех помышлять, а не только убеждать других, что такой молитвенник и благочестивый богобоязненный верующий человек, как наш Государь Иоанн Грозный, тяготевщий к монашеству и живший по строгому монастырскому Уставу, благословлялся Церковью на браки «распаляемый похотью и для телесного услаждения», как утверждали злопыхатели и его враги, в том числе и в наши дни. Вплоть до революции, и даже позже, многие люди в молитвах обращались к Святому Царю, особенно в судебных тяжбах, и всегда получали от него скорую помощь. Не помню, кто-то из Отцов Церкви сказал: кто будет почитать и молиться св.Царю Иоанну Васильевичу Грозному, за того будет молиться и его младший сын святой Царевич-мученик Димитрий Угличский. Господи! Верни нам в Россию поскорее грядущего Царя - победителя, великую пламенную веру, мудрость и образ правления которого, как свидетельствуют пророчества, показал ему и всем нам Грозный Государь Иоанн, и сотвори свой, хотя и милосердный, но справедливый Суд Божий! Святый Великомучениче Христолюбивый Царю наш Иоанне (схимонах Иона), Святый Царевич-Мученик Димитрий Угличский, молите Бога о нас, грешных! Помогите нам спасти наши грешные души и наше многострадальное Отечество – Святую Русь! Да будет так, и свершится воля Твоя, Господи! Аминь.

Николай Неустроев, г. Кемерово

ПРИМЕЧАНИЕ:
1.Как Иоанн Грозный был признан Царем и Государем христиан всея Вселенной.
В 1562г. патриарх Константинопольский Иоасаф прислал Царю Ивану Грозному документ, подтверждающий его Царский титул, назвав Русского Самодержца "Царем и Государем христиан всея Вселенной от Востока до Запада и до океана". Патриарх также сообщал, что имя Царя будет внесено в диптихи для поминовения на Литургии. "... Да будешь и ты между Царями как равноапостольный Константин!", - писал патриарх. 2.
2. Митрополит Волоколамский Питирим о святости Царя Иоанна Грозного: «Думаю, не надо доказывать, что Царь Иоанн был хорош. Он спасал Россию, Православие».
Владыка Питирим сказал в интервью, что если бы не Царь Иоанн Грозный, не его борьба с жидовствующими, то мы с вами не родились бы, потому что без Православия Господь давно бы смел с лица земли и Россию, и Европу. Мы живем, потому что совершается безкровная Жертва по православному чину. («Царский путь» № 2(2),2003г).
3. Слава Богу, что в г. Орле положено доброе начало заслуженного воздаяния Царю Иоанну IV Грозному (для врагов Отечества!), как величайшему Сыну и гражданину Земли Русской – открытия ему памятника. Дай Бог, чтобы они были в каждом городе нашей Родины, ибо Он достоин этого!
#18 | Инна Ш. »» | 03.11.2019 16:50 | ответ на: #17 ( Фокин Сергей ) »»
  
-1
Кому Церковь не мать, тому и Бог не Отец. больше нечего сказать. Для меня вы волк в овечьей шкуре. Ваши слова ведь о Русской Православной Церкви, канонизировавшей Святителя Филиппа:
" Церковь Христа и криптокатолитическая церковь антихриста под видом христианской и православной - противоположные лагеря."
??? Я ведь правильно поняла ? Что это ответ на Житие Святителя Филиппа, выложенное на Православие. ру ? Нет вам оправдания. Богохульником были, им и останетесь. Автор - Николай Устроев( псевдоним может быть) вам дороже Церкви. Это ли не абсурд ? Ваш свет - тьма ( ложь )
  
#19 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 17:07 | ответ на: #18 ( Инна Ш. ) »»
  
-1
Опять провокации? Вместо обсуждения материала, оскорбления, да ещё и перевирание фамилии автора !
Ваша "церковь" оскверняющая наших Святых известна. В её защиту и трудитесь.
Изучайте тексты и работы по теме, а не бросайтесь обвинениями.
Напишите свой труд и наконец-то подпишитесь своими полными инициалами!

Для тех, кто ещё сомневается в Святости Царя Иоанна:

СТАРЕЦ НИКОЛАЙ ГУРЬЯНОВ ОБ ИОАННЕ ГРОЗНОМ

Опубликовано 13.02.2010 автором Лозко Василий

Старец Николай (Гурьянов):

ЦАРЬ ГРЯДЕТ!

Любовь к святым угодникам Божиим, даже если их святость оспаривается высокопоставленными церковными чиновниками, угодна Господу и не останется без награды

“Править государством может любой. Но умереть за свой народ может только Царь” Свт. Иоанн Златоуст.

Канонизации святых почти всегда предшествует почитание подвижника как святого без всякой на то официальной санкции… Почитатели усопших составляют им службы и акафисты, хотя они и не имеют церковного употребления. В своих келейных молитвах почитатели, верующие в их святость, обращаются к ним как к угодникам, предстоящим пред Престолом Божиим… Писали и иконы не канонизированных подвижников. Перед этими иконами возжигали свечи, их лобызали, иногда такие иконы помещали в церквах…” Протоиерей Владислав Цыпин,профессор Московской Духовной Академии. Церковное Право. Учебное пособие. 1996г. с.332-336.

СТАРЕЦ НИКОЛАЙ ОБ ИОАННЕ ГРОЗНОМ

После начала повсеместной травли почитателей Иоанна Грозного и Григория Распутина, верующие, почитающие этих святых, приехали спросить Батюшку, что делать, как быть?

Бога благодарить и сказать о гонителях: прости их, Господи! – ответил старец. – В почитании этих святых нет никакого греха и никакой ереси, это они не подумав говорят так, нервничают. А раскола никакого нет! Раскола из-за святых нет, никогда не бывало и не будет! Это все пустое, врагом навеваемое неприятие.
Надо мягко объяснять, что мы любим и ценим этих подвижников Христовых, и такое почитание Церковью разрешено и даже одобряется, даже награда от Господа нам за это будет. Мы веруем в их святость, и Церковь разрешает им и акафисты петь, и службы, и иконы писать, потому что в этом выражена духовная любовь к угодникам Божиим.
Так всегда было в Православии… Эта истина хранится в Священном и Святом Писании… Вы вот посмотрите, что написано на иконе Царя Иоанна из Грановитой палаты Московского Кремля у него над главой: “Благоверный и христолюбивый, Богом венчанный Великий Государь Царь и Великий князь Иоанн Васильевич, всея Великия России, многих государств Государь и Самодержец”… Это Церковь о нем так писала…
А кто не желает, пусть не молится им, но не ругает и, – сохрани Бог! – пусть не хулят: это великий грех.
А мы будем молиться, чтобы Господь всех нас соединил в понимании. Вы не переживайте, пусть вас ругают, бранят, оскорбляют, не отступайте от Истины, трудитесь. Только все делайте по Евангелию, с терпением. Надо обо всем писать и говорить, но только с любовью…
* * *
А как тяжело будет тем, кто бранит святых! Вот призовет Господь душу такого человека, будет она подниматься на Суд Божий, а там – Царь Иоанн во святых! Заскорбит душа, заплачет! А как исправить? Надо жить духовно осторожно и никого не судить. Бог управляет миром, а у Него нет неправды…
* * *
Осуждающие царей испытывают долготерпение Божие. За это может быть страшное наказание Божие Церкви. Надо сразу, как услышите или прочтете хулу на Царя Иоанна, перекреститься и помолиться о согрешивших, попросить Господа, чтобы Он их простил за осуждение Помазанника, Святого Царя. А неправду и ложь, которую сочиняют про него, ни читать, ни слушать не надо, чтобы самим не повредиться.
Праведников подобает твердо защищать, и ложь на них – обличать. Надо любить святых
* * *
Царю Иоанну не нужно оправдываться. Совесть его пред Богом и Церковью чиста: он хранил Господом врученное Царство и Церковь от врагов и ересей, он был первовенчанным Царем, собравшим воедино Святую Русь.

Какое величие веры и духа в Царе Иоанне! И царское, небесное, и человеческое, земное – все у него было очищено в очах Божиих, и было законное. Это был высокой жизни и святости Царь. Он спасал себя только молитвой, и молитва его была слышима Господом, который и давал ему силы чрез все пройти и стяжать благодать святого угодника Божия.

У него никого не было, с кем бы он мог поплакать. Зато теперь он радуется в Царствии Небесном и духовные гимны Богу поет. И вы не переживайте. Неправда лишь поможет открыть правду!
* * *
Грешно испытывать долготерпение Божие… Иоанн Грозный уже причислен Церковью к лику святых, он местночтимый кремлевский (московский) святой, и это сохранилось в церковных летописях” (см. Святцы Коряжемского монастыря за 1621 год, РГБ, Фонд Ундольского, единица хранения 237, «10 июня: в той же день обретение Святаго телеси Великомученика Царя Иоанна»).
* * *
Если услышите, что кто-то хулит Царя Иоанна, сразу
попросите Господа, чтобы Он простил этого человека. Страшное наказание ему может быть. Он ведь может умереть без покаяния. Сохрани Бог от этого!"
#20 | Инна Ш. »» | 03.11.2019 17:36
  
0
Вот и получается, что я не хулила царя Иоанна Грозного, а вы похулили Православную Церковь. Вот и думайте!
  
#21 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 18:08 | ответ на: #20 ( Инна Ш. ) »»
  
-3
"Я вам дала ссылку на Православие. ру. Там черным по белому все написано. А вы оболгали Православную Церковь . И прикрываетесь как всегда цитатами старцев. Сходите уж на исповедь"


Осквернение, как и укрытая в упаковки правд ложь, имеет множество вариантов. Но Старцы предупреждали, что ложь будет служить Истине.

«Однажды Батюшка произнес удивительную фразу, когда мы разговаривали о том, как искажается Исти¬на, как продолжают клеветать на святых Божиих лю¬дей и как это больно и тяжело. Старец сказал: «Не переживайте! Неправда поможет открыть Правду!». Так же молитвенно укреплял Мученик Григорий Русский, утешая Царственных Страдальцев: «Все минет, одна Правда Божия останется». Духовная брань извечна с того мига, как денница восстал на Господа, он и сейчас, искажая все, восстает на святых. Ныне время настало действительно последнее... В церковных журналах, выходящих по благословению («Благодатный огонь», 2004, № 12), восстают против Великого Старца, Преподобного Батюшки Серафима, его пророчеств и предсказаний, искажают новую историю Церкви, поносят прославленных святых. По всему видно, что враг подобрался вплотную к хуле на догмат Воскресения. Батюшка Серафим упреждал, что в последнее время не будут веровать в Воскресение Христово».Святитель Нектарий - Святой праведный Николай Псковоезерский.Старец Николай (Гурьянов)
  
#22 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 18:17 | ответ на: #20 ( Инна Ш. ) »»
  
-3
не хулила царя Иоанна Грозного

Да, вы не хулили прямо Царя, а хулили через его ближайшего брата, друга и помощника! Через Малюту! Это ваш коммент, с лирическими руладами по

14 | Инна Ш. »» | 03.11.2019 15:49 | ответить | редактировать | x | ответ на: #11 ( Фокин Сергей ) »»

"Не верите Кураеву, почитайте на сайте Храма Живоначальной Троицы

.."Святитель Филипп был задушен Малютой Скуратовым 23 декабря 1569 года. Малюта приказал вырыть глубокую яму за алтарем соборной церкви и при себе погребсти многострадальное тело святителя Христова. Не было при этом ни звона колоколов, ни благоухания фимиама, ни, [COLOR=#FF0000]быть может, самого пения церковного, ибо злой опричник спешил скрыть следы своего преступления[/COLOR]. И как только могила была сравнена с землей, он немедленно уехал из обители.

Так окончил жизнь свою великий святитель Христов Филипп — борец
за правду и страдалец за мир и благоденствие нашего отечества.
"""

"Злой опричник Малюта", "следы своего преступления"

Это выложили вы, а не какой-то аноним!

Так лгали и на Григория Распутина, зная, что тем самым оскверняют в глазах маловеров самого Царя и Царицу. Вы делаете то же самое!

И при этом взываете к авторитету Церкви!
#23 | Инна Ш. »» | 03.11.2019 18:58 | ответ на: #22 ( Фокин Сергей ) »»
  
1
Злой опричник это еще мягко сказано. Есть более ужасные свидетельства. " Н. М. Карамзин, ссылаясь на показания «очевидцев», описывает, как Малюта с опричниками совершал налёты на дворы опальных вельмож, отбирая у них жён и дочерей «на блуд» царским приближенным." (c)
  
#24 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 19:16 | ответ на: #23 ( Инна Ш. ) »»
  
-3
"Карамзин, говоришь?"
А может художник Репин?

А может повторите эпитеты "очевидцев" начала прошлого века для старца Григория?
И всем всё станет окончательно ясно!
Или - не окончательно? И у кого-то проснётся совесть?
#25 | Инна Ш. »» | 03.11.2019 19:20 | ответ на: #24 ( Фокин Сергей ) »»
  
1
А что святые отцы о Малюте говорят ? Дифирамбы поют ?
  
#26 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 19:37 | ответ на: #25 ( Инна Ш. ) »»
  
-3
"Любому честному исследователю ясно, что такие противоречия ошибками летописцев не объяснишь. Либо верить Курбскому и Карамзину, нынешним Радзинскому и компании, либо верить источникам". Правда о Грозном Царе Иоанне Васильевиче и «черный миф» о «Иоанне Ужасном» Виктор Саулкин, Русская народная линия Иоанн Грозный и Григорий Распутин / 26.08.2016
  
#27 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 19:42
  
-3
Правда о Грозном Царе Иоанне Васильевиче и «черный миф» о «Иоанне Ужасном» Виктор Саулкин, Русская народная линия Иоанн Грозный и Григорий Распутин / 26.08.2016
Часть 2 …
Часть 1

Клевета «тошной силы» и правда о Русском Царе

После выхода на экран фильма «Тzar», руководство российского телевидения, судя по всему, решило регулярно показывать кощунственный фильм на православные праздники, как на Новый год обязательно показывает «Иронию судьбы». После очередной демонстрации лунгинского «киношедевра», отвечая на вопросы радиослушателей, я сравнил кровавый ужас, беспросветный мрак и уродство, которое изображал на экране Лунгин в своем фильме «Тzar», с тем, что происходило в то время на Руси на самом деле.

В эти годы на Руси был расцвет церковного зодчества, возводились прекрасные храмы, среди которых знаменитые шедевры архитектуры, такие как Покровский собор на Рву, который известен во всем мире как храм Василия Блаженного. Был расцвет иконописи, и в этом огромную роль сыграл Стоглавый собор, созванный Государем. При Грозном царе на Руси начиналось книгопечатание. Сам же Царь в эти годы, по описаниям иностранцев, был красивым, высоким, широкоплечим и сильным тридцатилетним человеком, никоим образом не напоминая беззубого бомжа в исполнении несчастного Мамонова.

Причем, беспристрастные иностранцы, такие, как итальянец Фоскарини, подчеркивали, что государь Иоанн Васильевич сочетал подлинное царское величие с приветливостью и простотой в обращении с подданными. Велико и литературное наследие царя Иоанна Васильевича. В его творениях мы видим необычайно глубокие и ясно выраженные мысли православного христианина, полностью основанные на Священном Писании и Священном Предании Православной Церкви. А исчерпывающие и твердые ответы Государя об истинах Православной веры папскому легату Антонио Поссевино и чешскому пастору лютеранину Яну Роките и сегодня не потеряли своего значения и могут быть поставлены в один ряд с произведениями святых отцов, написанных в литературной форме «прения о вере». Необходимо упомянуть и о том, что Царь Иоанн Васильевич известен как замечательный церковный гимнограф. Самую высокую оценку его произведениям давал известный церковный писатель архимандрит Леонид Кавелин.

Великим подвигом в Церкви считалось основание монастырей. В царствование царя Иоанна Васильевича было основано 60 монастырей. Основателями монастырей были подвижники благочестия, молитвенники-монахи, но мы знаем, что Государь особое внимание оказывал монастырям. Грозный Царь щедро помогал древним русским обителям и особенно заботился о монастырях, основанных в его царствование. В конце той передачи я посоветовал радиослушателям ознакомится с книгой митрополита Иоанна «Самодержавие Духа», а также читать в первоисточниках письма и послания царя Иоанна Васильевича.

Обвинение в прелести?

Но любое доброе упоминание о царе Иоанне Васильевиче Грозном вызывает приступы гнева и необычайное раздражение у радиослушателей, воспитанных на измышлениях Карамзина. И на этот раз не замедлило появиться письмо в котором меня обвинили в прелести, кощунстве и потребовали от руководства радиостанции ввести «духовную цензуру» и навсегда запретить Виктору Саулкину рассуждать о Иоанне Грозном и подвергать сомнению сочинения Карамзина. Свою и лунгинскую точку зрения эти люди считают единственно верной, «как учение маркса и энгельса» и претендуют на роль некой «духовной цензуры». Самое поразительное, что эта публика категорически не желает даже слышать иную точку зрения. Какая уж тут полемика, обсуждения фактов. Упоминать Грозного Царя можно только, как «жестокого тирана», иначе это оскорбляет их «нравственное чувство».

Обвинение в прелести - довольно серьезное обвинение. И очень странно, когда тебя обвиняют в духовном повреждении, только на основании твоего отношения к сложному, одновременно величественному и трагическому периоду Русской истории и личности царя Иоанна Васильевича Грозного. Все же это разномыслие относится к области отечественной истории, а не к области догматов и вероучения.

Требование не рассуждать на радио «Радонеж» о личности Государя Иоанну Васильевича является откровенной попыткой установить на нашей радиостанции идеологическую цензуру. Оказывается, Эшпаю с Лунгиным можно демонстрировать на телеэкране русофобские сериалы и фильмы, посылать эту клевету и ложь о Русской истории и Русском народе в Канны, а на православном радио нельзя эту ложь опровергать. Мало нам монополии на «правду о русской истории» на телевидении, и на «Радонеже», оказывается, должна звучать только одна точка зрения. Та, что с середины ХIХ века «прогрессивной интеллигенцией» считается единственно верной.

Но попытки запретить на радио обсуждение русской истории ХVII века и личности государя Иоанна Васильевича Грозного бессмысленны, так как народ все равно будет читать не только Дворкина, но и Фроянова и Боханова, и многих других исследователей, которые стремятся беспристрастно изучать этот сложный период в жизни России. И нет сомнений в том, что многие православные русские люди в поисках истины будут обращаться к книге митрополита Иоанна Санкт-Петербургского и Ладожского «Самодержавие Духа». А владыку Иоанна ни один человек, находясь в здравом уме, не посмеет обвинить в прелести и кощунстве. И то, что Россия в царствование государя Иоанна Васильевича была страной «мрака и беспросветного ужаса», как это изображено в антирусском фильме «Тzar», никто из оппонентов доказать не сможет.

О царствовании Грозного Царя, его великих государственных свершениях, о том, как в те годы строилось Православное Русское Царство - Третий Рим, как первый Помазанник Божий и его духовник святитель Макарий утвердили в сознании людей идеал русской жизни - Святую Русь, можно говорить и писать очень много. Но я постараюсь обосновать только те утверждения о царствовании Государя Иоанна Васильевича, которые прозвучали в радиопередаче.


Пункт первый. Расцвет церковного зодчества.

Любой историк архитектуры подтвердит, что при Государе Иоанне Васильевиче был настоящий расцвет церковного зодчества; были построены храмы, которые считаются шедеврами древнерусской архитектуры. В честь венчания Государя построен прекрасный храм Иоанна Предтечи в Дьяково. Замечательной красоты Успенский храм в Старице был построен при личном участии царя Иоанна Васильевича в «разработке архитектурного проекта», как сегодня бы сказали. Каменные храмы при Государе возведены в Муроме, Владимире, Вологде. Всего при личном участии Грозного царя построено 40 прекрасных церквей. Все храмы, построенные в годы царствования государя Иоанна IV, отличаются одновременно величественностью и изяществом линий.

Но один храм, возведенный при царе Иоанне Васильевиче Грозном, знают во всем мире. Покровский собор на Рву, построенный в честь взятия Казани, для многих иностранцев стал символом России. Именно создание этого собора ознаменовало собой начало строительства Москвы, как Нового Иерусалима, Небесного града, описанного св. Иоанном Богословом. Смысл богословской концепции градостроительства священной русской столицы в своих трудах замечательно раскрыл Михаил Петрович Кудрявцев. Покровский собор и вся Красная площадь занимают в этом замысле особое место.

О том, что Государь был выдающимся храмостроителем, сохранились свидетельства иностранцев. Английский дипломат Джером Горсей, находившийся в Московии с 1573 по 1591 гг., пишет: «За время своего правления Иоанн Грозный возвел свыше 40 прекрасных каменных церквей, богато украшенных куполами, укрытыми чистым золотом. Он основал свыше 60 монастырей, подарив им колокола и украшения и пожертвовав вклады, чтобы молились за его душу. Кроме этого Царь построил 155 крепостей и 300 новых городов».

Многие иностранцы отмечали и личное благочестие русского царя, любовь к монастырскому богослужению, щедрость и особенное усердие в строительстве храмов. Австрийский дипломат Даниил Принц пишет о государе Иоанне Васильевиче: «Он до того усердно предан был благочестию и богослужению, что для того, чтобы удобнее предаваться молитвам и постам, которые он очень строго содержал, часто проживал в монастырях и тело изнурял великим воздержанием. Большую часть своих доходов он тратил на построение святых храмов и отыскивает мастеров с большим старанием».

О том, как Грозный царь заботится о состоянии церквей в своем государстве, говорит и польский посол Василий Тышкевич: «Нынешний государь ваш всякие дела по Боге делает, христианство исправляет и утверждает, по всей его державе Христианские церкви цветут, как в старину в Иерусалиме при равноапостольном царе Константине».

Посол императора Максимилиана II Кобенцель рассказывал, что при аудиенции государь Иоанн Васильевич попросил его подождать, пока он не помолится в церкви. Посол сообщает, что «Великий князь, не предпринимает и не постановляет ничего важного, не посоветовавшись предварительно с Митрополитом».
Сторонники Карамзина все эти свидетельства готовы перечеркнуть одним категорическим заявлением. «Строительство храмов и прочие проявления «внешнего благочестия» в ту мрачную эпоху вполне могли сочетаться у тирана Иоанна Грозного с проявлением жестокости и религиозного изуверства». Возражать на такие аргументы невозможно. Но есть одна сторона церковной деятельности государя Иоанна Васильевича, которая не оставляет камня на камне от подобных умозаключений.


Пункт второй. Любитель иноческого жития


Величайшим подвигом у подвижников благочестия считается основание и строительство монашеских обителей. Ничто так не досаждает врагу рода человеческого, как монастырь - духовная крепость в войне за души людей. Основатели монастырей особенно почитаются, ибо этот подвиг требует необычайного мужества в духовной брани и горячей любви ко Господу. В царствование Государя Иоанна Васильевича основано 60 новых монастырей. Необходимо понимать, что это не могло быть простым результатом «хозяйственно-административной деятельности Церкви при поддержке государства». Монастыри были основаны подвижниками благочестия, но нельзя отказать и Государю в желании обустройства и украшения монашеских обителей. Если мы возьмем историю большинства, если не всех русских монастырей, возникших до рождения Грозного Царя, или же основанных в его царствование, то увидим, что государь Иоанн Васильевич либо особенно покровительствовал обители, либо монастырь учрежден или же построен и украшен при участии Государя. Сам царь Иоанн Васильевич в послании к братии Кирилло-Белозерского монастыря пишет о своей любви к обители и о желании в юности принять там постриг. Все послание к братии наполнено многими примерами из жизни древних преподобных отцов и свидетельствует о глубоком понимании законов духовной брани и добротолюбия, которые были свойственны Государю. Неужели не понятно, что такое отношение к монашеству и усердие в создании монастырей говорит нам о глубокой вере и благочестии царя Иоанна Васильевича Грозного?
И сегодня хранят благодарную память о щедрой помощи и богатых дарах Грозного Царя на Святой Горе Афон в греческих, сербских, болгарских монастырях.


Пункт третий. «Муж чудный в рассуждении»


Обвинение в кощунственном сравнении литературного наследия царя Иоанна Васильевича Грозного с творениями святых отцов не имеет под собой оснований. Есть вымышленный Карамзиным и растиражированный либералами образ «кровавого тирана», садиста и убийцы, сравнение которого со святыми отцами вызывает у некоторых «праведный гнев». Но есть и подлинное, настоящее литературное наследие царя Иоанна Васильевича Грозного. Об этом наследии и необходимо рассуждать и сравнивать с творениями святых отцов.

О глубоком понимании Государем идеи служения православного Царя Вселенской Православной Церкви говорит все его литературное наследие. В диспуте с ученейшим иезуитом Антонио Поссевино царь Иоанн Васильевич, защищая истину Православной веры и единой Святой Апостольской Церкви, дает безупречные ответы, не оставляя камня на камне от аргументов посланника Римского папы. Государь говорит о том, что вера у русских не «греческая», а христианская, и веруют они «не в греков, а в Христа». Точно так же лютеранину Яну Роките Государь ответит, что на Руси вера не «русская», а с Крещения Руси - вера христианская. И поэтому «по всюду, по всей земле, где истинная вера христианская, зовутся люди христианами, а где зовутся иным именем, по названию земли, тут ересь и раскол, а не истинная вера».

В 1570 году Государь удостоил в Москве «диспута о вере» пастора из Чехии Яна Рокиту. Диспут был записан и его текст передали гостю из Чехии и Моравии. Трактат Государя «Ответ Яну Роките» - замечательное богословское произведение, которое достойно занять место в ряду творений отцов Церкви в жанре «прений о вере». И ни один из тех, кто считает Государя «духовно поврежденным», «параноиком-тираном», не сможет найти никаких признаков прелести в государевых строках. Все, что пишет Грозный царь богословски безупречно, твердо стоит на основании Священного Писания и Священного Предания Православной Церкви.

В своем духовном завещании сыновьям царь Иоанн Васильевич Грозный пишет: «Се заповедаю вам, да любите друг друга, и Бог мира да буди с вами. Аще бо си я сохраните, и вся благая достигните; веру к Богу тверду и непостыдну держите, и стоите, и научитися Божественных догматов, како веровати, и како Богу угодная творите, и в какое оправдание пред нелицимерным Судиею стати. То всего больше знайте; Православную Христианскую веру держите крепко, за нее страждите крепко и до смерти. А сами живите в любви».

Удивительно, как умудряются современные профессора-сектоведы, бывшие кришнаиты, или же диакона-богословы, бывшие преподаватели научного атеизма, свысока рассуждать о «религиозном типе Иоанна Грозного». Себя они считают истинными христианами, а Русского Царя, воспитанника святого митрополита Макария и друга Василия Блаженного, автора замечательных церковных песнопений, которые и сегодня звучат за богослужением, строителя храмов и основателя монастырей, ни минуты не сомневаясь, называют духовно поврежденным. Думаю, что Государь проводил гораздо больше времени в молитве и бывал на богослужениях гораздо чаще, чем многие из нас. В том числе и нынешние миссионеры и сектоведы. На это, скорее всего, последует ответ: «Важно как молится человек, а не то, сколько времени простаивает на молитве». Обличители Грозного царя почему-то твердо уверены, что уж они-то молятся правильно.
Отдельная тема - духовные песнопения и молитвословия, написанные Грозным царем. Самые известные среди них стихира празднику Владимирской иконы Пресвятой Богородицы, которой и сегодня вся наша Церковь славит Царицу Небесную. И канон Архангелу Михаилу. Известный духовный писатель и церковный ученый ХIХ века архимандрит Леонид Кавелин, посвятил специальный труд гимнографическим творениям государя Иоанна Васильевича. Он очень высоко оценивал стихиры Грозного царя, сравнивал творения Государя с творениями императора Льва Премудрого.

Архимандрит Леонид, считал, что «творения Царевы» вполне заслуживали бы стоять наряду с древними стихирами, и жалел, что они не входят в состав Служебных Миней. Церковные песнопения, созданные Государем, свидетельствуют о том, что он был замечательный «распевщик». В 70-е годы ХХ века стихиры царя Иоанна Васильевича исполняли на концертах древнерусской музыки. Наш современник Георгий Васильевич Свиридов, великий русский композитор, необычайно высоко оценивал музыкальный дар Грозного Царя. К мнению последнего «классика», наверное, стоит прислушаться. Возникает вопрос, может ли человек, будучи религиозным изувером, в перерывах между личным участием в пытках и казнях, развратом и пьянством, писать прекрасные и глубокие церковные песнопения?

Благодаря Стоглавому собору в царствование государя Иоанна Васильевича наступил расцвет иконописи. Иконопись - «богословие в красках». Именно решения Стоглавого Собора определили будущее русского церковного искусства. Иконописцам было велено писать иконы, опираясь на древние образцы, чтобы не было искажения истины; писать иконы Господа Бога, Богоматери и всех святых по образу, подобию и по существу с древних образцов. Пресвятую Троицу велено было писать так, как написал прп. Андрей Рублев. Святой иконописец в красках запечатлел молитвенное откровение прп. Сергия Радонежского. Иконы прп. Андрея Рублева и Даниила Черного признавались образцами православной иконописи. Стремились, чтобы иконописцы подражали лучшему, что было создано в византийской и древнерусской иконописных школах. Все постановления Стоглавого Собора были направлены на то, чтобы иконы создавались в соответствии с Церковным Преданием и каноном, а иконописцы бы писали «смотря на образ древних живописцев», велено было и «знаменовати с добрых образцов". Т.е. чтобы пользовались лучшими прорисями и писали, взирая на лучшие древние иконы. Иконописцев призывали быть смиренными, кроткими, вести трезвый, целомудренный образ жизни, и писать иконы «с великим тщанием». Государю советовали жаловать иконописцев, архиереям их беречь, а боярам и всему народу велено было почитать их труд.

Постановления Собора не только ни в чем не сковывали творчество иконописцев, но появлялись удивительные новые иконы. Одна из таких икон - образ из Успенского собора Кремля «Благословенно Воинство Небесного Царя».

Неслучайно о царе Иоанне Васильевиче писали: "Муж чудный в рассуждении, в науке книжного поучения довольный и многоречивый зело".
Все исследователи отмечают необычайную память Государя. Царь Иоанн Васильевич цитировал целые страницы Священного Писания. Причем отрывки из Ветхого и Нового Завета Государь, как замечают исследователи, цитировал наизусть, близко к тексту. В своих посланиях Царь приводит примеры из творений святых отцов, греческих и римских писателей, цитирует Тита Ливия и Иосифа Флавия, пересказывает события древней истории, свидетельства русских летописей, польских и немецких хроник. Сегодня таких людей принято называть людьми «энциклопедических знаний». И потому Грозный Царь легко побеждает в богословском диспуте ученого иезуита Антонио Поссевино и убедительно и глубоко отвечает чеху Яну Роките, разоблачая заблуждение протестантизма. По просьбе Грозного царя ему присылают книги из Англии и Италии, Ближнего Востока. Государь заказывает переводы на русский язык. Пастор Иоганн был потрясен, увидев библиотеку царя Иоанна Васильевича. Ливонец утверждал, что подобными сокровищами не обладает ни один христианский государь.

О литературном таланте Государя писали многие. Мне хотелось бы привести свидетельства человека, чей авторитет у либеральной российской интеллигенции не вызывает сомнений.

Академик Д. С. Лихачев был человеком довольно либеральных настроений, разделявшим взгляды Карамзина на царствование Грозного царя. Но он не только считал царя Иоанна Васильевича одним из образованнейших людей своего времени, но и был искренне восхищен литературным даром Государя.

Д.С. Лихачев писал: «Грозный - политический деятель, тщательно доказывающий разумность и правильность своих поступков, стремящийся действовать силой убеждения не меньше, чем силою закона и приказа. И в его писательской деятельности, не в меньшей степени, чем в его деятельности государственной, сказалась его исключительная талантливость. Это был поразительно талантливый человек. Казалось, ничто не затрудняло его в письме. И при этом какое разнообразие лексики, какое резкое смешение стилей, какое не желание считаться с какими бы то ни было литературными условностями своего времени! Никогда еще русская литература не знала такой эмоциональной речи, такой блистательной импровизации, и, вместе с тем такого полного нарушения всех правил средневекового писательства: все грани между письменной и устной речью, так старательно возводившиеся в средние века стерты; речь Грозного полна непосредственности. Грозный прирожденный писатель, но писатель, пренебрегающий всеми искусственными приемами писательства во имя живой правды. Он пишет так, как говорит, смешивая книжные цитаты с просторечием, то издеваясь, то укоряя, то сетуя, но всегда искренно по настроению. Роль Грозного в историко-литературном процессе древней Руси громадна и еще не оценена».

Вдумаемся в слова академика Лихачева: эмоциональная, непосредственная речь, блестящая импровизация, пишет так, как говорит, всегда искренно по настроению. Любой психолог скажет, что такая речь не может быть свойственна человеку лицемерному, лукавому, с «двойным дном».

Невозможно опровергнуть и то, что именно при государе Иоанне Васильевиче Грозном на Руси начиналось книгопечатание. Были изданы Степенная Книга, Лицевой Летописный Свод, Судебник, Стоглав, Четьи-Минеи (Жития Святых), Домострой. Основана типография в Москве была в 1553 году. Иван Федоров и Петр Мстиславец издают Евангелие, Постную Триодь. В 1564 году печатают «Апостол». Чтобы поддержать православных в Польско-Литовском государстве, царь Иоанн Васильевич отправляет Ивана Федорова на земли Западной Руси, где Федоров основал типографию и наладил издание богослужебных книг. В Москве продолжает работать типография, книги начинают печатать и в новой типографии, основанной в Александровской слободе. Но некоторые «историки» до сих пор пишут, что Ивану Федорову пришлось бежать от «тирана», который назвал книгопечатание «западной ересью».

Ни один пункт о времени правления государя Иоанна Васильевича невозможно опровергнуть: прекрасные каменные храмы стоят, основанные монастыри известны всем, стихиру Владимирской иконе Пресвятой Богородицы, написанную Грозным Царем, во всех православных русских храмах продолжают петь и в ХХI веке.
Читая послания Государя Иоанна Васильевича, можно узнать правду о Грозном Царе

Предлагаю последователям Карамзина, обвинившим меня в кощунственном сравнении творений Грозного царя с творениями святых отцов, внимательно и с карандашом изучить его литературное наследие. Если они найдут в словах Государя хоть один пример несоответствия Священному Писанию, Священному Преданию и тому, что писали святые отцы Православной Церкви, то я буду вынужден признать, что ошибся и совершил кощунство. Только убедительно прошу не ссылаться на Курбского, не цитировать Карамзина, Штадена и пр., утверждая, что все, написанное Государем, это лицемерие «тирана, который пытался оправдаться перед потомками». Можно детально и подробно опровергать клевету и ложь, вылитую на Грозного Царя и историю его царствования по многим пунктам обвинений. Но в этот раз прошу оппонентов сосредоточиться именно на литературном наследии царя Иоанна Васильевича Грозного.

Кстати, весьма любопытно, что даже в императорской России почему-то печатали все письма Курбского царю, и лишь отрывки из первого послания Государя изменнику-боярину. Полностью с творениями царя Иоанна Васильевича широкий круг читателей смог ознакомиться только в 1951 году. Удивительно, но это так. Только в СССР при Иосифе Сталине были изданы все послания и письма Грозного царя. Конечно, для либералов это еще одно подтверждение того, что Царь был «кровавым тираном». Но для любого беспристрастного человека, чья голова не забита идеологическими штампами, это говорит о том, что лишь в 1951 году у читателей появилась возможность познакомиться с первоисточниками. Сравнить то, что писал Курбский и ответы Государя, а затем, сопоставив дальнейшую жизнь боярина-изменника в Польше, сделать самому вывод о том, за кем была правда, за Курбским или Государем.


О том, как «кровожадный тиран» умудрился славного воеводу дважды смерти предать

Тем, кто верит рассказам о необычайной жестокости и кровожадности «тирана», советую начинать знакомство с литературным наследием Государя с послания к братии Кирилло-Белозерского монастыря. С Кирилло-Белозерским монастырем связана одна из фантастических историй, которую любят рассказывать последователи Карамзина, обличая «Иоанновы злодейства». Неудивительно, что «Иоанна Ужасного» считают величайшим злодеем мировой истории, ведь дважды замучить до смерти одного и того же человека до того не удавалось никому из известных в истории тиранов.

Одним из самых несправедливых и жестоких преступлений царя Иоанна IV считают убийство боярина и воеводы Михаила Воротынского. Славного победителя крымских татар при Молодях, по утверждению Карамзина, царь-тиран замучил, поджаривая на огне, собственноручно подгребая царским посохом раскаленные угли. Царский посох особенно не дает покоя воображению Карамзина. Думаю, почему именно царский посох Государя Иоанна Васильевича постоянно присутствует в его кровавых фантазиях? Об этом надо будет упомянуть отдельно. Скажем только, что это «Богословля трость», посох св. прп. Авраамия Ростовского, чудесно врученный преподобному самим святым апостолом Иоанном Богословом.

По версии Курбского, после страшных пыток Воротынский умер по пути в Белоозеро, где и похоронен в Кирилло-Белозерском монастыре. Произошло это якобы в 1565 году. Но, когда историки обращаются к источникам, то выясняется, что если верить недругам государя Иоанна IV, то зажарить на углях славного воеводу царь умудрился дважды. В 1571 году происходит невероятное: славный воевода чудесно воскресает, чтобы возглавить комиссию по организации обороны южных рубежей Русского государства. А в следующем 1572 году Михаил Воротынский одерживает самую главную победу своей жизни. При Молодях Воротынский во главе небольшого русского войска в тяжелейшей битве наголову разгромил огромную орду крымского хана. Но после этого «жестокий тиран» еще раз, конечно же, подгребая «кровавым жезлом угли», поджаривает на огне полководца. Воротынский вновь умирает по пути в Белоозеро. Но упрямому тирану не удается погубить своим проверенным способом лучшего русского полководца. Воротынский вновь воскрес. Прославленный воевода разрабатывает планы обороны южных границ, и 16 февраля 1574 года подписывает новый устав сторожевой службы.

Любому честному исследователю ясно, что такие противоречия ошибками летописцев не объяснишь. Либо верить Курбскому и Карамзину, нынешним Радзинскому и компании, либо верить источникам. Все легко разъясняется, если знать, что в Кирилло-Белозерском монастыре похоронен брат воеводы, находившийся в ссылке, опальный боярин Владимир Воротынский. Не славный воевода Михаил Воротынский, а Владимир находился в ссылке в монастыре. Но и этот опальный боярин, явно не был замучен до смерти «кровавым тираном». Об условиях пребывания Владимира Воротынского в ссылке свидетельствует отправленное из заточения письмо, в котором боярин жалуется на то, что ему, его семье и 12 слугам не присылают полагающихся от казны рейнских и французских вин, свежей рыбы, изюма, чернослива и лимонов. Над могилой Владимира его вдова воздвигла церковь в обители, о чем упоминает царь Иоанн Васильевич в своем знаменитом письме братии Кирилло-Белозерского монастыря. Государь удивлен тем, что над могилой Воротынского церковь стоит, а над могилой преподобного церкви нет, и упрекает в этом братию обители.

Это письмо известно всем, но такое впечатление, что многие историки просто не понимают, о чем пишет Государь, обращаясь к братии монастыря. Или не хотят понимать. Потому что послание царя - искреннее, живое, письмо человека, болеющего всей душой за то, что происходит в дорогой для него с юности обители преподобного Кирилла, и это никак не сочетается с образом кровавого тирана. Предлагаю вместе внимательно прочесть письмо Государя Иоанна Васильевича братии Кирилло-Белозерского монастыря.

(продолжение следует)
#28 | Феориев Х.Р. »» | 03.11.2019 19:47 | ответ на: #13 ( Инна Ш. ) »»
  
1
Историю учите. У Иоанна 4 был английский лекарь: в летописях остался как злой волхв Бомелия. оф (англ. Eliseus Bomelius; ок. 1530—1579, Москва) — авантюрист из Вестфалии при дворе Ивана Грозного.

За опричнину можно судить и по такому факту : Битва при Молодях, наших 20 тыс , а басурман 80 тыс., там дети опричников в количестве 2х тыс человек, держали на реке Малка сутки эту орду Давлат Гирея. После этого главного сражения Руси мы наконец полностью избавились от ига и опричнина была распущена, сразу в 1572г.,, а басурман вернулось около 10 тыс.

За год до битвы, Давлат Гирей сжёг Москву и по некоторым данным в огне погибло 100 тыс человек. При таком ослаблении Московского царства, лишь чудо могло нас спасти и свершилось оное.
Не принижая заслуг князя Воротынского, опричнина почти полностью легла в этой битве, сейчас же намерено не освещается участие опричнины в битве.
#29 | Мотря »» | 03.11.2019 20:28
  
0
Полную некомпетентность тех, кто дерзает вещать от имени отца Николая Гурьянова - замечательного человека, настоящего доброго пастыря, выдаёт уже то, что его фамилию пишут в скобках - всё, дальше можно не читать их мифотворчество. Бог им Судья!

О святости Ивана IV и Распутина, о вреде ИНН отец Николай никогда никому не говорил, все эти бредни записаны со слов его очень странного окружения. Бедный отец Николай! Но, видимо, Господь попустил почему-то, чтобы старец был оболган.

"Ангелу Фиатирской церкви напиши: так говорит Сын Божий, у Которого очи, как пламень огненный, и ноги подобны халколивану: знаю твои дела и любовь, и служение, и веру... Но имею немного против тебя, потому что ты попускаешь жене Иезавели, называющей себя пророчицею, учить и вводить в заблуждение рабов Моих".
  
#30 | Фокин Сергей »» | 03.11.2019 21:20 | ответ на: #29 ( Мотря ) »»
  
-4
Вы как будто первый раз увидели Имя и Фамилию под цитатой Святого?! (И/или, перепутали скобки с кавычками?).
И из этого вы раздули своё "мифотворчество" о том, что, - ни Иоанн Грозный ни Григорий Распутин святыми не были?!
Стыдитесь! Примитивный способ отвлечь внимание! То Великое, что невозможно опротестовать фактами и логикой, пытаются опротестовать абсурдом.
Так действует и Инна.Ш. Не имея возможности умалить Царя Иоанна напрямую, она ищет возможность умалить в мелочах через близких Царя.
Вы же "вписались" в умаление Святого Царя Николая (Романова) через Старца Григория (Распутина). Опомнитесь!

Имя Старца и в скобках его фамилия - традиционное определение Святого. Так как Святых очень много. И много тёзок.
Без скобок Указывается Его звание, например, Митрополит или Прилагательное, дающее более точное указание на конкретного Святого.
Иоанн Златоуст, Иоанн Богослов, Архимандрит Иоанн (Крестьянкин),
Старец Николай (Гурьянов), Игнатий (Брянчанинов)
Святитель Николай Сербский, Паисий Святогорец,
Николай Угодник или Николай Мер ликийский

Симеон Богослов учит, что все святые взаимно связаны друг с другом в неразрывное целое и что нам важно быть едиными с последним из святых: «И кто не хочет со всей любовию и смирением соединиться с самым последним (по времени) из святых, имея к нему некое неверие, тот никогда не соединится и с прежними, и не будет включен в ряд предшествовавших святых, хотя бы ему казалось, что он имеет всю веру и всю любовь к Богу и ко всем святым».

Ни у кого кроме вас это не вызывало никогда нареканий. Так что смиритесь. Как и со Святостью Царя Иоанна и Царя Николая!
С БОГОМ
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2019, создание портала - Vinchi Group & MySites