О том, как птичка - невеличка Марье - рукодельнице помогла

Сказка о том, как птичка-невеличка Марье-рукодельнице помогла
Жил да был в одном селе парень Иван, купеческий сын. Всем его Бог наградил: и умом, и добротой, и золотыми руками. Поэтому считался он самым завидным женихом в округе.

В этом же селе жила девица Марья, дочь гончара. Умница, красавица, родителям помощница и большая искусница в разных рукоделиях: и шить она умела, и вышивать, и ткать, и вязать, и даже из лозы плела. Родители в ней души не чаяли и мечтали ее выдать замуж за человека самого достойного.
Иван и Марья с детства дружили, в одних хороводах кружились, а когда выросли - полюбили друг друга.
Времена тогда были такие, что дети волю родителей беспрекословно исполняли. Потому как знали, что Господь сказал: - «кто отца и мать уважает, тот долгую и счастливую жизнь проживает». А кому охота жить плохо и коротко?

Однажды зимой стал Иван отца упрашивать, чтобы тот сватов к гончару заслал, но купец уперся:
- Негоже, - говорит, - мне, купцу, с гончаром родниться. У него детей помимо Марьи пять ртов, и все тебе на шею сядут. Я тебе другую невесту присмотрел, Дуню, управляющего барским поместьем дочку. Чем тебе Дуня не жена – щеки красные, сама на сдобную булочку похожа, а то, что она конопатая и рыжая, так это у них порода такая.

Знал купец, что Дуня давно глаз на его сына положила, и в согласии ее отца был уверен.
Поник Иван лицом и говорит:
- Отец, так ведь Дунька ничего делать не умеет, ее барыней растили, а Марьины братья вырастут, на ноги встанут, на моей шее сидеть не будут. Не из таковских они.
- А зачем Дуне работать? – отвечает купец, - за ней богатое приданое дадут, прислугу заведете.

Управляющий был не против дочку за купеческого сына замуж отдать. Во-первых, Иван - лучший жених на селе, во-вторых, у нее женихов и в помине не было, несмотря на приданое.
Вечером рассказал Иван матери и об отцовском решении и о своей любви к Марье. Жалко ей стало сына. Пошла она к мужу, стала его уговаривать Марью в невестки взять.
- Гончар, хоть и не богач, - говорит, - зато на кусок хлеба своим детям всегда заработает. И с Марьей наш Ванюша не пропадет, она на все руки мастерица, а Дуня-неумеха в тяжелое время с кровати не слезет.
- А мне Дуню отец ее расхваливал, говорил, что она рукодельница, каких свет не видывал.
- Верно говорил, - смеется жена, - ни свет ее рукоделий не видал, ни люди добрые.

Долго думал купец над словами жены, и решил:
- Пошли, - говорит, - жена посыльного к управляющему и к гончару, чтоб передал девицам мое задание - сшить себе к Пасхе по сарафану, а Ваньке по рубахе. У какой из них красивее наряды получатся, на той мой сын и женится.
Обрадовался Иван отцовским словам, потому что знал, лучше Марьи никто нарядов не сошьет.
Понятно дело, что Дуня ничего шить не стала. Отправили из дома управляющего дочкины мерки в город заморскому портному, а Ванину рубаху велели сшить самого большого размера, чтоб не ошибиться.

Марья, услышав о купеческом условии, радостно руками всплеснула и бросилась лен белить, нитки и лоскуточки подбирать. Задумала она на сарафане цветочный луг вышить, по зеленому полю – васильки и ромашки пустить и такие же цветы по вороту и канве Ванечкиной рубахи.

Упросила девица отца привезти из города дорогого бисера и жемчуга речного. Гончар любимому дитяте не отказал, все исполнил. Полдня в галантерейной лавке провел, но бисер нужных цветов точно подобрал и на жемчуг денег не пожалел.
Возвращался гончар домой через лес. Лошадь дорогу хорошо знала, шла по накатанной колее ровно, снег под копытами скрип да скрип. Только он задремал, как лошадь встала.
Гончар ее и по хорошему уговаривал, и кнутом грозил - все без толку. Стоит как вкопанная, и от земли глаз не отрывает. Слез тогда он с телеги и пошел посмотреть, в чем дело.
Видит, на снегу замерзшая синичка лежит. Взял он ее в руки, а птичка как ледяной комочек. Положил гончар за пазуху бедную пичужку, подумал, «если оживет, то Марьюшке отдам. Она живность любит». У самого дома зашевелилась синичка под жарким тулупом, даже пискнула что-то, наверное, спасибо сказала.

Так что привез отец Марье целых два подарка, оттого и радости было вдвое больше и благодарности тоже. Смастерил гончар просторную клетку, и зажила птичка-невеличка в доме, радуя хозяев звонким пением.
Наконец, Марья все для шитья собрала. Помолилась она и за работу принялась. Сначала девица соткала пояса узорные, затем рубаху и сарафан сшила. Потом за их украшение принялась. Вышивка гладью дело не простое, а если еще сверху бисером и жемчугом расшивать, то и подавно.

Марья рукодельничала по вечерам, потому что днем за младшими братьями приглядывала. Она им строго-настрого наказала к кузовку с бисером и жемчугом не притрагиваться.
Да только самый младший не удержался, схватил кузовок, да весь бисер с жемчугом на пол и просыпал, а признаться побоялся. Закатились крохотные бусинки в щели, как и не было их вовсе.

Уложила Марья детишек спать, лампу притушила, взяла в руки кузовок, а он пустой. Догадалась она, что братья ее не послушались. Что теперь делать? Не быть мне женой Иванушки, - заплакала девица, головушку опустила и вдруг видит между половицами бисеринки и жемчужинки поблескивают. Бросилась Марья их доставать, да ничего у нее не получилось.
Она еще горше заплакала.
- Не плачь, Марьюшка, - вдруг говорит ей синичка человеческим голосом, - я тебе помогу бисер и жемчуг достать. Ты меня из клетки выпусти, окошко приоткрой, а сама спать ложись.

Доверилась девица птичке-невеличке и сделала, как та сказала. Только она уснула, синичка на окошко села и начала посвистывать, подружек-пичужек в дом созывать.
Залетели они в комнату, быстро все бусинки из щелей достали, и улетели. Проснулась утром Марья и видит - кузовок полон, а птички-невелички нигде нет, и окно закрыто. Чудеса, да и только!
За вечер девушка лишь один цветок успевала вышить, но зато получался он, как живой. Закончила она рукоделье ровно за день до Пасхи. Мать уже куличи пекла и пасху ставила, братья яйца красили, а Марья все еще последние бисеринки пришивала. Когда увидели отец с матерью работу Марьюшки, ахнули от восхищения. Краше нарядов они и не видали.

Заморский портной тоже времени даром не терял. Сарафан и рубаху он сшил из шелка черного, расшил драконами красными, а к ним подобрал пояса золотые. Завернул эту красоту в бумагу китайскую и отправил с посыльным в дом управляющего.
Дуне сарафан очень понравился. Она сразу в него нарядилась, к отцу прибежала и говорит:
- Не могу, папаша, дождаться завтрашнего дня, когда я над Марьей верх возьму.

Отзвонили первым Пасхальным звоном колокола, похристосовался красными яичками друг с дружкой народ и отправился по домам разговляться.
А Марья с Дуней отправились в купеческий дом свои рукоделья показывать. Марья пешочком, а Дуня вместе с нянькой в отцовской двуколке поехала.
- Вы, девицы, - говорит им купец, - сарафаны-то надевайте и вместе в залу выходите, а рубахи Ваньке отдайте, он их по очереди примерит.

Переоделись девицы и в залу вошли. Дуня-то хотела вперед Марьи проскочить, да ее мать Ванюшина остановила. Марья стоит, скромно потупившись, а Дуня глазищами так и сверкает от гордости.
Увидел купец круглолицую, конопатую Дуню в красных драконах на черном шелке и ну хохотать. Чуть от смеха не лопнул.
Вытер он слезы и говорит:
- Иди с миром, красавица. Прости, если обидел.
Дуня на глазах налилась, словно красно яблоко, ногами затопала, руками замахала, кричит:
- Да мой папенька вас по миру пустит, в порошок сотрет.
- Тебе, Дуня, в таком сарафане надо замуж за иноземца идти, – объясняет ей купец, успокоившись. - Как же ты, русская девица, до такого узора додумалась? Наверное, трудно тебе было нечисть заморскую шелком вышивать?
- Да я иголки сроду в руках не держала! - возопила она, - это все городской портной придумал!

Тут Иван в ее драконистой рубахе в залу вышел, рукавами пол подметает.
- Снимай ее быстрее, сынок, пока у меня от смеха удар не случился, - еле вымолвил, купец.
Нянька Дуню под руки схватила и домой повезла, а купец с женой все на Марьюшку и Ивана налюбоваться не могут. Разглядел купец Марьюшку-то и работу ее по заслугам оценил.
На следующий день послал он сватов к гончару, а на Красную горку Иван и Марья обвенчались. А на свадьбе их чудо случилось.
Когда молодые после венчанья из церкви вышли, прилетела из леса стая синиц, расселась на деревьях и давай петь-щебетать, Ивану и Марье счастья желать и Бога славить!

Автор Ирина Рогалева

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
Просьба о помощи
© LogoSlovo.ru 2000 - 2019, создание портала - Vinchi Group & MySites