Пресвятая Матерь Божия еще хранит Святую Русь

Cхиигумен Митрофан (Лаврентьев), настоятель храма в честь праведного отрока Артемия Веркольского
ПРЕСВЯТАЯ МАТЕРЬ БОЖИЯ
ЕЩЕ ХРАНИТ СВЯТУЮ РУСЬ

Cхиигумен Митрофан (Лаврентьев), настоятель храма в честь праведного отрока Артемия Веркольского в селе Мугреево-Никольское Ивановской области, известен православному читателю. Однако это интервью с отцом Митрофаном особенное – оно составлено нами по материалам разных лет и публикуется в связи с 80-летним юбилеем дорогого батюшки, 25 из которых он служит Господу в сане священника. Отметим также, что за последние два года отца Митрофана представили ко множеству наград со стороны светских властей.
– Батюшка, расскажите немного о себе. Как Вы пришли к вере?

– Родился я в Крыму, и с детства у меня была развита склонность к изобретательству. При этом мне хотелось стать специалистом в той области, где мои работы никак нельзя было использовать во вред человеку. Окончив школу, приехал в Москву и по Промыслу Божию поступил в рыбный институт. Потом четверть века работал в Калининграде и еще несколько лет в Москве, в министерстве.

Понимая, что коммунизм – это заблуждение, тупик, сплошной обман, я все время что-то искал, изучал разные философские системы. И так постепенно Господь привел меня к Себе. Мне было уже за 40, когда принял Крещение. Чтобы духовно возрастать, нужен был учитель. Многое дал мне Алексей Николаевич Хованский, прямой потомок князей. Мы тогда дружили, и он первый дал мне Евангелие. Прочитал я его за один вечер, как художественную литературу. Тогда пришла мысль: а что еще искать, когда вот у нас есть Учитель? И стал регулярно ходить в храм. Конечно, работа на высокой должности занимала много времени, да и подрабатывать приходилось, чтобы семью содержать, но как только выдавалась свободная минута, я шел на службу в храм.

– А как Вы стали священником?
– Одним из первых моих духовных наставников был Оптинский иеромонах, затем я познакомился со старцем Даниилом в Донском монастыре, и только потом попал к своему духовному отцу – священнику Василию Борину. Это был истинный экзорцист, можно сказать, из последних. У него была такая ревность о Господе, что он решил идти странствовать, хотя имел семью. Ходил 20 лет, и летом, и зимой, в одном подряснике, босиком. 8 лет подвизался со старцем Иваном. Они вместе прошли и Сибирь, и Урал. Имея огромный духовный опыт, он получил благословение проводить отчитки бесноватых. Служил он в Таллинне. Его и арестовывали, и притесняли, и пытались посадить, но, слава Богу, не посадили.

А у меня в то время в мирской жизни уже возникали серьезные проблемы. Работа, которую я вел, была очень важная, и контролировали ее в ЦК партии. Каждую неделю надо было сдавать отчеты. Так меня все это тяготило, и я давно собирался выйти из этой системы. Служить народу и Отчеству был готов, а угождать слугам народа мне не хотелось. И вот тогда кто-то из знакомых сказал: «Тебе бы с отцом Василием посоветоваться». Такой случай скоро представился. Я был в командировке в Латвии и, возвращаясь, заехал к нему. Пробыл у него два-три дня – как раз накануне Пасхи. В то время я еще не умел читать по-церковнославянски, но батюшка благословил, и в тот же день (!) я начал читать в храме на церковном языке. Вернувшись из командировки, доработал до отпуска и снова поехал к батюшке. Он тогда восстанавливал храм, и надо было ему помочь. Трудился я тогда, штукатурил, красил и думал: а что я ищу? Вот как раз то, что нужно.

После отпуска обратился к своему начальнику: «Я заболел». Знакомый доктор приватно поставил диагноз, что с головой не все в порядке. «Мне надо лечиться». Я не кривил душой. Один друг семьи знакомых был врач-психиатр, и он начал распускать слухи, что у меня плохо с головой, и так помог выйти из-под контроля этой системы. Иначе бы меня не выпустили. Вот с тех пор по благословению духовного отца Василия и стал служить Богу.

Под его руководством я прошел величайшую школу. Даже 20 лет академии не дали бы мне того, что за два года дал отец Василий. Потом произошло крушение СССР, отделение Эстонии, началась перестройка, и я вернулся в Россию. Помню, в свое время президент Эстонии говорил: «Будет килька бороться с селедкой». А сегодня за спину «кильки» стал большой заокеанский кит, который пытается поглотить нашу Русскую «селедку», но, конечно, подавится.

Четыре года прослужил я в Псковской епархии на деревенском приходе. Там мы все выполняли так, как научил отец Василий. У него литургия начиналась в семь утра и заканчивалась в час-два дня. Потом небольшой перерыв, и снова начиналась или отчитка, или всенощная. Вот и у нас службы были долгими, многочасовыми. Ежедневно, как в монастыре, мы собирались в храме на утреннее и вечернее правило.

На Ильин день к отцу Василию всегда приезжал владыка Алексий, митрополит Ленинградский, Эстонский, Ладожский и Новгородский. У него тогда была такая большая епархия, и кроме того, он был управляющим делами Московского Патриархата. И когда умер Патриарх Пимен, назначили перевыборы. Митрополит Алексий был одним из четырех кандидатов, и накануне выборов он приезжал к отцу Василию, чтобы взять благословение. Узнав, что он стал Патриархом, отец Василий вскочил с места и воздел руки к небу: «Слава Богу! Значит, Матерь Божия еще хранит Россию!» Отец Василий говорил мне, что Патриарх Алексий II был молитвенником с самого детства, и кроме того, он был великим дипломатом. Конечно, такой человек может принести много пользы и Церкви, и народу.

– Батюшка, Вы же и с отцом Николаем Гурьяновым много общались, да?

– Да, когда я у отца Василия подвизался, видел, что к нему постоянно приезжают люди от отца Николая с острова Залит. И он тоже благословил меня на принятие священства. А рукополагал меня владыка Амвросий Ивановский, которого я очень люблю. Когда не стало о. Василия, он заменил мне духовного отца. И по его благословению я переехал в село Мугреево-Никольское, начал возрождать храмы. Тут, конечно, царило полное запустение, все было разрушено, но я очень обрадовался, узнав, что здесь жил князь Пожарский. Может быть, опять отсюда начнется освобождение России…

Помню, в конце 90-х годов был важный момент, когда на нас обрушилась волна ИНН. Нужно было много работать, объяснять людям, чем это нам грозит, какую несет опасность. Владыка Амвросий благословил, чтобы я везде выступал, участвовал в конференциях. Мы собрали тогда все материалы и провели круглый стол в Думе с участием серьезных специалистов: ученых, военных, врачей, учителей. Они откликнулись на наши предостережения и говорили, что если мы все это примем, то полностью рассекретим нашу армию и научные разработки.

Но, к сожалению, в 2001 году прошла так называемая богословская конференция, на которой было принято лукавое решение: можно принимать ИНН, а можно не принимать, это будто бы не имеет никакого отношения к вере. На самом деле нет ни одного социального явления, тем более столь всеохватывающего, в масштабах страны, которое не касалось бы нашей духовной жизни. Отец Кирилл (Павлов) по поводу той конференции сказал: «Откуда они взяли столько богословов? После Григория Богослова я богословов не помню, зато богоослов знаю очень много».

Кстати, протоиерей Николай Гурьянов тоже был противником ИНН. При мне и других свидетелях был такой случай. Отцу Николаю позвонила монахиня-сотрудница из аппарата Патриарха и сказала, что их заставляют принимать ИНН. Спросила, что им делать? Он ответил: «Передай Патриарху: не благословляю принимать ИНН. А еще ему передай, чтобы он был сверхосторожен в этом вопросе».

– Батюшка, а правда ли, что отец Николай Гурьянов благословил почитать и писать иконы Григория Распутина и Царя Иоанна Грозного?

– Да, мы задавали ему такой вопрос: почитать или нет? Он сказал: «У Бога они уже давно прославлены». И благословил художника Сергия, будущего монаха Григория, написать икону Царственных Мучеников. Она получилась очень красивая, и по цвету, и по рисунку, и по композиции. А потом отец Николай благословил его написать икону Григория Ефимовича с Царевичем на руках. Когда он начал писать, у него никак не ладилось. Он снова поехал к батюшке на остров Залит. А отец Николай в то время болел и не принял его. Сергий решил выйти погулять по острову. И вдруг видит: у домика отца Николая кто-то стоит спиной к нему в подряснике и схимнической скуфейке с крестом. Подходит ближе, а это Григорий! И он успел его рассмотреть. После этого отец Николай вышел из кельи: «Видел?» – «Видел». – «Вот таким его и напиши».



– А Вам известны чудеса, связанные с именем Григория Ефимовича?

– Да, конечно. Один мой знакомый батюшка служил в Подмосковье, в храме был третьим священником и постоянно ходил по требам. Он имел большую семью, пятеро детей. И вот однажды стоит на дороге, голосует, чтобы кто-нибудь подвез в дальнюю деревню, но никак не уедет. И тогда стал молиться: «Григорий Ефимович, ну, помоги. Видишь, в каком я бедственном положении?» Вдруг останавливается машина, шофер спрашивает:

– Куда едешь? Давай отвезу. Но прежде, может, заедем ко мне домой? Освяти мне дом.

– Хорошо.

Дом оказался приличным коттеджем, батюшка сделал все как положено и в разговоре с хозяином мельком упомянул, что у него дети. «Вот тебе за труды твои, – и хозяин протянул ему увесистый конверт. – Теперь тебе легче будет». В пакете денег было как раз на машину, и с тех пор он стал ездить на требы на своем транспорте. Вот такая история была по молитвам Григория Ефимовича.



– В православных кругах широко известно высказывание отца Николая Гурьянова: «Царь грядет».

– Да, это он трижды нам сказал. Такие предсказания были и у преподобного Серафима Саровского, но реального поворота к монархии мы сегодня пока не видим. О настроениях правительстве и говорить нечего, но самое страшное, что Церковь в лице иереев совершенно не ждет Царя. Один митрополит возразил тогда батюшке: «Какая монархия? Те времена прошли, мы живем уже во времена демократические!» Отец Николай послушал и говорит:

– Царь грядет.

– Как грядет? Кто будет?

Он опять:

– Царь грядет.

Мы в третий раз даем ему свои аргументы, и он третий раз повторяет:

– Царь грядет.

Уехали мы в недоумении, но через некоторое время в подтверждение тому случилось вот что. Встретился я с одним иереем из Киева, и он рассказал, как попал в автокатастрофу. Его уже Ангелы несли, сверху сиял яркий свет, душа его возликовала, и мысленно он произнес: «Слава Богу, я дома». И вдруг ему голос говорит:

– Нет еще. Тебе придется вернуться назад.

– А зачем?

– Ты монархист по убеждениям, будешь продолжать молиться о Царе.

– А кто Царь?

– Об этом знают только Я и Царь. Ни родители его, ни даже Матерь Божия не знает.

– А почему?

– Потому что, как только узнают, его сразу убьют.

Поэтому он именно грядет. Значит, не будет никаких Земских соборов, никаких выборов, но когда подойдет срок, Господь Сам воздвигнет Царя-избранника. По пророчествам, это произойдет после войны, а она вот-вот начнется. В любой день может произойти взрыв мечети Омара, вокруг этого вопроса сейчас все настолько обострено. Поджигатели войны со всех сторон этим занимаются, хотят столкнуть Иран с Америкой или Иран с Израилем. И во время перестрелки как бы случайно один снарядик попадет в мечеть. Вот тогда взрыв, и все, дальше сценарий уже известен.

– А как Ваш духовник, отец Василий, советовал свое спасение содевать?

– Много раз повторял он, что в нынешние времена самое сильное средство для спасения – это Исповедь и Причастие. Более ста лет назад Иоанн Кронштадтский призывал народ причащаться как минимум раз в месяц. А наши времена еще тяжелей, мы подвергаемся еще более суровым искушениям, поэтому отец Василий благословлял готовиться к Причастию раз в две недели. К сожалению, сейчас еще держится старый обычай, когда священники благословляют к Причастию только постом и праздниками.

Батюшка учил нас молиться непрестанно, независимо от того, монах ты или мирянин. И не благословлял нагружать себя ни жестким постом, ни обширным правилом, но оно должно быть обязательно. Пусть короткое, но постоянное: молитвы утренние и вечерние, до и после еды. И в течение дня повторять: «Господи, помилуй! Иисусе, помоги! Господи Иисусе, помилуй мя, грешного», чтобы постоянно чувствовать присутствие Бога.

Он говорил: «Келейная молитва – это, конечно, хорошо, но значение соборной молитвы больше. Господь сказал нам: «Где двое или трое собраны во Имя Мое, там Я посреде их». Да и старцы учили, что «Господи, помилуй», сказанное в храме, больше Псалтири, прочитанной келейно. Поэтому надо молиться соборно… Мы вот соборно в два часа дня трижды читаем короткую молитву:

«Спаси нас, Боже Праведный, всех вместе, прости нам грехи наши общие и личные, верни нам обратно наше достояние – Россию и помоги возродить ее, обрати врагов наших вспять. Аминь».

Старец Адриан Псково-Печерский однажды с болью сказал, что все кончено, но когда ему привезли эту молитву, промолвил: «О, эта молитва может спасти Россию». Ведь когда мы молимся, то не человеческая воля исполняется, а Божия. А Господу абсолютно все возможно. В любое сердце: правителя или простого человека – Он может вложить и мысли, и слова, и поступки.

Составил Роман Кольцов


http://www.pkrest.ru/235/235-6.html

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
Просьба о помощи
© LogoSlovo.ru 2000 - 2019, создание портала - Vinchi Group & MySites