Послание афонского монастыря Кутлумуш по случаю Всеправославного Собора

Афон

Послание афонского монастыря Кутлумуш по случаю Всеправославного Собора

В предыдущей части мы рассказали о содержании писем обителей Григориат, Филофей и Каракал. Сегодня АgionОros.ru публикует наиболее важные положения послания монастыря Кутлумуш.

Шесть афонских монастырей (Кутлумуш, Ксиропотам, Зограф, Каракал, Филофей и Григориат) выступили с критикой документов принятых на Собрании Предстоятелей Поместных Церквей в Шамбези (21-28 января 2016 года).

В письменном виде святогорцы высказали свои тревоги и беспокойство относительно Всеправославного Собора Священному Киноту Святой Горы Афон. По причине особой важности вопроса, было принято решение обсудить документы Всеправославного Собора на Заседании Представителей и Игуменов святогорских обителей после Светлой Седмицы.

В предыдущей части мы рассказали о содержании писем обителей Григориат, Филофей и Каракал. Сегодня АgionОros.ru публикует наиболее важные положения послания монастыря Кутлумуш.

В письме обители отмечается «чрезвычайная важность предстоящего собора для будущего православного мира».

В связи с этим братия Кутлумуша выступает с рядом замечаний, касающихся текстов предложенных для обсуждения на Всеправославном соборе документов и процедуры его проведения.

Насельники афонского монастыря высказывают мнение, что предстоящий собор напоминает скорее «совещание Предстоятелей, а не Всеправославный Собор». Предоставление права голоса только Предстоятелям Церквей и участие ограниченного числа епископов от каждой Поместной Церкви «невольно способствует проникновению богословия примата».

Комментируя перспективы межконфессионального диалога, братия Кутлумуша называет «непоследовательным» для «Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви признавать существование других христианских церквей».

Насельники Кутлумуша выражают несогласие с 22 параграфом документа «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром». По мнению монахов, «если это не просто неудачное высказывание, тем самым отрицается, что верный народ является хранителем веры. История Церкви свидетельствует, что люди (духоносные отцы, преподобные, мученики и исповедники), группы, и, наконец, вся полнота народа Божиего, следуя за апостольским преданием святости, делали недействительными большие и представительные соборы прошлого».

В послании подчеркивается, что «полнота Церкви ожидает, что грядущий собор не будет игнорировать решения соборов, прошедших при участии святого Фотия и святого Григория Паламы Если этого не будет сделано, тем самым будет продемонстрировано что Православная Церковь не принимает богословие после 7 Вселенского Собора».

Братия Кутлумуша заявляет о «непонимании целесообразности присутствия на Всеправославном соборе инославных наблюдателей».

В заключительной части послания сказано:

«Полнота Церкви ожидает, что Святой и Великий Собор станет подлинным выразителем Предания. В то же время, отовсюду продолжают поступать голоса, усиливающие беспокойство, что некоторые решения могут вызвать большие или меньшие проблемы и вероятно привести к расколу».


http://www.agionoros.ru/docs/2366.htm
l

Текст послания на греческом см. здесь..


http://apologet.spb.ru/ru/церковная-жизнь/85-vsepravoslavnyj-sobor/2504-poslanie-afonskogo-monastyrya-kutlumush-po-sluchayu-vsepravoslavnogo-sobora.html

Комментарии (5)

Всего: 5 комментариев
     
8
Против экуменизма

Отношение к экуменизму митрополита Иоанна Снычева

Против экуменизма


Доклад митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна, произнесённый им в актовом зале Санкт-Петербургской Духовной Академии и Семинарии во время его последней встречи с епархиальным духовенством, студентами, и преподавателями Петербургских духовных школ 19 октября 1995 года за тринадцать дней до своей блаженной кончины, поэтому, этот доклад по праву можно считать духовным завещанием митрополита Иоанна Снычева.

В своем докладе он выступил с обличительной речью против экуменического движения, в которой, он обличил пять видов лжи экуменизма и доказал ложность еретического учения экуменизма с богословской точки зрения, и неприемлемость экуменизма для Православной Церкви.
-------------------------------------------------------------

1 часть

Мы живем в очень сложное время, когда события развиваются очень быстро, причем развиваются в отрицательную сторону. И создается, создаются вернее трудности, которые связаны не только с нашей матушкой Россией, но и вообще международного характера. Поэтому, нам нужно как верующим людям знать эти особенности и рассматривать жизнь, и политическую, и жизнь церковную совместно, безотрывно, не так, чтобы, скажем, рассмотрели политический вопрос, а потом отдельно религиозный, нет, а в совокупности.

Потому, что сейчас идет внутренняя борьба, которая направлена к тому, чтобы все смешать воедино и создать государство космополитическое. И, как говорится, на этом фоне, меняются всякие способы для того, чтобы это осуществить в жизни. Поэтому, мне и хотелось вот в сегодняшний день зачитать вам особый доклад, касающийся вот этой, этих сторон жизни, и касающийся так называемого экуменизма, который тесно связан с обще, не только нашим государством, а вообще международным явлением, тесно очень связан. Поэтому, на все это надо смотреть очами веры, очами Евангельской Истины.

XX столетие для России – время огненных, страшных, кровавых испытаний, время сатанинских соблазнов, повелевающих умами и развращающих души миллионов людей; время ревностных подвижников, исповедников и мучеников – бесстрашных воинов Христовых, сберегших на Руси Истину и Веру вопреки всем усилиям русофобов, богоборцев и христоненавистников.

Жестокая и кровопролитная борьба за русское сердце не прекратилась и поныне. Более того – именно сейчас, сегодня, она близка к своей кульминации, к тому решающему моменту, который определит: вернется ли наша истерзанная страна на духовные просторы Святой Руси или, оглушенная и оболганная, пойдет «широким и пространным путем, ведущим в погибель» (Мф. 7, 13), путем вероотступничества и национального вырождения, «цивилизации и прогресса», путем, закономерно завершающимся всемирным космополитическим царством с антихристом во главе.

Полуживая Россия изо всех сил стремится избежать грозящей пагубы, поэтому ее современная политическая и духовная жизнь характеризуется мучительным поиском путей восстановления святынь веры, основ идеологии национального возрождения, способов воссоздания законной преемственности государственной власти. Сегодня, увы, эти поиски проходят в катастрофических условиях государственного распада и глубочайшего национального кризиса.

В таких условиях необходимость обращения к богатейшему опыту, доставшемуся русскому народу в наследство от его великих предков, бесспорна и очевидна. Ответственный гражданин, размышляя о проблемах державного строительства современной Руси, не может обойти вниманием естественные особенности русского бытия, многократно являющие себя на тысячелетнем пространстве российской истории. И первой же, наиболее яркой его особенностью нельзя не признать тот факт, что русская государственность всегда строилась и действовала как государственность христианская, черпая в православном вероучении идеалы и смысл своего существования.

Катастрофичность русской истории общеизвестна. Не раз и не два казалось, что смуты и мятежи, агрессии и войны уничтожат нашу державу. И все же милостию Божией Россия каждый раз возрождалась, ибо духовные механизмы самозащиты христианской государственности – механизмы соборности, – несмотря ни на что, обеспечивали «регенерацию» растерзанной Руси, сохранение всенародного, общенационального единства, мировоззренческой целостности общества и его нравственно-религиозного здоровья.

Сегодня даже верующие люди, я уж не говорю о политиках и администраторах, в большинстве своем утеряли понимание соборности как совокупности конкретных, практических механизмов, способных обуздать смуту и преодолеть кризис. Современное сознание отводит ей «почетное» место где-то между сохой и лучиной, в лучшем случае считая соборность архаичной формой «стихийного коллективизма» или «примитивной демократии».

Мне уж приходилось писать, что соборное начало проявляет себя в русской истории прежде всего как религиозная и политическая методика по сохранению и возрождению духовной общности народа. Смысл этой общности – в служении вечной правде, той Истине, которая возгласила о Себе словами Евангелия: «Я есмь Путь и Истина и Жизнь» (Ин. 14, 6). Это – осмысленность жизни как служения и самопожертвования, имеющих конкретную цель – посильно приблизиться к Богу и воплотить в себе нравственные идеалы христианства.

Именно на таком идеологическом фундаменте тысячу лет росла и крепла российская держава. Именно он из века в век одухотворял русскую государственность. Именно его мы должны восстановить, если и впрямь стремимся одолеть бушующую ныне смуту.

«Смотрите, не ужасайтесь: ибо надлежит всему тому быть» (Мф. 24, 6) – поучал некогда Христос Своих учеников, предупреждая будущее человечество о тяготах и смутах, ожидающих его в “конце времен”. На протяжении двух тысяч лет христианской эры процесс апостасии неуклонно развивался. Ныне, похоже, он уже близок к победе – в безбожном (а то и прямо богоборческом) мире остались лишь малые островки искреннего и глубокого благочестия, да и те все сильнее подвергаются яростным порывам темных стихий, бушующих в среде обезверившихся народов.

Неудивительно, что именно соборность становится одной из первых мишеней сатанинских сил, главным объектом нападок богоборцев и христоненавистников. Попытки извратить соборное начало человеческого бытия не прекращались на протяжении всей мировой истории. Однако особенно настойчивыми и опасными, изощренными и целенаправленными они стали в нынешнем столетии – после того, как крушение православной российской государственности устранило главную преграду на пути всемирной апостасии, отступления от истин веры.

В соответствии с двумя главными опорами, главными направлениями соборного единения – религиозным и светским, церковным и земским, общегражданским – сформировались и разрушительные технологии богоборцев, стремящихся уничтожить такое единство. Святые отцы не раз говорили, что «дьявол – это обезьяна Бога». Не будучи в силах создать ничего самостоятельного, сатана лишь «передразнивает» божественный порядок вещей, паразитируя на благодатных энергиях, извращая их, пытаясь создать свой, «параллельный» мир, подчиненный законам тьмы и злобы.

В таком мире есть и свой «аналог» соборности – дьявольский суррогат, пролагающий путь грядущему антихристу, готовящий объединение обезверившегося мира не под покровом Закона Божия, не в лоне спасительной Истины Христовой, но – под игом «человека греха, сына погибели» (2 Сол. 12, 4), которого «Господь Иисус убьет духом уст Своих и истребит явлением пришествия Своего» (2 Сол. 2, 8).

В области религиозной это злое начинание прикрывается лжеучением о необходимости объединения всех вероисповеданий (вне зависимости от истинности или ошибочности любого из них) - экуменизмом.

В области государственной – лжеучением о неизбежности грядущего объединения человечества в единое сверхгосударство с общим мировым правительством во главе (мондиализмом).

Оба эти лжеучения расцвели в XX веке пышным цветом. Оба они губительны для мира и для души человеческой. На пути обоих сегодня едва ли не последним препятствием осталась Россия – ослабленная, обескровленная, но все же не сдавшаяся, не покорившаяся.

Прикрываясь «благородной» целью «устранения межрелигиозной розни» и «воссоединения верующих в единой братской семье», теоретики экуменизма забывают упомянуть о главном: о том, что в таком «воссоединении» будет утеряна величайшая драгоценность – истина Закона Божия, погребенная под грузом человеческого лжемудрствования. Как и всякая ересь, экуменизм лжет, предлагая «братски соединить» Истину с ложью, лукаво делая вид, что не понимает противоестественности такого соединения, надеясь, что люди, завороженные благородством лозунгов, не заметят страшной подмены.

Если это пагубное ослепление возобладает в России, то будет не только безнадежно повреждена чистота православной веры. Под вопросом окажется сама возможность возрождения русской государственности, ибо державное строительство немыслимо без ясно осознанного нравственно-религиозного идеала, без четкого разделения добра и зла, без всенародного соборного единения вокруг святынь живой веры.

Тем же, кто – по незнанию или злонамеренно – хочет замутить эти святыни, затуманить Истину Христову, святой первоверховный апостол Павел еще два тысячелетия назад сказал: «Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою?.. Какая совместность храма Божия с идолами?» (2 Кор. 6, 14-16).

Обо всем этом необходимо помнить, когда проповедники экуменизма твердят о его «миротворческом» характере или пытаются представить его как вопрос сугубо внутрирелигиозный, не имеющий к жизни общества прямого отношения.

Теперь внимательно слушайте, что неправо в самом экуменизме.

Первая и главная ложь экуменизма – тезис об «исторически произошедшем разделении церквей». Та Церковь, которую основал Христос, и которая содержала полноту спасительной Истины, – говорят экуменисты, – с течением времени разделилась на различные ветви. Эти ветви: Православие и католицизм, протестантизм и его многочисленные разновидности – вполне равноправны.

Они являются результатом человеческой деятельности, следствием политических и национальных разногласий, и потому все одинаково несовершенны. Сегодня наконец пришла пора устранить эти искусственные разногласия и воссоединить различные религиозные конфессии, вернувшись к первоначальному, первохристианскому единству.

Лукавство подобных рассуждений заключается в том, что на деле никакого разделения церквей никогда не происходило. История христианства недвусмысленно и ясно свидетельствует о том, что в действительности имело место постепенное отпадение, не разделение, а именно отпадение западных народов и западноевропейских конфессий от Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви. Церковь же эта неповрежденно существует и поныне, приняв наименование Православной, то есть правильно славящей Бога.

Любое непредвзятое историческое исследование покажет, что Православие вовсе не есть «одно из» многочисленных исповеданий. Оно есть именно то первохристианское, Апостольское исповедание, от которого впоследствии – идя на поводу у собственной гордыни и лжеименного разума – отпали все остальные христианские «конфессии». И желание «уравнять в правах» Русскую Православную Церковь с какой-нибудь протестантской сектой есть не что иное, как попытка втянуть Россию в тот гибельный процесс духовной деградации, который превратил сегодня Запад в бездушное и обезверившееся «общество потребления».



2 часть



Вторая ложь экуменизма является логическим продолжением первой. Это тезис о том, что «каждая из разделившихся церквей хранит свою часть Божественной Истины и никто не может претендовать на обладание Ее полнотой».

«Разве разделился Христос?» (1 Кор. 1, 13) – восклицал еще девятнадцать веков назад апостол Павел, укоряя тех, кто пытался незаконно предъявить свои претензии на обладание церковной благодатью. Сегодня число таких претендентов многократно умножилось. При этом все они почему-то стыдливо забывают сказать о том, что их претензии – это претензии самозванцев, пытающихся обосновать свои мнимые права с помощью лукавых передержек, преднамеренных умолчаний и откровенных выдумок.

Здесь будет уместно еще раз указать на смертельную опасность подобных попыток не только для русского религиозного самосознания, не только для Православия и православных, но для российской государственности вообще, для всего нашего общества в целом. Сегодня любому политологу очевидно, что оздоровление государственного бытия немыслимо без консолидации общественного мировоззрения, без умиротворения массового сознания.

В свою очередь, такое умиротворение возможно лишь в рамках ясной и понятной национально-государственной идеологии, которая должна содержать в себе фундаментальные нравственные ценности и моральные ориентиры – идеалы народного бытия. Эти идеалы неизбежно коренятся в религиозной сфере человеческого сознания, ибо именно религия претендует на то, что хранит в себе абсолютную Истину, именно религия отвечает на вопросы о добре и зле, о добродетелях и пороках, о смысле жизни человека.

Народ, потерявший веру, теряет свою жизнеспособность. И всяческие рассуждения о том, что все «конфессии» обладают равным правом на Истину, объективно обесценивают всю тысячелетнюю историю русского народа, из века в век пытавшегося реализовать в своей жизни именно православный нравственно-религиозный идеал.

С догматической точки зрения претензии экуменистов несостоятельны. Первые десять веков весь христианский мир веровал именно так, как и доселе верует Православная Церковь. При этом всяческие попытки исказить это вероучение пресекались Церковью со всей суровостью, ибо грозили нарушить чистоту и целостность Божественного Откровения. Лишь начиная с XI столетия, после того, как Запад отпал в ересь католицизма, началось дробление христианства на новоизмышленные «конфессии», которые теперь в рамках экуменизма требуют признать свои лжеучения «равночестными» с истинами Святого Православия.

Третья ложь экуменизма – ложь о том, что его нравственным основанием является любовь, повинуясь зову которой экуменисты стараются уничтожить в религиозной области все разногласия и разделения, утвердить повсюду мир и единение.
Любовь – первая и главная добродетель христианина.

Апостол Павел возглашает: «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я – медь звенящая… Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто. И если я раздам все имение свое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы» (1 Кор. 13, 1-3).

Без нее невозможно само существование мира, без нее теряет смысл человеческая жизнь. Но эта любовь есть прежде всего любовь к Богу, к тем Божественным Истинам и благодатным Откровениям, которые позволяют человеку победить грех и стяжать себе вечную и блаженную жизнь в обителях райских.

“Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь” (Мф. 22, 37), – поучал Христос Спаситель своих учеников.

Такая любовь не терпит никаких посягательств на истины веры. Такая любовь беспощадно, до последней капли крови, до последнего издыхания борется с ересями, посягающими на чистоту Божественных заповедей. Такая любовь не допускает и мысли о возможности уравнять истинную Церковь Христову с гибельными ересями, преисполненными пагубных человеческих заблуждений. И эта любовь не имеет ничего общего с теми лукавыми отговорками, которые используют экуменисты для прикрытия своих неблаговидных целей.

Настоящее христианство, исполненное живой веры, бесконечно далеко от смутных “гуманистических” верований околоцерковных интеллигентов, составляющих ныне главную опору экуменизма в России. Не может быть мира между Истиной и ложью – именно это имел в виду Господь, обязуя своих учеников вести непрестанную брань с гибельными заблуждениями, сказав: «Не мир пришел Я принести, но меч» (Мф. 10, 34).

Этот духовный меч святой Истины должен носить с собой каждый христианин и решительно пользоваться им в случае, если он видит посягательство на родные святыни. В борьбе с неправдой имеем прямое повеление Господа: «Теперь… продай одежду свою и купи меч» (Лк. 22,36).

Итак, уклонение от защиты святынь веры не имеет извинения ни в телесной немощи, ни в материальной нужде! Кто же уклоняется от такой брани под предлогом ложно понятой «любви», понесет на себе великий грех вероотступника и предателя.

Четвертая ложь экуменизма – широко рекламируемое утверждение о его «аполитичности».

Опасаясь того, что антигосударственная, антинациональная сущность экуменизма привлечет внимание патриотически мыслящих политиков, его сторонники всемерно акцентируют «внеполитический» характер своего движения. На деле же стремление представить экуменизм чисто «внутрирелигиозным» явлением носит конъюнктурный характер и не выдерживает даже поверхностной проверки фактами.

Во-первых, сама по себе «мировая религия», общая для всего человечества – а именно она является конечной целью всех усилий экуменистов – есть ни что иное, как идеологическое основание мондиализма, мировоззренческий фундамент «нового мирового порядка». Именно эта единая лжерелигия должна «духовно» обосновать необходимость разрушения суверенных национальных государств и объединение всего человечества в единое супергосударство с Мировым Правительством во главе.

Сегодня ни для кого не секрет, что после развала СССР Запад во главе с Соединёнными Штатами откровенно претендует на планетарную диктатуру. В рамках ООН ныне уже вполне ясно вырисовываются отдельные структуры грядущего Мирового Правительства, опирающегося в своей деятельности на колоссальную военную мощь НАТО. Разгром Ирака, удушение Югославии, варварские бомбардировки православных сербов – все эти карательные акции недвусмысленно показывают, какая участь ждёт непокорных противников «нового мирового порядка»

Неоспоримы также связи экуменизма с мировым масонством.

Еще в 1946 году, на заре экуменического движения, французский масонский журнал «Тампль» писал: “Нас спрашивают, почему мы вмешиваемся в споры религиозного порядка; в какой части вопросы объединения церквей, экуменические конгрессы и т.д. могут представлять интерес для масонства? Проблема, выдвинутая проектом объединения церквей, близко интересует масонство. Она близка масонству, так как содержит в себе идею универсализма. Во всяком случае, при возникновении первых экуменических конгрессов вмешательство наших братьев было определяющим…”

С христианской точки зрения попытки создания «универсальной» религии оцениваются однозначно – как подготовка к воцарению антихриста. Неудивительно, что многие православные иерархи весьма резко отзывались об экуменизме.

«Я осуждаю экуменизм и считаю его не просто ересью, а сверхъересью, – заявил в 1972 году александрийский Патриарх Николай VI. – Это вместилище всех ересей и зловерий. Нам хорошо известны антихристианские силы, закулисно управляющие экуменизмом. Экуменизм направлен против Православия. Он представляет сегодня самую большую опасность наряду с безверием нашей эпохи, обожествляющим материальные привязанности и удовольствия». Несколько лет назад заявил о прекращении всех экуменических контактов Блаженнейший Патриарх Диодор, предстоятель Иерусалимской Православной Церкви.

А Русская Зарубежная Православная Церковь вполне официально внесла в богослужебный чин Последования в Неделю Православия анафематствование экуменистам следующего содержания: «Нападающим на Церковь Христову и учащим, что она разделилась на ветви и тем, кто имеет общение с такими еретиками или способствует им, или защищает ересь экуменизма, полагая её проявлением братской любви и единения разрозненных христиан – Анафема!»

В связи с этим особенно ярко выясняется несостоятельность нынешних «православных экуменистов», использующих для своего оправдания пятую ложь – тезис о том, что в рамках экуменического движения они остаются лишь для того, чтобы свидетельствовать инославным об истинах Православия. Таким свидетельством является вся жизнь Православной Церкви в ее благодатной, чудесной полноте. Из века в век спасительная церковная благодать привлекала к себе десятки и сотни миллионов людей, жаждавших спасти свою душу и обрести высший смысл жизни. Никаких дополнительных «свидетельств» истины Откровения Божия не требуют. Для их усвоения от человека требуется лишь раскаяние в грехах и добрая воля и более ничего.

Надо сказать, что в России широкое соборное обсуждение экуменизма было проведено лишь единожды – в 1948 году в Москве на Конференции Православных Поместных Церквей. Тогда на эту тему пространно высказались многие видные богословы и иерархи. В итоговой резолюции отмечалось, что «целеустремления экуменического движения не соответствуют идеалу христианства», что «создание экуменической церкви как влиятельной международной силы есть падение перед искушением земной власти, отвергнутым Христом, и уклонение на нехристианский путь, что экуменическое движение не обеспечивает дела воссоединения церквей благодатными средствами».

Резолюция постановляла: «Отказаться от экуменического движения».

Под этим документом первой стоит подпись Патриарха Московского и Всея Руси, затем – еще одиннадцать подписей православных первоиерархов.

До сей поры никто даже не пытался оспорить каноническое значение этого документа. Правда, одновременно с хрущевскими гонениями на Церковь началось активное давление КГБ на ее священноначалие с целью вовлечь Московскую Патриархию в международные экуменические организации. Государство стремилось использовать нравственный авторитет Русской Церкви в своих внешнеполитических планах, ничуть не считаясь с мнением верующих.

Сегодня вопрос об отношении к экуменизму вновь поднялся со всей остротой. Та духовная агрессия, которая была развязана в последние годы против России со стороны инославных конфессий, подтвердила наши худшие опасения: острие ее главного удара по-прежнему направлено против Русского Православия. Архиерейский Собор 1994 года констатировал “необходимость подвергнуть все вопросы, беспокоящие духовенство и мирян нашей Церкви в связи с ее участием в экуменическом движении, тщательному богословскому, пастырскому и историческому анализу и переосмыслению”.

Конечно, это лишь начало того пути, который нам предстоит пройти до конца, если мы не напрасно носим христианское имя. Конечно, путь этот, учитывая реальности нынешнего положения России, будет тернист и труден. Конечно, он потребует от нас мужества и мудрости, смирения и осмотрительности, терпения и настойчивости. Нам, вероятно, придется нелегко. Но иного пути нет! Господи благослови!



Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн
     
5
Борьба за веру свт. Серафима (Соболева): О противостоянии модернизму и экуменизму в Болгарской Церкви



В начале февраля с. г. на Архиерейском соборе Русской Православной Церкви состоялось прославление в лике святых архиепископа Богучарского Серафима (Соболева). После революции 1917 года около 30 лет, вплоть до своей кончины, этот выдающийся иерарх жил в Болгарии и ныне широко почитается как русскими, так и болгарскими верующими.

Мы проанализировали попытки искажения духовного облика святителя в книге доцента Свято­-Тихоновского гуманитарного университета А.А. Кострюкова (см. публикацию «Ревностный борец за чистоту Православия: Модернисты искажают духовный образ владыки Серафима (Соболева) в преддверии его канонизации») и отчасти затронули тему противостояния владыки Серафима различным проявлениям модернизма в Болгарской Церкви.

Однако проблема реформации православных устоев актуальна ныне практически для всех Поместных Церквей, поэтому мы предлагаем вниманию читателей новую публикацию, посвященную непосредственно опыту борьбы приснопамятного архипастыря с обновленчеством.


Как известно, во время Второй мировой войны болгарское правительство встало на сторону Гитлера, да и послевоенная Болгария получила отнюдь не «меньшее из двух зол» – в стране был установлен коммунистический атеистический режим Георгия Димитрова. Эта власть не могла нейтрально относиться к Болгарской Церкви и, сразу же заняв непримиримую позицию, старалась сделать все для ее ослабления и, если возможно, уничтожения.

Болгарские безбожники не стали «изобретать велосипед», а применили опыт российских единомышленников, создав структуру по аналогии с обновленческой «живой церковью».

Органы госбезопасности взяли под опеку и всячески поощряли и поддерживали относительно немногочисленную группу священнослужителей­-реформаторов БПЦ, продвигавших антиканонические новшества.

Отметим здесь, что всех обновленцев объединяют некоторые схожие внутренние комплексы, главный из которых – гордыня, эгоистичное стремление поставить собственное «я» на первое место, впереди Господа и выше всех канонов, чувство превосходства над окружающими и желание восполнить нравственную пустоту карьерными достижениями.

По внутреннему мироощущению модернисты близки с революционерами. «Старое» и незыблемое им мешает, стесняет их, оно для них неудобно, поэтому им нужно его поменять, переделать, сломать – а уж в «новом» они надеются найти себе место по достоинству.

Итак, получив поддержку властей, болгарские реформаторы заметно активизировались: осенью 1945 года Варненский митрополит Иосиф официально заявил о необходимости перемен в Православной Церкви – введения анафематствованного пятью Соборами папского григорианского календаря, упрощения богослужений и изменения внешнего облика клириков. Начинавший свое служение под руководством архиепископа Серафима (Соболева) протоиерей Всеволод Шпиллер писал по этому поводу: «Ему [митрополиту Иосифу] надо нарядить духовенство в немецкие сюртучки и английские пиджачки».

В поддержку инициативы выступил еще один владыка-­модернист – Ловчанский митрополит Филарет; к ним присоединилась и некоторая часть священства, прикрывавшая пагубное намерение изменить вековые традиции словами о мнимом благе Церкви. Это было, по свидетельству того же священника, «все обритое, все снявшее уже рясы или снимающее их духовенство, вполне оторвавшееся от верующей массы, и с ним много морально опороченного элемента».

По этому поводу 18 июня 1947 года архиепископ Серафим (Соболев) сообщал Патриарху Алексию I: «Некоторые из болгарских митрополитов в прошлом году на заседании своего собора высказывались в духе протестантизма за сокращение богослужений, за ослабление постов и даже Великого Поста, говоря, что все эти строгости тягостны для народа. Но никто из других иерархов этому не возражал. В этом году один из митрополитов напечатал статью, в которой требовал церковных реформ в модернистическом, протестантском смысле.

Синод решил предать этого митрополита суду. Но на официальном заседании, когда виновного стали обличать, он вместо покаяния стал несогласных с ним злословить. Дело окончилось ничем. И это понятно. Чтобы иметь не только каноническое, но и нравственное право судить своего собрата за уклонение в протестантизм, надо сначала самой высшей церковной власти быть непричастной этому греху. Но в действительности мы сего не наблюдаем».

В октябре 1948 года на 30­м съезде болгарских священников было принято решение о передаче газеты «Народный пастырь» (печатного органа «Союза священников Болгарии») в ведение и под руководство государственного аппарата. По воспоминаниям очевидца, в зале, где проходил съезд, не было даже икон – вместо святых образов висел большой портрет идола, коммунистического вождя Димитрова.

Кроме упомянутых инициатив, обновленцы выдвинули идею об учреждении в стенах монастырей социальных и культурно­-просветительских центров. Ученому монашеству предлагалось взять за образец «просвещенный немецкий пасторат». В результате действий реформаторов серьезно пострадала одна из главных святынь Болгарской Церкви – Рыльский монастырь, превращенный, по словам современников, «в „курортное“ место, т. е. в место отдыха туристов .

[Там] были отменены все ночные и ранние утренние богослужения, „утомлявшие без нужды“ братию. Молодежь взяли оттуда в семинарию, на богосл[овский] фак[ультет], и многих отправили за границу , [в обители] осталось не более 2-3 монахов доброй монастырской жизни, да и те ушли в скиты».

Наиболее же смелые новаторы заговорили об узаконивании разводов, а также второго и третьего браков для вдового и разведенного духовенства. Впрочем, и здесь они не стали первопроходцами, а пошли по уже проторенному константинопольскими и российскими обновленцами пути.

Например, о последних сщмч. Иларион (Троицкий) в 1922 году писал: «„Оживляют“ Церковь пусть другие; нам с ними не по пути. Интересно, что на съезде для „оживления“ только и надумали:

1) жениться архиерею,

2) жениться монахам с оставлением в сане,

3) жениться священнику на вдове,

4) жениться священнику вторично,

5) жениться на свояченице,

6) жениться на двоюродной сестре.

Итак, шесть „жениться“– и только!

Как просто­то оказывается! Ну, что ж! На здоровье!

А уж мы лучше по ссылкам поездим, а преклоняться перед наглостью, безсовестностью и глупостью – не преклонимся. Дело­то не Божие, а потому разорится рано или поздно».

Т. е. можно заключить, что с прекращением существования «живой церкви» в России ее идеологические наследники не исчезли. Ересь, раскол, обновленчество, глобализм – как единая сущность, связанная пуповиной с князем мира сего – от начала истории Церкви до наших дней только изменяются, приспосабливаясь к обстоятельствам времени, но не искореняются «до жатвы» (ср.: Мф. 13, 30).

Обновленческая смута в Болгарской Церкви в конце 40­х – начале 50­х годов прошлого века подтверждает это.

В сентябре 1948 года под давлением безбожного правительства был смещен державшийся относительно консервативных позиций экзарх Болгарской Церкви митрополит Стефан. Для окончательного подчинения БПЦ государству правительство ввело в состав Синода «своих» иерархов, лояльных к коммунистическому режиму – митрополитов Варненского Иосифа, Ловчанского Филарета и Пловдивского Кирилла (впоследствии Патриарха БПЦ, осуществившего ее переход на новый противоканонический календарь).

Архиепископ Серафим всеми силами боролся с обновленчеством. Под его влиянием сформировалась т. н. «русская партия» болгарского клира – противников реформ и сторонников сближения с Русской Церковью, которая, пройдя через горнило лютых гонений, сохранила чистоту Православия.

В 1949 году Владыка смог опубликовать в ведущем издании БПЦ «Церковном вестнике» статью против экуменизма, модернизма, второбрачия духовенства и ослабления роли Священного Синода в церковном управлении за счет расширения прав приходских пастырей. Это богословски выверенное, отвечающее святоотеческим нормам и исполненное православного духа слово оказало благотворное влияние на ее иерархию и клир.

Святитель не мог спокойно наблюдать и за изменениями, проводимыми болгарскими безбожниками в кадровой политике Церкви, особенно – относительно членов Синода. В письме к Патриарху Алексию I он извещал: «Все митрополиты являются решительными последователями экуменизма . Если экуменическое разложение будет идти и впредь такими же шагами, то недалек тот день, когда вожди Болгарской Церкви приведут ее на радость врагов Православия к полному духовному единению с создавшимся на Западе религиозным единством, которое в лице экуменизма ставит своей задачею поглощение всех Поместных Православных Церквей и образование единой вселенской, только не Православной, а экуменической, т. е. еретической и масонской, церкви, в чем и состоит сущность экуменизма».

Для преодоления модернизма архипастырь предлагал конкретные конструктивные меры – отстранение от церковного управления архиереев­-экуменистов и удаление из богословских школ профессоров­-обновленцев. «Нужно включить в число митрополитов Болгарской Церкви, – настаивал он, – таких иерархов, которые отличались бы преданностью Православной Церкви и могли бы вести борьбу с экуменизмом . Митрополитов же Паисия, Кирилла, Иосифа и Филарета (совершенно безпринципного, самого худшего из всех болгарских иерархов) – удалить на покой». Однако московское церковное руководство, само находившееся под жестким контролем безбожников, не имело свободы поддержать эту полезную инициативу.

Кстати, перечисленные Владыкой болгарские архиереи в годы немецкой оккупации сотрудничали с фашистами. Митрополит Иосиф даже получил от гитлеровцев знак отличия за плодотворную деятельность. И именно поэтому он и единомысленные с ним священнослужители стали удобными объектами для шантажа со стороны коммунистического правительства и послушными исполнителями директив богоборцев.

Но владыка Серафим, слава Богу, тоже не остался без единодушного окружения – среди местного духовенства и иерархии нашлись подвижники, проявившие себя в период этой смуты подлинными исповедниками и даже сподобившиеся мученичества. В частности, за истину пострадал Неврокопский митрополит Борис (Разумов) (ныне готовится его прославление). Этот архипастырь никогда не скрывал своих симпатий к Русской Церкви. Например, после войны, чтобы возродить духовную жизнь в Рыльском монастыре, он предлагал населить его русскими монахами.

Но, пытаясь претворить эту идею в жизнь, митрополит Борис столкнулся с сопротивлением коммунистических властей и послушных им обновленцев. 8 ноября 1948 года Владыка погиб от рук лишенного сана священника Ильи Станева. Убийца­-расстрига в годы фашистской оккупации тесно сотрудничал с немцами, выдавая им партизан, за что был приговорен новыми властями к расстрелу, но избежал казни, видимо, согласившись содействовать болгарской «охранке».

Претерпевал скорби за свой исповеднический подвиг и сам архиепископ Серафим. В 1949 году учрежденный коммунистами в России Совет по делам РПЦ, возмущенный его активным противостоянием экуменическому движению, потребовал от Патриарха Алексия удалить святителя на покой, что и было исполнено. Однако к тому времени Владыка уже достаточно преуспел в деле защиты чистоты Православия и вместе со своими духовными чадами приостановил распространение обновленчества в Болгарии. Несмотря на то, что спустя 20 лет в БПЦ все же был введен антиканоничный «новоюлианский» календарь, его приняли далеко не все священнослужители и миряне.

По сей день высокий нравственный облик иерарха, пример его всецело посвященной служению Богу и Церкви жизни остается духовным ориентиром для православных болгар. Значительная часть глубоко воцерковленных верующих БПЦ выступают за возвращение старого стиля; снисходительно, а точнее – равнодушно относятся к новому календарю в основном те, кто просто не разбирался в этом вопросе.

И даже либералы не дерзают подвергать сомнению святость владыки Серафима – настолько велико его народное почитание, подкрепляемое множеством чудес, происходящих в месте погребения подвижника на подворье РПЦ в Софии.

Скончался подвижник 26 февраля 1950 года, в день Торжества Православия. Из множества его замечательных духовных заветов приведем лишь один, совсем краткий, но емкий: «Храните душевную чистоту! Храните себя от любого общения с экуменизмом! Твердо держитесь Православной веры и учения Господа нашего Иисуса Христа!»

Какие же полезные уроки мы можем извлечь из этого небольшого рассказа об обновленческой смуте в Болгарской Церкви и о борьбе с ней православных?

Сегодня в нашей Церкви возобновились аналогичные описанным попытки реформации. Как известно, когда противник – солдат чужой армии или враг веры Христовой – находится в своем окопе или на своей территории, бороться с ним относительно просто из-­за наличия определенной, явной разделительной черты. Но если недруг уже внутри твоего сообщества, в церковной ограде – задача значительно усложняется.

Пример владыки Серафима и его паствы показывает, что плодотворное противостояние возможно, и потому нам тоже нельзя сидеть сложа руки, а необходимо трудиться для искоренения обновленчества, не уклоняясь, однако, и в раскол.

Надо держаться «царского» спасительного пути и, ревностно прилагая усилия в борьбе за веру, предоставлять успех наших действий на волю Создателя, Который, по слову святителя Иоанна Златоуста, «не смотрит на различие лиц, но награждает намерение, испытывая душевное расположение».

+ + +

Не без основания можно полагать, что ныне сбывается то видение, которое показано было Иоанну Богослову в откровении после снятия Агнцем с таинственной книги шестой печати, когда произошло великое землетрясение , и звезды небесные пали на землю , и всякая гора и остров двинулись с мест своих (Откр. 6, 12–14).

Может быть, в этом апокалиптическом образе Господь открыл Своему возлюбленному ученику, что в последнее время перед пришествием антихриста жизнь Православной Церкви Христовой будет протекать в таких тягостных условиях, что даже архипастыри, предназначенные быть благодатным светом для мира и твердым оплотом для всех православных христиан, не вынесут тяготы своего высокого положения и будут изменять Христу. И время это наступает, если уже не наступило.

Естественно отсюда возникнуть в душе моей опасению: смогу ли я подъять на свои рамена столь тяжелый теперь омофор архиерейский? Правда, я получу завтра, если допустит Господь, благодать архиерейства. Я знаю, что благодатию мы спасаемся и с нею мы можем препобедить все непреодолимые преграды в достижении благих своих намерений. Вся могу о укрепляющем мя Иисусе Христе (Флп. 4, 13), – сказал апостол Павел.

Но знаю я и то, что благодать Божия только тогда в нас действует, обновляет, спасает нас, когда и с нашей стороны обнаруживается спасительная ревность, без которой благодатный огонь не возгорится в нас своим возрождающим действием. Ведь божественный дар благодати одинаково имелся как у разумных дев, так и у неразумных. Но у последних вместо ревности было нерадение, и огонь их светильников погас, а вместе с этим они лишились наследия в Небесном Царствии Христовом.

На обращенный ко мне ныне призыв Христов мне хотелось бы вместе с апостолом Петром сказать: Господи, Ты вся веси: Ты веси, яко люблю Тя (Ин. 21, 17). С получением от Господа архиерейской благодати мне хотелось бы так полюбить нашего Спасителя, благодетеля со дня моего рождения, истинное счастье и радость всей моей жизни, чтобы всего себя отдать на служение Ему и быть в таком неразрывном с Ним единении, о котором говорил Господь Своим ученикам, Себя сравнивая с лозою, а их – с ветвями этой лозы (см.: Там же. 15, 1–6), и чтобы никто и ничто уже в мире не могло меня отторгнуть от Христа.


Из речи архимандрита Серафима (СОБОЛЕВА)
при наречении его во епископа Лубенского

Архиепископ Серафим (СОБОЛЕВ). Проповеди. София, 1944.


Источник: Газета «Православный Крест»
     
3
В попущении Своем Бог правосуден... Пришествие антихриста претворится общим отступлением в большинстве человеков от христианской веры... Антихрист будет логичным, справедливым, естественным последствием общего нравственного и духовного направления человеков.


Святитель Игнатий (Брянчанинов) о последних временах
     
2
Кто является хранителем веры и благочестия в Православии

Согласно православному учению о Последних временах конец человеческой истории на Земле заканчивается Вторым Славным Пришествием Спасителя. Этому событию предшествует правление на планете единого властителя – антихриста в течении трех с половиной лет.

Антихрист будет не только главой общепланетарной светской власти, но и мировым религиозным лидером.

Какую же религию он возглавит?

Это будет некая новая синкретическая религия, смешение христианства, ислама, буддизма, иудаизма и других. Но как это может быть?

Вначале требуется соединить Православие с католицизмом, а к ним присоединить прочие деноминации. Иудаизм уже, практически, инкорпорировался в Римскую церковь после II Ватиканского собора 1962–1965 гг. Папа Франциск любит повторять, что «каждый католик – это немножко иудей».

Все это подсказывает верующим, что начавшиеся встречи православных патриархов с папой римским, а также готовящийся к июню 2016 года Святой и Великий Собор Православной Церкви, или VTII Вселенский собор, (как бы он ни назывался) с его повесткой, являются шагами и этапами этого апокалиптического плана.

Собор готовится много лет в тайне от церковной полноты. Однако, информация с иноязычных сайтов и других источников позволяет специалистам проследить за ходом организации и целями предстоящего Собора, которые вырисовываются в следующем виде.

Проблеме созыва Всеправославного Собора большое значение придает Римский папа Франциск, на него он возлагает большие надежды, считая, что Собор утвердит первенство Константинопольского Патриарха, уже готового признать папский примат.

Так что, как заявил римский понтифик в интервью в 2013-м году: «Я слежу за развитием этого вопроса с большой симпатией, потому что убежден, что если дело дойдет до открытия Всеправославного Собора, то это станет так же большим подспорьем для экуменического диалога с нами».

О чем идет речь?

О том, что Собор является фактически подготовительным этапом, шагом на пути соединения с Римом, с римо-католиками. На конечном этапе католики должны любой ценой добиться признания примата власти Папы Римского, потому что это необходимо для создания единой религии.

На Соборе Константинопольский патриарх Варфоломей рассматривается как фигура, которая должна подвести другие православные Церкви к принятию ереси экуменизма, эта ересь должна быть легализована. Собор должен собраться и для того, чтобы создать некий синодальный орган, который будет выше Соборов нашей Православной Церкви.

Нас, таким образом, намечают перевести под единый внешний центр, находящийся над нашей Православной Церковью, стоящий выше Православных Соборов, он будет обязательным для всех православных Церквей. А в силу того, что примат чести принадлежит Варфоломею, как это сейчас уже утверждается, получается, что именно Константинопольский Патриарх будет решать вопросы, касающиеся жизни всех православных Церквей.

Народ – хранитель благочестия в Церкви

«У нас ни Патриархи, ни Соборы никогда не могли внести что-нибудь новое, потому что хранитель благочестия у нас есть самое Тело Церкви, то есть народ, который всегда желает сохранить веру свою неизменною и согласною с верою отцов его...

Да держим исповедание, какое приняли от таковых мужей – святых Отец, да отвращаемся всякого новшества как диавольского внушения, на что, если бы кто дерзнул или делом, или словом, или помышлением, таковый отрекся уже веры Христовой, уже добровольно подвергся вечной анафеме за хулу на Духа Святаго, якобы несовершенно глаголавшего в Священном Писании и во Вселенских Соборах.

Итак, все новшествующие: еретики ли то, или раскольники, добровольно облекошеся в клятву, яко в ризу (Пс. 118, 18), хотя бы то были папы, хотя бы Патриархи, хотя бы миряне, аще бы и Ангел с Небесе – анафема ему».


Из послания восточных патриархов 1848 г.
  
#5 | Андрей Рыбак »» | 10.05.2016 19:50
  
3
Вот это важный момент. Мало кто понимает, но здесь ключ этого собрания. Будьте бдительны!

В послании подчеркивается, что «полнота Церкви ожидает, что грядущий собор не будет игнорировать решения соборов, прошедших при участии святого Фотия и святого Григория Паламы Если этого не будет сделано, тем самым будет продемонстрировано что Православная Церковь не принимает богословие после 7 Вселенского Собора».
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
Просьба о помощи
© LogoSlovo.ru 2000 - 2019, создание портала - Vinchi Group & MySites