12 октября. Преподобного Кириака отшельника. Мучеников Дады, Гаведдая и Каздои.

29 сентября по старому стилю / 12 октября по новому стилю
четверг

Прп. Кириака отшельника (556).
Мчч. Дады, Гаведдая и Каздои (IV). Прп. Феофана Милостивого.
Сщмч. Иоанна, архиеп. Рижского (1934).


Флп., 238 зач., I, 20–27. Лк., 23 зач., VI, 12–19.
Прп.: Гал., 213 зач., V, 22 – VI, 2. Лк., 24 зач., VI, 17–23.

Тропарь преподобного Кириака, глас 1:
Пусты́нный жи́тель, и в телеси́ Áнгел,/ и чудотво́рец показа́лся еси́, богоно́се о́тче наш Кириа́че,/ посто́м, бде́нием, моли́твою Небе́сная дарова́ния прии́м,/ исцеля́еши неду́жныя и ду́ши ве́рою притека́ющих к Тебе́./ сла́ва Да́вшему Тебе́ кре́пость,/ сла́ва Венча́вшему тя,// сла́ва Де́йствующему Тобо́ю всем исцеле́ния.

Кондак преподобного Кириака, глас 2:
Чистото́ю душе́вною Бо́жественно вооружи́вся/ и непреста́нную моли́тву, я́ко копие́, вручи́в кре́пко,/ ссекл еси́ де́монская ополче́ния,/ Кириа́че, о́тче наш,// моли́ся непреста́нно о всех нас.
******
Смирение – это в первую очередь осознание своего недостоинства пред Богом. Когда мы осознаем себя недостойными пред Богом, мы становимся менее кичливыми в отношении людей. Смиренный человек не осуждает другого, хотя это не мешает ему быть объективным в оценке других людей, особенно если он, занимая властное положение, призван к тому, чтобы влиять на жизнь окружающих, в том числе через различного рода назначения. Смирение есть состояние полного и окончательного предания себя Господу. И пребывая пред лицом Божиим, исповедуя свои грехи, смиренный человек обретает внутренний покой, даже если находится в гуще событий. Вот почему так важно нам, живущим в миру, приезжать в монастыри, прикасаться к духовному опыту подвижников и угодников Божиих.

Преподобный Кириак
Преподобный Кириак родился в Коринфе в семье пресвитера соборной церкви Иоанна и его супруги Евдоксии. Епископ Коринфский Петр, его родственник, видя, что Кириак растет тихим и благоразумным отроком, поставил его чтецом в церкви. Постоянное чтение Священного Писания пробудило в его душе любовь к Господу и стремление к непорочной, богоугодной жизни. Однажды, когда юноше не было еще 18-ти лет, во время церковной службы он был так глубоко тронут словами Евангелия: «Аще кто хощет по Мне идти, да отвернется себе и возмет крест свой и по Мне грядет» (Мф. 16, 24), что тут же, не заходя домой, тайно ушел на пристань, сел на корабль и отправился в Иерусалим. Посетив святые места, Кириак несколько месяцев пробыл в монастыре недалеко от Сиона в послушании у игумена аввы Евсторгия и по его благословению направился в пустынную Лавру преподобного Евфимия Великого (память 20 января). Преподобный Евфимий, провидя в юноше великие Божии дарования, постриг его в иноческий образ и направил под начало преподобного Герасима (память 4 марта), подвизавшегося на Иордане в обители святого Феоктиста. Святой Герасим, видя молодость Кириака, указал ему жить в постоянном общении с братией. Молодой инок прилежно исполнял монастырские послушания, усердно молился, мало спал, пищу принимал через день, питаясь только хлебом и водой. В Великий пост святой Герасим, удаляясь по обыкновению в пустыню Рува, чтобы возвратиться в обитель в Неделю Ваий, стал брать с собой и Кириака. В полном уединении подвижники усугубляли свои труды. Преподобный Герасим каждую неделю причащал своего ученика Святых Таин. После кончины преподобного Герасима 27-летний инок Кириак вернулся в Лавру преподобного Евфимия, но его тоже уже не было в живых. Преподобный Кириак испросил себе уединенную келлию и там подвизался в безмолвии, общаясь лишь с иноком Фомой. Но вскоре Фома был послан в Александрию, где его хиротонисали во епископа, и святой Кириак в полном безмолвии провел 10 лет. В 37-летнем возрасте он был посвящен в сан диакона. Когда между обителями преподобного Евфимия и преподобного Феоктиста произошло разделение, святой Кириак удалился в Сукийский монастырь преподобного Харитона (память 28 сентября). В этой обители вновь поступающих иноков принимали как новоначальных; так же был принят и святой Кириак, который смиренно трудился на общих монастырских послушаниях. Через несколько лет преподобный Кириак был хиротонисан во пресвитера и назначен канонархом и трудился в этом послушании 18 лет. В обители святого Харитона преподобный Кириак провел 30 лет. Строжайший пост и совершенное незлобие выделяли преподобного Кириака даже среди аскетов – подвижников Лавры. Каждую ночь он читал в келлии Псалтирь, прерывая чтение лишь для того, чтобы идти в храм к полунощнице, спал подвижник очень мало. Когда преподобному исполнилось 70 лет, он удалился в пустыню Натуфа, взяв с собой своего ученика Иоанна. В пустыне отшельники питались лишь горькими травами, которые по молитве святого Кириака делались годными в пищу. По прошествии пяти лет о пустынниках узнал один из жителей и привел к ним своего бесноватого сына, и святой Кириак исцелил его. С тех пор много людей стало приходить к преподобному со своими нуждами, но он искал полного уединения и удалился в пустыню Рува, где пробыл еще пять лет. Однако и в эту пустыню к нему приходили больные и бесноватые, и преподобный исцелял их крестным знамением и молитвой. На 80-м году жизни преподобный Кириак удалился в сокровенную пустыню Сусаким, где сходились русла двух высохших рек. По преданию, о Сусакиме возвещал святой пророк Давид: «Ты иссушил еси реки Ифамские» (Пс. 73, 15). Через семь лет к нему пришли братия из Сукийского монастыря, прося его духовной помощи во время наступившего, по попущению Божию, голода и губительных болезней. Они умолили святого Кириака вернуться в обитель, и преподобный поселился в пещере, где раньше подвизался преподобный Харитон.

Преподобный Кириак оказал большую помощь Церкви в борьбе с распространившейся ересью оригенитов, молитвой и словом обращал обольщенных на истинный путь, укрепляя в вере православной. Составитель Жития преподобного Кириака, монах Лавры преподобного Евфимия Кирилл, был свидетелем того, как преподобный предсказал близкую смерть ересеначальников Нона и Леонтия, что вскоре и свершилось, и ересь перестала распространяться. Сама Пресвятая Богородица призывала преподобного Кириака блюсти в чистоте Православное учение: явившись ему во сне со святыми Иоанном Предтечей и Иоанном Богословом, Она отказалась войти в келлию преподобного, потому что в ней находилась книга со словами еретика Нестория. «У тебя в келлии – Мой враг», – сказала Она (память явления Пресвятой Богородицы преподобному Кириаку 8 июня). На 99-м году жизни преподобный Кириак опять удалился в Сусаким и там жил со своим учеником Иоанном. В пустыне преподобному Кириаку служил огромный лев, который охранял его от разбойников, но не трогал приходивших братий и ел из рук преподобного. Однажды в летнюю жару высохла вся вода в яме, куда зимой пустынники собирали воду, а другого источника воды не было. Преподобный Кириак помолился, и тут же в пустыне пролился обильный дождь, наполнивший яму водой. За два года до смерти преподобный Кириак вернулся в монастырь и вновь поселился в пещере преподобного Харитона. До конца жизни праведный старец сохранял бодрость, с усердием пел стоя, никогда не бывал без дела: или молился, или работал. Перед смертью преподобный Кириак призвал братию, благословил всех и с молитвой тихо отошел ко Господу, прожив 109 лет.

Свв. мчч.Дада, Гаведдай, Каздоя и Гаргал. Икона.
Святые мученики Дада, Гаведдай и Каздоя приняли смерть за Христа от персидского царя Сапора. Дада был первым царедворцем при Сапоре, а святые Гаведдай и Каздоя – родные дети этого жестокого царя. Не зная того, что святой Дада – христианин, царь назначил его правителем одной из персидских областей. Когда же это открылось, он был лишен всех почестей, предстал на суд жестокого мучителя Андромелиха и был приговорен к сожжению. Подойдя к костру, святой Дада осенил себя крестным знамением, и костер погас. Увидев это чудо, потрясенный царевич Гаведдай уверовал во Христа и во всеуслышание исповедал свою веру. Судья донес об этом царю, и тот приказал жестоко истязать святого Гаведдая. Но во всех мучениях святого охраняла сила Божия. Сам Ангел Господень утешал его, и каждый раз Господь возвращал ему крепость и здоровье. Видя чудесные исцеления святого мученика, многие узники, находившиеся вместе с ним в темнице, и среди них волхв Гаргал, стали христианами и тоже приняли мученичество. Сестра мученика Гаведдая, царевна Каздоя, тайно посетила брата в темнице и принесла ему воды. Еще раз Каздоя видела брата, когда мучители снова пытали его. Святой мученик был повешен на кресте, и множество стрел было пущено в него, но стрелы отскакивали и обращались против стрелявших. Увидев сестру, он убеждал ее уверовать во Христа. Святая Каздоя исповедала себя христианкой и, по повелению своего отца, царя Сапора, была жестоко избита и брошена в темницу, где томился ее брат. Страдая от ран, святая Каздоя просила брата-мученика помолиться о ней. Святой Гаведдай, совершив молитву, уверил сестру, что больше ее мучить не будут. На следующий день при новых пытках святой Гаведдай, увидев в толпе двух пресвитеров – Дадия и Авдия, просил их принести елея и воды, так как очень желал принять святое Крещение. В это время мученика осенило облако, из которого на него излилась вода и елей и услышан был глас: «Раб Божий, ты уже принял Крещение». Лицо мученика просветилось, и в воздухе разлилось благоухание. Мучитель приказал пронзить святого копьями, и через несколько часов он скончался с молитвой на устах. Тело его было рассечено на три части, но священники Дадий, Авдий и диакон Армазат взяли святые останки и с честью их похоронили. Тело святого мученика Дады, которого тоже долго истязали и живого разрубили на части, также было тайно погребено христианами. В полночь священнику Дадию явился мученик Гаведдай, передал ему сосуд с елеем и послал его к мученице Каздое помазать ее елеем и причастить Святых Таин, что иерей и исполнил, сказав напоследок святой мученице: «Усни, сестра, до пришествия Господня», и святая Каздоя отошла ко Господу. Мать святой мученицы приготовила ее к погребению и похоронила рядом с мучеником Гаведдаем.

Преподобный Феофан Милостивый, Газский
Преподобный Феофан был жителем Сирийского города Газы. Он был очень добрым и милосердным, принимал странников, помогал бедным, больным, и все свое имение истратил на помощь ближним, а сам остался в нищете. О потере имения святой Феофан нисколько не жалел, но его ждало большее испытание: он лишился здоровья, и болезнь причиняла ему великие страдания. Тело его стало отекать, разлагаться и издавало смрад. Но и это испытание преподобный терпел благодушно, за все благодаря Бога. Когда он умирал, разразилась страшная буря, и жена его скорбела, что не сможет даже похоронить его, как подобает. Святой утешил ее: «Не плачь, жена, до сих пор продолжалось испытание, но вот наступает помилование от Милосердного Бога, ибо в час моей кончины прекратится, по воле Божией, буря». Так и случилось: как только он предал душу Господу, наступила тишина. После смерти тело святого Феофана совершенно очистилось от ран и гноя и стало благоухать, источая благодатное целебное миро.

Священномученик Иоанн (Поммер), Рижский, архиепископ
Янис (Иоанн) Пом­мер ро­дил­ся 6 (19) ян­ва­ря 1876 го­да на ху­то­ре Ил­зес­са­ла Пра­у­ли­ен­ской во­ло­сти в се­мье пра­во­слав­но­го кре­стья­ни­на-ла­ты­ша. Его ро­ди­те­ли бы­ли про­стые на­бож­ные и бла­го­че­сти­вые хри­сти­ане. Свя­тое пра­во­сла­вие во­шло в жизнь се­мьи Пом­ме­ров еще при пра­де­де, несмот­ря на силь­ное со­про­тив­ле­ние и же­сто­кое пре­сле­до­ва­ние со сто­ро­ны немец­ких земле­вла­дель­цев. Каж­дый день и каж­дый пе­ри­од ра­бот в этой се­мье на­чи­на­ли с мо­лит­вы. Вся се­мья со­би­ра­лась вме­сте, отец чи­тал гла­ву из Но­во­го За­ве­та, де­ти пе­ли и чи­та­ли мо­лит­вы. И во­об­ще, в этой се­мье лю­би­ли петь цер­ков­ные пес­но­пе­ния. Вре­ме­на го­да счи­та­лись не по ме­ся­цам, а по цер­ков­ным празд­ни­кам. По­сто­ян­но по­мо­гая ро­ди­те­лям в кре­стьян­ском тру­де, от­рок Иоанн рос креп­ким, физи­че­ски вы­нос­ли­вым. Вме­сте с тем он от­ли­чал­ся вдум­чи­во­стью, тя­гой к по­зна­нию Сло­ва Бо­жия и был меч­та­тель­ной на­ту­рой. Учил­ся он при­леж­но и вел се­бя при­мер­но.
По Про­мыс­лу Бо­жию бед­но­му сель­ско­му маль­чи­ку пред­сто­я­ла де­ся­ти­лет­няя уче­ба в да­ле­кой Ри­ге. В ав­гу­сте 1887 го­да Иоанн Пом­мер за­чис­ля­ет­ся в Риж­скую ду­хов­ную шко­лу, окон­чив ко­то­рую, в 1891 го­ду по­сту­па­ет в Риж­скую ду­хов­ную се­ми­на­рию.
Все свое сво­бод­ное вре­мя Иоанн про­во­дил в биб­лио­те­ке. То­ва­ри­щи ува­жа­ли его за бле­стя­щие спо­соб­но­сти и го­тов­ность по­мочь, за его бо­га­тыр­скую си­лу. Ко­гда при­хо­ди­ла его оче­редь чи­тать на бо­го­слу­же­нии, Иоанн чи­тал про­ник­но­вен­но и мо­лит­вен­но.
В 1900 го­ду Иоанн Пом­мер по­сту­па­ет в Ки­ев­скую ду­хов­ную ака­де­мию. Нет со­мне­ния, что свя­ты­ни Ки­е­ва ока­за­ли бла­го­твор­ное вли­я­ние на бла­го­че­сти­во­го юно­шу.
В го­ды обу­че­ния в ака­де­мии в нем укреп­ля­лась ре­ши­мость всю свою жизнь по­свя­тить слу­же­нию Церк­ви Хри­сто­вой. На сте­зю ино­че­ской жиз­ни бу­ду­ще­го по­движ­ни­ка Лат­вий­ской зем­ли бла­го­сло­вил ве­ли­кий мо­лит­вен­ник и чу­до­тво­рец Рус­ской зем­ли св. пра­вед­ный Иоанн Крон­штадт­ский. В 1903 го­ду, в 27 лет, Иоанн Пом­мер при­ни­ма­ет мо­на­ше­ский по­стриг, 23 сен­тяб­ря 1903 го­да ру­ко­по­ла­га­ет­ся в сан иеро­ди­а­ко­на, а 13 июля 1904 го­да — в сан иеро­мо­на­ха.
В 1904 го­ду окан­чи­ва­ет ду­хов­ную ака­де­мию с от­ли­чи­ем и сте­пе­нью кан­ди­да­та бо­го­сло­вия. Учась в ду­хов­ной ака­де­мии, иеро­мо­нах Иоанн ру­ко­во­дит пе­ни­ем ака­де­ми­че­ско­го хо­ра.
Слу­же­ние Бо­гу в свя­щен­ном сане бы­ло для него по­сто­ян­ным ис­по­вед­ни­че­ским по­дви­гом и сле­до­ва­ни­ем за пас­ты­ре­на­чаль­ни­ком Хри­стом, ска­зав­шим о Сво­их пас­ты­рях: «...Аз из­брах вы от ми­ра, се­го ра­ди нена­ви­дит вас мир. По­ми­най­те сло­во, еже Аз рех вам: несть раб бо­лий гос­по­ди­на сво­е­го. Аще Мене из­гна­ша, и вас из­же­нут; аще сло­во Мое со­блю­до­ша, и ва­ше со­блю­дут... От сон­мищ ижде­нут вы; но при­и­дет час, да всяк, иже уби­ет вы, воз­мнит­ся служ­бу при­но­си­ти Бо­гу... В ми­ре скорб­ни бу­де­те; но дер­зай­те, яко Аз по­бе­дих мир» (Ин.15,19-20, 16,2:33).
26 сен­тяб­ря 1907 го­да ар­хи­епи­ско­пом Во­ло­год­ским иеро­мо­нах Иоанн воз­во­дит­ся в сан ар­хи­манд­ри­та, где он за­ни­мал долж­ность ин­спек­то­ра, а уже в сле­ду­ю­щем го­ду на­зна­ча­ет­ся рек­то­ром Ли­тов­ской ду­хов­ной се­ми­на­рии и на­сто­я­те­лем Ви­лен­ско­го Свя­то-Тро­иц­ко­го мо­на­сты­ря.
Бу­дучи пре­крас­ным про­по­вед­ни­ком, ар­хи­манд­рит Иоанн при­ла­га­ет мно­го сил, чтобы по­ста­вить ис­кус­ство про­по­ве­ди на са­мый вы­со­кий уро­вень, лич­но про­слу­ши­ва­ет про­по­ве­ди вос­пи­тан­ни­ков, да­ет цен­ные ука­за­ния и по­яс­не­ния. Боль­шое вни­ма­ние уде­ля­ет бла­го­ле­пию хра­ма и мо­на­сты­ря.
Ар­хи­манд­рит Иоанн со­вер­ша­ет крест­ные хо­ды в сель­ские при­хо­ды с чу­до­твор­ной ико­ной Бо­жи­ей Ма­те­ри. В крест­ных хо­дах при­ни­ма­ет уча­стие огром­ное чис­ло мо­ля­щих­ся. Ис­то­вые бо­го­слу­же­ния, мо­лит­вен­ное и внят­ное чте­ние, пре­крас­ные про­по­ве­ди глу­бо­ко про­ни­ка­ют в ду­ши пра­во­слав­но­го на­ро­да. В серд­цах лю­дей воз­гре­ва­ет­ся си­ла ве­ры, на­деж­ды и люб­ви.
Необык­но­вен­но прост был ар­хи­манд­рит Иоанн в об­ще­нии с людь­ми, и уди­ви­тель­но его со­чув­ствие нуж­дам бед­но­го на­ро­да: ни­кто от него «тощ и неуте­шен не оты­де». Ар­хи­манд­рит Иоанн, сле­дуя за Хри­стом, вме­щал в сво­ем серд­це нуж­ды угне­тен­ных и обез­до­лен­ных. Осо­бен­но лю­би­ла его рус­ская и бе­ло­рус­ская бед­но­та, по­лу­чав­шая через него ра­бо­ту, за­щи­ту и под­держ­ку. В этом про­яв­ля­ет­ся под­лин­ная сущ­ность хри­сти­ан­ско­го пас­ты­ря, не де­ла­ю­ще­го раз­ни­цы меж­ду ра­бом и сво­бод­ным, эл­ли­ном, иуде­ем или пред­ста­ви­те­лем лю­бо­го на­ро­да.
11 мар­та 1912 го­да в Алек­сан­дро-Нев­ской лав­ре со­бо­ром епи­ско­пов во гла­ве с Мит­ро­по­ли­том Мос­ков­ским Вла­ди­ми­ром и Мит­ро­по­ли­том Ки­ев­ским Фла­виа­ном ар­хи­манд­рит Иоанн был хи­ро­то­ни­сан во епи­ско­па и на­зна­чен в го­род Слуцк ви­ка­ри­ем ар­хи­епи­ско­па Мин­ско­го Ми­ха­и­ла.
В 1912 го­ду епи­скоп Иоанн со­вер­ша­ет епи­скоп­ское слу­же­ние в Одес­се, а по­сле кон­чи­ны ар­хи­епи­ско­па Хер­сон­ско­го Ди­мит­рия в 1913 го­ду на­зна­ча­ет­ся в Та­ган­рог на вновь от­кры­тую При­азов­скую ка­фед­ру (1913-1917 го­ды).
На­сту­пи­ло вре­мя тяж­ких ис­пы­та­ний и тра­ги­че­ских по­тря­се­ний Пер­вой ми­ро­вой вой­ны и ли­хо­ле­тья 1917 го­да.
Ми­ло­серд­ная лю­бовь вла­ды­ки Иоан­на про­сти­ра­лась не толь­ко на его паст­ву, но и на страж­ду­щих вне огра­ды Пра­во­слав­ной Церк­ви. Со­стра­да­тель­ная дей­ствен­ная по­мощь бе­жен­цам из Га­ли­ции не толь­ко об­лег­чи­ла их стра­да­ния, но и при­влек­ла мно­гих из них к пе­ре­хо­ду в ло­но Пра­во­слав­ной Церк­ви.
В ре­зуль­та­те ре­во­лю­ци­он­но­го пе­ре­во­ро­та 1917 го­да но­вые во­жди воз­двиг­ли же­сто­чай­шее го­не­ние на Цер­ковь. Враг ро­да че­ло­ве­че­ско­го из­древ­ле осо­бое го­не­ние воз­дви­гал на ар­хи­пас­ты­рей и пас­ты­рей, на­де­ясь, по­ра­зив пас­ты­рей, рас­се­ять овец ста­да Хри­сто­ва.
7 (20) сен­тяб­ря 1917 го­да Свя­тей­ший Пат­ри­арх Ти­хон на­зна­ча­ет епи­ско­па Иоан­на на слу­же­ние в Твер­скую епар­хию, где бы­ла на­ру­ше­на мир­ная цер­ков­ная жизнь. Спо­спе­ше­ству­е­мый по­мо­щью Бо­жи­ей, муд­рый ар­хи­пас­тырь быст­ро на­ла­жи­ва­ет цер­ков­ную жизнь.
Ви­дя в епи­ско­пе Иоанне доб­ро­го и муд­ро­го пас­ты­ря, Пат­ри­арх воз­во­дит его в сан ар­хи­епи­ско­па, на­зна­ча­ет ар­хи­епи­ско­пом Пен­зен­ским и Са­ран­ским и на­прав­ля­ет на вра­че­ва­ние рас­ко­ла и ере­си. Епар­хия бы­ла в тя­же­лей­шем по­ло­же­нии. Мест­ное ду­хо­вен­ство, как ста­до, не иму­щее пас­ты­ря, рас­те­ря­лось, а часть свя­щен­ни­ков да­же укло­ни­лась в рас­ко­лы. Ере­ти­че­ству­ю­щие рас­коль­ни­ки за­хва­ти­ли ка­фед­раль­ный со­бор Пен­зы и ос­нов­ные хра­мы.
К но­во­му ме­сту слу­же­ния в Пен­зу ар­хи­епи­скоп Иоанн при­был во втор­ник на Страст­ной сед­ми­це 1918 го­да и уже пер­вые ар­хи­ерей­ские служ­бы при­влек­ли к вла­ды­ке серд­ца на­ро­да Бо­жия.
Гос­подь хра­нил пра­вед­ни­ка для даль­ней­ше­го ис­по­вед­ни­че­ства и ру­ко­вод­ства ов­ца­ми Сво­е­го ста­да. А тяж­кие ис­пы­та­ния и ис­по­вед­ни­че­ский по­двиг толь­ко укреп­ля­ли ду­хов­ные си­лы вла­ды­ки. В этом мы ви­дим ве­ли­кий про­мы­сел Бо­жий о пра­во­слав­ных лю­дях Лат­вий­ской зем­ли, ко­то­рые пе­ре­нес­ли нема­ло стра­да­ний и пре­сле­до­ва­ний за ве­ру пра­во­слав­ную.
Пе­чаль­но бы­ло со­сто­я­ние Пра­во­слав­ной Церк­ви Лат­вии в то смут­ное вре­мя. Не при­знан­ная го­су­дар­ством, она бы­ла от­да­на на раз­граб­ле­ние. Паства бы­ла в рас­се­я­нии, а пра­во­сла­вие го­ни­мо. Пра­во­сла­вию пред­ре­ка­ли ско­рый ко­нец.
За го­ды Пер­вой ми­ро­вой вой­ны и ре­во­лю­ции в Лат­вии уни­что­же­но пра­во­слав­ное ду­хов­ное об­ра­зо­ва­ние, от­ня­та Риж­ская ду­хов­ная се­ми­на­рия. Риж­ская ка­фед­ра вдов­ство­ва­ла: не бы­ло ар­хи­пас­ты­ря. По­сле по­лу­че­ния Лат­ви­ей неза­ви­си­мо­сти ост­ро встал во­прос о по­ло­же­нии Пра­во­слав­ной Церк­ви в Лат­вии. Власть иму­щие не со­гла­ша­лись с по­ло­же­ни­ем епар­хии Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви.
Пе­чаль­но бы­ло со­сто­я­ние хра­мов в стране. Раз­граб­лен­ные и опу­сто­шен­ные во вре­мя ок­ку­па­ции и граж­дан­ской вой­ны, они бы­ли в за­пу­сте­нии. Ико­но­ста­сы бы­ли раз­гром­ле­ны, ико­ны по­ру­га­ны, рас­пя­тия вы­бра­сы­ва­лись в му­сор, был ра­зо­рен Риж­ский ка­фед­раль­ный со­бор. Жесть с ку­по­лов хра­мов сни­ма­лась для ре­мон­та учре­жде­ний... Ни один из пра­во­слав­ных хра­мов не из­бе­жал этих бед. Один за дру­гим за­хва­ты­ва­лись луч­шие пра­во­слав­ные хра­мы. Под угро­зой за­кры­тия был и Риж­ский жен­ский мо­на­стырь.
В Риж­ском пра­во­слав­ном ка­фед­раль­ном со­бо­ре Рож­де­ства Хри­сто­ва од­ни хо­те­ли устро­ить пан­те­он-усы­паль­ни­цу на­цио­наль­ных ге­ро­ев, дру­гие ду­ма­ли сне­сти его с ли­ца зем­ли.
Лат­вий­ское ду­хо­вен­ство и ми­ряне, как ста­до, не имев­шее пас­ты­ря, с глу­бо­кой скор­бью пе­ре­жи­ва­ли вдов­ство Риж­ской ка­фед­ры и неустро­ен­ность по­ло­же­ния пра­во­сла­вия в го­су­дар­стве, но что мо­жет сде­лать цер­ков­ный на­род без сво­е­го ар­хи­пас­ты­ря?
Бла­го­че­сти­вые пас­ты­ри и ми­ряне об­ра­ти­лись к Свя­тей­ше­му Пат­ри­ар­ху Ти­хо­ну со сми­рен­ной прось­бой бла­го­сло­вить окорм­лять лат­вий­скую паст­ву ар­хи­епи­ско­па Иоан­на (Пом­ме­ра), стя­жав­ше­го лю­бовь твер­до­стью в ве­ре и ис­по­вед­ни­че­ским по­дви­гом.
Вла­ды­ка Иоанн увра­че­вал рас­кол в Пен­зен­ской епар­хии, и Пат­ри­арх на­зна­чил его Риж­ским ар­хи­епи­ско­пом и бла­го­сло­вил на отъ­езд в Лат­вию, но пен­зен­ские кли­ри­ки и ми­ряне не хо­те­ли от­пус­кать глу­бо­ко лю­би­мо­го вла­ды­ку. И толь­ко вви­ду неот­ступ­но­сти просьб лат­вий­ской паст­вы Свя­тей­ший Пат­ри­арх Ти­хон дал окон­ча­тель­ное со­гла­сие на отъ­езд ар­хи­епи­ско­па Иоан­на в Лат­вию, удо­сто­ив его бла­годар­ствен­ной гра­мо­ты за са­мо­от­вер­жен­ный и пло­до­твор­ный труд на раз­лич­ных ме­стах слу­же­ния в Рос­сии.
08 (21) июня 1921 го­да Свя­тей­ший Пат­ри­арх Ти­хон да­ру­ет пра­ва ши­ро­кой ав­то­но­мии Пра­во­слав­ной Церк­ви в Лат­вии и сво­им ука­зом на­зна­ча­ет ар­хи­епи­ско­па Пен­зен­ско­го Иоан­на (Пом­ме­ра) ар­хи­епи­ско­пом Риж­ским и Лат­вий­ским.
По во­ле Бо­жи­ей вла­ды­ка воз­вра­ща­ет­ся в Лат­вию с бо­га­тым ду­хов­ным и адми­ни­стра­тив­ным опы­том, при­об­ре­тен­ным на пред­ше­ство­вав­ших ка­фед­рах. На всех эта­пах сво­е­го слу­же­ния он ру­ко­вод­ство­вал­ся преж­де все­го иде­ей ду­хов­но­го воз­рож­де­ния цер­ков­ной жиз­ни, слу­же­ния Бо­гу и лю­дям.
Го­ды слу­же­ния Свя­той Церк­ви и сто­я­ния за ве­ру обо­га­ти­ли свя­то­го муд­ро­стью и рас­су­ди­тель­но­стью. Он вы­рос в ду­хов­ном от­но­ше­нии в му­жа со­вер­шен­на, мо­гу­ще­го и дру­гих на­став­лять на путь спа­се­ния, и явил со­бой ред­кий при­мер са­мо­от­ре­че­ния и пре­дан­но­сти во­ле Бо­жи­ей. В ве­ли­чай­шем сми­ре­нии про­хо­дя сте­зей ар­хи­пас­тыр­ско­го слу­же­ния, вла­ды­ка Иоанн во всем по­ла­гал­ся на Гос­по­да, ни­че­го не при­пи­сы­вая лич­но се­бе, но во всем со­об­ра­зо­вы­вал­ся с во­лей Бо­жи­ей. Со сми­ре­ни­ем при­нял свя­ти­тель лат­вий­скую паст­ву под свой омо­фор.
В Ри­ге ар­хи­епи­скоп был встре­чен сво­ей но­вой паст­вой на вок­за­ле и с крест­ным хо­дом про­сле­до­вал в раз­гром­лен­ный ка­фед­раль­ный со­бор.
Окру­жен­ный лю­бо­вью па­со­мых, вла­ды­ка пред­при­нял по­езд­ку по при­хо­дам, укреп­ляя ве­ру и по­буж­дая всех быть твер­ды­ми в ве­ре.
Он ис­пы­ты­вал при­тес­не­ния вла­стей, но это бы­ло ни­что в срав­не­нии с пе­ре­жи­тым от боль­ше­ви­ков в Рос­сии.
Мно­го сил и тру­дов по­тре­бо­ва­ло утвер­жде­ние прав Лат­вий­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви в го­су­дар­стве. Толь­ко бла­го­да­ря неустан­ным са­мо­от­вер­жен­ным тру­дам ар­хи­епи­ско­па Иоан­на уда­лось до­стичь ре­ги­стра­ции Церк­ви как пол­но­прав­но­го юри­ди­че­ско­го ли­ца, и толь­ко серд­це­ве­дец Гос­подь зна­ет, сколь­ко стра­да­ний при­шлось пе­ре­жить вла­ды­ке, со­вер­шая это важ­ней­шее де­ло. Для до­сти­же­ния это­го ар­хи­епи­ско­пу Иоан­ну при­шлось вы­дви­нуть свою кан­ди­да­ту­ру на вы­бо­ры в Сейм*. На­род под­дер­жал сво­е­го ар­хи­пас­ты­ря и неод­но­крат­но вы­би­рал его де­пу­та­том пар­ла­мен­та Лат­вии. Мно­го уни­же­ний, оскорб­ле­ний и да­же по­бо­ев при­шлось пе­ре­не­сти вла­ды­ке, бу­дучи де­пу­та­том, за сви­де­тель­ство об ис­тине, но толь­ко та­ким пу­тем он смог от­сто­ять Цер­ковь.
Так был по­ло­жен ко­нец уни­что­же­нию пра­во­сла­вия в Лат­вии.
Вла­ды­ка Иоанн свя­то чтил ка­но­ны Свя­той Пра­во­слав­ной Церк­ви и счи­тал важ­ней­шим для са­мо­сто­я­тель­ной Лат­вий­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви ду­хов­но на­хо­дить­ся в лоне Ма­те­ри-Церк­ви Мос­ков­ско­го Пат­ри­ар­ха­та. Он от­вер­гал все по­ту­ги Кон­стан­ти­но­поль­ско­го Пат­ри­ар­ха­та и кар­ло­вац­ких рас­коль­ни­ков за­ста­вить Лат­вий­скую Цер­ковь по­рвать с Ма­те­рью-Цер­ко­вью, един­ство с ко­то­рой яв­ля­ет­ся для нас за­ве­ща­ни­ем свя­то­го ар­хи­пас­ты­ря.
Вся жизнь и по­движ­ни­че­ские тру­ды свя­ти­те­ля Иоан­на как ар­хи­епи­ско­па и де­пу­та­та бы­ли на­прав­ле­ны на слу­же­ние Церк­ви, сво­ей ро­дине Лат­вии и про­сто­му на­ро­ду. Он оди­на­ко­во за­бо­тил­ся как о рус­ских, ла­ты­шах, так и о лю­дях дру­гих на­цио­наль­но­стей. Для него не бы­ло сво­их и чу­жих, все бы­ли бра­тья.
За­щит­ник и по­кро­ви­тель обез­до­лен­ных и бед­ней­ших сло­ев на­се­ле­ния, сам вла­ды­ка жил бо­лее чем скром­но. Став­шая его жи­ли­щем тем­ная и сы­рая ком­нат­ка в под­ва­ле ка­фед­раль­но­го со­бо­ра с за­ре­ше­чен­ным око­шеч­ком под са­мым по­тол­ком, через ко­то­рое про­ни­ка­ли все зву­ки цен­траль­но­го буль­ва­ра, бы­ла в крайне за­пу­щен­ном со­сто­я­нии. За­коп­чен­ные сте­ны по­кры­ва­ли пят­на пле­се­ни и сы­ро­сти. Жи­вя в под­ва­ле, ар­хи­епи­скоп Иоанн при­ни­мал там вы­со­ких ино­стран­ных го­стей. В под­ва­ле со­бо­ра по­бы­ва­ли эс­тон­ский, фин­ский и ан­глий­ский епи­ско­пы. Один из ино­стран­ных по­се­ти­те­лей со сле­за­ми на гла­зах вос­клик­нул: «По­верь­те, что в мо­ем оте­че­стве ни один аре­стант не жи­вет в та­кой яме, как Вы, гла­ва Лат­вий­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви». Об­ста­нов­ка в ке­лье вла­ды­ки бы­ла очень про­стой: несколь­ко кре­сел, сту­лья, шка­фы с кни­га­ми, ико­ны. Над стол­бом боль­шой порт­рет Свя­тей­ше­го Пат­ри­ар­ха Ти­хо­на. Нам неве­до­мо, сколь­ко слез бы­ло про­ли­то здесь свя­тым ис­по­вед­ни­ком пе­ред свя­ты­ми ико­на­ми. Вла­ды­ка лю­бов­но на­зы­вал свой под­вал «моя пе­ще­ра» и на про­яв­ле­ния со­чув­ствия к сво­е­му по­ло­же­нию толь­ко от­шу­чи­вал­ся. Мно­го­чис­лен­ные по­се­ти­те­ли за­пом­ни­ли его улы­ба­ю­щим­ся, про­стым и до­ступ­ным в об­ще­нии.
Вла­ды­ка очень лю­бил де­тей, и де­ти лю­би­ли его. Как ча­сто с це­лой ва­та­гой ре­бят яв­лял­ся он в книж­ный ма­га­зин и по­ку­пал всем книж­ки, ино­гда на несколь­ко де­сят­ков ла­тов. И ра­дост­ная тол­па де­тей, ча­сто за­быв по­бла­го­да­рить, рас­сы­па­лась по до­мам, а он с ти­хой ра­до­стью смот­рел им вслед.
По­сле Пас­халь­ной за­ут­ре­ни, по древ­не­му обы­чаю, ар­хи­епи­скоп раз­гов­лял­ся с бед­ны­ми. Здесь он чув­ство­вал се­бя точ­но в род­ной се­мье. Он ни­ко­гда не раз­ли­чал лю­дей по со­ци­аль­но­му про­ис­хож­де­нию. Для него бы­ло все рав­но, кто пе­ред ним: ми­нистр, ге­не­рал, ари­сто­крат, кре­стья­нин или ра­бо­чий. Во всех ви­дел он об­раз Бо­жий. Неред­ко вла­ды­ку по­се­ща­ли толь­ко что вы­шед­шие из за­клю­че­ния пре­ступ­ни­ки. Вла­ды­ка по­мо­гал им, ка­ю­щим­ся, на­чать но­вую жизнь. Каж­дый ощу­щал ра­дость от об­ще­ния со свя­тым. Доб­рый к доб­рым и ка­ю­щим­ся, ар­хи­епи­скоп был строг к се­бе, про­ти­во­сто­ял упор­ству­ю­щим в за­блуж­де­нии и вра­гам Церк­ви. Охра­няя Цер­ковь, он не ща­дил се­бя и по­это­му поль­зо­вал­ся все­об­щей лю­бо­вью рев­ни­те­лей бла­го­че­стия как в Лат­вии, так и да­ле­ко за ее пре­де­ла­ми.
Од­на­ко здо­ро­вье его бы­ло по­до­рва­но непо­силь­ны­ми тру­да­ми и тя­же­лы­ми усло­ви­я­ми жиз­ни. Стра­дая те­лес­ны­ми неду­га­ми, он был вы­нуж­ден пе­ре­ехать на ар­хи­ерей­скую да­чу у Ки­шо­зе­ра — ме­сто сво­ей му­че­ни­че­ской кон­чи­ны.
По­ла­га­ясь на Гос­по­да, вла­ды­ка жил без охра­ны на да­че, на­хо­див­шей­ся в пу­стын­ном ме­сте. Он лю­бил оди­но­че­ство. Здесь от­ды­ха­ла ду­ша его от мир­ской су­е­ты. Сво­бод­ное вре­мя вла­ды­ка про­во­дил в мо­лит­ве, тру­дил­ся в са­ду, за­ни­мал­ся сто­ляр­ным тру­дом на вер­ста­ке, на ко­то­ром му­чи­те­ли по­том пре­да­ли его страш­ным ис­тя­за­ни­ям.
О му­че­ни­че­ской кон­чине свя­то­го воз­ве­стил по­жар на ар­хи­ерей­ской да­че в ночь с чет­вер­га на пят­ни­цу 12 ок­тяб­ря 1934 го­да.
Ни­кто не зна­ет, кто вла­ды­ку под­верг му­че­ни­ям. Но му­че­ния эти бы­ли же­сто­ки­ми. Ар­хи­епи­ско­па при­вя­за­ли к сня­той с пе­тель две­ри и под­верг­ли на вер­ста­ке страш­ным пыт­кам. Все сви­де­тель­ство­ва­ло о том, что но­ги свя­то­го жгли ог­нем, в него вы­стре­ли­ли из ре­воль­ве­ра и жи­во­го пре­да­ли ог­ню.
На по­хо­ро­ны ар­хи­епи­ско­па Иоан­на ка­фед­раль­ный со­бор не мог всех вме­стить. Мно­же­ство на­ро­да сто­я­ло вдоль улиц, по ко­то­рым долж­ны бы­ли про­не­сти остан­ки свя­щен­но­му­че­ни­ка. Па­мять о свя­том хра­ни­лась в серд­цах пра­во­слав­ных, и ни­что, да­же страх пре­сле­до­ва­ний, не мог­ло из­гла­дить ее.
На про­тя­же­нии дол­гих де­ся­ти­ле­тий на По­кров­ском клад­би­ще в Ри­ге у усы­паль­ни­цы свя­щен­но­му­че­ни­ка све­жие цве­ты, све­чи, бо­го­моль­цы. Из­вест­ны фак­ты ис­це­ле­ния и по­мо­щи Бо­жи­ей лю­дям по мо­лит­вам свя­то­го пред­ста­те­ля зем­ли Лат­вий­ской.
Ча­сов­ня на По­кров­ском клад­би­ще в Ри­ге, где под спу­дом по­ко­и­лись мо­щи ар­хи­пас­ты­ря-му­че­ни­ка, ста­ла ме­стом па­лом­ни­че­ства мно­гих пра­во­слав­ных, вер­но чтя­щих его па­мять.

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
Просьба о помощи
© LogoSlovo.ru 2000 - 2017, создание портала - Vinchi Group & MySites