Шукшин Василий Макарович


ШУКШИН Василий Макарович (25.07.1929, село Сростки, Алтайский край - 2.10.1974, станица Клетская, Волгоградская обл.). Отец в 1933 году был арестован. Мать, боясь за будущее сына, поначалу переписала его на свою девичью фамилию - на Попова. Отчим - П.Н. Куксин погиб на фронте в 1942 году. Подростком работал в колхозе. В 1944 - 1947 годах учился в Бийском автомобильном техникуме. Когда пришла пора получать паспорт, настоял на том, чтобы фамилия в документе была указана отцовская - Шукшин. Затем работал в Калуге, во Владимире и Подмосковье. С 1949 по 1952 год служил радистом на Черноморском флоте. Последемобилизации в родном селе два года руководил вечерней школой. Когда приехал в Москву поступать во ВГИК, Михаил Ромм поинтересовался у абитуриента, как себя в Бородинском сражении чувствовал Пьер Безухов. Шукшин ответил, что Толстого он не читал. Ромм сначала стал возмущаться: мол, как директор школы мог не читать Толстого. Шукшин не выдержал и сорвался на крик: «А вы знаете, что такое директор школы? - перешёл он в атаку. - Дрова к зиме у председателя сперва выбей, потом вывези да наколи. Учебники раздобудь, парты почини... Где уж тут книжки читать!» В ответ Ромм поставил Шукшину пять баллов и взял к себе в мастерскую. Кстати, мало кто знает, что Андрей Тарковский приглашал студента Шукшина сняться в фильме «Андрей Рублёв», сыграть две роли братьев-близнецов - Великого и Малого князей, за что потом взялся Юрий Назаров. Ещё студентом стал посещать литобъединение при журнале «Октябрь».

Первый рассказ «Двое на телеге» опубликовал в 1958 году в журнале «Смена». Окончил в 1961 году режиссёрский факультет ВГИКа, за год до этого схлопотав строгий выговор с занесением в учётную карточку члена КПСС за какую-то пьяную драку. В качестве диплома снял по своему сценарию короткометражный фильм «Из Лебяжьего сообщают». Первой женой Шукшина была студентка ВГИКа Лидия Александрова. Первую книгу «Сельские жители» выпустил в 1963 году. В 1964 году как режиссёр снял по своему сценарию кинофильм «Живёт такой парень», который на 16-м Международном кинофестивале в Венеции получил приз «Золотой лев св. Марка». Чуть позже снял по мотивам нескольких своих рассказов фильм «Ваш сын и брат», удостоенный в 1967 году Госпремии России. Весной 1966 года Шукшин сдал заявку на литсценарий будущего фильма «Конец Разина». О своём герое Шукшин в заявке писал: «Натура он - сложная, во многом противоречивая, необузданная, размашистая. Другого быть не могло. И вместе с тем - человек осторожный, хитрый, умный дипломат, крайне любознательный и предприимчивый Непонятны многие его поступки». Начальство дало добро. Начало съёмок было намечено на лето 1967 года. Но когда выяснилась стоимость картины, руководство сценарий Шукшина заморозило. Писатель с трудом тогда согласился взяться за съёмки фильма «Печки-лавочки», надеясь, что затем ему сразу дадут возможность заняться Разиным. Но потом С.Герасимов пригласил поучаствовать в съёмках фильма «У озера». За роль директора комбината Шукшин в 1971 году получил Госпремию СССР. Последним фильмом Шукшина стала «Калина красная». Но сам Шукшин считал делом жизни фильм о Степане Разине. 4 сентября 1974 года «Литгазета» опубликовала последний документальный рассказ Шукшина «Кляуза» - о том, как к больному писателю вахтёрша не пускала в больницу ни жену с детьми, ни друзей. Руководство больницы тут же в ответ сочинило гневную отповедь. Но Шукшин в это время был уже занят на съёмках фильма «Они сражались за Родину». А ночью 2 октября Шукшин, дабы утишить сердце, без меры выпил на теплоходе «Дунай» капли Зеленина, после чего почти сразу скончался от сердечной недостаточности. Георгий Бурков, который также участвовал в станице Клетская в съёмках фильма «Они сражались за родину», позже в своих воспоминаниях написал: «Я думаю, они его убили».

Вячеслав ОГРЫЗКО

Комментарии (2)

Всего: 2 комментария
  
#1 | Андрей Рыбак »» | 03.08.2011 00:10
  
3
Шукшин Василий Макарович (25.07.1929—2.10.1974), писатель. Родился в с. Сростки Бийского р-на Алтайского края в крестьянской семье. Отец в 1933 был арестован органами ОГПУ, в 1956 посмертно реабилитирован. Отчим погиб на фронте в 1942. Мать, по словам С. Залыгина, «оставалась человеком небольшой грамоты, но душа ее была развита и сильна сама по себе, от природы и от своего народа. Она была чуткой к слову, к песне, к картине, к любому искусству, и не только чуткой, но и способной к нему. Это было вполне очевидно, это были те необыкновенные, ни в коем более не повторимые задатки, которые она передала своему сыну». Мальчик рано пристрастился к чтению и нелегкому крестьянскому труду. Подростком работал в колхозе. Имеются сведения, что с 1944 по 1947 Шукшин учился в Бийском автомобильном техникуме. Позже в автобиографии писал, что «работал в Калуге на строительстве турбинного завода, во Владимире на тракторном заводе, на стройках Подмосковья. Работал попеременно разнорабочим, слесарем-такелажником, учеником маляра, грузчиком». С 1949 по 1952 служил на флоте, где, по его словам, в то время витал «душок некоторого пижонства», и ему приходилось «помалкивать о своей деревне». Досрочно демобилизовавшись из-за болезни (язва желудка), он возвращается в Сростки, где работает в 1953—54 директором вечерней школы, преподает литературу и русский язык. Сдав экстерном экзамены за среднюю школу, в 1954 поступает на режиссерский факультет ВГИКа в Москве, который оканчивает в 1961. В институте Шукшин начинает писать рассказы. Вспоминая об этих годах, Шукшин говорил: «Мне было трудно учиться. Чрезвычайно. Знаний я набирался отрывисто и как-то с пропусками. Кроме того, я должен был узнавать то, что знают все и что я пропустил в жизни. И вот до поры до времени я стал таить, что ли, набранную силу».

Процесс собирания творческих сил продолжался у Шукшина до н. 60-х, несмотря на то, что уже в 1958 на страницах журнала «Смена» (№ 15) появился первый рассказ писателя «Двое в телеге», а с 1957 Шукшин снимался во многих фильмах.

Подлинный литературный дебют Шукшина состоялся в журнале «Октябрь», где были опубликованы в 1961 (№ 3) рассказы «Правда», «Светлая душа», «Степкина любовь» и рассказ «Экзамен» (1962. № 1). В 1963 выходит первый сборник Шукшина «Сельские жители». Критика доброжелательно встретила эту книгу, сразу зачислив ее автора в разряд писателей-«деревенщиков».

Рассказы «Ленька», «Экзамен», «Правда» и др. отмечены некоторой литературностью, заданностью, морализаторством; в них ярко выражено фабульное начало, финалом которого является своеобразный жизненный урок, назидание. Однако есть в сборнике и др. рассказы, в которых уже ощущается неповторимый шукшинский жизненный опыт, своеобразие творческой манеры, художественная самостоятельность («Далекие зимние вечера», «Племянник главбуха», «Сельские жители», «Одни»). Они написаны в свободной манере, лишенной жесткой структурной однозначности, автор предоставляет герою полную возможность размышлять о конкретных событиях в общем течении жизни. Так, в рассказе «Одни» обсуждают вопрос о том, «зачем жизнь дадена», два старых человека, Антип и Марфа, которые «вывели к жизни» дюжину детей, а коротают в деревне свой век в одиночестве. Они часто спорят, ибо Антип для вида отстаивает идею «жизни для себя», а Марфа со всей строгостью корит его за это, утверждая, что жить нужно «для детей». Споры заканчиваются домашним весельем под балалайку Антипа, которое означает давно установившееся согласие между этими людьми. В этом рассказе появилась одна существенная особенность поэтики Шукшина. Весьма важным в его повествовании является не только то, о чем говорят персонажи, но и то, о чем они молчат. А молчат они о вещах, естественных для деревенских жителей, — чувстве долга и морального запрета, составляющих основу народной нравственности. Как считает В. Ветловская, «показывая народную жизнь, Шукшин вместе с тем объясняет ее нравственные нормы, которым люди следуют или которые они нарушают. Он предлагает истины, находящиеся вне логических, вне рациональных доказательств» (Славянофильская концепция народа и Шукшин // Славянофильство и современность. СПб., 1994). Появление сборника «Сельские жители» и фильма «Живет такой парень» (1964), в основу сценария которого были положены рассказы «Классный водитель» и «Гринька Малюгин», завершает ранний период творчества Шукшина.

В 1965 появляется в печати первый роман писателя «Любавины». В центре романа история «кулацкой семьи», члены которой с остервенением и жестокостью борются за свое существование. Роман создан в традициях монументальной сибирской хроники, столь популярной в литературе того времени, в рамках принятого взгляда на классовые сражения в деревне. Сам Шукшин следующим образом определил замысел романа: «Мне хотелось рассказать об одной крепкой сибирской семье, которая силой напластования частнособственнических инстинктов была вовлечена в прямую и открытую борьбу с Новым — с новым предложением организовать жизнь иначе. И она погибла, семья Любавиных. Вся. Иначе не могло быть». В архиве Шукшина нашли вторую книгу романа, которую опубликовали лишь в 1987. Критика отмечала умение писателя воссоздавать сложные характеры, историческую обстановку, «социально-классовую диалектику», хотя раздавались и ехидные замечания о том, что в романе «все кряжистые, звероватые и все кругом закуржавело».


В. М. Шукшин. Портрет работы Виктора Писарева. 1988 г.

В 1966 Шукшин опубликовал повесть «Там, вдали…» о неразделенной любви молодого рабочего парня к испорченной городской полукультурной женщине. В творчестве Шукшина образ современницы почти всегда существует в жестком, ироническом освещении. Современная жизнь, тяга к эмансипации существенным образом изменили женский характер, разбудив в ее душе злобность, мстительность, раздражение и меркантильность (позицию Шукшина разделял и В. Белов). И только мать остается жизненной опорой мужчине, она будит его совесть, спасает в самых крайних жизненных обстоятельствах («Материнское сердце»).

К. 60-х — н. 70-х отмечены взлетом творческой активности Шукшина, результатом которой явились блистательные рассказы, которые раскрыли мощное и оригинальное дарование их автора. В обиход критики вошли такие понятия, как «шукшинский мир», «шукшинский герой», «шукшинская жизнь». Их появление было связно прежде всего с тем, что на первый план у Шукшина выдвинулись необычные персонажи, выламывающиеся из предписанных норм поведения. Сам автор называл из «странными людьми», «чудиками», «шизями», «бесконвойными». Обладая неукротимым нравом, необъяснимой с точки зрения рациональной логики тягой к вещам странным и необыкновенным, они противостояли в то время официозу, который стремился уравнять по средним стандартам как деревенского, так и городского жителя. Шукшин с чуткостью большого художника уловил зреющий в народной среде протест против усреднения, схематизма, выхолащивания жизни и отразил его в своеобразной трагикомической манере. Однако у одних героев «стихийный выверт» был наивно-добродушен и выражался в стремлении разрисовать цветочками коляску или дать жене смешную телеграмму («Чудик»), купить на зарплату неведомо зачем микроскоп («Микроскоп») и т. д. Нетривиальное поведение других оказывалось опасным, ущемляющим права и достоинство окружающих людей («Сураз», «Срезал», «Билетик на второй сеанс», «Штрихи к портрету» и др.). Особую разновидность шукшинских героев составляют персонажи, «забуксовавшие» на какой-то одной мысли: Моня Квасов, помешанный на создании «вечного двигателя» («Упорный»), Роман Звягин, который не в состоянии освободиться от изумления, что «птица-тройка» везет проходимца Чичикова («Забуксовал»), Николай Князев, одержимый идеей «целесообразного государства» («Штрихи к портрету»), Бронька Пупков, повторяющий сотню раз выдуманную историю о покушении на фюрера («Миль пардон, мадам!») и т. д.

Пестрая галерея шукшинских «чудиков», обладающих удивительно живой непосредственностью, яркостью, самобытностью, ошарашила критику, пытавшуюся найти какие-то традиции, ввести этот противоречивый материал в русло социальных и литературных законов. Истоки странных героев Шукшина критики видели в фольклорном образе Ивана-дурака и народно-смеховой традиции карнавальной литературы, в традициях Ф. Достоевского и Н. Лескова, Н. Гоголя. Социологическая критика объясняла появление этих персонажей миграцией населения, наступлением городской культуры, изменением психологического и социального облика русского крестьянина. В рамках этого критического направления возник миф о пренебрежительном отношении Шукшина к городу.

Однако феномен Шукшина и до настоящего времени остается непроясненным. Как точно подметил С. Залыгин, «Шукшин один из самых загадочных писателей. Ибо каким образом он достигает своей сверхзадачи — постижения души человеческой, — порой совершенно необъяснимо… Говорит Шукшин по большей части об очень простых вещах, а часто и смешных, но действует на наше сознание серьезно». Шукшин обращал внимание на те подвижные черты национальной психологии, о которых мало говорила литература. Они могли проявляться на разных нравственных полюсах, то с отрицательным, а то с положительным знаком. Так, один герой Шукшина с завидным упорством мечтает о реставрации и восстановлении храма («Мастер»), а др. — с не меньшей напористостью стремится храм разрушить («Крепкий мужик»), один герой из-за несчастной любви готов покончить счеты с жизнью («Нечаянный выстрел», «Сураз»), другой способен лишь изложить свою любовную историю на бумаге («Раскас»). Одного успехи науки вводят в состояние аффекта («Даешь сердце!»), а другого побуждают к милосердию («Космос, нервная система и шмат сала») и т. д. Как утверждал один из героев Шукшина: «Умеешь радоваться — радуйся, умеешь радовать — радуй… Не умеешь — воюй, командуй или что-нибудь такое делай — можно разрушить вот эту сказку: подложить пару килограммов динамита — дроболызнет, и все дела. Каждому свое». Отстаивая свое право на выбор судьбы, шукшинский герой метался в противоречиях, крайностях, пытаясь преодолеть разрыв между воображением, мечтой, придуманной жизнью и реальностью. Именно этот разрыв, зазор, промежуток, вызывающий «болезнь души», и выходил на первый план. Несмотря на разные попытки выхода из конфликтной ситуации (реальные и воображаемые, комические и трагические, положительные и отрицательные), герой почти всегда терпит поражение, не может разорвать круг неразрешимых проблем. Соединение детскости, наивности с определенной «зацикленностью», «забуксированностью» сознания постоянно водит русского человека «по кругу», возвращает к исходному состоянию, к тем же проклятым вопросам, на которые ни он, ни окружающие его люди ответить не могут.



Рассказы о «чудиках» не исчерпывали всего многообразия шукшинских характеров. Можно выделить в его поэме автобиографический цикл — «Далекие зимние вечера», «Из детских лет Ивана Попова», «Дядя Ермолай», «Рыжий» и др., сатирический цикл — «Змеиный яд», «Обида», «Кляуза», «Мой зять украл машину дров!» и др., цикл рассказов о вдохновенных лгунах — «Генерал Малафейкин», «Версия», «Беседы при ясной луне» и др., цикл рассказов о смерти — «Как помирал старик», «Охота жить», «Горе», «Осенью» и др. Эти и др. рассказы были объединены в сб. «Земляки» (1970), «Характеры» (1973), «Беседы при ясной луне» (1974).

В 1968 появляется сценарий фильма Шукшина о Степане Разине, а в 1971 роман «Я пришел дать вам волю». Образ Степана Разина, тревоживший воображение Шукшина с самых первых шагов в литературе, являлся идеалом «могучего заступника крестьянства», поборником справедливости и хранителем воли. Сам Шукшин отмечал в его характере силу, неуемность и жалость к слабым, полагая, что именно эти свойства определили величину и значимость этой исторической фигуры. Она проявлялась не только в сложной духовной организации атамана, но и в его умении сочувствовать народному горю, возвышаться до понимания всечеловеческих проблем, люто ненавидеть угнетателей. В романе почти отсутствовали «исторические предметы» времени, декоративные элементы.

В 1973 появляется в печати киноповесть «Калина красная», а в 1974 выходит на экраны фильм с тем же названием, который принес Шукшину — его автору, режиссеру и исполнителю главной роли — всенародное признание. История Егора Прокудина, крестьянского сына, ставшего вором и захотевшего после тюрьмы покончить со своим воровским прошлым, рассказана по-шукшински просто, образно, с тонким сочетанием юмора и горечи. В характере Егора совместились многие особенности персонажей Шукшина из его рассказов: и наивность, и склонность к балагурству, шутовству, и скрытность, и слабость, и достоинство. Поэтому образ обрел укрупненный масштаб, значительность и многогранность. Впервые в творчестве Шукшина воровская профессия рассматривалась как измена родовому, крестьянскому долгу, земле, родной матери. Финал повести содержал явный оттенок морализаторства: герой наказан за эту измену дружками из воровской шайки. В последние годы жизни в творчестве Шукшина усиливается сатирическое начало, большое значение приобретают условные формы обобщения, изменяется масштаб оценки современности. В 1974 появляются повесть для театра «Энергичные люди» о спекулянтах и мошенниках, сатирически-философская повесть «Точка зрения» о вечном споре Пессимиста и Оптимиста. Уже после смерти писателя опубликована сказка «До третьих петухов (Сказка про Ивана-дурака, как он ходил за тридевять земель набираться ума-разума)» (1975), многие страницы которой в наши дни звучат очень актуально и смешно, незаконченная повесть «А поутру они проснулись…» (1975), действие которой развивается в медвытрезвителе.

Неповторимый образ Шукшина-писателя неизменно усиливается его яркой кинематографической деятельностью, обаянием Шукшина-актера; неожиданная смерть Шукшина на съемках фильма С. Бондарчука «Они сражались за Родину» была воспринята всем обществом как национальная трагедия.

Вахитова Т.

Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа - http://www.rusinst.ru
  
#2 | Сергей И. »» | 06.10.2014 05:41
  
0
Захар Прилепин: По Шукшину

4 октября 2014 г., 17:56
Писатель Захар Прилепин в одной из социальных сетей написал любопытное рассуждение о нашем знаменитом земляке Василии Шукшине. Предлагаем читателям ИА "Амител" с ним ознакомиться:

Недавно кто-то посетовал, что нет с нами Шукшина, вот-де Василий Макарович верно бы всё рассудил.

Определённой части нашей интеллигенции должно быть радостно, что Шукшина нет, потому что рассудил бы он весьма жестко.

Как и всякий русский писатель-гуманист, Василий Макарович не был исусиком, а зачарованно смотрел на русского человека и русский характер и видел там далеко не одних "чудиков".

Ключевой русский тип, по Шукшину, это, конечно, Разин. (Разин, если всё-таки убедить себя в том, что казаки - это отдельный этнос, никакой не казак - его отец пришёл на дон из-под Воронежа и был простым русским крестьянином).

О Разине Шукшин написал лучший свой роман "Я пришёл дать вам волю".

Последнее время я несколько раз задумывался, что происходящее на Донбассе - это, конечно, традиционная "бунташная" история, разинщина. И то, что новороссийских мужиков пришли поднять боевитые соседи - казак Бабай и морпех Моторола, уволившийся из ВС РФ, это как раз обычно и традиционно.

Русский (новороссийский) мужик от века к веку так сидел и ждал, пока появится Болотников (тоже, кстати, казак "в первом поколении") или беглый (ну, почти как Моторола) солдат Емельян Пугачёв.

Приходили эти ребята "дать вам волю" (реальная фраза реального Разина) - и начиналось.

Характерно, что на сторону казачества переходили стрелецкие части и отдельные стрелецкие командиры - в этом смысле присутствие Стрелкова или переход украинских подразделений на сторону ополченцев, тоже вещь обычная, нисколько не удивляющая.

К Разину, забавный факт, примкнул под Царицыным некто Лазунка Жидовин - проще говоря, еврей Лазарь - и служил ему.

Широту и красоту буйного национального характера Шукшин ценил и болел этим характером мучительно, смертельно (когда дописал свой роман - рыдал в ванной (он в ванной, сидя на краешке, писал ночами) - рыдал и говорил: "Какого мужика погубили!..")

В каком-то смысле Разин тоже хотел строить свою Новороссию, но против царя не выступал - наоборот он, как и самозванец Пугачёв, как и Болотников ранее, хотел добраться к московскому Кремлю, пасть государю (или государыне, в случае Пугачёва) в ноги и испросить позволения перебить всех бояр-предателей и дворян-подонков.

То есть, национальные русские бунтари были патерналисты те ещё.

К Разину, Болотникову и Пугачёву огромными толпами шли другие россияне - калмыки, башкиры - совместно отстаивать свободу русского мужика. Осетин и абхазов тогда ещё не было в составе России, они бы тоже подтянулись.

Если б Шукшин увидел Новороссию, он бы угадал все те типы, которые описал - а, по сути, во многом выдумал. А они вдруг оказались - вполне живыми, действующими, улыбчивыми и полными бешеных сил.

Можно как угодно к ним относиться, но понятно, что Мозговой или тот же Моторола - это герои прямиком пришедшие не только из романа Шукшина, но и, например, из "Тихого Дона" Шолохова: они там запросто размещаются и тут же начинают куролесить.
Русская классика - вещь страшная. Когда наша интеллигенция сначала признаётся в любви к "Пушкину-Лермонтову", зовёт на помощь Чехова и Шукшина, а следом говорит: "...но мы ненавидим эту чудовищную Россию, с её государством, с её зверством" - это означает, что либо они классики не читали, либо читали её каким-то особым способом. По диагонали, с конца к началу, в переводе с русского на древнеарамейский, или ещё как-то, я не знаю.

Василий Макарович, явись им, пусть они ужаснутся.



Захар Прилепин
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
© LogoSlovo.ru 2000 - 2019, создание портала - Vinchi Group & MySites