7 августа. Успение праведной Анны, матери Пресвятой Богородицы. Святых жен Олимпиады диакониссы и Евпраксии девы, Тавеннской.

25 июля по старому стилю / 7 августа по новому стилю
вторник
Седмица 11-я по Пятидесятнице. Глас 1.
Поста нет.

Успение прав. Анны, матери Пресвятой Богородицы. Свв. жен Олимпиады диакониссы (409) и Евпраксии девы, Тавеннской (413). Прп. Макария Желтоводского, Унженского (1444).
Память V Вселенского Собора (553).
Сщмч. Николая Удинцева пресвитера (1918); сщмч. Александра Сахарова пресвитера (1927); св. Ираиды Тихо́вой исп. (1967).


2 Кор., 172 зач., II, 14 – III, 3. Мф., 95 зач., XXIII, 23–28. Прав. Анны: Гал., 210 зач. (от полу'), IV, 22–31. Лк., 36 зач., VIII, 16–21.

Тропарь праведной Анны, глас 4:
Жизнь ро́ждшую во чре́ве нос́ила ес́и, Чи́стую Богома́терь,/ богому́драя А́нно./ Те́мже к прия́тию Небе́сному, иде́же веселя́щихся жили́ще,/ в сла́ве ра́дующися, ны́не преста́вилася ес́и,/ чту́щим тя любо́вию/ прегреше́ний прося́щи очище́ние,// присноблаже́нная.

Кондак праведной Анны, глас 2:
Прароди́телей Христо́вых па́мять пра́зднуем,/ тех ве́рно прося́ще по́мощи,/ изба́витися всем от вся́кия ско́рби, зову́щим:// Бог наш с на́ми, сих прославле́й, я́коже благоволи́.

МЫСЛИ СВТ. ФЕОФАНА ЗАТВОРНИКА
(2Кор.2:14–3:3; Мф.23:23–28)
«Очисти... внутреннее, чтоб и внешнее... чисто было» (Мф.23:26). Внешнее поведение у нас в общежитии всегда почти исправно: боимся суда людского и сдерживаемся. Если же и внешне предаются порокам, то это уж последнее дело; значит, стыд всякий потерян. Но при исправности поведения видимого, не всегда бывает исправен внутренний строй мыслей и чувств. Там дается полная свобода самоугодию, которое наружно и удовлетворяется, насколько это сносит людской глаз и насколько можно прикрыть от него дела свои. Это точь-в-точь гроб раскрашенный.
Вместе с тем внутренняя нечистота делает нечистым и внешнее. Очисти же это внутреннее, тогда и внешнее станет чисто и весь будешь чист, сделаешься сосудом, годным на всякое доброе употребление домовладыке (2Тим.2:21). Дивиться надо, отчего это внутреннее остается в пренебрежении: ведь погибели себе никто не хочет.
Верно, враг держит такую душу в ослеплении: что это ничего, лишь бы явных грехов не было, или научает ее отлагать на завтра главное дело – завтра займемся серьезно собою как следует, а ныне пусть душа поусладится страстными мыслями и мечтами, если не делами. Поостережемся, как бы не устареть в этом настроении и как бы исправление для нас так же не стало невозможным, как переучивание старика.


Успение праведной Анны, матери Пресвятой Богородицы. Богомудрая, Богоблаженная и благословенная Анна была дочерью священника Матфана и жены его Марии, из колена Левиина, рода Ааронова. По преданию, она скончалась мирно в Иерусалиме в возрасте 79 лет, до Благовещения Пресвятой Деве Марии. При святом благоверном царе Иустиниане (527–565) в Девтере был выстроен в ее честь храм, а император Иустиниан II (685–695; 705–711) обновил ее храм, потому что праведная Анна явилась его беременной супруге; в то же время тело ее и мафорий (покрывало) были перенесены в Константинополь. (Сведения о праведных Иоакиме и Анне помещены 9 сентября).

Святая Олимпиада диаконисса была дочерью сенатора Анисия Секунда и внучкой по матери знаменитого епарха Евлалия (упоминается в сказании о чудесах святителя Николая). До брака с Анисием Секундом мать Олимпиады была замужем за армянским царем Арсаком и овдовела. Когда святая Олимпиада была еще совсем юной, родители обручили ее с благородным юношей. Брак должен был состояться по достижении святой Олимпиадой совершеннолетия. Однако жених вскоре умер, а святая Олимпиада не пожелала вступать в брак и предпочла девственную жизнь. После смерти родителей она осталась наследницей большого состояния, которое стала раздавать щедрой рукой всем нуждавшимся: нищим, сиротам, вдовам; посылала также большие средства в церкви, монастыри, больницы, приюты для убогих и странников.

Святой Патриарх Нектарий (381–397) назначил святую Олимпиаду диакониссой. Свое служение блаженная проходила честно и непорочно.

Много помогала святая Олимпиада приезжавшим в Царьград святителям Амфилохию, епископу Иконийскому, Онисиму Понтийскому, Григорию Богослову, Петру Севастийскому, брату Василия Великого, Епифанию Кипрскому, служа всем с великою любовью. Имение свое она не считала своим, а Божиим, и раздавала его не только добрым людям, но и своим врагам.

Святитель Иоанн Златоуст († 407; память 13 ноября) высоко ценил святую Олимпиаду и оказывал ей свое расположение и духовную любовь. Когда ни в чем не повинного Святителя несправедливо изгнали, святая Олимпиада вместе с другими диакониссами глубоко переживала это. Выходя в последний раз из церкви, святитель Иоанн Златоуст позвал святую Олимпиаду и диаконисс Пентадию, Проклию и Сальвину и сказал им, что возбужденное против него дело, видимо, приходит к концу, и вряд ли они еще увидят его. Он просил их не оставлять церковь и повиноваться епископу, который будет назначен вместо него, ибо Церковь не может быть без епископа. Святые жены, обливаясь слезами, пали перед Святителем.

Патриарх Александрийский Феофил (385–412), прежде неоднократно пользовавшийся щедростью святой Олимпиады, ополчился против нее за преданность Святителю Иоанну и за то, что она приняла и кормила пришедших в Царьград иноков, которых Патриарх Феофил изгнал из египетской пустыни. Он возводил на нее несправедливые обвинения и старался опорочить ее святую жизнь.

После изгнания святителя Иоанна Златоуста загорелась соборная церковь Святой Софии и вслед за ней выгорела большая часть города.

Всех сторонников святителя Иоанна Златоуста стали подозревать в поджоге и вызывали на допрос. Тогда же пострадала и святая Олимпиада. Ее вызывали в суд, сурово допрашивали и, хотя не представили улик, присудили ее к уплате большой суммы за поджог, в котором она не была виновна. После этого святая покинула Царьград и отправилась в Кизик (на Мраморном море). Однако враги не прекратили свои преследования: в 405 году ее осудили на заточение в Никомидии, где святая претерпела много горя и лишений. Святитель Иоанн Златоуст из своего изгнания писал ей, утешая в скорби. В 409 году святая Олимпиада скончалась в заточении.

Святая Олимпиада явилась во сне Никомидийскому епископу и повелела положить тело ее в деревянный ковчег и бросить его в море: «Куда вынесут волны ковчег, там да будет погребено тело мое», – сказала святая. Епископ выполнил повеление святой Олимпиады. Ковчег прибило волнами к месту, называемому Врохти, близ Царьграда. Жители, извещенные об этом от Бога, вышли на берег, приняли святые мощи блаженной Олимпиады и положили их в церкви святого апостола Фомы. Впоследствии во время набегов варваров церковь была сожжена, но мощи сохранились и при Патриархе Сергии (610–638) были перенесены в Царьград и положены в девичьем монастыре, основанном святой Олимпиадой. От мощей ее совершались чудеса и подавались исцеления.

Преподобная Евпраксия была дочерью Константинопольского вельможи Антигона, родственника святого благоверного царя Феодосия Великого (379–395).

Антигон и его супруга Евпраксия были благочестивы и раздавали неимущим щедрую милостыню. У них родилась дочь, которую назвали также Евпраксией. Антигон вскоре умер. Мать удалилась от царского двора и вместе с дочерью отправилась в Египет под предлогом осмотра своих владений. Там близ Фиваиды был женский монастырь со строгим уставом. Жизнь насельниц привлекла благочестивую вдову. Она захотела помочь этой обители, но игумения Феодула отказалась и сказала, что инокини вполне предали себя Богу и не желают приобретения никаких земных богатств. Игумения согласилась принять только свечи, фимиам и масло.

Маленькой Евпраксии в это время исполнилось семь лет. Она полюбила монашеский уклад и решила остаться в обители. Благочестивая мать не препятствовала ее желанию. Оставляя дочь в обители, Евпраксия просила девочку быть смиренной, никогда не думать о своем благородном происхождении, служить Богу и сестрам с усердием. В скором времени мать скончалась. Узнав о ее кончине, царь Феодосий послал святой Евпраксии младшей письмо, в котором напоминал ей, что в пятилетнем возрасте родители обручили ее сыну одного сенатора и он желает, чтобы она выполнила данное родителями обещание. В ответном письме святая Евпраксия писала царю, что уже вступила в число невест Христовых и просит царя распорядиться ее имениями, раздав их в пользу Церкви и нуждавшихся.

Святая Евпраксия, приходя в возраст, все более усиливала свои подвиги. Вначале она вкушала пищу один раз в день, потом через два – три дня и более и, наконец, раз в неделю. Пост она соединяла с выполнением всех монастырских послушаний: смиренно трудилась в поварне, мыла посуду, подметала помещения и служила сестрам с усердием и любовью. Сестры любили смиренную святую Евпраксию. Но одна из них завидовала ей и все ее подвиги объясняла желанием прославиться. Сестра стала досаждать ей и укорять, но святая дева не противоречила ей, а смиренно просила прощения.

Много бед причинял святой и враг рода человеческого. Однажды она, доставая воду, упала в колодец, откуда ее вытащили сестры; в другой раз святая Евпраксия рубила дрова для поварни и рассекла себе ногу топором. Когда она несла охапку дров вверх по лестнице, то наступила на край своей одежды, упала и острая лучина вонзилась ей около глаза. Все эти напасти святая Евпраксия переносила с терпением, и когда ее просили дать себе немного отдыха, то не соглашалась. За подвиги Господь удостоил святую Евпраксию дара чудотворения: по ее молитве исцелился глухонемой и расслабленный ребенок, освободилась от недуга бесновавшаяся женщина. В монастырь стали приносить больных для исцеления. Святая дева еще более смирялась, считая себя последней из всех сестер. Перед кончиной святой Евпраксии игумении было видение. Святая дева была приведена в светлый чертог и покланялась сидящему на Престоле Царю, окруженному святыми Ангелами, а Пречистая Дева показала святой Евпраксии светлую обитель и сказала ей, что она приготовлена для нее и что она через 10 дней войдет в эту обитель.

Игумения и сестры горько плакали, не желая расставаться со святой Евпраксией. Сама же святая, узнав о видении, плакала о том, что она не готова для перехода в вечность, и просила игумению умолить Господа оставить ей жизнь хотя бы на один год для покаяния. Игумения утешала святую Евпраксию и говорила, что Господь удостоит ее Своей великой милости. Внезапно святая Евпраксия почувствовала себя плохо и, разболевшись, вскоре мирно скончалась в возрасте тридцати лет († 413).

Преподобный Макарий Желтоводский, Унженский родился в 1349 году в Нижнем-Новгороде в семье благочестивых родителей. В двенадцать лет он тайно ушел от родителей и принял иноческий постриг в Нижегородской Печерской обители от святого Дионисия (впоследствии архиепископа Суздальского; † 1385; память 26 июня). Со всем пылом юношеской души он отдался делу спасения: строжайший пост и точное исполнение иноческих правил отличали его перед всеми братиями.

Только через три года родители преподобного Макария узнали, куда он скрылся. Отец пришел к нему и слезно умолял сына лишь о том, чтобы он вышел повидаться с ним. Преподобный Макарий разговаривал с отцом через стену и сказал, что увидится с ним в будущей жизни. «Протяни мне, по крайней мере, свою руку», – просил отец. Сын исполнил эту малую просьбу, а отец, поцеловав протянутую руку сына, возвратился домой. Тяготясь славой, смиренный Макарий удалился на берег реки Волги и подвизался здесь в пещере близ озера Желтые воды. Здесь он твердым воздержанием и терпением преодолевал брань врага спасения. К преподобному Макарию собрались любители безмолвия, и в 1435 году он устроил для них обитель во Имя Пресвятой Троицы. Здесь он начал проповедовать христианство окрестным черемисам и чувашам, и крестил магометан и язычников в озере, получившем название святого. Когда в 1439 году казанские татары разорили обитель, преподобного Макария взяли в плен. Из почтения к его благочестию и благотворительной любви хан отпустил святого из плена и вместе с ним освободил до 400 христиан. Но с преподобного Макария взяли слово не селиться при Желтом озере. Преподобный Макарий с честью похоронил избиенных в его обители и отправился за 240 верст в галичские края. Во время этого переселения все путники, по молитвам преподобного, питались чудесным образом. Дойдя до города Унжа, преподобный Макарий поставил в 15 верстах от города на берегу озера Унжа крест и построил келлию. Здесь он основал новую обитель. На пятом году своей жизни в Унже преподобный Макарий заболел и преставился в возрасте 95 лет.

Еще при жизни преподобный Макарий был наделен благодатным даром: он исцелил слепую и бесноватую девушку. После кончины преподобного многие получали исцеление от его мощей. Иноки воздвигли над его гробом храм и установили в обители общежитие. В 1522 году татары напали на Унжу и хотели ободрать серебряную раку в Макариевой пустыни, но ослепли и, обезумев, бросились бежать. Многие из них утонули в Унже. В 1532 году молитвами преподобного Макария спасся от татар город Солигалич, и благодарные жители устроили в соборном храме придел в честь святого. Более 50 человек по молитвам преподобного Макария получили исцеление от тяжелых недугов, как это установила комиссия, посланная Патриархом Филаретом 24 июня 1619 года.

V Вселенский Собор. Роспись Успенского храма Любостинского монастыря
Император Юстиниан Великий, вступивший в 527 году на императорский престол, желал присоединить монофизитов к Церкви. В Египте православные составляли меньшинство и такое разделение представляло опасность для Церкви и государства. Его жена, императрица Феодора, была тайной монофизиткой, и под ее влиянием он иногда действовал в ущерб Православию. Например, под ее влиянием, в 533 году он сделал уступку монофизитам, допустив прибавление в трисвятой песне: распныйся за ны, хотя строгие последователи Халкидонского собора считали такое прибавление монофизитским.

В 535 году Юстиниан возвел на константинопольский патриарший престол Анфима, тайного монофизита. В 536 г. в столицу прибыл папа Агапит, в качестве посла остготского короля Теодориха Великого. Узнав о еретичестве Анфима, Агапит, несмотря на угрозы Феодоры, донес о нем царю. Юстиниан тотчас же низложил Анфима, а на его место поставил пресвитера Мину. Под председательством Мины был составлен небольшой собор из епископов православных и монофизитских, на котором обсуждался вопрос о присоединение монофизитов. Но вследствие их упорства рассуждения ни к чему не привели. Патриарх снова их осудил и император подтвердил прежние строгие законы против них. Монофизиты бежали в Великую Армению, где упрочили свою ересь.

Между тем Феодора продолжала вести интриги в пользу монофизитов. По ее проискам, после смерти папы Агапита (+ 537) на Римскую кафедру был поставлен римский диакон Вигилий, давший ей еще прежде обещание с подпиской помогать монофизитам. Потом она нашла себе еще двух усердных помощников, проживавших при дворе епископов — Федоре Аскиде и Домициане, которые были тайными монофизитами. Оба они советовали императору заняться обращением монофизитов и даже предложили для этого план. Именно, что они смогут присоединиться только тогда, когда Православная Церковь осудит учителя несторианства Феодора Мопсуестийского и его последователей — блаженного Феодорита и Иву Эдесского. Так как их сочинения не осуждены, то это служит соблазном для монофизитов, и они подозревают православную Церковь в несторианстве. План это был составлен в пользу монофизитов и во вред православным: в случае его исполнения Церковь оказалась бы в противоречии сама с собой, осудив Феодора и Иву, признанных православными на Халкидонском соборе.

Император, для умиротворения жизни Церкви, согласился испытать этот план, и в 544 году издал первый эдикт о трех главах. В нем осуждался Феодор Мопсуестийский, как отец несторианской ереси, сочинения Феодорита против св. Кирилла и письмо Ивы к персу Марию. Но в то же время было прибавлено, что это осуждение не противоречит Халкидонскому собору, и всякий, думающий иначе, подвергнется анафеме. Этот эдикт должны были подписать все епископы. Мина, патриарх Константинопольский, после некоторого сопротивления, подписал, а за ним и восточные епископы. Но в западных церквах эдикт встретил сильную оппозицию. Епископ Понтиан Карфагенский решительно отказался от подписи, а ученый диакон карфагенской церкви Фульгенций Ферранд написал в опровержение эдикта трактат, с которым согласились все на западе. Вигилий Римский также был против эдикта. Западные видели в осуждении трех глав унижение Халкидонского собора, хотя на беспристрастный взгляд этого не было. На Халкидонском соборе не было обсуждения о Феодоре Мопсуестийском. Феодорит был оправдан собором после произнесения им анафемы на Нестория, и, следовательно, отказался от своих сочинений в защиту его против св. Кирилла, и письмо Ивы осуждалось в том виде, в каком оно существовало в VI в. во время издания эдикта, то есть искаженное в Персии несторианами.

Противодействие западных епископов смутило Юстиниана. В 547 году он вызвал в Константинополь Вигилия и многих других западных епископов, надеясь и ух убедить подписать осуждение трех глав. Однако, епископы не соглашались, а Вигилию пришлось содействовать осуждению, когда царица Феодора показала ему подписку при его вступлении на Римскую кафедру. Он составил judicatum на три главы, хитростью склонил подписаться под ним западных епископов, бывших в Константинополе и представил его царю. Но западные епископы, узнав о хитрости, восстали против Вигилия. Во главе их стоял африканский епископ Факунд Гермианский, написавший 12 книг в защиту трех глав. В западных церквах распространялись самые невыгодные слухи на счет папы. Тогда Вигилий попросил у императора обратно свой иудикатум и предложил созвать вселенский собор, определениям которого все должны подчиниться. Юстиниан согласился на созыв собора, но иудикатум не возвратил.

В 551 году император пригласил западных епископов на собор, чтобы склонить их к осуждению трех глав. Но они не поехали, а прибыли немногие, которые все-таки не согласились с эдиктом. Тогда Юстиниан низложил и заточил их, а на их место поставил тех, которые согласились на осуждение трех глав. Затем, в том же 551 г., издав новый эдикт о трех главах, в котором развивалась та мысль, что осуждение трех глав не противоречит Халкидонскому собору, — царь в 553 году созвал в Константинополе пятый Вселенский собор для окончательного решения вопроса о Феодоре Мопсуестийском, блаж. Феодорите и Иве Эдесском.

Ход Собора
На соборе присутствовало 165 восточных и западных епископов. Председателем был Евтихий, патриарх Константинопольский, преемник Мины. Папа Вигилий, находившийся все время в Константинополе, опасаясь противодействия западных епископов, отказался идти на собор и обещал подписать соборные определения после. Отцы собора на нескольких заседаниях читали еретические места из сочинений Феодора Мопсуестийского и все то, что было написано в его опровержение, разрешили вопрос, можно ли осуждать еретиков после смерти, и, наконец, пришли к заключению, согласному с императорскими эдиктами, что Феодор Мопсуестийский действительно еретик несторианин и должен быть осужден. Были также прочитаны сочинения блаж. Феодорита и письмо Ивы. Отцы нашли, что сочинения Феодорита достойны также осуждения, хотя он сам, как отказавшийся от Нестория и потому оправданный Халкидонским собором, и не подлежит осуждению. Что же касается письма Ивы Эдесского, то собор также осудил его, не касаясь самого лица Ивы, собор в этом случае осудил то, что было прочитано им в заседаниях, то есть искаженное несторианами письмо Ивы. Таким образом были осуждены Феодор Мопсуестийский и его сочинения, а также сочинения блаж. Феодорита в защиту Нестория против св. Кирилла и письмо Ивы Эдесского к Марию персу.

При этом собор утвердил вероопределения всех прежних вселенских соборов и в том числе Халкидонского, никаких новых правил составлено не было. Папа Вигилий, во время соборных заседаний, приславший императору свой отзыв против осуждения вышепоименованных лиц, по окончании собора все-таки подписал соборные определения, и был отпущен в Рим, после почти семилетнего пребывания в Константинополе. По дороге, впрочем, он умер. Преемник его Пелагий (555 г). принимал пятый Вселенский собор, и потому должен был выдерживать борьбу против многих западных церквей, не принимавших собора.

Разделение в западных церквах из-за пятого Вселенского собора продолжалось до самого конца VI столетия, когда при папе Григории Великом, наконец, все признали его.

Священномученик Александр Сахаров, пресвитер

Священномученик Александр Сахаров
родился в 1873 году в Санкт-Петербурге в семье полкового священника протоиерея Николая Сахарова. После окончания Санкт-Петербургской Духовной академии Александр Николаевич был рукоположен в сан священника. Был возведен в сан протоиерея. В начале двадцатых годов он служил в храме Михаила Архангела в Санкт-Петербурге.

В 1924 году безбожные власти в Петербурге развернули усиленную борьбу с православными, заключая их в тюрьмы и в концлагеря. Для того чтобы быть арестованным, достаточно было доноса, который почти всегда следовал в то время от обновленцев, внимательно наблюдавших за всеми сколько-нибудь ревностными священниками.

В январе 1924 года в ОГПУ поступил донос, в котором говорилось, что протоиерей Александр будто бы проповедовал с амвона, чтобы верующие не шли за этим правительством, так как советская власть временна, и что со смертью Ленина народ избавился от одного из антихристов.

В начале февраля 1924 года протоиерей Александр был арестован. На допросах он не признал себя виновным, сказав: «Проповеди я говорил почти на каждой службе, но только на евангельские темы, не затрагивая политических вопросов и общественных деятелей. Может быть, кому-либо из слушателей в моих проповедях действительно показалось что-либо антисоветским, но я вас уверяю, что этого не было никогда».

26 сентября 1924 года Особое Совещание при Коллегии ОГПУ приговорило отца Александра к трем годам заключения в Соловецком концлагере. 22 октября он был отправлен в концлагерь, откуда ему уже не суждено было вернуться. Протоиерей Александр Сахаров скончался в Соловецком концлагере 7 августа 1927 года и погребен в безвестной могиле.

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
Просьба о помощи
© LogoSlovo.ru 2000 - 2018, создание портала - Vinchi Group & MySites