Предание старца Нила пустынника своим ученикам

Предание старца Нила пустынника своим ученикам


Вседействием Господа Бога, Спаса нашего Иисуса Христа и вспоможением Пречистой Его Матери написал я писание душеполезное для себя и для господ братий моих ближних, которые одного со мною духа, ибо так я именую вас, а не учениками. Ведь один у нас Учитель – Господь наш Иисус Христос, Сын Божий, давший нам Божественное Писание; есть и святые апостолы, и преподобные отцы, научившие и научающие спасению человеческий род, – все они прежде сами исполнили добродетели и так иных научили. Я же не делаю ничего доброго, но только Божественные Писания пересказываю принимающим их и хотящим спастись. И поскольку Писание говорит, что пришельцы мы здесь и переселенцы (см. Евр. 11, 13), там же, по смерти, вечная жизнь и непреходящее житие – или в покое, или в муке, как кому воздаст Бог по делам его, – то подобает нам позаботиться о том посмертном житии. И потому преподал я писание господам братиям моим, спасения ради моего и всех произволяющих, воздвигая совесть к лучшему и сохраняя от нерадения, порочной жизни и грехов зло и плотски мудрствующих людей, и от ложных и суетных преданий, прившедших от общего нашего врага и обольстителя и от лености нашей.

В начале же, как подобает, задумал я поместить [слово] о вере. Верую во единого Бога, в Троице славимого, Отца и Сына и Святого Духа, – Троицу единосущную и нераздельную. Также и в воплощение Сына Божия верую, совершенным Богом и совершенным Человеком Того исповедую и прочее исповедание православной веры все принимаю и исповедую всею моею душою. Так­же и Госпожу мою Святую Пречистую сущую Богородицу со многою верою и любовию исповедую, величаю и славлю; и всех святых почитаю, приемлю, прославляю и соединяюсь [с ними] благодатию Христовою. И прибегаю всею душою ко Святой, Соборной и Апостольской Церкви и все учения о православной вере и о деятельной жизни, которые приняла она от Господа и святых апостолов, от святых отцов Вселенских и поме­стных соборов и прочих святых отцов Святой Церкви и, приняв, нам предала, – все это принимаю и почитаю со многою верою и любовию. Лжеименных же учителей еретические учения и предания все проклинаю, я и пре­бывающие со мною, и еретики все чужды нам да будут.­

Поскольку многие благоговейные братия приходят ко мне, желая жительствовать у нас, а я многократно отказываю [им] (ибо грешный и неразумный я человек, и душою и телом немощный), отклоняемые же мною, не оставляют они меня в покое и не перестают докучать мне, отчего бывают у нас смущения, то рассудил я так: если есть воля Божия, чтобы они пришли к нам, подобает им знать предания святых, и хранить заповеди Божии, и исполнять предания святых отцов, а не выставлять отговорки, и не измышлять оправдания в грехах (см. Пс.140,4), и не говорить: «Ныне непосильно по Писанию жить и последовать святым отцам». Но хотя и немощны мы, а, сколько есть силы, нужно уподобляться и последовать приснопамятным и блаженным отцам, пусть и невозможно нам в равную меру с ними достигнуть. Если же кто не желает этого, – да перестанет докучать моему окаянству; ибо я отсылаю таких ни с чем, как прежде сказал, – [ведь] не я прихожу к ним, желая начальствовать, но они, приходя ко мне, понуждают меня [к тому]. Если же и пребывающие у нас не будут стремиться хранить этого и не послушают слова нашего, что говорю им от Святых Писаний, то я за них ответ давать не хочу по причине их самочиния и неповинен. А если желают так жить, – свободно и без опасения принимаем таковых, говоря им слово Божие; хотя сам я и не исполняю его, да, может быть, и я благодатию Хри­стовою, по молитвам получивших пользу, сподоблюсь сказанного в божественной «Лествице»: «[Некоторые], погрязшие в нечистотах, объясняли мимоходящим, каким образом погрязли там, для спасения их [об этом] рассказывая, чтобы и они в тех же нечистотах не увязли. И за спасение тех и этих Господь от нечистот избавил». И еще говорит Лествичник: «Не будь жестоким судией тех, которые учат словом, видя, что они к деланию ленивее, ибо часто скудость дела восполняется пользой от слова». Опять же, с другой стороны, боясь греха, [святые отцы от продолжительных поучений] отвращают, как сказал святой Максим: «Много нас говорящих, мало же творящих». Впрочем, слово Божие никто не должен утаивать по своему нерадению, но, сознавая свою немощь, не скрывать и Божией истины, чтобы наряду с преступлением заповедей не быть нам повинными и в превратном толковании [другими] Божиих слов.

Слов же святых отцов и иных [творений] такое множество! И потому, изучив Божественные Писания, преподаем их приходящим к нам и в них нуждающимся (скорее же, не мы, ибо мы недостойны, но [сами] блаженные святые отцы [говорят] из Божественных Писаний), и пребывающим у нас надо стремиться тщательно их сохранять – так мы желаем и любим.

Если кто-то из братии от разленения или небрежения отпадет в чем-нибудь от преподанного ему, то должен исповедать это настоятелю, и тот, как подобает, исправит согрешение. И таким образом, в келии ли случится согрешение или с вышедшим куда-либо [из нее], – исповеданием нужно его исправлять. Много же осторожности подобает иметь вышедшему куда-нибудь из келии, особенно должно преподанное сохранять. Ибо для многих ненавистно отсечение ради Бога своей воли, но каждый ныне незаконно присваивает себе оправдание. О таковых в божественной «Лествице» сказано: «Лучше [послушника] изгнать, чем оставить творить свою волю, потому что изгнавший часто делает изгнанного смиреннейшим и впредь [вынуждает] отсекать свою волю, а кто мнит, что проявлять к таковым снисхождение есть человеколюбие, тот заставляет их горько проклинать себя во время [их] исхода».

Святыми же отцами строго предано нам то, дабы ежедневную пищу и прочее нужное, что Господь и Пречистая Его Матерь для нас устроят, [приобретали] мы себе от праведных трудов своего рукоделия и работы. Не работающий, – сказал Апостол, – да не ест (см. 2 Сол. 3, 10), ибо жительство и нужды наши [от наших собственных трудов] должны устраиваться. А делать подобает то, что возможно под кровом. Если в общежитиях по нужде похвально и под открытым небом, [например], упряжку волов гнать пахать и иное что-либо тяжелое своими силами делать, говорит Божественное Писание, то для живущих уединенно это достойно укора. Если же в нуждах наших не удовлетворимся мы от работы своей, по немощи нашей или по иной какой-нибудь уважительной причине, то можно принимать немного милостыни от христолюбцев – необходимое, а не излишнее. Стяжания же, принудительно от чужих трудов собираемые, вносить [к себе] отнюдь нам не на пользу, ибо как, их имея, можем сохранить мы заповеди Господни: Хотящему с тобою судиться и взять твою рубашку отдай и верхнюю одежду (см. Мф. 5, 40) и другие подобные, будучи страстными и немощными? Но должны мы [таких стяжаний], как яда смертоносного, избегать и отвергать их. При покупке же потребного нам и при продаже рукоделий не подобает вводить в убыток брата, но лучше понести убыток самим. Также и работающих у нас – если случится кто из мирских – не подобает должной платы лишать, но даже сверх [нее] надо подавать [им] с благословением и отпускать [их] с миром. Излишнего не подобает нам иметь. «А чтобы давать просящим и берущих взаймы не отвергать – это повелено для лукавых», – говорит Василий Великий. Ибо «не имеющий сверх необходимой потребности не должен подаяния давать и если скажет: “Не имею” – не солгал», – говорит Варсонофий Великий. Ведь явен инок тот, коему не нужно творить милостыню, – кто с открытым лицом может сказать: Вот, мы оставили все и последовали за Тобою (Мф. 19, 27). Пишет святой Исаак: «Нестяжание выше таковых подаяний». Ибо милостыня иноческая – помочь брату словом во время нужды и утешить ему скорбь рассуждением духовным, но и это для тех, кто может. Для новоначальных же: претерпеть скорбь, обиду и укоризну от брата, и это – душевная милостыня, и настолько выше она телесной, насколько душа выше тела, говорит святой Дорофей. Если же придет какой странник, должно упокоить его, сколько по силе нашей, а после, если нуждается, дать ему в благословение хлеба и отпустить.

Выходы из обители нашей должно совершать не просто и как случится, но только предусмотренные уставом, нужные, ибо несвоевременно и неоправданно выходить нам из келий наших не подобает, как говорит Василий Великий. Настоятель пусть благочинно устанавливает для братии распределение дел, также пусть повелевает каждому и о выходе, уместном и подобающем; и посланный от послушания о Господе да не отказывается, только пусть не считает службу причиной для нерадения, но со страхом Божиим и многим трезвением утверждается, дабы и ему, и пребывающим с ним польза была. Хочу же, чтобы и пока я жив, и по смерти моей все, о чем написал я в писании этом, так было совершаемо.

В келиях наших подобает разговаривать с таковыми братиями и странниками, о которых известно, что ведут они беседы для созидания [и] исправления душ, имея способность с рассуждением слышать и говорить полезное.

Все это, что написал я, если к благоугождению Божию и пользе душевной служит, так да совершаем; а если нет – да будет лучшее, что угодно Богу и полезно для душ.
Об украшении же церковном пишет святой Иоанн Златоуст: «Если кто-то советуется [с тобой], желая принести в церковь священные сосуды или какое-либо иное украшение, повели ему раздать нищим. Ибо никто, – сказал он, – никогда за не украшение церкви не был осужден». И другие святые так говорят. Преподобная же мученица Евгения и принесенные ей священные сосуды серебряные не приняла, говоря: «Инокам не подобает во владении серебро иметь». Потому и нам сосуды золотые и серебряные, даже и священные, не подобает иметь; также и прочие украшения излишни, но только необходимое для церкви можно приносить. Пахомий же Великий не хотел, чтобы и само церковное здание было украшено. В обители Мохосской он создал церковь и сделал в ней красиво столбы из плинф; после того помыслил, что нехорошо восхищаться делом рук человеческих и красотой зданий своих гордиться; взяв веревку, он обвязал столбы и повелел братиям тянуть изо всей силы, пока [столбы] не преклонились и не стали нелепыми. И говорил он: «Да не станет ум, от искусных похвал поползнувшись, добычей диавола, ибо много у того коварства». И если этот великий святой так говорил и так сделал, то сколь более нам подобает в таковых вещах себя сохранять, поскольку немощны мы, и страстны, и умом поползновенны.

О пищи и питии: по силам своего тела и души да довольствует каждый себя, избегая пресыщения и сластолюбия; до опьянения же совершенно не подобает нам пить никакого питья. Здоровые и юные пусть утомляют тело постом, жаждою и трудом, сколь возможно, а старые и немощные пускай дают себе немного покоя.
У себя, в келиях наших, не подобает иметь сосудов и прочих вещей многоценных и украшенных. Так же и стро­ения келейные, и прочее имущество жилищ наших – все немногоценное и неукрашенное следует приобретать, как говорит Василий Великий, такое, которое повсюду можно найти и легко купить.

Женщинам входить к нам в скит не подобает; и никаких бессловесных женского пола для служения или для иной какой-либо потребности не должно иметь, ибо это нам возбранено. Также и отроков для служения не следует держать и всячески нужно охраняться от гладких женовидных лиц.

Комментарии

Комментарии не найдены ...
Добавлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи!
 
Имя или номер: Пароль:
Регистрация » Забыли пароль?
Просьба о помощи
© LogoSlovo.ru 2000 - 2019, создание портала - Vinchi Group & MySites