Слово как послушание.

Пересвет и Челубей

ПОБЕДА КАК ПОСЛУШАНИЕ

Слово на принесение иконы,
посвященной 700-летию преподобного Сергия Радонежского,
в Красноярскую митрополию. Ноябрь 2014 г.

Вновь и вновь сердечно поздравляю вас, дорогие отцы, братья и сестры, с нынешним замечательным торжеством - принесением в ваш город, в центр митрополии, в Покровский кафедральный собор, иконы преподобного и богоносного отца нашего Сергия, игумена Радонежского и всея России, чудотворца, с частицей его святых, многоцелебных мощей. Вы, конечно же, обратили внимание, что это праздничное событие ознаменовалось у вас, в Красноярске, удивительной особенностью: икона прибыла сюда вчера, то есть в день Димитриевской родительской субботы - день, который самым непосредственным образом связан с именем преподобного Сергия.

Да, сегодня богослужебная практика подразумевает поминовение в Димитриевскую субботу всех вообще от века усопших православных христиан. Но установлено оно было, как известно, святым Димитрием Донским (почему и приходится на последнюю субботу перед днем тезоименитства благоверного великого князя - днем памяти великомученика Димитрия Солунского) и посвящалось вначале исключительно воинам, отдавшим свои жизни за веру и Отечество на Куликовом поле. А мы знаем, что победа там была одержана благодаря Преподобному, его благословением - и верующее сердце в этом никогда не сомневается!

Однако для людей, которые привыкли мыслить рационально, опираться на факты, для тех же ученых-историков, например, и вообще для людей неверующих благословение Преподобного само по себе вовсе не является основанием, чтобы считать его причастным к победе в Куликовском сражении. Но все дело в том, что церковное благословение, как правило, сопровождается предметным, вещественным подтверждением. Именно таким подтверждением явились иноки Пересвет и Ослябя, которых авва Сергий послал с великим князем Димитрием на Куликово поле. Они отправились туда, чтобы поддерживать боевой дух в русском воинстве. И мы сегодня, вспоминая это событие, можем смело оперировать фактом участия в битве Пересвета и Осляби как доказательством, что победа над ордой принадлежала Преподобному. И чтобы не было сомнений, давайте уточним, как разворачивались события.

Когда на Куликовом поле сошлись два воинства - русское и монголо-татарское, - от мамаевского полчища отделился богатырь. Челубей. Он вышел для того, чтобы вызвать из русских рядов воина для поединка один на один.

Челубей был человеком страшного, ужасающего вида. Он обладал невероятной физической силой, огромными ростом и весом. Кроме того, был известен как непревзойденный единоборец. Он уже не одну победу одержал в подобных поединках, потому что такая схватка один на один перед битвой являлась тогда традиционной. И этот поединок, как правило, имело самое принципиальное значение для предстоящего сражения. Кто побеждал в единоборстве - оказывал огромную психологическую помощь своему воинству; проигравший же, наоборот, ввергал соратников в нерешительность и малодушие. Надо ведь еще иметь в виду, что люди в древности были гораздо более религиозными, чем сейчас (независимо от того, являлись ли они православными христианами, или язычниками), и исход предварительной дуэли представлялся им неким знаком свыше на результат предстоящей битвы. Так вот, Челубей был непобедим!

Он славился как очень искусный воин. Многие историки сейчас считают, что он использовал одну воинскую хитрость: копье его было примерно на метр длиннее обычного боевого копья. Это, конечно, становилось удобным (и вообще возможным) благодаря еще и его огромной силе, поскольку более длинное копье тяжелее и, чтобы держать такое оружие и сражаться им, нужна просто элементарная физическая способность.

И вот этот воин вызывал на поединок русского богатыря! Стоит ли удивляться, что никто из нашего воинства не решался выйти ему навстречу... Увы, битва грозила прекратиться, еще не начавшись. Наши богатыри готовы были отступить, даже не приступив к сражению! Надо учитывать еще и внутреннее состояние наших предков: это были люди, которые 200 (!) лет прожили под монголо-татарским игом! Все они родились в то время, когда Русь платила дань орде. Они все платили - и отцы их платили, и деды их платили. А орда считалась непобедимой. Уже встать против нее представлялось немыслимым! Поэтому многие соотечественники, современники Димитрия Донского и посчитали, что войско его идет на верную гибель...

И действительно - Челубей вел себя, в буквальном смысле, как библейский Голиаф: он не просто вызывал соперника - он насмехался, глумился над русским воинством, оскорблял и поносил наших богатырей. Однако его поведение, казалось, останется безнаказанным: русские бойцы проявили тогда не то, что нерешительность, но даже и малодушие... Хотя, разумеется, среди них были не только рядовые воины - там собрались люди, которых сегодня мы назвали бы профессиональными военными, в том числе и выходцы из княжеских родов, которые с детства учились боевому искусству - учились фехтованию, верховой езде, стрельбе из лука и прочим воинским навыкам. Были люди нехилые, небезобидные и немелкие... Служившие в личной охране князей, прошедшие отбор для постоянных специальных боевых назначений. Настоящие богатыри! Но - никто не решился...

И тогда навстречу Челубею выехал преподобный Александр Пересвет.

Мы должны понимать, дорогие отцы, братья и сестры: своих иноков преподобный Сергий послал не для того, чтобы они сражались и проливали кровь. Он не давал Димитрию Донскому еще двух солдат - потому что к многим тысячам, десяткам, сотням тысяч богатырей прибавить еще двух - это значит ничего не изменить, ни прибавить, ни отнять... Но Преподобный давал именно зримый, вещественный знак своего (а значит и Божия) благословения! Он давал залог того, что его молитва пребывает с этим воинством...

Мы знаем, что оба они - и Пересвет, и Ослябя - принадлежали к старинным княжеским фамилиям, что они в прошлом наверняка умели держать в руках оружие. Есть предположение, что Пересвет участвовал в походах и боях. И из этого можем делать вывод, что и в монашество, в Сергиеву обитель он пришел по причине усталости и неприемлемости для себя такого существования - по всей видимости, он устал проливать кровь, устал быть источником насилия, устал постоянно наблюдать жестокость и смерть. И уж конечно он ушел в монастырь не для того, чтобы вновь браться за оружие и возвращаться к войне...

Мы знаем еще, что накануне похода преподобный Сергий постриг их обоих в великую схиму. Это тоже означает, что они отправлялись не для боя. Не для кровопролития. Ибо схимник есть человек, который посвящен исключительно молитве...

Да, мы не знаем, что Преподобный сказал им перед отъездом. А он не мог отпустить их молча - он дал какое-то наставление, какие-то слова для них он произнес! Однако, в любом случае, им дано было послушание - как и всякому монаху. И не трудно предположить, что послушание это заключалось в поддержании боевого духа наших богатырей... Так вот: в ситуации, с которой столкнулся преподобный Александр Пересвет, исполнить свое послушание он мог только одним способом - выйти на верную смерть.

Почему на смерть? Да потому что, не будучи номинально воином, не готовясь к схватке с врагом, к кровопролитию, он, очевидно, даже не умел на себе доспехов. На нем не было кольчуги, у него не было щита - он оказался совершенно беззащитным перед противником. Но именно это сыграло роковую для Челубея - и победоносную для нашего богатыря - роль. Ибо на огромной скорости пронзившись копьем ордынца, он смог добраться до своего врага. Оружие монголо-татарина прошило мягкие ткани человеческого тела - тела Пересвета - и позволило иноку на скаку поразить Челубея своим более коротким копьем. Мало того, русский единоборец сбросил супостата с седла, а сам, уже будучи пронзенным, остался на коне и доехал до рядов нашего воинства. А победителем в подобном поединке считался даже не тот, кто просто выживет, но тот, кто останется в седле...

Поэтому Пересвет, выходя на бой, выходил именно на смерть. Он знал, кто такой Челубей, знал, какое у него копье, знал, что совершенно беззащитен, и знал, что только этим способом - ценой своей жизни, отложив кольчугу и щит - он сможет уничтожить врага.

Но у него не было выбора. Поскольку поддержать боевой дух наших богатырей в той ситуации оказалось возможным только вот так: выйти и ценой собственной жизни поразить противника. И он это сделал.

Он поступил не как смертник - он всего лишь проявил подвиг монашеского послушания. Потому что жизнь свою положил за други своя (Ин. 15, 13), потому что исполнил благословение Преподобного - поддерживать боевой дух войска. Он знал, что эта битва должна быть выиграна - ибо Преподобный так благословил! И если русские сейчас отступят, даже не приступив к сражению, окажется попранным и посрамленным благословение Преподобного! Будет посрамлено и само имя Христово и Православная вера! Он как монах не мог этого допустить... Он выехал и погиб.

И вот этот поединок, этот поступок преподобного Пересвета принес победу нашему воинству. Именно это - прежде всего! Почему?

Да потому что - как себя должны были чувствовать русские богатыри, профессиональные воины, нехилые и небезобидные, когда они увидели: навстречу этому страшному монголо-татарину выехал беззащитный монах?! Выехал - и погиб. И собственной жизнью уничтожил врага... Конечно, это был неописуемый стыд. Великий срам. И вздыбившаяся жажда искупить свою вину перед этим погибшим монахом. И перед преподобным Сергием! Перед Христом, Которому они молились и с именем Которого вышли на поле брани... И нет ни малейшей возможности нам сейчас измерить всю величину, глубину и силу той благородной ярости, которая овладела русским воинством! Они все возжелали ринуться на врага, и пронзиться его копьями, и похоронить его под своими телами!

Они смяли орду, рассеяли ее, обратили в бегство и многие, многие километры преследовали убегавших монголо-татар, и, как говорит летописец, многих и многих "избили" во время этого погони.

Вот почему, дорогие отцы, братья и сестры, вспоминая сегодня то событие и анализируя сведения, которые, так или иначе, из разных источников дошли до нас, мы можем делать вывод, что Куликовское сражение, великое Мамаево побоище принадлежало Преподобному. Конечно, вряд ли это было главным деянием аввы Сергия, как многие сейчас утверждают. Потому что битва на Куликовом поле и победа в ней все-таки не являются уникальными для нашей славной истории - Русская земля знает не мало подобных сражений, судьбоносных, победами в которых Россия оставалась Россией, народ наш сохранял национальную самобытность и продолжал свое бытие. Не будь этих побед, может, и исчезло бы с лица земли Русское Отечество... Таковыми явились и Ледовое побоище, и Бородинское сражение, и целый ряд битв Великой Отечественной войны, начиная со схватки за Москву...

Но если Куликовская битва и не стала уникальной, хотя и была всегда одной из самых славных страниц нашей истории, то преподобный Сергий - уникален. И для нашей Церкви, и для вселенского Православия. Причем победа на Куликовом поле - одно из главных проявлений его уникальности. Его значения для нашей земли, для нашей Церкви и для всего христианства.

Верующее русское сердце в том не сомневается. Но даже и разум неверующего, рационалистически настроенного ученого-историка сегодня располагает самыми вескими основаниями, дабы вполне отчетливо понимать: эта победа достигнута благодаря благословению и молитвам преподобного аввы Сергия. Игумена Русской земли.

Иеромонах СЕРГИЙ (Родченко).

Произнесено за поздней Божественной литургией
в Покровском кафедральном соборе г. Красноярска
2 ноября 2014 г.

https://vk.com/id244453722

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
Просьба о помощи
© LogoSlovo.ru 2000 - 2017, создание портала - Vinchi Group & MySites