"Это будет не война, а казнь народов за их гнилое состояние.."

БЛАЖЕННАЯ АЛИПИЯ КИЕВСКАЯ (ГОЛОСЕЕВСКАЯ)
«Это будет не война, а казнь народов за их гнилое состояние. Мертвые тела будут лежать горами, никто не возьмётся их хоронить. Горы, холмы распадутся, сровняются с землею.
Люди будут перебегать с места на место. Будет много безкровных мучеников, которые будут страдать за Веру Православную».
«Война начнется на апостолов Петра и Павла. Будете лежать: там рука, там нога. Это случится, когда вынесут труп»
Из предсказаний матушки Алипии
Блаженная старица Алипия (1910-1988)
БЛАЖЕННАЯ АЛИПИЯ КИЕВСКАЯ (ГОЛОСЕЕВСКАЯ)
В средине 80-х годов две киевлянки услышали от старца Троице-Сергиевой Лавры: "Зачем вы приехали ко мне, когда у вас в Голосееве, в Киеве, пламенеет такой столп!"Почти все биографические сведения о ней носят лишь приблизительный характер, почерпнуты из того немного, что иногда она о себе рассказывала. Год её рождения теперь указывают как 1910-й. Но в некоторых жизнеописаниях можно встретить и 1905-й, и 1908-й.
Свою жизнь матушка Алипия прожила без паспорта и без прописки. Своего крова, жилья надёжного никогда не имела. Фотографировать себя не разрешала. Этим объясняется столь малое число её изображений – буквально считанное количество. Сохранилось ещё несколько мгновений кинохроники…
Она – наша современница. Из земной жизни матушка Алипия ушла 30 октября 1988 года. Ею были предсказаны Чернобыльская беда, филаретовский раскол (за пять лет до события) и времена, кажется, новых чудовищных испытаний; предсказана война. Матушка Алипия принадлежит к подвижникам благочестия скорбного периода в истории нашего отечества, когда глубина подвига верных заключалась в сердце их. Она в молчании несла свой крест, но то, что нужно нам знать о ее многотрудной жизни, о ее подвигах, она открыла. Сколько подвигов несла она: подвиг молитвы – с детства читала Псалтирь, до глубокой старости знала почти все псалмы наизусть; подвиг странничества – пешком прошла многие святые места; подвиг исповедничества – 10 лет тюремного заключения за веру православную; подвиг столпничества – жила в дупле дерева; и, как венец – подвиг юродства во Христе. Дух Божий созидал в ней нового человека, и он утверждался великими дарованиями: у матушки был дар прозрения чужих мыслей, дар откровения о происходившем вдали и о будущем, дар исцеления.

Родилась она в Пензенской губернии, в православной мордовской семье Авдеевых. При крещении ей было дано имя святой мученицы Агафьи, икону которой всю жизнь носила у себя на спине.
Матушка Алипия была уроженкой Мордовии, родители ее – Тихон и Васса Авдеевы. В Святом Крещении наречена она была Агафией.Отец блаженной, Тихон Авдеев, был большим постником: ко время постов он ел только сухари и пил отвар из соломы, а ее мать Васса отличалась сострадательностью к страждущим, нищелюбием и смирением: она любила раздавать милостыню и подарки руками дочери. Эти добродетели унаследовала и матушка: до конца своих дней хранила строгий пост, утешала страждущих и обременных различными скорбями и недугами, укрепляла, исцеляла, помогала во всех духовных и житейских нуждах. Отца и мать она любила горячей, благодарной любовью: сама всю жизнь молилась о них и духовным детям и почитателям заповедала постоянно поминать рабов Божиих Тихона и Вассу, а также Павла, Евфимию, Сергия и Домну (своих дедушек и бабушек).

Избранничество и духовные дарования блаженной проявились очень рано. Родители Агафии очень любили молиться не только дома, но и в храме Божием. Они часто оставляли маленькую девочку дома одну и уходили на службу, с младенчества приучая ее к уединению. Послушное дитя нисколько этим не тяготилось, уже тогда находя утешение в молитвах. Кроме этого, девочка внимательно наблюдала за теми, кто шел в храм. Ее чистому духовному взору было открыто: кто идет в церковь молиться, а кто идет в дом Божий, как на базар.

Неизвестно, где матушка получила образование: в гимназии или в начальной, возможно, даже церковно-приходской школе. Молитвослов и Псалтирь читала на церковнославянском языке. Даже будучи очень юной, она, приходя к кому-то в гости, не участвовала в разговорах, а раскрывала Псалтирь и садилась в укромном уголке.
.Революция
Октябрьский переворот 1917 года безжалостно перевернул и ее жизнь: карательный отряд красноармейцев ворвался в дом Авдеевых и расправился с хозяевами. Агафия чудом осталась жива: она в это время отлучилась к соседке. Вернувшись домой, девочка ншла расстрелянные тела своих родителей. Несмотря на глубокое горе, отроковица не дала волю чувствам и сама прочла над убиенными Псалтирь. Сироту приютил у себя родственник, но вскоре солдаты Первой конной армии С. М. Буденного забрали ее с собой. Однако Господь сохранил жизнь Своей избранницы: Буденного тронули слезы девочки, и он велел ее отпустить.
Испытания
Трагическая смерть родителей и последующие испытания произвели в душе Агафии окончательный перелом: она взяла свой крест и последовала за Христом, готовая претерпеть за Него все, даже мучительную смерть. Немногословная от природы, она стала совсем молчаливой и полностью ушла в молитву. Богобоязненная с детства, девушка начала постоянно посещать храм Божий (особенно любила молиться в пензенской церкви Жен-мироносиц). Странницей она посетила множество святых обителей, которые в на-чале 1920-х годов чудом сохранились от разорения. Жила тем, что Бог пошлет, ночевала под открытым небом; часто нанималась на поденную работу, чтобы иметь кусок хлеба и крышу над головой.
Жестокие испытания не ожесточили ее милосердного сердца, а сделали его еще более милосердным. Безграничное людское горе подвигло девушку постоянно молиться о страждущих и несчастных и помогать им чем только можно. Скитальческая жизнь научила ее быть благодарной Богу и людям за малейшее добро: за прожитый день, за спокойную ночь, за глоток воды, за крохи от чьей-то трапезы, за доброе слово и приветливый взгляд. Этот дар благодарной любви матушка пронесла через всю свою жизнь и умножила его многократно. Уже став известной прозорливой старицей, она умела отблагодарить человека даже за добрую мысль о себе.

Тюремное заключение

Многие святыни посетила тогда странница Агафия, многих угодников Божиих повидала. Странствовала по святым местам. Рассказывая о чём-то, матушка Алипия называла себя в мужском роде: «Я всюду был: в Почаеве, в Пюхтице, в Троице-Сергиевой Лавре. Три раза в Сибири был. По всем церквям ходил, подолгу жил, меня всюду принимали». Вспомним, что между Пюхтицким Успенским монастырём в Эстонии и Сибирью тысячи километров… А особенно полюбила святыни киевские – великую Лавру, третий удел Божией Матери на земле. Лютые гонения обрушились в это время на нашу землю. "Хлебной житницей и житницей священномучеников" названа Украина в "Акафисте мученикам Российским". Обычно о подробностях её не расспрашивали, и вот почему: «в присутствии матушки царила такая благоговейная тишина и так было с нею хорошо, что боялись эту тишину нарушить Но другим людям она сообщила и подробности На юге, "под Одессами", как говорила мать Алипия, пришлось пострадать и ей. Рассказывала она, что долго сидела в тюрьме: «Толкали меня, били, допросы делали…» Её морили голодом... : «Однажды её арестовали и посадили в общую камеру.Ее бросили в камеру к уголовникам. Она сказала им: "Не подходите!" – и стала горячо молиться. И никто не посмел к ней приблизиться. Охранник прильнул к глазку и замер: стоит арестантка, крестится, а над головой у нее ореол. В тюрьме, где она содержалась, было много священников. Каждую ночь 5-6 человек уводили безвозвратно. Наконец, в камере осталось только трое: один священник, его сын и матушка.
Священник сказал сыну: «Давай отслужим по себе панихиду, сегодня нас к рассвету заберут»... А матушке сказал: «А ты сегодня выйдешь отсюда живая».
В той тюрьме существовала пытка под названием "машинка". Жертву вводили в комнату с двумя дверями. Одна вела на волю, другая в подвал, предстояло правильно выбрать.
Неизвестно, одолела ли матушка испытание, толкнула ли счастливую дверь, но очутилась она на свободе. "Разрешителем от уз" матушка почитала апостола Петра и особо почитала его всю жизнь. Отслужили панихиду, отпели себя отец и сын и ночью их увели навсегда…» Матушка Алипия рассказывала, что спас её апостол Петр – отворил дверь и провёл мимо всех охранников через чёрный ход, велел идти вдоль моря. Она шла, не отклоняясь от береговой линии, «без пищи и воды одиннадцать суток. Лезла по отвесным скалам, обрывалась, падала, поднималась, снова ползла, раздирая до костей локти. На руках у неё остались глубокие шрамы…» Полагают, что именно в то время она и посетила старца иеросхимонаха Феодосия (Кашина; 1841-1948), жившего в горах под Новороссийском. Она говорила: «Я у Феодосия был, я Феодосия видел, я Феодосия знаю». Полагают, что тогда же чудотворец Феодосий благословил её на подвиг юродства.

Как и где она училась, - сведений нет. Но она хорошо читала по-церковнославянски и по-русски, иногда говорила и молилась на мордовском языке.
Во время войны Агафья Тихоновна Авдеева побывала на принудительных работах в Германии. Её келейница Марфа вспоминала: «Рассказала мне матушка, что когда она была на работах в Германии, то по ночам читала Псалтирь за женщин, у которых дома (на родине) остались дети или больные старики, и выводила их за колючую проволоку и они благополучно уходили домой. Ушла и сама матушка ещё до окончания войны, перебралась через линию фронта и пешком пошла в Киев...»


Сказывают, что во время оккупации она многих людей из концлагеря вывела. Маленькая, незаметная, могла она проникнуть туда, кому другому вход был бы закрыт, да, видимо, и сам апостол Петр помогал ей проникать в темницы и спасать людей.
Киево Печерская лавра
В Лавре
Незадолго до Великой Отечественной войны пришла странница Агафия в богоспасаемый град Киев. На Руси нет простых выходов из ловушек истории. Киево-Печерская лавра, после разгрома в 1920-е, ожила осенью 1941-го, при немцах. Гитлеровские власти открывали храмы, конечно, не из тайных симпатий к исторической России, но из ситуативной конъюнктуры, желая предъявить населению плюсы нового миропорядка, противопоставляя его большевистским установкам.

В храмах Киево-Печерской лавры вновь зажглись лампады, возобновились богослужения, привлекая уцелевших подвижников благочестия, прошедших через аресты, ссылки, лагеря. О своём пребывании в Киево-Печерской лавре матушка Алипия рассказывала: «В Лавре я был 20 лет. Три года в дупле сидел, холодно было, снег заметал, голодный был, но я всё терпел». Двадцать лет – это именно те годы, когда лавра была открыта, с оккупационного 1941-го по хрущёвский март 1961-го.

Духовником-наставником Агафьи Тихоновны стал о. Кронид (в миру Кондрат Сергеевич Сакун; 1883-1954; с 1945 года архимандрит, с 1947 – настоятель Лавры). В свой час о. Кронид постриг Агафью в монашество с именем Алипия – в честь преподобного Алипия Печерского.

. Она всю жизнь сохраняла приверженность отцам Печерским: "Я – лаврская монахиня".
По воспоминаниям, относящимся к 1947 году, матушка Алипия была худенькой, стройной, аккуратно причёсанной. Её длинные каштановые волосы были заплетены в косу вокруг головы «корзинкой». Все называли её Липа, жила она «в овраге за лаврской оградой прямо под открытым небом… У Липы был необыкновенно глубокий, чистый, теплый, ласковый, любящий взгляд светло-серых очей, которые делали её молодой, преображая до девочки-подростка… В простой, скромной одежде, она была всегда аккуратной, чистой. От неё не исходило никакого неприятного запаха, какой бывает обычно от людей странствующих, ночующих на вокзалах, долго не моющихся».

Духовный отец благословил матушку подвизаться в дупле дерева по примеру древних подвижников. У подошвы ближних пещер стоял гигантский дуб, в котором отныне поселилась матушка Алипия. Претерпевая в древесной пещерке голод и холод ради Христа, протянула она живую ниточку к Святой Руси. Ничего своего она не имела. Не менее поражало наблюдавших за нею, что жила она в дупле, в котором не подняться в рост, около которого в снежные морозные ночи выли голодные собаки. Приходил отец Кронид, приносил сухарей в мантии. Высыплет у дупла и уйдет – строгий был, поблажек не давал. Если трудно, благословлял читать сорок раз "Живый в помощи".

"Как засыплет снегом – холодно, зуб на зуб не попадает, – вспоминает матушка. – Пойдешь к монахам, какой даст хлебца, а какой и выгонит". В сильные морозы ее пускал в сенцы схиигумен Агапит. "Согрелась? Теперь спасайся иди", – и она уходила. Когда архимандрит Кронид почил о Господе, схимонах Дамиан благословил матушку переселиться поближе к людям.

Мать Алипия поселилась в земляной пещерке, жила на подаяние. И вот опять ее забрали в тюрьму – за отказ работать на Пасху. Памятью об этом узилище остался беззубый рот и согбенная спина. Выпустили матушку, когда уже разогнали твердыню Печерскую. Мать Алипия поселились на Демеевке (в тихом районе Киева, где была незакрытая церковь Воздвижения Креста Господня). Мальчишки дразнили ее, швыряли камнями, она же все терпела и молилась. А потом по благословению свыше перебралась в Голосеевский лес. Располагается он на окраине Киева, устроены были здесь лаврские скиты – пустыньки. Эти места освящены именами старца-девицы Досифея, благословившего на монашество преподобного Серафима, блаженных Паисия и Феофила. Здесь подвизался утешительный старец иеромонах Алексий (Шепелев), а также иеросхимонах Парфений Киевский. Поселилась матушка в заброшенном полуразрушенном домике и жила там до самой смерти, не имея ни прописки, ни паспорта. Милиция неоднократно пыталась "разобраться" с матушкой, но Господь хранил ее, и выселить ее из Голосеева не удалось.
Блаженная Алипия(Голосеевская)
В это время матушка Алипия вышла на служение людям в подвиге юродства. Ходила она в плюшевой кофточке, в детском капоре или в шапке-ушанке, на спине таскала мешок с песком, а на груди – большую связку ключей: грехи духовных чад, которые матушка брала на себя, вешая в знак этого новый ключик.
… Многие не могли понять ее странные, обрывочные фразы, предупреждающие о большой беде: «Под землей горит, горе идёт», считая, что матушка знать не знала таких слов как «реактор», «радиация», «излучение». Думается, однако, что все она знала прекрасно..

Очень немногие земные обитатели доходят до узких врат тесного жития, где оставляют все земное и преступают таинственный порог Вечности, познав истинно духовную жизнь, постигнув сокровенные тайны бытия, ибо, как говорится в Евангелии, «Много званных, но мало избранных» (Мф.20, 16).
Зная об этом, монахиня Алипия всю жизнь трудилась смиренно и терпеливо, в скорбях и самоуничижении. Господь даровал ей познать сокровенную тайну молитвы, угодной Ему, и матушка познала этот щедрый дар опытно. Живя во плоти на грешной земле, духом она обитала на Небесах, уже здесь носила в себе просветленный образ Божий. Ощущая эту сугубую благодать, к ней с верой в молитвенную помощь притекали все, кто чаял исцеления и вразумления. Поэтому, несмотря на стремление к уединению, старица самоотверженно взяла на себя трудный подвиг отеческого окормления, понимая, как нужна этим безпомощным овечкам стада Христова неоскудевающая духовная поддержка, чтобы не сбиться с истинного пути, ведущего к спасению. Ей все время приходилось бывать на людях, вразумляя и наставляя их.
Благодатным даром, которым наделил Господь монахиню Алипию, был также и дар предвидения грядущих событий. Матушка оставила много предсказаний, которые бережно хранятся ее чадами, передаваясь из уст в уста. Многие из них уже исполнились, некоторым предстоит сбыться.

Одно из самых важных предсказаний блаженной касалось великого бедствия, которое непосредственно коснулось Церкви: душепагубного филаретовского раскола, происшедшего в 1992 году. Матушка неоднократно всенародно изобличала бывшего Предстоятеля нашей Церкви Филарета (Денисенко), который в ту пору был еще Киевским Митрополитом и власть которого казалась непоколебимой. Железной рукой вел он Церковь к погибели, но даже благочестивые священнослужители, для кого не составляли секрета грубейшие нарушения Уставов, допускаемые им, не смели думать о публичном осуждении и безропотно терпели повсеместные кадровые злоупотребления, всесильную Евгению Родионову и многое другое.

Матушка же за свои нелицеприятные высказывания была жестоко гонима, но обличать все равно не переставала. Так, в воспоминаниях многих чад содержится свидетельство того, как отреагировала прозорливая старица на увиденную ею фотографию Филарета, о котором она тотчас категорически сказала: «Он не наш». Находившиеся рядом с ней люди, думая, что матушка просто не знает Предстоятеля в лицо, стали настойчиво разъяснять ей, что это Митрополит, но она повторила еще раз: «Он не наш». Спорить было безполезно, и многие смирились, не поняв смысла её слов и восприняв их как одну из странностей матушки. Когда же, через четыре года после ее кончины, Церковь потряс сокрушительный раскол, все стало на свои места. Было ясно, что матушка наперед предвидела это скорбное событие и предупреждала о нем верных, а чтобы достучаться до их сердец, облекала свой протест против недостойного архиерея в своеобразную, порой весьма эпатажную форму
Филарет-раскольник
Она повторяла свои обличения неоднократно. Надолго запомнилось прихожанам Демиевского храма Вознесения Господня, как однажды, во время пышной архиерейской службы в храме, она громко воскликнула: «Славен, славен, а мужиком умрешь». Разумеется, за свою дерзость она тотчас была изгнана. Но это нисколько не испугало подвижницу, и она продолжала обличать недостойного архиерея..

Так, по воспоминаниям чад, просивших не указывать их имен, когда ей показали журнал, в котором была большая фотография Денисенко, матушка схватила этот журнал, двумя пальцами ткнула в глаза на фотографии и возвысила ла голос: «У-у-у вражина, сколько горя людям ты принесёшь, сколько зла наделаешь! Волк в овечью шкуру залез! В печку его, в печку!». Затем скомкала журнал и действительно отправила его в печь. Собравшиеся растерянно молчали, не зная, как им реагировать на подобное. Лишь одна из находящихся рядом женщин, набравшись смелости, робко спросила: «А что же будет?» Матушка приветливо улыбнулась и сказала с непередаваемой детской радостью: «Владимир будет, Владимир!».

Вспомнив во время раскола об этом знаковом событии, чада матушки без малейших сомнений и колебаний последовали за Блаженнейшим Митрополитом Владимиром, на которого указала матушка за полтора до своей смерти. Их доверие к блаженной старице не было посрамлено. А расстрига Филарет покрыл себя несмываемым позором.
[U]Матушка спасала свой город, молитвенно ограждала его от пагубы, обходила, как крестный ход совершала. Перед Чернобыльским взрывом она несколько дней кричала: "Отец, не надо огонь. Отец, зачем огонь? Тушите ради животных, ради малых детей". Поливала водичкой: "Девки, земля горит". Падала на запад солнца и молилась: "Матерь Божия, избавь нас от газа".

чЧернобыльская катастрофа
Предсказала матушка и грядущую Чернобыльскую катастрофу. Не она ли была тем праведником, ради которого Господь уберег Киев от радиационного облака, определив ему иное направление? Незадолго до чернобыльской катастрофы матушка Алипия стала предлагать к столу кагор с пепси-колой. Знаменитые голосеевские застолья (на улице стояли дощатые столы, ежедневно собиравшие по десять-пятнадцать человек) стали как бы защитой от разлитой в воздухе пагубы. Все угощенье у голосеевской подвижницы было намоленное. Для старицы было важно, кто принес кушанье, чьи руки прикасались к пище, через чье сердце прошло приношение. Принимала она не у всех. "Вам надо подровняться духом", – бывало, скажет матушка, опустится на коленочки, пропоет свои сильным голосом "Верую", "Отче наш", "Помилуй мя, Боже". Прекрестит стол: "Кушайте", а сама ложится на скамейку, отдыхает. Порции благословляла огромные, и все надо было непременно съесть. "Сколько осилишь, настолько я смогу тебе помочь", – и люди с тяжелейшими болезнями исцелялись у ее стола. Многие не могли понять ее странные, обрывочные фразы, предупреждающие о большой беде: «Под землей горит, горе идёт», считая, что матушка знать не знала таких слов как «реактор», «радиация», «излучение». Думается, однако, что все она знала прекрасно, ибо ей открывались духом такие небесные выси, такие инфернальные глубины, что осмысливать ее слова, постигая их сокровенный смысл, мы будем еще не одно десятилетие. Да и следует помнить, что институт ядерных исследований с постоянно действующим реактором, где проводились популярные в то время эксперименты по расщеплению атома, находился в непосредственной близости с Голосеевским лесом и вряд ли матушка оставалась в неведении относительно его вредоносной деятельности. Чернобыль
Говорить же о том, что «горе идёт», она начала ещё зимой, задолго до трагедии 26 апреля. В тонком сне она видела, как людей бросают в автобусы и вывозят, как гибнет безсловесная скотина, покрываются смертоносной пылью поля. Известно, что ранней весной приснопамятного года она не давала благословения чадам на высаживание картошки и овощей на приусадебных участках. А за день до аварии ходила по улице и взывала молитвенно: «Господи! Пожалей младенцев, пощади народ!»

Затем, когда уже ничего изменить было нельзя, взяла свою котомку и крестным ходом обошла Киев, вымаливая таким образом его жителей и ограждая их от разрушающегого воздействия радиации. Всем, кто в состоянии большой тревоги приходил к ней в тот день, настоятельно советовала: «Плотно закрывайте двери и окна, будет много газа».

После Чернобыльской катастрофы многие в чрезвычайном волнении спрашивали матушку, нужно ли уезжать из Киева, на что она категорически отвечала: «Нет, ни в коем случае». Встречавшаяся с монахиней Алипией в это время раба Божия Раиса вспоминала: «Когда рванул Чернобыль, мы приехали к ней, – испросить благословение: мы хотели уезжать в Россию. А она не благословила. «Нет, не надо уезжать, здесь кусочек хлебушка вам дадут. Сюда будут идти».
На вопрос, как поступать с овощами и фруктами, подвергшимися пагубному воздействию радиации, вразумляла: «Хорошо вымойте, прочитайте «Отче наш» и «Богородицу», перекрестите и ешьте». И действительно, те, кто с верою и молитвой употреблял в пищу зараженные радиацией продукты, оказались невосприимчивыми к вредоносному воздействию радиации. Даже в Страхолесье живут и молятся люди, над которыми Сам Господь простер Свою Десницу.

Из уст в уста передаются и грозные предсказания блаженной о грядущей войне. В то время, когда они делались, даже самые преданные чада матушки с трудом могли представить даже гипотетическую возможность подобного. Но все меняется. Современная нам действительность настолько жесткая и непредсказуемая, что люди перестали удивляться чему бы то ни было. Сейчас уже настолько очевидно, что все, о чем говорила матушка и во что невозможно было даже поверить, сбывается в наше время.

Не используя мудреных фраз, она предупреждала нас о глобализме, вследствие чего «люди будут перебегать с места на место», и о том, что «государства по деньгам различаться будут». И особенно таинственными были ее высказывания о войне, неизбежность которой она связывала с повсеместным падением нравов.«Это будет не война, а казнь народов за их гнилое состояние. Мертвые тела будут лежать горами, никто не возьмётся их хоронить. Горы, холмы распадутся, сровняются с землею Своих людей Господь до смерти не допустит, верных будет держать на одной просфоре". ». Невольно вспоминаются произнесенные непосредственно после Великой Отечественной слова прп. Феодосия Кавказского, с которым блаженная имела общения, о том, что грядущая война будет намного страшнее и кровопролитнее пережитой.
Говоря о алчности и стяжательности, овладевшими человечеством, матушка неоднократно подчеркивала: «Вот вы ссоритесь, ругаетесь за квартиру, расходитесь… А настанет такое время, когда будет очень много пустых квартир, да в них некому будет жить». Удивительно было слышать подобные откровения из уст бездомной странницы, всю свою жизнь не имевшей собственного жилища.
Предсказала она и грядущее гонение на Церковь: «Будет много безкровных мучеников, которые пострадают за Веру Православную». И все то, что невозможно было представить еще несколько лет назад, сбылось на наших глазах, когда раскольники захватывали православные храмы, изгоняли священников, избивали прихожан. Но особенный размах это постыдное явление обрело сейчас.
современные гонения на УПЦ МП
О жестокости и безсмысленности этой кровопролитной войны она также передупреждала со свойственной ей иносказательностью: «Будете лежать: там рука, там нога». Сколько погибших разбросано сейчас в Донецких степях! И конца войне до сих пор не видно…
Неоднократно матушка предупреждала: «Когда едешь в Киеве по Крещатику, – молись, потому что он провалится». Нужно ли говорить, что после Майдана это предсказание обрело особый, пронзительный смысл? А если вспомнить, что земли-то под Крещатиком давно нет (ее выгребли во время реконструкции площади, настроив под землей множество модных бутиков, злачных мест, банковских отделений), то ощущение близости к преисподней усугубляется…

Предсказывала матушка и грядущий голод, когда земля не даст плодов своих. Но людей обнадеживала: «Из Киева не уезжайте – везде голод будет, а в Киеве хлеб есть».

Матушка особо подчеркивала, как важно будет в годы гонений иметь свой хотя бы крошечный, участок земли, и тем, кто имел дома, землю, домашний скот запрещала продавать, указывая на то, что хозяйство в условиях выживания сможет еще пригодиться.На вопрос когда же наступит это страшное время? Матушка Алипия показывала полпальчика и говорила: «Вот сколько времени осталось, а не покаемся, так и этого не будет…».
Почти постоянно, а за несколько лет до кончины – особенно настойчиво предсказывала блаженная грядущее возрождение Голосеевской обители. Сестры Флоровского монастыря отчетливо помнят, как она неоднократно говорила: «Девки, смотрите: тут ещё будет монастырь и служба…»

В это было чрезвычайно трудно поверить, однако уже в 1993 году в разоренной Голосеевской пустыни, где камня на камне не оставалось от былого величия, начались богослужения. Сначала они проходили на улице, затем, когда была восстановлена домовая церковь, в храме. Несмотря на огромные трудности и трудовые послушания, в обители проводились ночные богослужения, на которые мы неоднократно приходили. Служили при свечах, и благодать была неописуемой. А утром, после непродолжительного сна, братия расходились на послушания. В тот же год в праздник Великого равноапостольного князя Владимира был прославлен в лике святых преподобный Алексий Голосеевский, которому неопустительно молилась блаженная старица.

Многих своих чад она посылала во Флоровский монастырь, благословляя заказать молебен еще не прославленной в те годы подвижнице благочестия инокине Елене. «Там есть монахиня святая, – говорила она, — на территории монастыря похоронена, ей помолитесь.
Так матушка Алипия предсказала еще в то далекое теперь уже время, что инокиня Елена будет причислена к лику святых. И, конечно, таким образом Матушка хотела скрыть силу своих собственных молитв и прославить угодницу Божию инокиню Елену.
Еще один рассказ : приехала к матушке жена священника, которая всю жизнь и еще до замужества мечтала о монастыре, теперь, когда все ее дети выросли (и трое из них уже стали священниками), мысли о монастыре к ней опять вернулись. И вот она поехала в Киев, чтобы спросить об этом матушку Алипию. Когда они с дочерью пришли в Голосеевскую пустыньку и вошли во двор, они увидели во дворе домика дремлющую матушку Алипию. Стали дожидаться, когда она проснется. Долго ждали, решили уже уходить, и вот, когда они уже подошли к воротам, старица вдруг вскочила, преградила путь своим гостям, а перед той, которая выбирала для себя новый путь жизни, опустила длинную жердь на ворота – это был безмолвный ответ на ее вопрошание: нет ей пути в монастырь. Хотя столько людей получили от матушки Алипии благословение на монашество, а сестры Флоровского монастыря по очереди проводили у нее в хибарке целые дни, и матушка называла их "родственнички".

В это время подвизался тогда в Лавре и отец Роман (Матюшин) – всеми любимый батюшка, чьи покаянные песнопения мы слушали, затаив дыханье. Матушка же, встречая дорогого гостя у себя в пустыньке, называла его "дважды Ангел". Монах – это ангельский чин, а поющий монах – исполняет ангельское служение пения у Престола Всевышнего. Но враг рода человеческого восстает на тех, кто особенно ревностно служит Богу, и через людей досаждает им. Отцу Роману матушка Алипия предсказала: "Выпьешь чашу и снова будешь на приходе". Так и вышло: испив свою чашу горечи, он опять уехал в Псковскую область. Именно иеромонах Роман отслужил над гробом матушки первую литию об упокоении ее новопреставленной души.

Чаще всего люди и не подозревали, что их облегчение ношей ложится на матушку. Обнимет, поцелует, – казалось бы, благословляет, а она их хворь на себя берет. "Думаете, я мазь варю? Сама за вас распинаюсь", – призналась как-то она. Одной больной дала выпить кагор во исцеление души и тела и, пока та пила, упала без чувств.

Предсказания матушка давала в притчах, в юродивых поступках, а иногда и явно, просто, без иносказаний – как кому спасительнее. Как-то в разгар застолья послала одну монахиню в овраг со свечкой читать Псалтирь. Потом обнаружилось: в тот самый час ее брата чуть не убили. Пришла за советом монахиня, до того подвизавшаяся в Горненской обители, возвращаться ли обратно? "Ты здесь выше будешь", – не благословила матушка. Сейчас она настоятельница одного из старинных русских монастырей. Раба Божия Ольга, врач-психиатр, впервые попала к матушке. Хозяйка указала ей, где сесть, сама вышла. Вдруг на Ольгу закричали: "Как она смеет?". Оказывается, села на матушкино место. Испугалась, встала. Вернувшись со двора, матушка Алипия строго сказала: "Почему стоишь, садись, где тебе сказано". Все поняли, что такова матушкина воля. Сейчас сия раба Божия подвизается в Иерусалиме, в Горненской обители. Одна женщина-певчая пришла к матушке со своим женихом, и все время, пока они сидели за столом, матушка указывала на них рукой и приговаривала: "А девочка мальчика отпевает, а девочка мальчика отпевает". В скором временем он утонул у нее на глазах, и она действительно пела по нему панихиду.

Однажды с матушки снялся как бы покров, и она стала другая, не юродивая – сосредоточенный, печальный человек. "Духовник – это страшно, – открылась матушка. – За него надо молиться, чтобы Господь подавал ему помощь в борьбе с воюющими против него бесами и ограждал от всякого зла, ведь грехи отца ложатся на чадо. С ним надо строить духовный фундамент общения. По вере чада Господь открывает духовнику Свою волю о нем…"

Как и многих блаженных, матушку Алипию окружали животные, с которыми она разговаривала, которых жалела. Матушкины котики и цыплята все были какие-то хворые, заморенные, хилые, – с гнойничками, с сухими лапками. "Почему звери у вас такие больные?" – однажды спросили матушку. – "Люди блудно живут, кровосмешение делают, все отражается на тварях земных".

Незадолго до кончины у матушки Алипии появилось двенадцать котят. Слепые, лежали они в коробочке, потом стали подрастать, уходили по одному. Матушка каждый раз радовалась: "Ушел, ушел!" Наконец сказала: "Почти все на свободе". Остался последний, самый сильный, больше всех к матушке льнувший. После кончины старицы он возлег ей на грудь, вытянулся и умер.

За год до смерти матушка Алипия стала жить по одной ей известному счислению. Она называла этот календарь ИерусалимскимВ это время (за год до кончины) матушка объявила: "Все, девки, ухожу от вас". Те в слезы. Матушка собрала на стол, благословила: "Ешьте". Пересчитала присутствующих – оказалось двенадцать. "Достойно", – с удовольствием сказала старица.
[/U]
Незадолго до смерти матушка Алипия поставила свечу в банку с рисом, выдвинула в прихожую. Инокиня Марина вошла – в темноте свечка мерцает, никогда такого не было. "Лампочка перегорела", – отговорилась матушка и благословила: "Читай Псалтирь за мать". – "Что с ней?". Старица не ответила. Это о себе она говорила. "Оставляю вас сиротами, другие будут утешать, но матери уж не будет у вас", – говорила она сестрам перед концом.

В воскресенье 30 октября 1988 года в Голосеевском доме было особенно много народу. Матушка посылала приходивших на могилку ныне прославленного во святых отца Алексия (Шепелева): "Идите, поклонитесь, там священник служит". Не сам ли старец-утешитель Голосеевский давал ей напутствие на исход души?

После трапезы матушка прилегла. Все разошлись, осталась одна супружеская пара убирать со стола. Рабе Божией Марине матушка протянула свечку с наказом поставить завтра к иконе "Всех святых": "Только до утра не зажигай". Хлеб и мед велела положить на панихидный столик. "Ну все, больше не приходи". Та думала – сегодня, оказалось – никогда…

На крылечко в этот момент вбежала запоздавшая инокиня Марина, ныне монахиня Сергия. За несколько дней матушка ее предупредила: "В воскресенье на вечерню не ходи". С посещением служб в монастыре строго, но ослушаться старицу не посмела.

Матушка Алипия лежала на досочке. Обрадовалась, увидев Марину: "Махай мне платочком, я умираю!" Та подумала: иносказание. "Читай Псалтирь". Когда Марина дошла до слов: "Царь мой и Бог мой", матушка сказала: "Довольно". На прощанье благословила Марину – непривычно значительное благословение преподала. А потом мужчина и женщина, что со стола убирали, посмотрели, а матушка бездыханная лежит с лицом, сиящим славой Небесной. Господь воззвал Свою угодницу из юдоли в радость нескончаемую. Тихою была ее смерть, мирной и непостыдною. Супруги сели в машину, доехали до телефона-автомата. Когда вернулись, у матушки на груди мертвый котенок вытянулся, тот самый, последний из двенадцати, тепленький, неостывший.

В год тысячелетия Крещения Руси, 1988-й, отошла ко Господу блаженная старица схимонахиня Алипия. Как-то она обронила, что хоронить ее будет Флоровский монастырь. Так оно и вышло. После первых литий, панихид повезли в обитель, где соборно отпели в храме. Погребение состоялось 2 ноября. "Как первый снег пойдет, так меня и похороните". И, действительно, в тот день закружились первые снежинки. По благословению настоятельницы Флоровского монастыря игумении Антонии многотрудное тело 90-летней старицы Алипии погребли на Флоровском участке Лесного кладбища.

После смерти матушки домик ее в Голосеевском лесу снесли, но на его месте появился дивный чудотворный источник. Враги матушки засыпали этот источник полностью и забили кол, так, что и вытащить нельзя. Монахини Флоровского монастыря пытались вытащить кол, но, увы, ничего не получалось. И вдруг однажды рванул фонтан на три метра ввысь. Так матушка Алипия и после своей кончины удостоверила верных своих чад, что обрела она благоволение у Господа, и "реки воды живой" изливаются по молитвам к ней.
Но самое удивительное началось после кончины блаженной. Известно множество документально подтверждённых случаев исцелений по молитвам к ней. Неоднократно люди видели в вечернее время необыкновенное сияние вокруг её креста. Один из насельников Почаевской Лавры, пожелавший остаться неизвестным, рассказывал, как на могиле его стало рвать, и из него вышло множество перепутанных пучков волос, засушенных насекомых и пресмыкающихся, после чего он исцелился и в скором времени ушел в Почаев.
В мае 1993 года в Голосеевской пустыни начала возрождаться монашеская жизнь.По благословению Предстоятеля Украинской Православной Церкви Блаженнейшего Владимира, Митрополита Киевского и всея Украины, на месте разрушенной келии блаженной построена часовня в честь святителя Николая Чудотворца. По милости Божией Блаженнейший Митрополит Владимир благословил перенести останки монахини Алипии (Авдеевой) в мужской монастырь «Свято-Покровская Голосеевская Пустынь», на территории которого матушка жила, подвизалась в последние годы своей жизни.

Обретение святых мощей старицы Алипии состоялось утром 5/18 мая 2006 года. Перед вскрытием могилы Архимандрит Исаакий отслужил заупокойную литию. Братия аккуратно сняли крест, выкопали цветы с могилы блаженной, и под пение Пасхальных и заупокойных песнопений начались раскопки. Они длились недолго - немногим более часа и проходили очень тихо и мирно. Не было, наверное, в этот момент человека, который не ощутил бы в сердце этот особенный внутренний покой, «мир, всяк ум превосходящий».

Когда же достигли гроба, то все присутствующие сплотились вокруг могилы. Останки монахини Алипии были обретены. Гроб и монашеские одежды блаженной оказались частично истлевшими. Хорошо сохранились деревянные иконки, положенные в гроб, и монашеские четки. Сохранилась и баночка со святой водой. В сопровождении милиции и внушительного эскорта машин мощи Голосеевской старицы вернулись в возрожденную обитель, на руинах которой монахиня Алипия прожила последние девять лет своей жизни.

Когда мощи вносили в храм в честь иконы Божией Матери, именуемой «Живоносный Источник», над ним появился крест. В этот же день произошло два исцеления от онкологических заболеваний. Со времени перенесения мощей блаженной в Голосеевский монастырь зафиксировано множество исцелений от тяжелых недугов.
Очередь в усыпальницу матушки Алипии. goloseevo.com.ua
Честные останки монахини Алипии были похоронены в усыпальнице под храмом в честь иконы Божией Матери «Живоносный Источник». Ежедневно усыпальницу посещают огромное число людей. В дни памяти блаженной число посетителей достигает 20 тысяч человек. Люди приезжают из разных уголков Украины, а также из ближнего и дальнего зарубежья. Каждое 30-е число, а особенно 30 октября, в день преставления блаженной, в Голосеевскую пустынь приезжают тысячи почитателей ее памяти. К пустому колодцу, как говорит народная мудрость, люди не идут.
Ее верные почитатели, знавшие матушку при жизни, часто говорят: «Порой кажется, что матушка вовсе не умерла, что она просто отправилась в одно из своих странствий и обязательно вернется».

Слова эти настолько верно отражают мысли и переживания чад матушки, что лучше и не придумаешь. В их сердцах и душах на всю оставшуюся жизнь запечатлелся светлый облик незабвенной старицы. И, вспоминая до мельчайших подробностей ее материнскую доброту, которую невозможно было прикрыть даже за внешней строгостью, осознаешь, что именно в таких людях во всей полноте проявляется благодать Божия, которая согревает притекающих к ним людей.

Все видится теперь совсем иначе:
И Вера восстает из детских снов,
И сердце в покаянье сладко плачет,
И к жизни пробуждается Любовь.
Взойдет заря на пажити Надежды
И растворится мрака пелена.
Пробудят жизни силу в душах грешных
Подвижников святые имена.


Очередь в Голосеевском монастыре в усыпальницу матушки
НАСТАВЛЕНИЯ МАТУШКИ АЛИПИИ:

«Когда тебе будет плохо или какая-то нужда - приди на могилку и скажи мне».

В утешение говорила: «Ничего, Бог поможет, Бог все управит!».

«А с зарплаты - Богу дай».

О чтении утренних и вечерних молитв: «Я такой глупый, такой глупый! Перестал утренние молитвы читать. Это читай и не пропускай».

Будущим священникам давала наставление: «Бери только то, что тебе положено. Церковные деньги - это угли, горящие на головы».

«Венчанным грех разводиться. Нельзя топтать венец».

Обличение поступающего в монастырь: «Да ты слушаться не умеешь! Как ты в монастырь пойдешь. Хочет быть монахом, а все делает по-своему».

Откровение замыслов врага рода человеческого: «Хорошая новость, плохая - нужно молчать. А то он летает и колы забивает, а то и насмерть убьет».

«Кто животных кормит, тот голодной смертью не умрет. Животных убивать грех. Душа даром не пропадает».

«Священника не суди! Нужно выбрать одного священника и ходить к нему».

«Никогда не осуждай и спасешься!»

«Смирись! До зела смирись и молись! Молчи, говори - прошу прощения, и не умрешь».

«Терпи! Ох, как тяжело будет - все терпи! Не плачь, а молись Богу».

Пример смирения. Гневающуюся женщину обличила: «Ты такой злой, как я».

«С людьми тяжело, а как без людей тяжело! Тяжело, тяжело, тяжело! Приходят ко мне люди разные, но ты смотри, как я принимаю их. Так и ты в жизни поступай».

Незадолго до кончины на вопрос собравшихся у нее духовных чад: «На кого вы нас, Матушка, оставляете?» - ответила: «Вас на Матерь Божию оставляю».
ПРОРОЧЕСТВА МАТУШКИ АЛИПИИ:

Как-то заговорили об антихристе. Я говорю: «Ой, как страшно, что будет?» Матушка наклонилась ко мне и говорит шепотом: «Не бойся! Матерь Божия покроет своих».

Ссорившимся из-за жилья: «Вот вы ссоритесь, ругаетесь за квартиру, расходитесь... А будет такое время, когда будет очень много пустых квартир, да в них не будет кому жить».

«В Киеве квартир всем хватит, а вот земли - кто успеет взять».

О канонизации царя Николая II: «Святой он. Я его видел».

Однажды при чистом небе, взглянув на запад, сказала: «Смотри - какой туча идет!»

«Запасы не делать, а со своей зарплаты деньги на свое погребение должны иметь».

Матушка особое внимание уделяла теме земли - тем, кто имел дома в селах, землю, домашний скот запрещала продавать, указывая на то, что им еще пригодиться хозяйство.

О Чернобыле говорила: «Будет большой взрыв и многие погибнут. Как бы люд не затравили. В ночь на 26 апреля: «Господи, пожалей младенцев, пощади народ!». Благословение смятенным людям в те дни: «Крестите, ешьте все подряд, и все будет хорошо».

О «патриархе» Киевском Филарете: «Славен, славен, а мужиком умрет. Вот как он поставит во все церкви ноги свои, вот как поставит!» И прошла по комнате, широко топая ногами.
Храмы будут забирать, будет раскол, истинная церковь будет в поругании. Священников будут преследовать и даже будут жертвы.

О месте, где стоял ее дом, и впоследствии была построена часовня: «Здесь святое место».

О Голосеевской Пустыни: «Здесь будет очень большая церковь и монастырь».

Предсказание о кончине. Задолго до 30 октября 1988 года спросила монахиню:
- А что это у тебя?
-Календарь.
-Открой, посмотри 30 октября.
-Матушка, воскресение.
- Воскресение...
И глубоко задумалась...Ежедневно к могиле монахини Алипии приходят сотни людей. Каждое 30-е число, а особенно 30 октября, в день преставления блаженной, в Голосеевскую пустынь приезжают тысячи почитателей ее памяти. К пустому колодцу, как говорит народная мудрость, люди не идут.

Комментарии (1)

Всего: 1 комментарий
#1 | С. Александра »» | 29.10.2017 23:01
  
4
Свидетельства очевидцев о чудесах матушки Алипии
Человечеству известны многие подвижники благочестия, удостоенные особого дара прозорливости. Преподобные отцы наши Сергий Радонежский, Серафим Саровский, Лаврентий Черниговский и многие другие в минуты Божественного наития открывали страждущему человечеству тайны его бытия.

Знакомясь с блаженной Матушкой Алипией, мы видим, что она постоянно находилась в Боге, отчего и имела такой дар прозорливости такой силы, что трудно отыскать подобные примеры не только среди ее современников, но и в древности. Великие Антоний и Макарий Египетский скрывали свой дар прозорливости от людей, при этом даже их ученики не всегда могли наслаждаться чудесными дарованиями своих учителей.

Блаженная Алипия не могла скрыть от людей свой дар. Вся ее жизнь прошла не в затворнической келлии вдали от людей, а на виду у всех. Одни ее любили, другие люто ненавидели. Ничто из ее жизни не ускользнуло от взоров окружающих ее людей. Вся ее жизнь была тесно переплетена с судьбами многих и многих людей, так что даже смерть не могла рассоединить то, что было связано на земле. Прошло уже столько лет с момента переселения блаженной Алипии в иной мир доброты и справедливости, но память о ней не угасает, а наоборот, все более и более набирает силу. Происходит это чудо потому, что смысл жизни блаженной Алипии не мог быть понят сразу ввиду уникальности и непостижимого для современников силы духа. Человек способен привыкнуть даже к необычному, если оно находится постоянно рядом. Но чтобы осознать то, что рядом, человеку нужно расстояние. Только по воскресении Господа Иисуса Христа апостол Фома называет Его Богом. Только после земной кончины святых отцов древности человечество осознает величину их святости. Так случилось и с блаженной Алипией. Великое видится издалека. Вблизи же человек вбирает из великого только отдельные фрагменты, не в силах воссоздать тот образ, который и мир вместить не может.

Мы знаем, что из всех даров Духа Святого дар прозорливости наиболее труден для понимания. А у Матушки Алипии вся земная жизнь прошла в служении человечеству тем даром, который ей дал Податель всего благого.

Мы только сейчас начинаем догадываться о том, что Бог хотел открыть человечеству устами блаженной Алипии. Мы делаем только первую попытку систематизировать те воспоминания, которые еще свежи в памяти ее духовных чад. Но предстоит еще работа не одного поколения, чтобы дать настоящую оценку тому чуду, каким стала для нас блаженная Алипия. Человечество всегда испытывало трепет от общения с пророками и прозорливцами. Но кроме личного страха знать свою судьбу, мы не вполне еще понимаем, для чего Бог открывает нам грядущее. Может быть, это звучат слова древнего Ионы, чтобы мы покаялись и тем самым из¬бежали бедствий. Или, может быть, так Бог учит нас не надеяться на благо и злато, а искать Царствия Божия. Может быть, пророчеством Бог ведет наши души туда, где нет ни времени, ни пространства, туда, где будущее уже свершилось, кто знает? Оставим будущим поколениям решать то, что мы еще не вполне осознаем, и вчитаемся в воспоминания об удивительной жизни блаженной монахини Алипии.

Воспоминание Инны Александровны
Мне было лет 12 или 13, когда мы с мамой вернулись из эвакуации в Киев. Это было в 1947 году, и мы стали ходить к отцу Дамиану в Киево-Печерскую Лавру за советами, наставлениями, прося его святых молитв. Тогда же мама мне указала на худенькую, стройную женщину, аккуратно причесанную, длинные каштановые волосы были у нее заплетены в косу вокруг головы «корзинкой». Мама сказала, что ее зовут Липа, живет она в овраге за лаврской оградой прямо под открытым небом, проводит ночи без сна в непрестанной молитве.
По лицу Липы трудно было определить ее возраст: она не была молодой, какой казалась, с первого взгляда на ее стройную, утонченную фигуру. Иногда она виделась мне пожилой, видимо тогда, когда я встречала ее после тяжелых, холодных, безсонных ночей и изнуряющих плоть молитв.

У Липы был необыкновенно глубокий, чистый, теплый, ласковый, любящий взгляд, который делал ее молодой, преображая до девочки-подростка.

Мама очень почтительно относилась к Липе, разговаривала с нею. Духовным отцом Липы был наместник Лавры архимандрит Кронид. По воспоминаниям самой Матушки Алипии, он был строг с нею: когда заканчивалось служба в церкви, он подходил к ней, давал сухарей и говорил: «Ну что, нагрелась? Ешь и иди спасайся». Она, послушная своему духовному отцу, покорно удалялась к большому дереву, забиралась в дупло, в котором можно было только, полусогнувшись, стоять. Когда же зимой снег заметал так, что из дупла нельзя было выбраться и Матушка не выходила в церковь, отец Кронид сам пробирался к ней, приносил в мантии сухари и окликал: «Ты не замерзла?» Оставлял приношение, говорил свое неизменное слово «спасайся» и уходил в Лавру, оставляя подвижницу на попечение длительной зимней ночи. Жутко было в глубоком овраге: под самое дупло приходили и выли голодные бродячие собаки, мороз сковывал полусогнутое неподвижное тело. И только непрестанная Иисусова молитва утешала ее, укрепляла и согревала. Так продолжалось до 1954 гос а, когда скончался духовный отец и наставник Липы архимандрит Кронид.

Я, тогда еще совсем ребенок, видела необычайную простоту, доступность, душевную теплоту Липы. Она всех любила, жалела, ни на кого не обижалась, хотя ее многие обижали своим непониманием того тяжкого креста, который она взяла на свои хрупкие плечи.

По внешнему виду она походила на странниц, которых в первые послевоенные годы в Киево-Печерской Лавре было очень много. Одетая просто и скромно, она была всегда аккуратной, чистой. От нее не исходило никакого неприятного запаха, какой бывает обычно от людей странствующих, ночующих на вокзалах, долго не моющихся. Для меня до сих пор остается загадкой: как Липе удавалось сохранять свою внешнюю чистоту, красоту и привлекательность, не имея крыши над головой. В ней не было ничего отталкивающего. Три года проводя ночи в дупле большого дерева, не имея пищи, она никогда не роптала, не просила милостыни, питаясь тем, что люди сами ей давали, и часто оставаясь без пищи.

Однажды мы с мамой увидели, как она стирала свое белье прямо в реке, где-то его высушивала и снова надевала на себя. И что удивительно, оно не было мятым, заношенным или порванным. Вещей никаких не имела, кроме небольшой котомки, которую всегда носила с собой.

Как-то мы с мамой пришли к отцу Дамиану, келья которого находилась над Ближними пещерами на втором этаже, и увидели Липу: она со своей котомкой укладывалась на ночь под лестницей. У меня до боли от жалости к ней сжалось сердце. Увидел ее и отец Дамиан. «Ну что ты тут сидишь под ступеньками, тебе же холодно, иди спи под дверью отца Андрея», — тепло и ласково, но достаточно требовательно сказал старец.

Оба старца жили в одном коридоре и двери их келий никогда не закрывались для посетителей. И каких людей только не было у их порогов: больные, калеки, бесноватые, нищие, просто любопытные, неверующие и колдуны.

Отец Андрей принимал всех: отчитывал бесноватых, исцелял больных, помогал нищим, всех кормил с Лаврской трапезы. В его келии всегда было много народа и двери, в полном смысле, никогда не закрывались. Вся жизнь отца Андрея проходила на людях. Вот к этому-то порогу и послал отец Дамиан осиротевшее чадо отца Кронида.

Господь готовил Свой светильник воссиять в свое время на свещнице Киевской, возраставший на благодатной почве Киево-Печерской Лавры, освященный духом святых угодников Печерских, омытый водами второго Иордана — седого Днепра. Прикрытая мантиями духоносных Лаврских старцев: архимандрита Кронида, игумена Кукши, Андрея, Герасима, схимонаха Дамиана, — хрупкий нежный светильник едва разгорался, любовно оберегаемый и наставляемый ими, еще только готовился отдать себя на великое дело служения людям.

Спустя много лет я поняла смысл этого благословения: Липа уже должна была приблизиться к порогу чудодейственного старца. Все было еще впереди: оживление умершего от угара ребенка, исцеление от смертельных болезней, изгнание бесов, необычайная прозорливость, действие благодати Святого Духа такое, что силы природы повиновались ей, безсраничная, всеобъемлющая любовь к людям и добрым, и злым, безкорыстная щедрость. Как у отца Андрея вся жизнь и труды проходили на людях, так и матушка Алипия до последнего мгновения своей жизни всю ее провела на людях.

Что еще я заметила: отец Дамиан очень тепло и заботливо относился к Липе, разговаривал с ней как равный с равной, как со своей сотрудницей, видимо, провидел в ней угодницу Божию и свою последовательницу.
Шло время, умножались грехи людские, над Лаврой сгущались черные тучи: поползли слухи о ее закрытии. Странным стало поведение Липы: она воздевала к небу руки, громко кричала на своем мордовском языке, падала на колени и плакала.

Гроза разразилась в марте 1961 года: ярко засиявшая звезда великой святыни закатилась сразу. Умолкли колокола. Замолчал дивный хор монахов, не слышалось больше молитв в церквях, закрылись двери келлий, опустели коридоры, погасли лампады. Старцы расходились — одни в вечность, другие гонимые властями.
Моя знакомая, Валентина, жила в частном доме с отцом и мужем. Она часто приводила из Лавры странников, обмывала их, как могла, переодевала, несколько дней кормила, обогревала и они уходили своими путями.

Однажды Валентина пришла ко мне за советом, как ей поступить: Липа попросилась к ней ночевать. Но муж и отец были категорически против, и Валентина, уступая воле мужчин, разрешила Липе ночевать в подвальчике, где хранились овощи. Там было и холодно, и сыро, да и крысы бегали. Но Липу ничего не смущало, и она согласилась и на такой приют.

Уходила она рано, возвращалась поздно, приносила с собой букетик цветов, по виду которых можно было догадаться, где она проводила время: в поле или в лесу. По праздникам Валентина видела Липу в церкви. Однажды матушка попала под сильный ливень, пришла промокшая и дрожащая от холода, и тогда муж Валентины сжалился над ней: «Позови ее, пусть обсохнет и обогреется у печки», — сказал он. Потом за эту милость Липа сказала хозяйке: «А твой Иван у меня записан, и портрет его у меня есть». Обогревшись, в доме не осталась, а пошла на привычное место в подвальчик. Валентина рассказывала мне, что они всем домом не имели ночью покоя: Липа вела невидимую брань с нечистой силой, нередко с палкой в руках, она стучала, кричала и ругалась на демонов, оберегая дом от их нападения.

От Валентины Матушка перешла жить на Демиевку, в маленькую комнату на первом этаже в брошенном домике. Вещей у нее ни каких не было, но в комнатке была необыкновенная чистота, все выбелено и, несмотря на убогость, было очень уютно. Живя в этой комнатке, Матушка впервые стала принимать людей.

У меня от аллергии распухло лицо, невыносимо чесалась голова, уши, рук и был и покрыты красной коркой. Болезнь не давала покоя ни днем, ни ночью. Обратилась к Матушке: «Ничего, — ответила она, — как пришла, так и уйдет». И, действительно, вскоре все прошло. И сколько раз я не обращалась к Матушке с просьбой помолиться об исцелении, я исцелялась, но сам момент исцелений я не замечала, а видела только результат, когда уже была здорова.

Обратилась я к Матушке с вопросом как поступить, сосед сватается. «Куча неприятностей и много позора», — был ответ. Вскоре все открылось, и сватовство на том и закончилось для меня благополучно.

С Матушкой я виделась в церкви. Она сидела на улице против угла здания. Когда ее спрашивали: «Что вы тут сидите, а не идете в храм?» — она отвечала: «Я церковь от цыган охраняю». Это была ее любимая церковь, в которую она ходила до самой своей кончины.

Сын из армии долго не писал: «Ничего, напишет, он болеет». Сердце материнское встревожилось. Действительно, вскоре пришло письмо, в котором сын писал, что были на учениях и отравились гаpом (он служил в войсках противохимической обороны). Лежал в госпитале, некоторые ребята даже умерли.

Спросила я Матушку, можно ли мне выйти второй раз замуж. «Нет благословения, всю святость потеряешь». Я стала уговаривать Матушку, что он хороший человек, что одной жить трудно. Она посмотрела на иконы и говорит: «Он через год умрет» и открыла мне всю его греховную жизнь с 17-летнего возраста. Этот человек был крепкого телосложения, здоров физически, хороший мастер. Когда я стала этому человеку рассказывать о его прошлом, он решил, что я собирала о нем сведения, не мог поверить, что есть прозорливые старцы, которые знают все о человеке, даже не видя его, могут рассказать о нем. Что это благодать Святого Духа, действующая в таких людях, открывает им тайное и все становится явным. Я Матушку не послушала, вышла замуж и через год этот человек, перенеся тяжелую болезнь, умер, как Матушка и предсказывала. Непослушание мне дорого обошлось.

У сына был мотоцикл, и он его разбил, но документов на мотоцикл у него не было. Сын очень хотел иметь мотоцикл. Обратились к Матушке как поступить. Матушка скаала: «Мотоцикл есть, он стоит в милиции, обратись к такому-то и назвала по фамилии человека, и он его отдаст». Но мы с мамой решили не брать мотоцикла, ведь это смерть на колесах, хотя можно было его забрать и разобрать на детали и продать по частям.

Нам должны были дать квартиру. Хотелось получить получше, да побольше. Спросили Матушку: «Квартиру-то вам дадут, вы ее получите, но…», — не договорила она того, что мы в ней жить не будем. Сначала умерла мама, затем муж, в беду попал сын. Так она нам пользы не принесла.

15 лет назад Матушка спросила у меня: «У тебя рука не болит?» У меня тогда рука не болела, а сейчас так болит, что трудно поднять ее, чтобы перекрестится.

Как-то в церкви Матушка подошла к одной женщине и попросила ее дать ей 10 рублей. Тогда это были большие деньги. Женщина дала.
Матушка тут же стала молиться за нее: «Спас и тебя, Господи, помоги тебе, Господи, защити тебя, Господи, да чтобы у тебя ничего не нашли». Женщина недоумевала, в чем дело. Матушка купила на все деньги больших свечей и тут же их сама расставила по всему храму.

И что же случилось. Сын этой женщины работал на радиозаводе и приносил домой дорогостоящие детали, которые стояли в ящике под кроватью. Ничего не подозревая о делах сына, женщина спокойно открыла дверь сотрудникам милиции, пришедшим с обыском. В квартире все перевернули, но под кровать не заглянули. Вернувшись с работы, сын увидел, что творится в квартире. Мать рассказала, что был обыск. Сын побелел и признался, что все детали спрятаны в ящике под кроватью. Не трудно представить, что было бы, если бы были обнаружены в квартире эти детали. Сын все их собрал и отнес туда, где брал, поверив в молитвенную помощь рабы Божией монахини Алипии. Так Матушка учила нас вере и благочестию.

Моя мама в 5 утра стала читать полунощницу. Пришла к Матушке, а она ей говорит: «Хорошее дело делаешь, Богу угодное», но мама об этом Матушке не рассказывала. И еще сказала маме: «Тебе деньги на похороны не нужны». Маму мы, хотя и скромно, но похоронили сами. А другой знакомой нашей сказала: «И тебе деньги на похороны не нужны — в тюрьме у тебя хороший начальник будет».

Одна новопришедшая увидела матушкину келью и посчитала, что у нее грязная посуда. Она недоумевала, как это можно есть из грязной посуды и из одной тарелки всем вместе. Мат ушка глянула на нее, прочла ее мысли и говорит: «У меня посуда чистая, там, где стоят тарелки, крыски не бегают». Женщина смутилась такому обличению и стала есть со всеми из одной тарелки. А потом спрашивает: «Что делать с молоком, в нем много радиации?» «А ты перекрести и пей, и не будет радиации».

Многое Матушка предсказывала и о перемене календаря, и об изменении постов, и что вера изменится, и пред упреждала: «Тогда уже в церковь ходить нельзя будет, но Своих Господь раньше заберет, до муки не допустит». Из-за нарушения календаря и постов сначала будет сильный падеж скота, а потом и люди будут сходить.

ВОСПОМИНАНИЯ о Матушке Алипии
О себе Матушка Алипия вспоминала: «В молодости я был высокий, красивый, с длинной косой до колен». Очевидно, рано лишилась родителей. Вспоминала, что по родителям сама читала Псалтирь. Нужда заставляла ее наниматься на поденную работу к людям:
«Я был такой аккуратный, все делал чисто, и меня любили».

Мне не известно, когда и где Матушку арестовали и посадили в тюрьму. Вспоминала, что ее бросили в общую камеру и дали очень короткую рубаху. Матушка забилась в угол, села на корточки, чтобы прикрыть обнаженное тело и так, не двигаясь, просидела весь день не поднимая глаз, не шевелясь и ни на кого не глядя. (Предположительно, это была камера уголовников).
«Они ко мне подходили, толкали меня, щипали, насмехались, срамные слова говорили. Но я ни слова не говорил. А вечером принесли длинную до пят рубаху».

Чтобы посмеяться над ней, в пост дали ей шоколадную конфету: «Я зажал ее в руке и 11 дней не ел и не пил». Еще два раза по семь дней Матушка не ела и не пила. По ночам она читала Псалтирь, а утром говорила одной из своих соузниц: «Одевай халат и иди, никто тебя не заметит». И та проходила все стражи, никем не останавливаемая и выходила на свободу. Так матушка спасла молитвой несколько человек.

Об условиях содержания в тюрьме говорить не приходится — это известно. Однажды Матушку хотели отравить и принесли ей подушку с газом: «Но я узнал, что она с газом, и лег на нее ногами и остался жив».

Когда и откуда пришла матушка в Лавру, не известно. Сама же она рассказывала: «В Лавре я был 20 лет (то есть до самого закрытия). Три года в дупле сидел, холодно было, снег заметал, голодный был, но я все терпел».

Летом она отдыхала и молилась в лаврском саду: «Лег под деревом отдохнуть, а кругом — сливы, яблоки, груши. Я кушать так хотел, но не брал, не мое, нельзя, и я терпел».

«Когда было очень холодно, я заходил в коридор к монахам погреться. Иной пройдет, даст хлеба, а другой прогонит — нечего тебе, баба, тут сидеть. Но я на них не обижался», — вспоминала она.

Известно, что в этот период жизни Матушки в Лавре духовным ее отцом был архимандрит Кронид. После же смерти архимандрита из дупла дерева в коридорчик возле своей келии ее забрал отец Дамиан.

С Матушкой я познакомилась в 1981 году. Я приехала поступать во Флоровский монастырь. Я уже трудилась в монастыре, но не была прописана. Меня вызвали в милицию, уговаривали ехать домой, угрожали, отказывали в прописке. К Матушке повела меня сестра Л.
Матушка увидела меня и спрашивает: «Чей девка?» и сама отвечает: «Из нашей деревни». Когда во с шли в келию, и я увидела большое количество узлов, коробок, банок, то про себя подумала: «А зачем столько вещей?» А Матушка ответила на мои мысли: «Зачем оно тебе? Это все мусор». Мне стало неловко за себя. По молитвам Матушки нас, шесть человек, прописали в монастыре.

Однажды прихожу к Мат ушке, а она и говорит мне: «Какие у тебя синяки под глазами, ты сильно плакал».

— Нет, говорю, — я не плакал.

— Плакал, плакал, сильно плакал, синяки под глазами.

Через две недели из дому пришла телеграмма, что умер отец, и я, действительно сильно плакала. Поехала к Матушке, рассказала ей свое горе. Матушка и говорит: «А гроба дома нет!» Я не поняла ее слов. Матушка посмотрела на икону «Всех преподобных Печерских» и обратилась к ним: «Преподобные, проверьте: гроб дома? Нет, гроба дома нет, они не врут». Отец умер во вторник, в Москве, а в пятницу самолетом привезли домой гроб с телом отца. Слова Матушки подтвердились. На похороны ехать не благословила, сказала: «Уедешь и больше не приедешь». Я послушалась и поминала отца в монастыре.

21 неделю, осень и зиму, Матушка тяжело болела. Пищи не принимала, а только пила немного воды. После Пасхи съела немного молочной каши. До болезни Матушка кормила людей тем, что сами люди приносили. А после болезни до самой своей кончины стала сама готовить и кормить людей. При приготовлении пищи не разрешала разговаривать, чтобы не осквернять пищу. Варила ежедневно борщ и кашу. Приготовляла пищу всегда с молитвою.

Как-то вечером я ожидала Матушку у ее келии, а ее самой не было дома. Когда Матушка пришла, то рассказала мне: «Ключи я потерял, пошел в храм Николы Притиска, к пределу Косьмы и Дамиана и стал молиться, а Косьма мне говорит: «Беги, там девка с Подола тебя ждет и поможет тебе открыть дверь». Я нашла железный ломик и открыла Матушке дверь.

При очередном моем посещении Матушка посмотрела на иконы и спрашивает: «Палец на руке или на ноге? Цел или нет?» Потом говорит: «Цел». А когда приехал мой брат, оказалось, что он пилил дрова и задел палец, но кость не задел. Матушка могла на расстоянии слышать того, кто ее звал. Я сильно заболела и стала призывать Матушку на помощь. Собравшимся в келии Матушка говорит: «Врач на Подоле умирает», — и стала за меня молиться и молилась всю ночь. Утром мне стало легче.

Как-то я поехала в Ирпень покупать себе шубу. Нашла подходящую и стояла в нерешительности: брать или не брать. У Матушки в это время была одна из сестер монастыря. Матушка громко три раза крикнула: «Купи, купи серый лоскут!» Сестра недоумевала. А когда я с шубой приехала к Матушке, то она сказала: «Купил, молодец, услыхал меня. Носи, тепло будет, не будешь болеть». Шуба на меня уже стала мала, но я храню ее как память о Матушке.

Моей маме предсказала: «Ты сына дождешься, я — нет». За два месяца до возвращения брата из Иерусалима Матушка умерла.
Понимала она язык зверей и птиц. Приходил к ней лось, она его кормила. Однажды он пришел и стоит, а Матушка говорит: «Голова болит, на, съешь хлеба, и перестанет болеть». Лось съел хлеб и ушел в лес.

В апреле 1988 года я принесла Матушке Церковный календарь, а она просит: «Посмотри, какой день будет 30 октября». Я посмотрела и говорю: «Воскресенье». Она как-то многозначительно повторила: «Воскресенье». После ее кончины мы поняли, что тогда в апреле Матушка открыла нам день своей кончины более чем за полгода до нее.

Перед смертью говорила: «Всегда ко мне на могилку приходите и, когда горе и, когда радость, почаще приходите».

Я стала плакать, но она на меня прикрикнула: «Цыц, не плачь, вечно будем жить!»

Как-то я увидела Матушку во сне у мощей преподобного Зинона постника, я удивилась, что Матушка здесь, а она ответила: «Я со всеми преподобными Печерскими».

В субботу приехала я с сестрой к Матушке, а ее дома нет. Рядом с домом Матушки жил человек, который ее страшно ненавидел и делал ей всякие подлости: то свет обрежет, то воду перекроет. Почему-то она называла его Анка.

Однажды Анка пригнал к дому Матушки огромный красный экскаватор с ковшом, желая зацепить ковшом сложенные под стен кой бревна, которые подпирали стенку, чтобы разрушить дом. Я не могла смотреть на это и пошла по дороге в лес, надеясь встретить Матушку и рассказать ей, что происходит возле ее домика. Только вошла я в лес, слышу Матушкин голос: «Красный машина, не сметь рушить дом, не сметь птиц губить!» (в коридорчике сидели запертые курочки).

Подошли к домику. Матушка кричит экскаваторщику: «Не сметь трогать дом!» Но Анка разъяренный кричит: «Рушьте, все рушьте до основания!» А Матушка на него: «Уйди, сатана! Да воскреснет Бог!» Экскаваторщик стал заносить ковш, чтобы зацепить бревна, но ковш так расшатался из стороны в сторону, что он не мог с ним справиться. Матушка подбежала к нему и кричит: «Не сметь трогать, а то провалишься!» Он, видимо, устрашившись, сдал назад. Матушка забежала в дом. Люди, собравшиеся у домика, старались увещевать разъяренного Анку, но ничего не помогало, он неистово орал: «Все разрушить, снести, чтобы и следа не осталось!»

День был ясный, на небе ни единого облачка. Матушка вышла из дома, подняла руки к небу и стала взывать: «Никола, помоги! Я тебе сегодня 20 больших свечей поставил. Помоги!» В это время с ясного неба хлынул такой дождь, что стало темно. Машинист сидел в кабине своего экскаватора, и, видя, что дождь не прекращается, уехал, так и не причинив вреда избушке Матушки. Скрылся куда-то и Анка, а Матушка вышла во двор, когда дождь перестал, и небо сияло своей голубизной и ярким солнцем, сказала: «Пока я живой, домик не разрушат, преподобные Печерские не допустят, а когда умру, все разрушат, и ничего не останется».

Я просила матушку помолиться, чтобы брата прописали в Троице-Сергиевой Лавре. Матушка ответила: «Не торопись и не переживай, пропишут, и еще будет служить в Киево-Печерской Лавре наместником». Через семь лет предсказание Матушки исполнилось, а брат стал епископом и был назначен наместником Киево-Печерской Лавры.

У моей сестры О. резко стало ухудшаться зрение. Поехали к Матушке. «Кому фотографию подарил, в гроб положили, ослепнешь. Скорее отслужи молебен великомученице Варваре и умойся святою водой с креста». Сестра все выполнила, и зрение перестало ухудшаться, а сейчас и заметно восстанавливается.

Другая моя сестра хотела выйти замуж за своего сослуживца. Спросили у Матушки, а она и говорит: «Гоните его под зад коленкой, он не крещеный». А о военном сказ ала: «Он жадный». Вскоре он проявил себя не с лучшей стороны, и сестра с ним рассталась.

Перед смертью Матушка спросила у меня: «Ну, как: отстал тот старик?» — «Отстал», — отвечаю. «Слава в вышних Богу», — сказала Матушка. Я удивилась, ведь прошло несколько лет, а Матушка помнила тех, о ком мы просили ее молиться и молилась до тех пор, пока не получала просимого.

Сестре сказала: «Иди в совхоз работать, работа хороший будет». И по сей день сестра работает в совхозе и очень довольна.

«В институт поступай туда, где берут». Сестра хотела поступить в Харькове, но не поступила, поехала в Луганск и там поступила и закончила его.

Матушку игуменью Агнессу называла Агницей. Когда матушка игуменья отошла в иной мир, то сестры монастыря просили матушку Алипию за нее молиться. Прошел год. Пришли сестры монастыря проведать Матушку, а она и говорит: «Сегодня ко мне Агница приходила, за молитвы благодарила меня, место ей хорошее дали — в алтаре». Матушка игуменья Агнесса, моли Бога о нас!

Пришли к Матушке какие-то женщины, одной из них Матушка и говорит: «Не порть людей, а иначе ко мне не ходи». В другой раз тоже женщине сказала: «Я не гадалка».

Когда Матушка тяжело болела, к ней из Троице-Сергеевой Лавры приехал будущий владыка К. Он тогда в Лавре пек просфоры. У него сильные были головные боли, и его пропустили к Матушке. Она с большим трудом подняла руку и перекрестила ему голову. Когда он вышел от Матушки, то сказал присутствующим: «Такой силы креста я еще ни разу не ощущал. У меня перестала болеть голова».

О Матушке я рассказывала своему брату, но он как-то мало верил моим рассказам о ней. И когда брат приехал в Киев, я предложила ему поехать в Голосеево. Когда мы вошли в домик, Матушка стояла к нам спиной. Я обратилась к матушке: «Благословите, я с братом приехала». Не поворачиваясь к нам, глядя на иконы говорит: «Далекая птица прилетела, из Москвы, из Лавры». Брат был поражен ее прозорливостью. Он с нею общался без слов, подумает, посмотрит на Матушку, а она ему отвечает на мысли. Или скажет: «Так не делай, или: так делай».

Предсказания и наставления Матушки

Костям моим покоя не дадут (на могилке собирается много народа). Денег не собирайте (вклады на сберкнижках пропали). Продуктов не заготовляйте.
Скоро все черепахи станут (машины, из-за отсутствия бензина).

Труп вынесут — и война будет.

Банка стояла, а в ней 70 ложек. Банка упала, и ложки рассыпались, я их собрал, ставил, ставил, ставил, никак поставить не мог. А потом взял другую банку и поставил.

Через семь лет после моей смерти посмотрите, что будет (1995 год).

Если раньше война будет, многие спасутся, а если голод — нет.

Показала на кончик пальца и говорит: «Вот столько осталось, а, если не покаяться, то и того Господь не даст».

На Петра и Павла будет лежать там рука, там нога, но Своих Господь раньше заберет, до муки не допустит.
Незадолго до смерти поменяла посты и праздники на две недели.

Сайт о матушке Алипии
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
Просьба о помощи
© LogoSlovo.ru 2000 - 2017, создание портала - Vinchi Group & MySites