О Любви. Преподобный Силуан Афонский



Страх и трепет обдержит душу мою, когда хочу писать о любви Божией.

Бедна душа моя, и нет сил описать любовь Господню.

И боится душа, и вместе влечется написать хоть несколько слов о любви Христовой. Изнемогает дух мой писать сие, но любовь понуждает.

О, человек, — немощное создание.

Когда благодать в нас, то горит дух и рвется ко Господу день и ночь, ибо благодать связывает душу любить Бога, и она возлюбила Его, и не хочет оторваться от Него, ибо не может насытиться сладостью Духа Святого.
И нет конца любви Божией.

Знаю человека, которого Милостивый Господь посетил Своею благодатию; и если бы спросил его Господь: «Хочешь дам тебе еще больше?» то от немощи плоти душа сказала бы:

«Ты видишь, Господи, что если больше, то я умру», ибо человек ограничен и не может понести полноту благодати.

Так на Фаворе ученики Христовы пали ниц от славы Господней. И никто не может постигнуть, как дает душе благодать Свою Господь.

Комментарии (3)

Всего: 3 комментария
#1 | Микаэль »» | 30.07.2011 09:37
  
1
Только высшая, Божественная любовь придаёт смысл любой любви человеческой.
Описывая любовь так, как на неё смотрит Создатель всего сущего, апостол Павел в 13-й главе 1-го Послания к Коринфянам говорит: «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; всё покрывает всему верит, всего надеется, всё переносит». Именно любовь «агапе» и есть та истинная любовь, которая нужна нам всем.
Настоящая любовь долготерпит. Она терпелива. Она не поддаётся на провокации, она не спешит ответить ударом на удар, она вообще не спешит с ударами. Терпения у истинной любви не занимать. Она и с презрением не спешит, нет в её планах возмездия, желания ответить обидчику так, как он того заслуживает. Эта любовь не умеет злиться, она долго терпит и всё время любит, любит даже тогда, когда это очень больно.
И в наш век жестокости, неверности, скандалов и разводов людям очень нуж¬на такая любовь. Она всё видит и всё правильно оценивает, но никогда не становит¬ся мстительной или злорадной. Такая любовь даёт человеку силы на то, на что у других сил просто быть не может.
Настоящая любовь может вынести всё - предательство, развод и непри¬миримые разногласия, продолжая всё делать на благо тому, кого она любит.
Умение прощать, не вспоминая прошлых обид, вовсе не означает, что о про¬шлых грехах человек забывает без проблем и они ему никогда на ум не приходят. Приходят и ещё как. Но истинная любовь не поддаётся на провокации. Она действительно долготерпит.
Истинная любовь милосердствует. В греческом слове, использованном в ори¬гинале послания, содержится оттенок «полезности», готовности делать то, что нуж¬но кому-то, а не тебе. Доброта, милосердие любви именно в этом и заключается.
И если мы не будем забывать, что истинная любовь стремится к тому, чтобы любимому было как можно лучше, то поймём, почему такая любовь не только «дол¬готерпелива», но и «милосердна». Именно милосердие, а не жестокосердие способ¬ствует проявлению человеком своих лучших качеств. В книге Притчей сказано, что «кроткий ответ отвращает гнев» (Пр. 15:1). «Полезная» для ближнего любовь выявит в нём не худшие, а лучшие черты.
У истинной любви есть твёрдость убеждений, но нет жестокости и грубости.
Милосердием и мягкостью отличался Сам Христос - «И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины...» (Ин. 1:14) Посмотрите, как говорит о Себе Христос тем, кому нужна была Его помощь:
«Придите ко Мне все труждающиеся и обременённые, и Я успокою вас; возь¬мите иго Моё на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и най¬дете покой душам вашим» (Мф. 11:28, 29).
Это сказано о Том, у Кого и силы, и любви было больше, чему у кого бы то ни было. У Него хватило силы, чтобы создать вселенную, хватило мудрости, чтобы ус¬тоять против лицемерия и эгоизма самых могущественных властителей земных. Но при всём при этом Он был полон «благодати и истины».
Христос напоминает нам, что, хотя любви без истины не бывает, истина без доброты - это не любовь. Он нам напоминает, что, хотя любви не бывает без терпе¬ния, терпение без доброты - это тоже не любовь.
Истинная любовь не завидует. Продолжая перечислять качества, присущие истинной любви, Павел сказал, что истинная любовь не воспринимает чужие благо¬словения, успехи или благосостояние с завистью. Любовь просто не может сказать: «Раз у меня нет того, чего мне хочется, то и у тебя этого не должно быть». Истинная любовь скажет так: «Я могу радоваться за тебя, даже если я никогда не достигну то¬го, что достиг ты, не стану таким популярным, каким стал ты, не буду иметь того, что есть у тебя. Себе-то побольше я пожелать могу, но тебе поменьше - никак».
И то, что истинная любовь не завидует, сказано именно нам, каждому из нас. Сколько раз нас обходили ласковым словом или повышением по службе? Сколько раз приходилось нам видеть, как все наши старания шли прахом? Сколько раз мы видели, как другим богатство само идёт в руки, а мы бьёмся-бьёмся, но едва сводим концы с концами?
Но никто никогда не говорил, что любовь без зависти, любовь долготерпели¬вая и милосердная, в этом мире, полном несправедливости, будет даваться легко. В Писании не сказано, что нам нельзя расстраиваться, когда мы теряем работу, или плакать, когда нас бросают близкие нам люди. Павел не говорит, что если у нас бу¬дет истинная любовь, то мы не будем грустить по своим утратам и вообще грустить нам не положено. Но он говорит, что завидовать тогда мы не будем. Настоящая лю¬бовь завидовать не умеет. Если у нас есть истинная любовь, ни наша боль, ни любые другие наши чувства не будут поводом нехорошо относиться к тем, у кого сейчас дела обстоят вроде бы лучше, чем у нас.
Мы можем продолжать любить далее, когда что-то теряем, если возла-гаем веру и надежду на Подателя всех благ — Бога.
Как же можно любить с такой благодатью? Только если сил на это даст Дух Христов. Секрет того, как сохранить доброе отношение к тому, к кому трудно оста¬ваться добрым, — в том, чтобы поистине доверять Подателю всех благ, Богу, Кото¬рый к тому же ещё и наш Пастырь, и Отец. Разочарований нам не миновать. Когда мы будем сталкиваться с несправедливостью, испытаниям будет подвергаться и на¬ша вера, и наша любовь. Но расстройство расстройством, а вот любить других нуж¬но всё равно. Если, конечно, мы вообще умеем доверять Богу.
Истинная любовь не превозносится. Любовь даётся не для того, чтобы её вы¬ставлять напоказ - ни явно, ни завуалированно, ни хитро.
Об этом сказано ещё в Ветхом Завете. Царь Соломон сформулировал это так: «Пусть хвалит тебя другой, а не уста твои, - чужой, а не язык твой» (Пр. 27:2). Ко¬роче говоря, истинная любовь на внимание не напрашивается.
Это, четвёртое по счету, качество любви - обратная сторона монеты, если ли¬цевой её стороной считать то, что любовь не завидует. Зависть хочет иметь то, что есть у кого-то, а бахвальство хочет, чтобы кто-то завидовал мне. Зависть хочет уни¬зить других, бахвальство - превознести себя.
Истинная любовь не только сорадуется чужим успехам, но и знает, как быть со своими успехами (если они, конечно, есть). На сто человек, которые могут спра¬виться с бедой, есть всего десять, которые могут справиться со счастьем.
Когда у нас дела идут плохо, любовь не завидует, а когда хорошо — не пре¬возносится.
Истинная любовь не гордится. Греческое слово, которое здесь использовал Павел, означает «раздуваться как кузнечные мехи». Описывая то, что истинной любви не присуще, апостол употребил слово, которое уже использовал в том же по¬слании, когда советовал коринфским христианам, подзабывшим, что такое истинная любовь, чтобы они «не превозносились один перед другим» (1 Кор. 4:6).
Тогда, в начале послания, Павел писал, что коринфяне были настолько пере¬полнены мыслями о себе и собственной значимости, что места мыслям о других, о чужой боли в их душе просто не оставалось. Здесь, в 13-й главе, апостол использует то же слово, чтобы показать, что высокомерие, которое не позволяет нам снизойти до того, чтобы принять чью-то помощь, заглушает наш духовный слух и мы не слышим чужих криков о помощи.
Люди же, которые гордятся и надмеваются, которые только о себе и думают, преувеличивая значимость собственной персоны, считают, что в расчёт нужно при¬нимать только своё счастье и благосостояние, основываться на своих мнениях и чувствах. Людям надменным легко отмахнуться от чужих проблем и бед.
Новозаветный взгляд на истинную любовь вовсе не заключается в том, чтобы мы пренебрегали своими собственными нуждами. Нам нужно всего лишь не забы¬вать, что наши интересы ничуть не важнее интересов других людей. И хотя часто нам приходится в первую очередь заниматься нуждами именно своих семей, мы не должны забывать и о чужих интересах, чужих семьях, чужих домах.
Истинная любовь не бесчинствует, то есть не ведёт себя неподобающим об¬разом, недостойно, непристойно, грубо, неприлично.
Павел напоминает нам, что настоящая любовь по самой природе своей не мо¬жет требовать от других чего-то недостойного. Тот, кто любит кого-то истинной любовью, никогда не скажет: «Если ты меня любишь, ты это докажешь тем, что от¬дашься мне». Тот, кто любит, никогда не потребует, чтобы предмет его любви доказал ему свою верность ложью, обманом, воровством.
Истинная любовь никогда не будет требовать от кого-то, чтобы он дока¬зал свою любовь недостойными поступками.
Истинная любовь не бесчинствует, она не шантажирует никого на поступки, противоречащие убеждениям человека или Божьим заповедям.
Только одному Богу известно, чего во имя любви требовали люди от своих де¬тей, жен, мужей, учеников и даже членов церкви. Именем любви люди порой при¬крывают самый откровенный разврат, самую ужасную ложь, самые непристойные тайны своей семьи, шайки, банды, клана.
Истинная же любовь никогда не может побудить кого-то поступить недостой¬но. Настоящая любовь хочет для того, кого любит, самого лучшего, а вовсе не того, чего можно добиться обманом или махинациями, — неправедного богатства, недоз¬воленных утех или нечестной власти.
Истинная любовь не ищет своего. Именно так Павел говорил о бескорыстии - бескорыстный человек не о своём благе печется, а о чужом. Его сердце не поглоще¬но своими интересами настолько, чтобы забыть о нуждах и интересах других.
В Послании к Филиппийцам апостол Павел так говорит об этом принципе ис¬тинной любви:
"Итак, если есть какое утешение во Христе, если есть какая отрада любви... ничего не делайте по любопрению или по тщеславию, но по смиренномудрию почи¬тайте один другого высшим себя. Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других" (Флп. 2:1, 3, 4).
Из этих слов ясно: Павлу очень хотелось, чтобы те, кто назвался именем Хри¬стовым, были единодушны. Но такого единодушия ни в церкви, ни в семье, ни где бы то ни было еще не достичь, пока мы не станем заботиться не только о своих ин¬тересах, но и о чужих.
Нам нигде не найти лучшего примера истинной любви, чем в Иисусе Христе. Он-то уж действительно явил такую любовь, которая может видеть не только свои интересы, но и то, что нужно другим.
Нет лучшего примера бескорыстной любви, чем Тот, Кто сошёл с небес, чтобы нас спасти.
Истинная любовь не раздражается. Следующее качество истинной любви, о котором говорит апостол Павел, заключается в том, что если в сердце живёт на¬стоящая любовь, в нём нет места раздражению или язвительности. Иначе говоря, вспыльчивость не есть признак настоящей любви. Такая любовь не может быть обидчивой или раздражительной. Это обратная сторона первого из качеств христи¬анской любви - её долготерпения.
Как же мы легко забываем, что истинная любовь не раздражается. Проходит несколько лет совместной жизни, и супругов начинают выводить из себя всякие ме¬лочи. Родители чуть что - кричат на детей. На работе люди не стесняются в выра¬жениях, если начальник или коллега не выполняет того, что обязан выполнять. И уж, конечно, никто не может терпеть чиновников и бюрократов.
Почему же мы раздражаемся? Иногда кипит наш разум возмущенный потому, что нам хочется того, чего нам хочется, именно тогда, когда нам этого хочется, -«позже» нас не устраивает. Иногда в нашем раздражении прорывается самый не¬прикрытый эгоизм.
Но есть и другая сторона картины. Раздражаться любви, конечно, не пристало, но любой человек может расстроиться и взволноваться. В Деяниях, например, мы читаем: «В ожидании их в Афинах Павел возмутился духом при виде этого города, полного идолов» (Деян. 17:16).
В этом случае Павел имел основания возмутиться и возмутился он с любовью - не стал рвать и метать и обзывать афинян последними словами. Чем больше он видел в городе проявлений идолопоклонства, чем больше он об этом размышлял, тем больше его волновали судьбы тех, кого такая лжерелигия уводила от истины и, в конце концов, губила.
Пример любви Христовой состоит не в том, что Он не гневался, а в том, что Он не гневался без причины.
Христос тоже был очень даже возмущён, когда переворачивал столы менял в храме Божьем. Он был разгневан коммерцией язычников в святом месте, в доме молитвы Отца Его, именно потому, что любил людей. Ему было небезразлич¬но, что те, кто хотел молиться в храме, этого там делать не могли (Мф. 21:12, 13).
Иисус не раздражался, не психовал. Все, что от нервов, не от любви. Христос же возмутился обдуманно, взвешенно, с любовью, возмутился - и решил что-то предпринять, чтобы людям, которых Он любил, ничто не мешало молиться там, где это было положено.
И случай с Павлом в Афинах, и случай с Христом в храме напоминают нам, что есть время гневаться. Но, гневаясь, нужно не забывать о любви и нельзя согре¬шать (Еф. 4:26).
Истинная любовь не мыслит зла. Это вовсе не значит, что Павел советует нам жить бездумно, не размышляя. Апостол никак не ставит нам в пример трёх обезьян, которые всем своим видом призывают нас жить под девизом «ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу». Греческое слово, здесь употреб¬лённое, - это по сути бухгалтерский термин. Оно означает «учитывать, подсчиты¬вать, заносить в книги». А «зло», которого не нужно мыслить, - это обиды, которые нам причиняют другие люди.
Если в сердце живёт любовь, злу в нём места нет.
Итак, любовь не ведет учёт обидам и не живёт надеждой когда-нибудь со все¬ми рассчитаться сполна. Другими словами, истинная любовь не может ни на кого «иметь зуб», не может затаить обиду, даже когда кто-то кого-то действительно оби¬дел.
А если мы на самом деле ведем строгий учет всех своих обид, чтобы с каждым из обидчиков при удобном случае расквитаться, в проигрыше оказываемся мы сами.
Кто-то сказал, что человек больше всего похож на Бога тогда, когда он проща¬ет того, кто покаялся в своем грехе и попросил у него прощения. И если это дейст¬вительно так и есть, то мы больше всего не похожи на Бога, даровавшего нам спасе¬ние, тогда, когда держим обиду на того, кто свои ошибки признал и попросил у нас милости. Счёт и контроль - дело хорошее, но только не в любви. Любовь в амбар¬ную книгу не оприходуешь.
Истинная любовь не ведёт учета своих обид, ей и так спокойно, она знает: Бог всё видит, обо всём позаботится, со всеми разберётся. Нам не нужно записывать все свои обиды, чтобы ни в коем случае их не позабыть, если мы знаем, что Бог всё дей¬ствительно видит и что Ему до всего действительно есть дело.
Истинная любовь не радуется неправде. Тут Павел вроде как подытоживает, чего же любовь не делает. Он уже сказал, что любви не доставляет никакого удо¬вольствия требовать чего-то от других и при этом раздражаться. Не в радость любви не по-доброму относиться к людям. Не может любовь подпитывать себя завистью, пустословием-тщеславием, грубостью, эгоистичными амбициями, мстительностью или вспыльчивостью.
И напоследок Павел говорит: «Любовь не может радоваться никакой неправ¬де, ничему, что Бог считает отклонением от истины, её искажением». Не может лю¬бовь испытывать удовлетворения, если кто-то сам себя позорит. Не может она при¬крывать зло, замалчивая то, о чём нужно кричать. Не любит любовь перемывать чьи-то косточки, она слишком чистоплотна, чтобы этим заниматься. Не станет лю¬бовь сплетничать просто потому, что ей нечего сказать, не станет делать вид, что она знает что-то такое, чего не знает никто, не будет спешить выставить на всеоб¬щее обозрение чьи-то промашки или ошибки. Рассказывать о чужих грехах она мо¬жет единственно только для того, чтобы кому-то от этого была польза, а не потому, что просто «ну очень хочется», не терпится поболтать о том, как кто-то ударил в грязь лицом.
Такая любовь, о которой ведёт речь Павел, сразу не окупается — она даётся с превеликим трудом и напряжением сил.
Но настоящую любовь волнует то, что будет потом. Она не может радоваться злу, потому что знает, что «запоют» и как заговорят люди, когда грех будет пожи¬нать свою зловещую жатву.
Истинная любовь знает: семена зла, посаженные в бездумные моменты наслаждения, прорастут глубоким сожалением в дни раскаяния.
Глупость разбрасывает семена греха, ни о чём не задумываясь, а потом прихо¬дит время пожинать чертополохи упущенных возможностей и неиспользованных шансов. Любовь знает, что грехи, посаженные единственно только потому, что «так все делают», потом приносят плоды раздоров и разводов, одиночества и разочаро¬вания. Грехи, брошенные в почву души «от нечего делать», не только время у нас отнимут, но даже и вечность могут отнять.
Истинная любовь не может радоваться неправде, потому что её волнует не только сегодняшний день, но и завтрашний. Истинная любовь не может считать грех невинной забавой.
Настоящая любовь сорадуется истине. Павел только что сказал, что любовь не радуется неправде. А дальше написано, что чему-то любовь «сорадуется». И со¬радуется она истине. А почему именно истине? Почему не праведности, например?
Видимо, потому, что праведности без истины не бывает. В другом послании Павел писал, что будут осуждены «все, не веровавшие истине, но возлюбившие не¬правду» (2 Фес. 2:12).
Из этих слов можно лучше понять, почему Павел написал, что любовь «сора¬дуется истине». Апостол подчеркивает, что наша вера и наши дела связаны нераз¬рывно, — как мы верим, так и живём. Или наоборот — по тому, что мы любим делать, можно узнать, во что мы любим верить.
Получать удовольствие от неправедности может только тот, кто не верит истине.
Вот почему в Библии столько говорится об истинной вере. Правильно верить - значит правильно представлять себе Бога, самого себя и других людей. А если с мыслями у нас всё нормально, то тогда мы сможем возлюбить ближнего своего не лицемерно, не натужно, а по-настоящему, «по истине».
Всякая неправедность истину отрицает. Искать корни всякого неправильного поступка нужно в неправильных представлениях о реальности. Всякая безнравст¬венность идёт от самообмана: «Я лучше Бога знаю, как мне и о себе позаботиться, и про других не забыть».
Когда «потерявший от любви голову» молодой человек уговаривает свою воз¬любленную расстаться с невинностью, неправда, что он теряет голову от любви. Это ложь. Невозможно «по истине» грабить банки, убивать, мошенничать, завидовать и сплетничать — всё это делается «по лжи» и только по лжи. И когда говорят, что если грех «по согласию», то это вроде никакой уже и не грех, - это тоже самообман, ложь, а никакая не истина.
У Павла были все основания сказать, что любовь «не радуется неправде, а сорадуется истине». Понятие, противоположное неправде (неправедности), — это не только праведность. Неправде противостоит истина. Мы можем гораздо больше, чем чужим промахам и крахам, радоваться вере в истину, истину о Боге, о людях, о себе самих. И если мы отречемся от всякой ложной веры, то сможем радоваться, за¬мечая смелость, честность, чистоту, долготерпение и верность даже у тех, кому сей¬час лучше нас. Вот что такое настоящая любовь.
А теперь, заложив основание праведности и истины, Павел идёт дальше - к вершинам своего вдохновенного описания любви.
Истинная любовь всё покрывает. Всё гениально просто. Как крыша накрыва¬ет дом, защищая его от ливней и бурь, так всё накрывает собой любовь. Любовь продолжает творить добро людям несмотря ни на что. Любовь пройдет через непо¬году разочарований, проливные дожди неудач, она устоит на ветрах времён и пере¬мен. Если что-то «покрыто» любовью, ему не страшны ни морозы, ни жара. В такой любви найдётся прибежище от всего, что только может приключиться.
Правда, любовь не может людей избавить от суровой реальности грешного мира. Не может любовь избавить людей и от последствий их неправильных поступ¬ков. Но она может дать сломленным, страждущим людям прибежище, в котором они найдут тех, кто хочет им добра. Любовь даже для тех, кто не хочет или не готов раскаяться, выступает в роли адвоката и ходатая, который молится за таких людей.
При этом нужно помнить, что «всё покрывать» отнюдь не значит терпеть вся¬кий грех, давать вытирать о себя ноги. А значит это то, что любовь никогда не пере¬стает быть любовью и всегда готова прощать. Любовь не может дойти до ненависти, презрения и осуждения. Любовь любит и потому не оставляет молитвы и использует всякую возможность с терпением относиться к чужим грехам; когда нужно, готова сказать грешнику правду в лицо, а когда грешник кается, готова его простить.
«В любви найдется прибежище от всего, что только может приключиться».
То есть крыша-то она крыша, но не совсем. Любовь — крыша живая, она живо реагирует на поступки других людей. Хотя любовь всегда остается любовью, поступает она всегда по-разному, чтобы во всём помочь ближнему своему ради его же блага.
Истинная любовь всему верит. На первый взгляд, раз любовь всему должна верить, то любовь эта получается какой-то наивной, слишком уж доверчивой. Но Павел ведь не это имел в виду. Не имел он в виду и того, что любовь якобы должна всегда принимать на веру всё, что люди скажут.
Нет, Павел вовсе не хотел сказать, что любовь слепо принимает на веру всё, что кто-то говорит. Он скорее имел в виду то, что любовь и вера связаны неразрывно. Вся 13-я глава 1-го Послания к Коринфянам нам напоминает, что истинной люб¬ви без веры в Бога не бывает и быть не может в принципе. Истинная любовь из веры вытекает и верой подпитывается. Чтобы любить, нужно «всему верить» - всему, что говорит нам Бог о Себе, о нас и о других.
Если мы усомнимся в том, что говорит Бог о Своей любви к нам, мы не смо¬жем любить ближнего своего. Если мы усомнимся в том, что Бог к нам действи¬тельно долготерпелив и благ, мы и сами никак не сможем иметь терпение и прояв¬лять доброту к другим людям. Если мы усомнимся, что Бог может нам дать по нуж¬дам нашим, и мы тоже не будем спешить помогать ближним.
И чтобы понять любовь Христову, нужно обязательно вникнуть в эту истину — что любовь «всему верит». Истинная любовь корнями своими уходит в истинную веру. Вера же, в свою очередь, уходит корнями в то, что сказано Богом в Слове Его.
Без веры в Бога любовь выдыхается и умирает. И если мы не будем про-должать верить всему, что сказал Бог, наша любовь не переживет разочарований, плевков и унижения, которые в жизни встречаются сплошь и рядом. Если наша лю¬бовь не будет основана на прочном фундаменте Слова Божьего, она вынуждена бу¬дет выбросить на ринг полотенце. Силу черпать любовь может единственно лишь в вере в Бога.
Истинная любовь всего надеется. Это вытекает из предыдущей истины. Если мы во всём доверяем словам Божьим и Его воле, у нас действительно будут основа¬ния «всего надеяться». Если мы верим в благодать Божью, то это значит, что мы можем быть убеждены — после любого падения человек может подняться на ноги. Истинная любовь может всегда иметь истинную надежду на то, что Бог может из¬менить любого человека, если человек, конечно, захочет этого.
Конечно же, невозможно себе даже и представить, что Павел нас призывает надеяться на всё без разбору, точно так же, как он нас не призывал и верить всему без разбору. Но из всех людей только те, кто верит библейскому Богу, имеют проч¬ное основание для любви и надежды и могут в нашем непростом мире любить по-настоящему и никогда не терять надежды.
Псалмопевец сказал о Боге: «Надежда моя - на Тебя». (Пс. 38:8). Павел пи¬сал: «...А надежда не постыжает» .(Рим. 5:5). А Пётр добавил: «Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому» (1 Пег. 1:3).
Вот что такое любовь, вот какая у неё сила. Источник этой силы не в эмоциях, которые то и дело сменяются на прямо противоположные, не в ощущениях и на¬строениях, положиться на которые тоже никак нельзя, а в твердых убеждениях и не¬поколебимой надежде, которые Бог посылает тем, кто Ему доверился. Истинная лю¬бовь умеет смотреть на жизнь оптимистично, и не только смотреть, но и жить с оптимизмом. И оптимизм этот имеет под собой основания — «Христос в вас, упование славы» (Кол. 1:27).
Истинная любовь всё переносит. Павел завершает это предложение тем же, с чего его и начал, - там «долготерпит», здесь «всё переносит». Разница здесь не столько в сути и смысле, сколько в словах, которыми апостол описывает это дивное качество истинной любви. Напомнив, что тайна истинной любви заключается в том, чтобы иметь истинную веру и надежду, Павел теперь повторяет, что любовь «всё переносит» - потому и переносит, что верит и надеется.
В 4-м стихе сказано о долготерпении, о способности «долго терпеть», не оби¬жаясь на обидчиков. А здесь больше имеется в виду отношение к жизни в целом. Любовь никогда не сдаётся, никогда не перестает любить. Она любит, любит и лю¬бит — перенося всё.
Истинная любовь терпит до конца. Никакая боль, никакие мучения её не оста¬новят — она знает, что цель стоит того, чтобы «перенести всё».
Истинная любовь никогда не погибнет. Её источник, её жизнь — в Боге, и потому истинная любовь может перенести всё.
Павел разъясняет: ничто - ни пророчества, ни языки, ни знание - не может быть вечным, совершенным, незыблемым. А любовь может, может быть и вечной, и совершенной, и незыблемой. Опираясь на силу Божью и благодать Божью, любовь может выжить в любых условиях. Истинная любовь может перенести предательство и недоверие, она переживёт любые разочарования и неудачи. Она может быть выше всяких оскорблений, всякой зависти тех, кто нас считает своими врагами. Она, если нужно, пройдёт и через суды, и через тюрьмы.
Даже когда отношения между людьми по вине этих самых людей разрываются вроде как навсегда, любовь Божья может дать нам силы молиться за тех, с кем наши пути разошлись, и, когда это возможно, даже что-то делать в их интересах.
Вот что такое та любовь, которая несёт с собой дух Христов и являет собой те невероятные перемены, которые в душе человека может совершить один лишь Христос. Вот что такое истинная любовь.
#2 | Микаэль »» | 30.07.2011 09:40
  
0
.Только высшая, Божественная любовь придаёт смысл любой любви человеческой.
Описывая любовь так, как на неё смотрит Создатель всего сущего, апостол Павел в 13-й главе 1-го Послания к Коринфянам говорит: «Любовь долго-терпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гор¬дится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не раду¬ется неправде, а сорадуется истине; всё покрывает всему верит, всего надеется, всё переносит». Именно любовь «агапе» и есть та истинная любовь, которая нужна нам всем.
Настоящая любовь долготерпит. Она терпелива. Она не поддаётся на прово¬кации, она не спешит ответить ударом на удар, она вообще не спешит с ударами. Терпения у истинной любви не занимать. Она и с презрением не спешит, нет в её планах возмездия, желания ответить обидчику так, как он того заслуживает. Эта любовь не умеет злиться, она долго терпит и всё время любит, любит даже тогда, когда это очень больно.
И в наш век жестокости, неверности, скандалов и разводов людям очень нуж¬на такая любовь. Она всё видит и всё правильно оценивает, но никогда не становит¬ся мстительной или злорадной. Такая любовь даёт человеку силы на то, на что у других сил просто быть не может.
Настоящая любовь может вынести всё - предательство, развод и непри¬миримые разногласия, продолжая всё делать на благо тому, кого она любит.
Умение прощать, не вспоминая прошлых обид, вовсе не означает, что о про¬шлых грехах человек забывает без проблем и они ему никогда на ум не приходят. Приходят и ещё как. Но истинная любовь не поддаётся на провокации. Она действи¬тельно долготерпит.
Истинная любовь милосердствует. В греческом слове, использованном в ори¬гинале послания, содержится оттенок «полезности», готовности делать то, что нуж¬но кому-то, а не тебе. Доброта, милосердие любви именно в этом и заключается.
И если мы не будем забывать, что истинная любовь стремится к тому, чтобы любимому было как можно лучше, то поймём, почему такая любовь не только «долготерпелива», но и «милосердна». Именно милосердие, а не жестокосердие способ¬ствует проявлению человеком своих лучших качеств. В книге Притчей сказано, что «кроткий ответ отвращает гнев» (Пр. 15:1). «Полезная» для ближнего любовь вы¬явит в нём не худшие, а лучшие черты.
У истинной любви есть твёрдость убеждений, но нет жестокости и гру¬бости.
Милосердием и мягкостью отличался Сам Христос - «И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины...» (Ин. 1:14) Посмотрите, как говорит о Себе Христос тем, кому нужна была Его помощь:
«Придите ко Мне все труждающиеся и обременённые, и Я успокою вас; возь¬мите иго Моё на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и най¬дете покой душам вашим» (Мф. 11:28, 29).
Это сказано о Том, у Кого и силы, и любви было больше, чему у кого бы то ни было. У Него хватило силы, чтобы создать вселенную, хватило мудрости, чтобы устоять против лицемерия и эгоизма самых могущественных властителей земных. Но при всём при этом Он был полон «благодати и истины».
Христос напоминает нам, что, хотя любви без истины не бывает, истина без доброты - это не любовь. Он нам напоминает, что, хотя любви не бывает без терпе¬ния, терпение без доброты - это тоже не любовь.
Истинная любовь не завидует. Продолжая перечислять качества, присущие истинной любви, Павел сказал, что истинная любовь не воспринимает чужие благо¬словения, успехи или благосостояние с завистью. Любовь просто не может сказать: «Раз у меня нет того, чего мне хочется, то и у тебя этого не должно быть». Истинная любовь скажет так: «Я могу радоваться за тебя, даже если я никогда не достигну то¬го, что достиг ты, не стану таким популярным, каким стал ты, не буду иметь того, что есть у тебя. Себе-то побольше я пожелать могу, но тебе поменьше - никак».
И то, что истинная любовь не завидует, сказано именно нам, каждому из нас. Сколько раз нас обходили ласковым словом или повышением по службе? Сколько раз приходилось нам видеть, как все наши старания шли прахом? Сколько раз мы видели, как другим богатство само идёт в руки, а мы бьёмся-бьёмся, но едва сводим концы с концами?
Но никто никогда не говорил, что любовь без зависти, любовь долготерпели¬вая и милосердная, в этом мире, полном несправедливости, будет даваться легко. В Писании не сказано, что нам нельзя расстраиваться, когда мы теряем работу, или плакать, когда нас бросают близкие нам люди. Павел не говорит, что если у нас бу¬дет истинная любовь, то мы не будем грустить по своим утратам и вообще грустить нам не положено. Но он говорит, что завидовать тогда мы не будем. Настоящая лю¬бовь завидовать не умеет. Если у нас есть истинная любовь, ни наша боль, ни любые другие наши чувства не будут поводом нехорошо относиться к тем, у кого сейчас дела обстоят вроде бы лучше, чем у нас.
Мы можем продолжать любить далее, когда что-то теряем, если возла-гаем веру и надежду на Подателя всех благ — Бога.
Как же можно любить с такой благодатью? Только если сил на это даст Дух Христов. Секрет того, как сохранить доброе отношение к тому, к кому трудно оста¬ваться добрым, — в том, чтобы поистине доверять Подателю всех благ, Богу, Кото¬рый к тому же ещё и наш Пастырь, и Отец. Разочарований нам не миновать. Когда мы будем сталкиваться с несправедливостью, испытаниям будет подвергаться и на¬ша вера, и наша любовь. Но расстройство расстройством, а вот любить других нуж¬но всё равно. Если, конечно, мы вообще умеем доверять Богу.
Истинная любовь не превозносится. Любовь даётся не для того, чтобы её вы¬ставлять напоказ - ни явно, ни завуалированно, ни хитро.
Об этом сказано ещё в Ветхом Завете. Царь Соломон сформулировал это так: «Пусть хвалит тебя другой, а не уста твои, - чужой, а не язык твой» (Пр. 27:2). Ко¬роче говоря, истинная любовь на внимание не напрашивается.
Это, четвёртое по счету, качество любви - обратная сторона монеты, если ли¬цевой её стороной считать то, что любовь не завидует. Зависть хочет иметь то, что есть у кого-то, а бахвальство хочет, чтобы кто-то завидовал мне. Зависть хочет уни¬зить других, бахвальство - превознести себя.
Истинная любовь не только сорадуется чужим успехам, но и знает, как быть со своими успехами (если они, конечно, есть). На сто человек, которые могут спра¬виться с бедой, есть всего десять, которые могут справиться со счастьем.
Когда у нас дела идут плохо, любовь не завидует, а когда хорошо — не превозносится.
Истинная любовь не гордится. Греческое слово, которое здесь использовал Павел, означает «раздуваться как кузнечные мехи». Описывая то, что истинной любви не присуще, апостол употребил слово, которое уже использовал в том же по¬слании, когда советовал коринфским христианам, подзабывшим, что такое истинная любовь, чтобы они «не превозносились один перед другим» (1 Кор. 4:6).
Тогда, в начале послания, Павел писал, что коринфяне были настолько пере¬полнены мыслями о себе и собственной значимости, что места мыслям о других, о чужой боли в их душе просто не оставалось. Здесь, в 13-й главе, апостол использует то же слово, чтобы показать, что высокомерие, которое не позволяет нам снизойти до того, чтобы принять чью-то помощь, заглушает наш духовный слух и мы не слышим чужих криков о помощи.
Люди же, которые гордятся и надмеваются, которые только о себе и думают, преувеличивая значимость собственной персоны, считают, что в расчёт нужно при¬нимать только своё счастье и благосостояние, основываться на своих мнениях и чувствах. Людям надменным легко отмахнуться от чужих проблем и бед.
Новозаветный взгляд на истинную любовь вовсе не заключается в том, чтобы мы пренебрегали своими собственными нуждами. Нам нужно всего лишь не забы¬вать, что наши интересы ничуть не важнее интересов других людей. И хотя часто нам приходится в первую очередь заниматься нуждами именно своих семей, мы не должны забывать и о чужих интересах, чужих семьях, чужих домах.
Истинная любовь не бесчинствует, то есть не ведёт себя неподобающим об¬разом, недостойно, непристойно, грубо, неприлично.
Павел напоминает нам, что настоящая любовь по самой природе своей не мо¬жет требовать от других чего-то недостойного. Тот, кто любит кого-то истинной любовью, никогда не скажет: «Если ты меня любишь, ты это докажешь тем, что от¬дашься мне». Тот, кто любит, никогда не потребует, чтобы предмет его любви доказал ему свою верность ложью, обманом, воровством.
Истинная любовь никогда не будет требовать от кого-то, чтобы он дока¬зал свою любовь недостойными поступками.
Истинная любовь не бесчинствует, она не шантажирует никого на поступки, противоречащие убеждениям человека или Божьим заповедям.
Только одному Богу известно, чего во имя любви требовали люди от своих детей, жен, мужей, учеников и даже членов церкви. Именем любви люди порой при¬крывают самый откровенный разврат, самую ужасную ложь, самые непристойные тайны своей семьи, шайки, банды, клана.
Истинная же любовь никогда не может побудить кого-то поступить недостойно. Настоящая любовь хочет для того, кого любит, самого лучшего, а вовсе не того, чего можно добиться обманом или махинациями, — неправедного богатства, недоз¬воленных утех или нечестной власти.
Истинная любовь не ищет своего. Именно так Павел говорил о бескорыстии - бескорыстный человек не о своём благе печется, а о чужом. Его сердце не поглощено своими интересами настолько, чтобы забыть о нуждах и интересах других.
В Послании к Филиппийцам апостол Павел так говорит об этом принципе истинной любви:
"Итак, если есть какое утешение во Христе, если есть какая отрада любви... ничего не делайте по любопрению или по тщеславию, но по смиренномудрию почи¬тайте один другого высшим себя. Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других" (Флп. 2:1, 3, 4).
Из этих слов ясно: Павлу очень хотелось, чтобы те, кто назвался именем Хри¬стовым, были единодушны. Но такого единодушия ни в церкви, ни в семье, ни где бы то ни было еще не достичь, пока мы не станем заботиться не только о своих интересах, но и о чужих.
Нам нигде не найти лучшего примера истинной любви, чем в Иисусе Христе. Он-то уж действительно явил такую любовь, которая может видеть не только свои интересы, но и то, что нужно другим.
Нет лучшего примера бескорыстной любви, чем Тот, Кто сошёл с небес, чтобы нас спасти.
Истинная любовь не раздражается. Следующее качество истинной любви, о котором говорит апостол Павел, заключается в том, что если в сердце живёт на¬стоящая любовь, в нём нет места раздражению или язвительности. Иначе говоря, вспыльчивость не есть признак настоящей любви. Такая любовь не может быть обидчивой или раздражительной. Это обратная сторона первого из качеств христи¬анской любви - её долготерпения.
Как же мы легко забываем, что истинная любовь не раздражается. Проходит несколько лет совместной жизни, и супругов начинают выводить из себя всякие ме¬лочи. Родители чуть что - кричат на детей. На работе люди не стесняются в выра¬жениях, если начальник или коллега не выполняет того, что обязан выполнять. И уж, конечно, никто не может терпеть чиновников и бюрократов.
Почему же мы раздражаемся? Иногда кипит наш разум возмущенный потому, что нам хочется того, чего нам хочется, именно тогда, когда нам этого хочется, -«позже» нас не устраивает. Иногда в нашем раздражении прорывается самый не¬прикрытый эгоизм.
Но есть и другая сторона картины. Раздражаться любви, конечно, не пристало, но любой человек может расстроиться и взволноваться. В Деяниях, например, мы читаем: «В ожидании их в Афинах Павел возмутился духом при виде этого города, полного идолов» (Деян. 17:16).
В этом случае Павел имел основания возмутиться и возмутился он с любовью - не стал рвать и метать и обзывать афинян последними словами. Чем больше он видел в городе проявлений идолопоклонства, чем больше он об этом размышлял, тем больше его волновали судьбы тех, кого такая лжерелигия уводила от истины и, в конце концов, губила.
Пример любви Христовой состоит не в том, что Он не гневался, а в том, что Он не гневался без причины.
Христос тоже был очень даже возмущён, когда переворачивал столы менял в храме Божьем. Он был разгневан коммерцией язычников в святом месте, в доме молитвы Отца Его, именно потому, что любил людей. Ему было небезразлич¬но, что те, кто хотел молиться в храме, этого там делать не могли (Мф. 21:12, 13).
Иисус не раздражался, не психовал. Все, что от нервов, не от любви. Христос же возмутился обдуманно, взвешенно, с любовью, возмутился - и решил что-то предпринять, чтобы людям, которых Он любил, ничто не мешало молиться там, где это было положено.
И случай с Павлом в Афинах, и случай с Христом в храме напоминают нам, что есть время гневаться. Но, гневаясь, нужно не забывать о любви и нельзя согре¬шать (Еф. 4:26).
Истинная любовь не мыслит зла. Это вовсе не значит, что Павел советует нам жить бездумно, не размышляя. Апостол никак не ставит нам в пример трёх обезьян, которые всем своим видом призывают нас жить под девизом «ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу». Греческое слово, здесь употреб¬лённое, - это по сути бухгалтерский термин. Оно означает «учитывать, подсчиты¬вать, заносить в книги». А «зло», которого не нужно мыслить, - это обиды, которые нам причиняют другие люди.
Если в сердце живёт любовь, злу в нём места нет.
Итак, любовь не ведет учёт обидам и не живёт надеждой когда-нибудь со все¬ми рассчитаться сполна. Другими словами, истинная любовь не может ни на кого «иметь зуб», не может затаить обиду, даже когда кто-то кого-то действительно обидел.
А если мы на самом деле ведем строгий учет всех своих обид, чтобы с каждым из обидчиков при удобном случае расквитаться, в проигрыше оказываемся мы сами.
Кто-то сказал, что человек больше всего похож на Бога тогда, когда он проща¬ет того, кто покаялся в своем грехе и попросил у него прощения. И если это дейст¬вительно так и есть, то мы больше всего не похожи на Бога, даровавшего нам спасе¬ние, тогда, когда держим обиду на того, кто свои ошибки признал и попросил у нас милости. Счёт и контроль - дело хорошее, но только не в любви. Любовь в амбар¬ную книгу не оприходуешь.
Истинная любовь не ведёт учета своих обид, ей и так спокойно, она знает: Бог всё видит, обо всём позаботится, со всеми разберётся. Нам не нужно записывать все свои обиды, чтобы ни в коем случае их не позабыть, если мы знаем, что Бог всё дей¬ствительно видит и что Ему до всего действительно есть дело.
Истинная любовь не радуется неправде. Тут Павел вроде как подытоживает, чего же любовь не делает. Он уже сказал, что любви не доставляет никакого удо¬вольствия требовать чего-то от других и при этом раздражаться. Не в радость любви не по-доброму относиться к людям. Не может любовь подпитывать себя завистью, пустословием-тщеславием, грубостью, эгоистичными амбициями, мстительностью или вспыльчивостью.
И напоследок Павел говорит: «Любовь не может радоваться никакой неправ¬де, ничему, что Бог считает отклонением от истины, её искажением». Не может лю¬бовь испытывать удовлетворения, если кто-то сам себя позорит. Не может она при¬крывать зло, замалчивая то, о чём нужно кричать. Не любит любовь перемывать чьи-то косточки, она слишком чистоплотна, чтобы этим заниматься. Не станет любовь сплетничать просто потому, что ей нечего сказать, не станет делать вид, что она знает что-то такое, чего не знает никто, не будет спешить выставить на всеоб¬щее обозрение чьи-то промашки или ошибки. Рассказывать о чужих грехах она мо¬жет единственно только для того, чтобы кому-то от этого была польза, а не потому, что просто «ну очень хочется», не терпится поболтать о том, как кто-то ударил в грязь лицом.
Такая любовь, о которой ведёт речь Павел, сразу не окупается — она даётся с превеликим трудом и напряжением сил.
Но настоящую любовь волнует то, что будет потом. Она не может радоваться злу, потому что знает, что «запоют» и как заговорят люди, когда грех будет пожи¬нать свою зловещую жатву.
Истинная любовь знает: семена зла, посаженные в бездумные моменты наслаждения, прорастут глубоким сожалением в дни раскаяния.
Глупость разбрасывает семена греха, ни о чём не задумываясь, а потом прихо¬дит время пожинать чертополохи упущенных возможностей и неиспользованных шансов. Любовь знает, что грехи, посаженные единственно только потому, что «так все делают», потом приносят плоды раздоров и разводов, одиночества и разочаро¬вания. Грехи, брошенные в почву души «от нечего делать», не только время у нас отнимут, но даже и вечность могут отнять.
Истинная любовь не может радоваться неправде, потому что её волнует не только сегодняшний день, но и завтрашний. Истинная любовь не может считать грех невинной забавой.
Настоящая любовь сорадуется истине. Павел только что сказал, что любовь не радуется неправде. А дальше написано, что чему-то любовь «сорадуется». И со¬радуется она истине. А почему именно истине? Почему не праведности, например?
Видимо, потому, что праведности без истины не бывает. В другом послании Павел писал, что будут осуждены «все, не веровавшие истине, но возлюбившие не¬правду» (2 Фес. 2:12).
Из этих слов можно лучше понять, почему Павел написал, что любовь «сора¬дуется истине». Апостол подчеркивает, что наша вера и наши дела связаны нераз¬рывно, — как мы верим, так и живём. Или наоборот — по тому, что мы любим делать, можно узнать, во что мы любим верить.
Получать удовольствие от неправедности может только тот, кто не верит истине.
Вот почему в Библии столько говорится об истинной вере. Правильно верить - значит правильно представлять себе Бога, самого себя и других людей. А если с мыслями у нас всё нормально, то тогда мы сможем возлюбить ближнего своего не лицемерно, не натужно, а по-настоящему, «по истине».
Всякая неправедность истину отрицает. Искать корни всякого неправильного поступка нужно в неправильных представлениях о реальности. Всякая безнравст¬венность идёт от самообмана: «Я лучше Бога знаю, как мне и о себе позаботиться, и про других не забыть».
Когда «потерявший от любви голову» молодой человек уговаривает свою воз¬любленную расстаться с невинностью, неправда, что он теряет голову от любви. Это ложь. Невозможно «по истине» грабить банки, убивать, мошенничать, завидовать и сплетничать — всё это делается «по лжи» и только по лжи. И когда говорят, что если грех «по согласию», то это вроде никакой уже и не грех, - это тоже самообман, ложь, а никакая не истина.
У Павла были все основания сказать, что любовь «не радуется неправде, а со¬радуется истине». Понятие, противоположное неправде (неправедности), — это не только праведность. Неправде противостоит истина. Мы можем гораздо больше, чем чужим промахам и крахам, радоваться вере в истину, истину о Боге, о людях, о себе самих. И если мы отречемся от всякой ложной веры, то сможем радоваться, за¬мечая смелость, честность, чистоту, долготерпение и верность даже у тех, кому сей¬час лучше нас. Вот что такое настоящая любовь.
А теперь, заложив основание праведности и истины, Павел идёт дальше - к вершинам своего вдохновенного описания любви.
Истинная любовь всё покрывает. Всё гениально просто. Как крыша накрыва¬ет дом, защищая его от ливней и бурь, так всё накрывает собой любовь. Любовь продолжает творить добро людям несмотря ни на что. Любовь пройдет через непо¬году разочарований, проливные дожди неудач, она устоит на ветрах времён и пере¬мен. Если что-то «покрыто» любовью, ему не страшны ни морозы, ни жара. В такой любви найдётся прибежище от всего, что только может приключиться.
Правда, любовь не может людей избавить от суровой реальности грешного мира. Не может любовь избавить людей и от последствий их неправильных поступ¬ков. Но она может дать сломленным, страждущим людям прибежище, в котором они найдут тех, кто хочет им добра. Любовь даже для тех, кто не хочет или не готов раскаяться, выступает в роли адвоката и ходатая, который молится за таких людей.
При этом нужно помнить, что «всё покрывать» отнюдь не значит терпеть вся¬кий грех, давать вытирать о себя ноги. А значит это то, что любовь никогда не пере¬стает быть любовью и всегда готова прощать. Любовь не может дойти до ненависти, презрения и осуждения. Любовь любит и потому не оставляет молитвы и использует всякую возможность с терпением относиться к чужим грехам; когда нужно, готова сказать грешнику правду в лицо, а когда грешник кается, готова его простить.
«В любви найдется прибежище от всего, что только может приключить-
ся».
То есть крыша-то она крыша, но не совсем. Любовь — крыша живая, она живо реагирует на поступки других людей. Хотя любовь всегда остается любовью, посту¬пает она всегда по-разному, чтобы во всём помочь ближнему своему ради его же блага.
Истинная любовь всему верит. На первый взгляд, раз любовь всему должна верить, то любовь эта получается какой-то наивной, слишком уж доверчивой. Но Павел ведь не это имел в виду. Не имел он в виду и того, что любовь якобы должна всегда принимать на веру всё, что люди скажут.
Нет, Павел вовсе не хотел сказать, что любовь слепо принимает на веру всё, что кто-то говорит. Он скорее имел в виду то, что любовь и вера связаны неразрыв¬но. Вся 13-я глава 1-го Послания к Коринфянам нам напоминает, что истинной люб¬ви без веры в Бога не бывает и быть не может в принципе. Истинная любовь из веры вытекает и верой подпитывается. Чтобы любить, нужно «всему верить» - всему, что говорит нам Бог о Себе, о нас и о других.
Если мы усомнимся в том, что говорит Бог о Своей любви к нам, мы не смо¬жем любить ближнего своего. Если мы усомнимся в том, что Бог к нам действи¬тельно долготерпелив и благ, мы и сами никак не сможем иметь терпение и прояв¬лять доброту к другим людям. Если мы усомнимся, что Бог может нам дать по нуж¬дам нашим, и мы тоже не будем спешить помогать ближним.
И чтобы понять любовь Христову, нужно обязательно вникнуть в эту истину — что любовь «всему верит». Истинная любовь корнями своими уходит в истинную веру. Вера же, в свою очередь, уходит корнями в то, что сказано Богом в Слове Его.
Без веры в Бога любовь выдыхается и умирает. И если мы не будем про-должать верить всему, что сказал Бог, наша любовь не переживет разочарований, плевков и унижения, которые в жизни встречаются сплошь и рядом. Если наша лю¬бовь не будет основана на прочном фундаменте Слова Божьего, она вынуждена бу¬дет выбросить на ринг полотенце. Силу черпать любовь может единственно лишь в вере в Бога.
Истинная любовь всего надеется. Это вытекает из предыдущей истины. Если мы во всём доверяем словам Божьим и Его воле, у нас действительно будут основа¬ния «всего надеяться». Если мы верим в благодать Божью, то это значит, что мы можем быть убеждены — после любого падения человек может подняться на ноги. Истинная любовь может всегда иметь истинную надежду на то, что Бог может из¬менить любого человека, если человек, конечно, захочет этого.
Конечно же, невозможно себе даже и представить, что Павел нас призывает надеяться на всё без разбору, точно так же, как он нас не призывал и верить всему без разбору. Но из всех людей только те, кто верит библейскому Богу, имеют проч¬ное основание для любви и надежды и могут в нашем непростом мире любить по-настоящему и никогда не терять надежды.
Псалмопевец сказал о Боге: «Надежда моя - на Тебя». (Пс. 38:8). Павел пи¬сал: «...А надежда не постыжает» .(Рим. 5:5). А Пётр добавил: «Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому» (1 Пег. 1:3).
Вот что такое любовь, вот какая у неё сила. Источник этой силы не в эмоциях, которые то и дело сменяются на прямо противоположные, не в ощущениях и на¬строениях, положиться на которые тоже никак нельзя, а в твердых убеждениях и не¬поколебимой надежде, которые Бог посылает тем, кто Ему доверился. Истинная лю¬бовь умеет смотреть на жизнь оптимистично, и не только смотреть, но и жить с оп¬тимизмом. И оптимизм этот имеет под собой основания — «Христос в вас, упование славы» (Кол. 1:27).
Истинная любовь всё переносит. Павел завершает это предложение тем же, с чего его и начал, - там «долготерпит», здесь «всё переносит». Разница здесь не столько в сути и смысле, сколько в словах, которыми апостол описывает это дивное качество истинной любви. Напомнив, что тайна истинной любви заключается в том, чтобы иметь истинную веру и надежду, Павел теперь повторяет, что любовь «всё переносит» - потому и переносит, что верит и надеется.
В 4-м стихе сказано о долготерпении, о способности «долго терпеть», не оби¬жаясь на обидчиков. А здесь больше имеется в виду отношение к жизни в целом. Любовь никогда не сдаётся, никогда не перестает любить. Она любит, любит и лю¬бит — перенося всё.
Истинная любовь терпит до конца. Никакая боль, никакие мучения её не оста¬новят — она знает, что цель стоит того, чтобы «перенести всё».
Истинная любовь никогда не погибнет. Её источник, её жизнь — в Боге, и потому истинная любовь может перенести всё.
Павел разъясняет: ничто - ни пророчества, ни языки, ни знание - не может быть вечным, совершенным, незыблемым. А любовь может, может быть и вечной, и совершенной, и незыблемой. Опираясь на силу Божью и благодать Божью, любовь может выжить в любых условиях. Истинная любовь может перенести предательство и недоверие, она переживёт любые разочарования и неудачи. Она может быть выше всяких оскорблений, всякой зависти тех, кто нас считает своими врагами. Она, если нужно, пройдёт и через суды, и через тюрьмы.
Даже когда отношения между людьми по вине этих самых людей разрываются вроде как навсегда, любовь Божья может дать нам силы молиться за тех, с кем наши пути разошлись, и, когда это возможно, даже что-то делать в их интересах.
Вот что такое та любовь, которая несёт с собой дух Христов и являет собой те невероятные перемены, которые в душе человека может совершить один лишь Христос. Вот что такое истинная любовь.
  
#3 | Андрей Рыбак »» | 30.07.2011 12:01 | ответ на: #2 ( Микаэль ) »»
  
0
Спаси Бог, Микаэль. Хороший текст.

Такое объяснение любви со стороны человека получилось.
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2020, создание портала - Vinchi Group & MySites