Впечатления паломника о поездке в Святую Землю

Паломников в Святой Земле не то чтобы любят – к ним привыкли. Евреи и мусульмане – обитатели Священного Города – привыкли к шатающимся по городу толпам различных христиан. В одно время года это греки, в другое – жители Западной Европы…
Почти круглогодично в Святую Землю едут толпы российских паломников. Некоторые из них (примерно 40%) – убежденные православные, впереди священство в непременных безрукавках по греческой моде и греческих же тюбетейках, женщины в пудовых ботинках, замотанные в платки и в юбках до земли, мужчины с маленькими флибустьерскими бородками семенят за женщинами. Другие – туристы, мужчины в легком и радостном подпитии, женщины в брюках и шортах, попадаются скучающие дети. И те, и другие стремятся к главной святыне – Гробу Господню – поклониться и исполнить "ритуал записочек".

Этот храм снаружи выглядит довольно эклектично, со всех сторон застроен домами Старого города, ведь около него сходятся все кварталы - мусульманский, еврейский, христианский и армянский. Внутри он - как матрешка: помимо главной святыни, называемой "опочивальня" (греческое "кувуклия" происходит от латинского cubiculum, спальня), нечто вроде маленького домика в центре большого собора, в нем есть части, принадлежащие католикам, армянам и коптам. Это либо притворы, либо тоже небольшие домики. Российские граждане подходят "подать за здравие и упокой". Греки лениво и равнодушно принимают тонны записочек, взимая за каждую установленную таксу – от доллара до пяти, в зависимости от порядка поминовения. В действительности сами греки признаются, что мешки с записками обрабатываются "по упрощенной форме": священник возлагает на мешок руку и говорит: "Помяни Господи всех, здесь написанных!" Просто и быстро. Дел на три минуты, один мешок – тысячи три американских долларов… Впрочем, можно сказать, что иудеи, как верующие ("датишные"), так и неверующие, несущие записки к Западной Стене, называемой у русских обычно "Стеной плача", также исполняют некий ритуал, который выглядит несколько поверхностно.
Вообще, коммерциализация святынь – это то, что наиболее сложно для восприятия. Второе сложное впечатление – реконструированный характер святынь. Средневековье и Новое Время создали свой образ "паломнического города": Via Dolorosa, построенная францискацами с ее неслыханными в православной традиции "пятнадцатью остановками Христа", реконструкция "Сионской горницы" и многие другие поздние артефакты наводят на грустные сомнения и мысли о том, а сохранилось ли хоть что-нибудь в нетронутом, изначальном виде. Греки предлагают приложиться к "древнейшим" иконам и книгам, которым на вид не более двухсот лет. Для такой оценки не надо быть искусствоведом – живописный манерный стиль икон, манера письма говорят за недавнее происхождение "древностей".
Впрочем, святыни, разумеется, остаются святынями, но их надо уметь увидеть глазами веры, вспоминая тексты евангелистов, святоотеческие толкования и богослужебные песнопения… Тогда и убогая крошечная мечеть на месте вознесения Христа, и неухоженная центральная часть базилики Рождества в Вифлееме, и захоженая толпами туристов церковь Гроба Господня предстанут в совсем ином свете. Благоговение – великая преображающая сила, но она все меньше чувствуется в Святой Земле. Толпы православных, "приложившись" и "подав", спешат на арабский базар за кашемировыми платками, майками с могендовидом, кальянами и оливками.

Рядом с храмом Гроба Господня на Сук эд-даббаха находится удивительное место – "Русские раскопки" Императорского Православного Палестинского общеста. Но не того, глава которого – председатель Счетной палаты, а активный член – "политправославный профессор" Н. Лисовой, а другого, "белоэмигранского", которое хранило и хранит великую святыню – Порог иерусалимских Судных Врат, через которые Христос перешагнул, идя на казнь на Голгофу. Председатель Общества граф Н.А. Воронцов рассказал, что ведущие археологи Израиля признали аутентичность этой святыни, что на фоне всеобщей сомнительности вызывает гордость за то, что именно русские люди хранят эту великую историческую реликвию.

Если отойти чуть в сторону от еврейского квартала с его улицей Хабада, на которой синагог, ешив и хедеров больше, чем где-либо, попадаешь в необычный мир христианского Востока, который привлекает мало туристов. А зря. Замечательное место – сирийский монастырь св. Марка, на стене которого сохранилась сирийская надпись I в., сообщающая, что в доме, который со временем превратился в храм, жила когда-то мать апостола Марка! Надпись безусловно древняя, да и язык, на котором в суровой и строгой восточной манере совершает богослужение сирийский епископ и братия монастыря, почти тот же, на котором Христос говорил с учениками – арамейский. Смотрительница храма Устиния, бывшая учительница математики из иракской Ниневии, рассказывает, что именно в горнице этого дома матери Марка Мариам совершил Христос (она называет его по-сирийски Ишо Мэшихо) Тайную вечерю. Вот он – Сион! Можно, конечно, верить ее словам, можно сомневаться, но Иерусалим – место, где сила христианской веры вырастает из древних стен и камней.

Рядом, буквально в двух минутах хода, – армянский монастырь, в котором находятся мощи первого епископа города Иерусалима – Иакова Брата Господня, сына Иосифа-Обручника от первого брака… В храме тишина, идет уставная служба, народу мало, больше армян-туристов из Армении. Напротив монастыря – духовная семинария Армянской Апостольской Церкви, сам квартал удивляет чистотой и красотой, он совершенно не похож ни на суетливые улицы мусульманского, ни на сверх-религиозные улицы еврейского квартала, примыкающие к Западной Стене.

За несколько дней привыкаешь к Старому Иерусалиму, и один день, проведенный в поездке в Галилею и обратно, не стирает черты этого удивительного места, а только делает резче восприятие евангельских слов: "Остави Исус пределы галилейские и прииде в Иеросалим"…

Александр Иванов portal-credo.ru

Комментарии (3)

Всего: 3 комментария
  
#1 | Любовь »» | 13.10.2011 22:37
  
7
Моя давняя мечта была посещение мест где жил Иисус Христос.
Это настолько было для меня важно, что мне даже не верилось, что это уже осуществляется.
За дней 10 до поездки, я слегла с температурой 39, которая держалась дня четыре.
Я была совершенно без сил и желаний, но понимала, что мне это необходимо, так как я еду в самые святые места и я не переставала молиться во время болезни.
Первое что я посетила, это Египет, поскольку перед Иерусалимом я решила посетить монастырь Святой Катерины или монастырь Неопалимой Купины. Я видела и трогала этот удивительный куст перед которым снимал обувь Моисей.
В монастыре имеется уникальное собрание икон, имеющих исключительную духовную, художественную и историческую ценность. Можно часами стоять возле них, настолько они выразительны.
Больше всего меня поразил и вдохновил тот факт, что на горе Синае живут монахи, в совершенно, на мой взгляд, недоступных местах. Это высоко в горах и туда не так просто подняться. Они ничего не желают, они выше всяких человеческих страстей и ни о каком стяжании не заботятся и не ухаживают за своим телом обходятся малым и во всех остальных отношениях не хотят себе никакой пользы.
После этого я поднялась на гору Моисея. Поскольку это был ночное восхождение, то я не видела куда я иду - как высоко и далеко. Я знала из Ветхого Завета, это та самая гора Хорив, на вершине которой Господь явил пророку Моисею свое откровение в виде десяти заповедей.
Все восхождение я только и думала об этом событии, представляла это, как будто перешла в то время.
Подъем для меня был достаточно тяжелым.
Шло огромное количество людей разных национальностей и вероисповеданий. Надо обязательно отметить, что такого неба я более нигде не видела.Оно все было щедро усыпано звездами. Потрясающее зрелище!
Объединяло всех одно желание - посетить это место. Некоторые не выдерживали и еще на полпути брали верблюдов, чтобы доехать до подножья горы. Я же решила дойти сама. Самым, пожалуй, тяжелым моментом были последние ступени высотой примерно 60-80 см.
Сил подыматься по ним у меня уже не было. Мой спутник на каждую ступеньку меня втаскивал, и я шла до следующей, останавливаясь на каждом шагу, чтобы отдышаться. Мною двигал только дух, потому, что тело отказало.
Был страшный холод и горло моментально " схватило". Но я знала, что я должна дойти и не переставала читала молитву.
И конечно, я дошла. И как будто для меня, на холодном камне на краю обрыва, одиноко лежало непонятно откуда взявшееся одеяло, чтобы я могла наконец присесть на него вытянуть уставшие ноги и сосредоточится на молитве перед восходом солнца. Нет слов описать радость от восходящего солнца, как на моих глазах осветились от красно-желтых лучей могучие скалы, открыв совершенно потрясающий вид сверху.
Я никак не могла себе и представить - как я могла взобраться на такую высоту, когда я, наконец, увидела где я нахожусь! Ведь мы еще спускались часа 2-3!
После этого я посетила Иерусалим, Вифлеем, Назарет, окунулась в воды Иордана, там где крестили нашего Иисуса Христа . Счастью моему не было конца.
В такой момент не совсем замечаешь, огромного числа туристов, которые не все имеют трепетное отношение к этим удивительным местам. Но если в сердце живет любовь к Творцу и мысль о том, на что пошел Иисус, чтобы заплатить за грехи человечества, то уже не обращаешь внимания на громко говорящих людей и толкотню, потому, что мое сердце в тот момент переносило физическую ту самую, боль и на глазах выступали слезы от мысли какие страдания перенес наш Иисус по мере восхождения на Голгофу.
Я вернулась в Москву совершенно обновленная этими впечатлениями и счастливая привезенным 40 свечам, обожженным возле места, где предположительно стоял крест распятия.
Когда мне хочется выразить по особому свое благодарение Творцу в молитве, то я зажигаю одну из этих свечей, которыми очень дорожу.
#2 | Алексей »» | 24.10.2013 21:55
  
0
Автор похоже свинья, которая везде находит грязь. Проанализируй притчу. Сократ решил-таки приняться за ранний ланч, но как только он наклонился к своей сумке, с дороги сошёл путник и направился к нему.
— Приветствую тебя, мой друг. Не мог бы ты сказать, правильной ли дорогой я иду в Афины?
Сократ ответил, что он идёт верной дорогой.
— Держись протоптанного пути. Это большой город, ты не сможешь пройти мимо.
— Скажи мне, — спросил путник, — каковы люди Афин?
— Что ж, — ответил Сократ, — расскажи мне, откуда ты пришёл и какие люди там живут, а я расскажу тебе о людях Афин.
— Я из Аргоса. И я горд и счастлив сообщить тебе, что люди Аргоса — самые дружелюбные, счастливые и щедрые люди из всех, кого я когда-либо знал.
— Я счастлив обрадовать тебя, мой друг, — сказал Сократ, — Люди Афин точно такие же.
Путешественник отправился своей дорогой, а Сократ остался около верстового столба. Этот разговор заставил его почувствовать радость и удовольствие от доброты и гуманности окружающего мира. Поэтому его мысли тут же обернулись к фляге, которая висела у его левого бедра. Он стал размышлять, должен ли он пить, так как ещё только утро. Но мысль о прохладном и освежающем местном вине была очень соблазнительной. Он только представил, как берет флягу в руки и делает долгий и освежающий глоток амброзии, которая ласково согревает горло, как ещё один путник сошёл с дороги.
— Приветствую тебя, мой друг. Правильной ли дорогой я иду в Афины?
Сократ подтвердил, что дорога верна.
— Иди прямо. Это большой город, ты не сможешь пройти мимо него.
— Скажи мне, — спросил путник — каковы люди, живущие в Афинах?
— Что ж, — улыбнулся Сократ, — скажи мне, откуда ты и какие люди там живут, а я расскажу тебе о жителях Афин.
— Я из Аргоса, — ответил путешественник, — и мне очень неприятно говорить тебе об этом, но жители Аргоса самые нечестные, скупые и недружелюбные люди из всех, кого я когда-либо встречал.
— Мне жаль разочаровывать тебя, мой друг, — произнес Сократ, — но жители Афин точно такие же.
#3 | Сергей Ф. »» | 25.10.2013 00:29 | ответ на: #2 ( Алексей ) »»
  
1
Взял бы твоё бредня и унес, но ты грешил меня не спрашивал. И молитвы пусты ибо ты обращаешь к тому кого нет.
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2020, создание портала - Vinchi Group & MySites